Notice Me

— Хён? — прошептал Тэхён Субину, заходя в дверь их квартиры. Он тяжело дышал, будто только что пробежал марафон. — Хмм? — протянул Субин, поднимая взгляд с книги, которую он читал на диване. Был поздний вечер и он интересовался, где Тэхён был. — Мы альфы, так ведь? — Что это за тупой вопрос? — тихо посмеялся Субин, закрывая книгу и используя свой палец как закладку. Что-то точно было не так с Тэхёном. — Мы альфы, вершины общества, охотники, — пробормотал Тэхён. — Да… — затих Субин, не понимая ничего. Тэхён подошёл ближе к Субину, заставляя альфу сморщить нос из-за запаха. — Ты пахнешь Бомгю. Будто он в прямом смысле тёрся об тебя- Тэхён перебил его, его интеллигентные глаза смотрели в глаза Субина. — Если мы считаемся охотниками, тогда почему это ощущается так, словно мы их жертвы? У Субина не было на это ответа. ** — Субиннииии! — прокричал Ёнджун подбегая к младшему волку. Субин испугался, он очевидно был потерян в своих мыслях и не ожидал, что Ёнджун найдёт его. Ёнджун хихикнул из-за этого, находя его реакцию милой. — Оо, я напугал тебя? — проворковал он, протягивая руку, чтобы потрогать щёки Субина. Он ахнул из-за их мягкости и того какими эластичными они были. — Хён? Ты закончил уже? — нежно спросил Субин, терпеливо ожидая, когда Ёнджун прекратит играть с его щеками и шеей. — Но твоя кожа такая мягкая, практически как клёцки! — прокричал Ёнджун с ликованием. Он хотел укусить альфу. Было ли это странно? Ёнджун всегда пытался найти Субина, где бы он не был. Глупый альфа отказывался давать ему своё внимание, в котором он так нуждался, так что Ёнджун решил заполучить его самостоятельно. К сожалению, другие альфы и беты, которые хвостиком следовали за Ёнджуном, тоже заметили его очевидный интерес в Субине и шептались за спиной альфы, когда тот проходил мимо. Субин прогудел в ответ, идя на свои занятия, пока Ёнджун тащился возле него. Ёнджун хотел надуться или закатить истерику. Он явно был важнее того о чём Субин там думал, так почему он не уделял своё внимание омеге? Ёнджун был разочарованным. Докоснись до меня. Ёнджун потянулся за рукой Субина, отчаянно нуждаясь в его прикосновениях. Ему никогда не приходилось умолять раньше и он не собирался делать этого сейчас. Ёнджун собирался заполучить то, что, как он думает, заслуживает. И всё же, в последнюю секунду телефон Субина зазвонил в кармане, заставляя того дёрнуть рукой, чтобы вытащить его. Ёнджун потерял свой шанс и он хотел надуться ещё больше. Субин ответил на звонок, его лицо мгновенно засияло. — Ниннин! Я скучал по тебе так сильно! Как так, что ты ещё не звонил мне на этой неделе, ты опоздал! — игриво ругал Субин кого-то. Ёнджун застыл на месте, паника оседала в его груди. Ниннин? Это очевидно было милым прозвищем, к тому же лицо Субина засияло. Он никогда раньше не видел на нём такого выражение, когда он был с ним. И они регулярно созваниваются? Субин молчал пару мгновений, внимательно слушая. Он посмотрел на Ёнджуна с извиняющейся улыбкой за прерывание их совместной прогулки. Ёнджун натянул улыбку в ответ, указывая, что всё хорошо и он может продолжать телефонный разговор. — Ты хочешь навестить меня и Тэхёна? Завтра? Конечно ты можешь! Но разве у тебя нет школы? Субин ждал ответа и Ёнджун еле-еле слышал приглушённый милый голос человека на другом конце трубки. — Аааа, я не знал, что у вас выходной день. Ну, в таком случае, ты можешь заскочить! Мне встретить тебя на станции? И на этом Субин сбросил трубку, излучая счастье вокруг себя. Он развернулся и улыбнулся своей великолепной улыбкой с ямочками Ёнджуну, это перехватило дыхание того. Также это вызывало в Ёнджуне чувство, которое он никогда не испытывал раньше так сильно, – ревность. — Прости, хён, мне нужно идти! Кто-то очень важный для меня приезжает завтра и мне нужно уйти сразу после занятий, чтобы подготовиться. Увидимся! — Субин улыбнулся ему, его глаза сияли от радости. Ёнджун кивнул, стараясь не показывать своих чувств. — Конечно, Субинни, увидимся как-нибудь в другой раз. Субин стал отворачиваться и лицо Ёнджуна мгновенно поменялось. Но затем Субин резко остановился, посмотрев обратно на Ёнджуна. Он мило нахмурился, застав Ёнджуна в расплох, так как тот не успел натянуть улыбку снова. Субин протянул руку с аккуратными пальцами и практически любовно погладил лицо Ёнджун. Он взволнованно надул губы, которые Ёнджун в тайне хотел поцеловать, чтобы убрать беспокойство с них. — Ты выглядишь уставшим, Ёнджунни. Ты должен больше спать, — подметил он, проведя пальцами по чёрным кругам под глазами Ёнджуна. Лицо Ёнджуна словно загорелось от этого прикосновения. Он хотел большего, его волк скулил внутри него, подталкивая Ёнджуна подчиняться альфе. Но затем рука Субина пропала и Ёнджун понял, что он скучал ещё больше по прикосновениям. — Пока, Ёнджун. — прошептал Субин, поворачиваясь и быстро уходя на своих красивых длинных ногах. После этого Ёнджун был в плохом настроении. Кем чёрт возьми был Ниннин? Неужели у Субина был кто-то важный всё это время и Ёнджун просто был слишком упрямым, чтобы увидеть это? Неужели Ёнджун был настолько уверен в том, что он может заполучить любого альфу, которого он захочет, что он игнорировал факт того, что возможно был один единственный альфа, который не хотел его? ** — Ниннин! — закричал Субин, торопясь к младшему. Хюнин Кай заметил его и затем моментально побежал прямо в объятия Субина, ожидавшие его. Он уткнулся лицом в грудь Субина, вдыхая знакомый запах и давая тому успокоить его нервы. Самостоятельно путешествовать было слишком стрессовым занятием для беты волка. Субин дал своему успокаивающему запаху окутать младшего бету, тихо смеясь, когда Хюнин Кай схватился за его руку, пока они шли обратно к его и Тэхёну квартире. Он был таким тактильным только тогда, когда он был взволнован или встревожен. Субин ждал пару часов, чтобы это всё прошло, и потом он снова дразнил его и шутил с ним. — Так как у тебя дела? В этом семестре я слышал всё меньше и меньше от тебя и это разбивает моё хрупкое сердце. — надулся Субин. Хюка посмеялся, слабо ударив руку Субина. — Ты знаешь всё… школа грузит, мама всё ещё помешанна на контроле, отец игнорирует её, всё по старому. Субин нахмурился из-за этого. — Всё ухудшилось с тех пор, как я уехал и поменял университеты? — он боялся, что их родители давили слишком сильно на Хюку, так как он не был там, чтобы уложить ситуацию. Хюнин Кай покачал головой. — Всё хорошо, хён. Ничего такого, что я бы не смог выдержать. Субин решил отпустить это, не желая портить их воссоединение. Прошло слишком долго с тех пор, как он виделся со своим драгоценным брат. Ну… сводным братом, но это не имело какой-либо разницы для них двоих. Как только Субин и Хюнин Кай зашли в квартиру, их поприветствовал Тэхён. — Ты вернулся! — прокричал Тэхён, он и Хюнин Кай подбежали к друг другу и обнялись. Они все выросли вместе, так что, конечно, Тэхён был безумно доволен увидеть их милого Хюку снова. Ну, он уже не такой маленький… Тэхён подметил это, когда он посмотрел на верх Хюнин Каю в глаза. — Святое дерьмо, Хюнин. Ты уже гигант! — воскликнул Тэхён. Хюка засмеялся. — О да, я и вправду вырос за те месяца, пока мы не виделись. Я уже такой же высокий, как Субин! — Не так быстро. — прервал его Субин. Он подошёл к Хюке, указывая ему развернуться. Они встали рядом, спина к спине, пятка к пятке. — Хорошо, кто выше, Тэхён? — спросил Хюка. Тэхён сощурил свои глаза. — Хммм, прости, Хюка, но Субин выше на дюйм или два. Хюнин Кай надулся. — Всё хорошо! Субин старый и уже перестал расти. А я всё ещё молод и свеж, у меня ещё есть пару лет! — он злобно засмеялся и Субин ударил его в плечо. Тэхён фыркнул. Они провели ночь вместе, наконец-то, наверстав упущенное. ** — Хён, ты пялишься, — пробормотал Бомгю. На следующий день, они сидели в библиотеке, пытаясь заняться учёбой. Ну, в тайне Ёнджун надеялся, что Субин снова появится в библиотеке во время обеда. Его догадка оказалась правильной (к тому моменту он знал практически все привычки Субина), но на этот раз он не был один или с Тэхёном. На этот раз новая личность показалась с ними. — Дерьмо, Бомгю, он такой милый! Кем бы этот бета не был, он такой очаровательный, я хочу потрогать его щёчки и обращаться с ним так, словно он мой ребёнок. Не удивительно, что Субин был так взбудоражен увидеть его. — проворчал Ёнджун. — Подожди, я не понимаю. Ты ревнуешь не из-за того, что он потенциально может спариться с Субином в один день, а из-за того, что не ты нянчишься с ним? — спросил Бомгю, кладя свою руку на стол. Ёнджун усмехнулся. — Конечно. Ты видишь его маленькие ланьи глазки? Он невинный ребёнок, которого нужно оберегать от всего плохого в мире. Бомгю вздохнул. — Хорошо, я согласен с тобой на этот счёт. Субин и Тэхён считают точно так же, это очевидно, что они обожают его. Немного мечтаю, чтобы Тэхён обожал меня так тоже. — Бомгю вздохнул вновь. Ёнджун слегка чувствовал вину за отвратительное состояние Бомгю. Именно его телефонный звонок прервал их момент на прошлой неделе. И с тех пор у Бомгю всё никак не было возможности поговорить с Тэхёном и его волк нуждался в прикосновениях альфы. Это желание было настолько сильным, что Бомгю ощущал его через физическую боль в своих костях. Когда такое случается с омегой, то это может быть опасным. Если они привязываются к кому-то и затем их игнорируют, то это может привести их омег к депрессии или переутомлению до такой степени, что они, по сути, начнут чахнуть. Эта мысль промелькнула в разуме Ёнджуна, но Бомгю и его омега точно не привязались так быстро к Тэхёну и его альфе, так ведь? Бомгю чувствовал себя неважно из-за того, что ему не делали комплименты и не говорили, что он привлекателен, к чему он просто не привык. Это был первый раз, когда какой-то альфа избегал его. Он переживёт это. Так ведь? Ёнджун вырвался из своих мыслей, когда он заметил Субина и его друзей, подходящих к их столику. Бомгю моментально оживился из-за приближения Тэхёна. — Ёнджунни! Бомгю! Я рад, что вы тут. Я хочу познакомить вас с кем-то очень важным для нас, — улыбнулся Субин. Бета крепко держался за его руку, выглядя слегка смущённым из-за всего внимания, обращённого на него. Омега Ёнджуна хотел поворковать на это милое маленькое зрелище. Очевидно, что омега Бомгю хотел сделать тоже самое, ведь он на самом деле визгнул о том каким милым был бета. — Это Хюнин Кай! — представил Тэхён его. — Привет, — смущённо сказал он, слегка помахав и прижавшись ближе к Субину. Ёнджун хотел бы ревновать, он правда хотел. Но кто смог бы вообще ненавидеть кого-то настолько очаровательного? И ко всему, он не винил бету за то, что он вцепился в Субина в защитной реакции. У Субина есть та самая спокойная и комфортная аура. Ему не нужно быть слишком агрессивным и прибегать к контролю, дабы показать каким защитником является. Он был человеком, который всегда находился там на фоне, готовый протянуть руку помощи или предоставить плечо, чтобы опереться на него, когда всё плохо. — Привет! Я Ёнджун, это мой друг Бомгю. Приятно познакомиться! — улыбнулся Ёнджун, хихикая. Только из-за того, что он считает младшего милым, это не значит, что он перестал быть пронырливым. — Субинни, ты не говорил мне, что твой партнёр такой милый бета! — сказал он, ставя Субина в затруднительное положение. Бомгю закашлял, прекрасно знаю к чему Ёнджун это сказал. К слову, глаза Тэхён слегка сузились, Ёнджун готов поставить на то, что он тоже понял. Глаза Субина расширились, а Хюнин Кай захлебнулся слюной возле него, роняя его руку. — Фу, быть партнёром хёна? — Хюка изобразил звуки рвоты, заставляя Субина ударить его, чтобы он заткнулся. Ради всего святого, они были в библиотеке. Субин отчаянно помахал рукой, заставляя Ёнджуна тихо посмеяться в обожании. Всё, что Субин делал, было очаровательно и мило. — О боже, нет. Ниннин мой младший сводный брат! — объяснил Субин. Ну… Ёнджун не ожидал этого. Но Субин всё равно сказал «сводный», значит они не связаны кровно. Его омега всё ещё настороженно относился к бете. — Мой папа женился на маме Субина, когда мы были детьми. Мы жили вместе, пока хён не поменял университеты в прошлом семестре и переехал к Тэхённи. — объяснил Хюнин Кай. Ёнджун кивнул. — Аа, теперь понятно. Прости, что неправильно понял. — застенчиво сказал он, игнорируя огромное облегчение, которое он почувствовал. — Мы трое как семья. — добавил Тэхён. — Эй, мы понимаем это. Я и Ёнджун тоже знаем друг друга вечность. — Бомгю улыбнулся Тэхёну, заставляя альфу быстро отвести взгляд. Бомгю нахмурился из-за этого. — Насколько ты навестил нас? — спросил Ёнджун бету. Так как никакого состязания больше не было, его материнские инстинкты вновь проявились. — А! Я приехал на сегодня и выходные. — ответил Хюка. (была пятница) — Мы должны погулять все вместе тогда, — улыбнулся широко Ёнджун. — Я могу угостить вас мороженым, если хотите. Хюнин Кай ахнул от радости. Он повернулся к Субину, схватил его руку и запрыгал. — Можно, можно, можно? — сказал он. Субин посмеялся, протянув руку, чтобы взъерошить волосы Хюнин Кая. — Конечно можно, но будь тише, мы всё ещё в библиотеке. — Хюка кивнул с энтузиазмом, заставляя сердце Ёнджуна сжаться из-за этого нежного взаимодействия. ** После прогулки за мороженым, Ёнджун и Бомгю попрощались с ребятами у квартиры Субина и Тэхёна. — Этот ребёнок милый, — пробормотал Бомгю. Ёнджун не мог не согласиться. — Ты и Тэхён вели себя тихо всё время, — подметил Ёнджун. Он не хотел об этом говорить, но он просто не привык к тому, что Бомгю был таким грустным и отстранённым. — Я не думаю, что он хочет меня. — промямлил Бомгю, наклоняясь к плечу Ёнджуна. — Почему? — спросил Ёнджун. — Потому что он очевидно избегает меня. Может я перестарался? — Я имею ввиду, это возможно. Или может он думает, что ты не настроен серьёзно? — предложил Ёнджун. Это не удивительно, потому что Бомгю любил флиртовать со всеми. Бомгю молчал пару мгновений. — Ты настроен серьёзно на него? — аккуратно спросил Ёнджун, глядя на серо-блондинистую макушку Бомгю. — Да, я думаю, что это так, — прошептал Бомгю. — Моя омега уже даже не смотрит на других волков. Он хочет только этого заумного, интеллигентного, с каменным лицом альфу, который даже не уделит внимание мне, — жаловался он. Ну, это было новостью для ушей Ёнджуна. Возможно, только возможно, Ёнджун чувствует тоже самое насчёт одного конкретного высокого альфы. Они оба вздохнули, направляясь обратно домой с грузом на сердце. ** Субин сидел за столом на их маленькой кухне поздней ночью на следующий день, попивая тёплый чай из кружки. Завтра воскресенье, последний день с Хюнин Каем перед тем, как тот уедет обратно домой из-за школы. Сказать, что он был немного расстроенным, — ничего не сказать. Он, Хюка и Тэхён всегда были вместе. Сейчас это ощущалось странно не находится рядом так долго. Но всё же, Субин будет сильным и проведёт Хюку с широкой улыбкой. Не то чтобы они будут навечно разделены. Его мысли были прерваны тихим звуком того, как Хюнин Кай выходил из комнаты Тэхёна, аккуратно закрывая дверь. Тэхён поднял шумиху о том, что Субин нечестно много проводит времени с Хюкой, и он хотел спать с ним на этот раз. Субин поддался, давая этим двоим провести время вместе. Они были одного возраста. Тэхён был первокурсником в университете, а Хьюка был первокурсником в учебном заведении, где Субин ранее учился два года. Это сильно расстроило Хюнин Кая, когда Субин поменял университеты и они больше не могли учиться в одном месте, но он поддержал решение Субина пойти на музыку вместо бизнеса, куда родители заставили его пойти. Хюка отодвинул стул напротив Субина, запах лёгкого волнения исходил от него. — Почему ты не спишь, Ниннин? Разве у тебя нет тренировки утром? — нежно спросил Субин. Если честно, было только одиннадцать ночи, но Хюка любил поспать и всегда ложился достаточно рано. — Можно с тобой поговорить? — тихо сказал Хюка, пряча свои руки в рукавах пижамной кофты. — Конечно, — ответил Субин, его волк был слегка взволнован из-за серьёзности беты. — У меня есть признание. На самом деле, у меня не было выходного дня в пятницу. Я прогулял занятия и уехал, не сказав нашим родителями. Это удивило Субина. Но он терпеливо ждал, чтобы Хюка закончил разговаривать. — Просто… хён, могу ли я перейти в этот университ к тебе и Тэхёну после этого семестра? — Хюнин Кай посмотрел на Субина грустными глазами. — Почему ты вдруг подумал об этом? — аккуратно спросил Субин. Дело в том, что Хюка никогда не делал ничего в спешке без достойной причины. Это больше подходило Субину. — Ну… когда ты ушёл из дома, мама и папа были в гневе. В большей мере мама, если честно. Она… она сказала, что они даже больше не считают тебя своим сыном и всегда отзывались плохо о тебе. Я пытался спорить с ними, но они не слушали. И правда в том, что… я тоже хочу пойти на музыку, ты знаешь как сильно мне нравится играть на пианино. Но они запретили мне, сказав, что так как ты не перенимешь их бизнес, то я сделаю это вместо того. — Что? — тихо спросил Субин, медленное раздражение росло в его сердце, пока Хюнин Кай продолжал. Он не думал, что дела дома обстояли так плохо. Он думал, что его уход облегчит им всем жизнь. — Конечно, я ссорился с ними из-за этого и спорил. И затем они сказали… — Хюка не закончил предложение. — Всё хорошо, Ниннин, ты можешь рассказать мне. — нежно сказал Субин, пряча гнев, что распространялся внутри него как лесной пожар. — Они сказали, если я не буду изучать бизнес вместо тебя, то они собираются заставить тебя спариться по расчёту. Позже в жизни, они хотят, чтобы наследник перенял от меня бизнес. Они… — Хюка слегка всхлипнул. — Они сказали, что я побуду заменой, пока кто-то, кто является альфой, не поведёт это дело правильным образом. По сути, они сказали, что я слишком слабый и позор семьи для них. Субин с большим усилием аккуратно положил свою кружку на стол, заставляя себя и своего волка успокоиться. Гнев формировался внутри него, вырастая до опасных пределов, но он боролся с ним. Утешить свою драгоценную семью было более важным в тот момент. Желание защитить было сильнее, чем желание разрушить. — Ох, Ниннин, я не знал, что дела обстоят таким образом. Почему ты не рассказал мне раньше, когда это происходило? Я бы вернулся домой и- — Нет! — прокричал Хюка. Затем он утихомирил самого себя, вспоминая, что Тэхён спал в соседней комнате. — Нет, Бинни. Ты, наконец-то, свободен от них. Ты счастлив здесь, в этом университете, живя с Тэхёном и изучая музыку. Я бы никогда не испортил это. Они всегда относились плохо к тебе, когда мы росли. Ты всегда защищал нас от их гнева и обидных слов. Теперь наступила моя очередь защищать тебя. Субин молчал, его волк скулил из-за бедствия Хюки. Он не спорил и он не пытался переубедить Хюнин Кая. Он просто кивнул. — Если ты хочешь перевестись в этот колледж со мной и Тэхённи, и ты хочешь пойти на музыку и играть на пианино, то я помогу этому случиться. Нет причин, по которым тебя должны заставлять делать что-то, что ты ненавидишь, просто ради моего благополучия. — Но, хён, что насчёт наших родителей- — Не волнуйся об этом. Я позабочусь об этом. Просто сфокусируйся на том, чтобы окончить последние недели семестра, постарайся, и уже в следующем семестре мы все поможем тебе переехать к нам. Тэхён сможет даже позаботиться о смене университетов и всё в таком духе. Хюнин Кай начал плакать, всхлипывая немного, пока он отодвигался на своём стуле и бросился на Субина. Субин тихо посмеялся, обворачивая свои руки вокруг беты и гладя его голову. — Сейчас иди в кровать и поспи немного. Увидимся утром. Хюка кивнул, отрывая себя от Субина и шаркая обратно в комнату Тэхёна. Субин растоптал злость, которую он почувствовал, заставляя себя сохранять спокойствие ещё немного. Ради благополучия Хюнин Кая. ** Тэхён нервно глянул на Субина, что-то явно было не так. И всё же, Субин очень хорошо скрывал это от Хюки. Они попрощались, Хюнин Кай, поцеловав Субина и Тэхёна в щёку, весело поскакал к поезду и махал им, уходя. Субин молчал всю прогулку домой, его гнев кипел, пытаясь выбраться. Тэхён терпеливо ждал, пока они не оказались за закрытой дверью и он не спросил. — Субин? Что не так? — наконец произнёс он, боясь ответа. Субин спокойно подошёл к плите, заваривая себе кружку чая. Но воздух был пронизан его разгневанной аурой, характеристики альфы наконец выходили на поверхность и создавали удушающую атмосферу. Прошло много времени с тех пор, как Тэхён видел такое, и в последний раз, когда это случилось, это не закончилось хорошо. Даже Тэхёну пришлось бы признать, что он был слегка напуган старшим альфой в тот момент. Но Тэхён не привык отступать. Он подошёл к Субину и ждал, чтобы тот ответил. Субин аккуратно перемешал чай в чашке, натянутое спокойствие делало это обычное действие ещё более устрашающим. — Ох, ничего, — нежно сказал он, поднося кружку к своим губам для глотка. — Не считая того, что моя мама изнуряет Ниннина, заставляя бедного парня учить то, что он не хочет, и перенять их бизнес вместо меня. Мама и папа продолжали говорить ему насколько он бесполезен, что они заставят меня спариться по расчёту, если он не послушается их и не сделает так, как ему сказали. Просто мой младший брат подвергался месяцами буллингу, пока я эгоистичным образом сбежал, чтобы жить тут и делать так, как я хочу. Тэхён втянул в себе воздух. Он знал, что дела дома обстояли не очень, он вырос, будучи свидетелем это. Но это уже было слишком. Тэхён также знал, что, если кто-то будет портить жизнь людям, о которых Субин заботился, то его волк придёт в ярость. Например как сейчас. Это всего лишь затишье перед бурей. Субин неторопливо подошёл к дивану. Для кого-то другого это может показаться чем-то обыденным, но Тэхён мог видеть натянутую непринуждённость движения. Субин присел, доставая свой телефон. Тэхён остался на маленькой кухне, его сердце нервно билось в его груди. — Привет, мам, — начал Субин. — Можешь объяснить мне пару вещей? Сказать, что разговор прошёл не очень хорошо, значит ничего не сказать. Субин ещё ни разу ни на кого не срывался и не кричал. Его мать визжала и спорила. Затем она стала угрожать тем, что перестанет финансового поддерживать его. Коротко говоря, если Субин не вернётся домой, то они перестанут выдавать денежные средства и ему и Хюнин Каю. В таком случае парни должны будут работать, просто чтобы выжить, вместо того, чтобы ходить в университет. По сути, они манипулировали ими, вертя, подвешенными на ниточку, надеждами и мечтами Хьюнин Кая перед Субином, прекрасно зная, что тот был слабостью Субина. Тэхён сжал свою ладонь в кулак, ощущая себя беспомощным. Это был совершенно отвратительно и они оба это знали. Субин сбросил трубку, его глаза остекленели. О нет. Тэхён знал этот взгляд. Он не видел его годами с тех пор, как они выросли. Волк Субина выходил наружу Тэхён смотрел на то, как Субин поднял телефон в своей руке и бросил его в стену с такой спокойной силой, что тот разбился вдребезги. Затем он рукой снёс чашку чая с кофейного столика, давая ей разбиться на множество стеклянных осколков. Как и раньше, Тэхён не имел и малейшей идеи, что сделать, дабы успокоить Субина. Быстрыми шагами он вышел за дверь и наглухо закрыл её. Он вытащил свой телефон, звоня первому человеку, который пришёл ему на ум. ** Бомгю и Ёнджун просто валялась дома, делая домашнее задание и смотря телевизор. Между ними была приятная тишина. Им нравилось проводить свои воскресенья таким образом, просто тусуясь вместе и узнавая, что нового произошло во время тяжёлой недели. Их общее оценивание танца приближалось и они оба метались между ним и финальными экзаменами. Но их тихое утро было неожиданно прервано звонком на телефон Бомгю. Бомгю глянул вверх с пола. — Можешь посмотреть кто это? — попросил он Ёнджуна. — Боже, ты такой ленивый, — посмеялся Ёнджун, протянув руку за телефоном не кофейном столике. — Кто-то под именем «Любовь-Жизнь-Но-Он-Слишком-Тупой-Чтобы-Понять-Это» звонит… — Ёнджун засмеялся. Бомгю бросился на Ёнджуна, моментально выхватывая телефон из его руки. — Слишком очевидно? — хихикал Ёнджун. Бомгю проигнорировал его, отвечая на звонок так, словно у него только что не было мини паники. — Привет, — произнёс он равнодушно. Ёнджун фыркнул. Улыбка Бомгю моментально спала, он оглянулся на Ёнджуна, пока Тэхён продолжал говорить. Ёнджуну не нравилось, как это всё выглядело. Его волк моментально насторожился. — Хорошо, хорошо, успокойся. Я встречу тебя снаружи. Ты близко? Затем Бомгю сбросил трубку. — Всё хорошо? — спросил Ёнджун, зная, что дела очевидно обстояли не очень хорошо. Бомгю покачал головой. — Я не уверен. Тэхён звучал немного напугано, пока разговаривал. Что-то случилось между Субином и его родителями насчёт его брата и теперь он потерял контроль над собой, в ярости разрушая квартиру. Тэхён направляется к нам прямо сейчас. — Постой… я всё правильно услышал? Субин в ярости разрушает квартиру? Милый и добрый Субин? — спросил Ёнджун, неверующе моргая глазами. — Да, я настолько же в тупике, как и ты. — проговорил Бомгю, хватая свою обувь. Ёнджун провёл его до двери, нервно кусая свою нижнюю губу. Альфа в гневе был очень опасным. На все вопросы Ёнджуна ответил взгляд на лице Тэхёна. Он казался в порядке, но его глаза были широко открытыми и обеспокоенными. Субин и вправду был в ярости до такой степени, что Тэхёну (другому альфе) пришлось уйти оттуда. — Какого чёрта происходит? — спросил Ёнджун. Будучи омегами, их присутствие помогло успокоить взволнованного волка Тэхёна, дабы парень смог собраться с мыслями. — Родители Хьюки и Субина всегда прибегали к излишнему контролю. Они хотели, чтобы Субин перенял их бизнес, заставив его пойти учиться в выбранный ими университете, и жил дома с ними. Субин сначала не возражал, но в конце концов его альфа проявился, его достало быть ограниченным. В последний семестр он просто взял и ушёл из дома. Я помог ему поменять университеты и добиться места в музыкальной учебной программе со мной. Затем он переехал в мою квартиру. Конечно же Хюка помог тоже. Он был рад тому, что Субин наконец занимался чем-то для себя. Субин всегда защищал Хюку от гнева их родителей, всегда принимал на себя наказания даже за те поступки, которые не произошли по его вине. Но сейчас… — Тэхён затих, донимая своё запястье из-за беспокойства. «Знак», который Бомгю быстро выучил, выдающий то, как он на самом деле себя чувствовал. Бомгю неуверенно шагнул ближе к Тэхёну, аккуратно дотрагиваясь до его руки, чтобы он перестал тереть своё запястье. — Что сейчас? — нетерпеливо спросил Ёнджун. Его омега не находил себе места, готовый пойти за альфой и остаться возле него, готовый помочь ему. — Сейчас Хюка признался Субину в том, что их родители подвергали его буллингу всё это время после того, как тот ушёл, и заставляли его учиться на должность Субина. Когда Хюка попытался настоять на своём желании учиться на музыкальную программу вместо этого, они стали угрожать тем, что заставят Субина спариться по расчёту. Ёнджун сжал свои губы в тонкую линию, ему не нравилось слышать это. — Какого чёрта? — проматерился Бомгю. — Мы что живём в двадцатом веке? Кто занимается этим до сих пор? Тэхён слабо улыбнулся из-за недовольства Бомгю. — Я знаю, это тупо. Но Субину на это всё равно, он волнуется по поводу своего младшего брата. В данный момент он ничем не может помочь Хюке и прямо сейчас винит себя во всём. Его волк, наконец-то, сорвался, позволив ярости взять вверх. — В таком случае, ему просто нужен омега, который успокоит его. Я предлагаю себя в качестве желающего, — пошутил Ёнджун, посмотрев на Бомгю взглядом, обозначающий, что альфа уже был у него в кармане. Бомгю изображал руками отказ, даже не думая об этом. Ёнджун направился к выходу, но Тэхён быстро схватил его запястье, чтобы остановить. Его глаза ещё сильнее расширились, если это вообще возможно. — Нет, ты не понимаешь. Никто не может приблизиться к Субину, когда он такой. Я видел его таким злым лишь однажды и это было устрашающе. — Да ладно тебе, Тэхённи. Всё не может быть настолько плохо. Субин же такой нежный и заботливый, я уверен, это просто короткая вспышка гнева. Ничего такого, что я не смогу выдержать, — уверенно произнёс Ёнджун с улыбкой. Тэхён покачал головой. — Хён, до тебя просто не доходит. Никто не может. Это правда, что Субин очень нежный и спокойный, его волк практически никогда не становится злым или жестоким, потому что у них у обоих очень спокойная натура. Но ко всему этому в противовес идёт сильное желание защищать то, что им дорого. Когда что-то угрожает тому, что они любят, его волк полностью срывается и теряет рассудок. Это случилось однажды, когда мы были молоды. Хорошо, сейчас Ёнджун слушал. Это сторона Субина, которую он никогда не видел. Тэхён продолжил. — Хюнин Кай ждал Субина со школьного мероприятия. Мы были очень молоды тогда. Субин возвращался со школы, чтобы встретиться со своим младшим братом, когда он увидел кучку хулиганов, которые избивали Хюку. Они издевались над ним из-за того, что он не был чистокровным корейцем. Субин был свидетелем того, как Хюнин Кай лежал на земле, плачущий и скрученный. Он и его волк просто… поменялись личностями. Я не выдержал до конца, но то, что увидел, было ужасающе. — Что произошло? — прошептал Бомгю. — Субин избил их всех. Они все были без сознания, его волк полностью проявился, его глаза полностью поменялись. Это было совершенно по-зверски. Я… думаю, что один из этих мальчиков попал в больницу. Другой… ну, не может больше ходить. Ёнджун втянул в себя воздух. — И с того дня Субин всегда был очень осторожен. Он постоянно винит себя за то, что произошло. Он также очень силён, так что он пытается налаживать всё заботой. Он достаточно добродушный и ещё никогда не срывался снова. Но мы все знаем, что глубоко внутри него всё ещё находиться ярость, которая ждёт освобождения в случае, если кому-то из нас понадобится защита. — Например как сейчас? — предположил Бомгю. Ёнджун всё ещё молчал, его разум шевелил извилинами. Тэхён кивнул. — Например как сейчас. — подтвердил он. — Он дождался, когда Хюка уедет, и теперь разрушает квартиру. Я не думаю, что он настолько же разгневанный как тогда, когда Хюку избивали, когда мы были детьми, но он всё равно достаточно взбешён. И я ничего не могу поделать с этим. Мы просто должны переждать это, пока он не успокоится и не вытеснит это из себя. Ёнджун хотел фыркнуть. Как будто он позволит небольшому количеству гнева отпугнуть его. — Тэхён, отдай мне ключи от вашей квартиры. — приказал Ёнджун. — Что? Ни за что! — сказал Тэхён. Ёнджун терпеливо ждал, протянув свою ладонь. — Доверься мне по этому поводу. Просто отдай мне ключ и убедись в том, что вы не будете приближаться, пока я не успокою его альфу. Ёнджун одарил Тэхёна таким пронзительным взглядом, что младший неохотно отдал свой ключ. — Ты можешь остаться у нас с Бомгю, пока я не разберусь с этим, — сказал Ёнджун, подмигнув Бомгю (ну, попытавшись подмигнуть. он всё ещё не научился этому). Бомгю сделал вид, что не видел этого. Затем Ёнджун развернулся на пятках и двинулся по направлению к квартире Тэхёна и Субина. ** Когда Ёнджун добрался до двери, всё было тихо. Это никогда не было хорошим знаком. Либо Субин ушёл, либо, возможно, он уснул? Ёнджун не собирался ждать, чтобы узнать этого. Он повернул ключ в замочной скважине и с глубоким вдохом глупо зашёл в дом разъяренного альфы. Он заставил себя никак не отреагировать на бардак перед собой. Стекло было разбито, диванные подушки разбросаны по комнате, и так далее. Под его обувью раздался хруст какого-то предмета, когда он зашёл и тихо закрыл дверь. Субин стоял в центре погрома, его грудь поднималась и опускалась с глубокими вдохами и выдохами, а его глаза светились приглашённым красным, смотря в пол. Его альфа был взбешён, но не казалось, чтобы было всё настолько плохо, как Тэхён описывал это. Он даже не отреагировал, когда Ёнджун запер дверь и спокойно стоял у неё. Наконец-то, Ёнджун заговорил. — Субинни? — позвал он. Ёнджун наблюдал за тем, как красные глаза Субина медленно посмотрели вверх и встретились с его. Он покрылся мурашками из-за доминантного взгляда того. Субин никогда не смотрел на него так раньше. Пропал тот нежно-коричневый, пропало сострадательные и добрые глаза. Он смотрел прямо на него со смесью из чистого гнева, голода, желания. Вместо того, чтобы быть напуганным, омеге Ёнджуна, на самом деле, нравилось такое внимание. Факт того, что этот альфа мог согревать и защищать, дабы удовлетворить эмоциональные потребности его омеги, но в тоже время проявлять доминантность, дабы доказать, что он был решительным и сильным, хватало Ёнджуну и его омеге, дабы, наконец-то, принять этого альфу как партнёра. Да, в глазах омеги этот альфа был достойным быть их. Ёнджун осмелился сделать то, что никто не должен. Он шагнул ближе к разъяренному альфе. Субин отслеживал каждое его движение, молча наблюдаю как хищник за своей добычей. Ёнджун шагнул ещё ближе к Субину, затем ещё, пока между ними не осталось одного фута. Он был готов зайти в личное пространство альфы, не нарушая зрительного контакта с ним, дабы показать, что он не напуган. Но затем спокойный и холоднокровный голос Субина заставил его остановиться. — Нет, — произнёс Субин. Это звучало настолько требовательно, что Ёнджун практически подчинился. Но Ёнджун никому не подчинялся, так что он ослушался приказа. — Не подходи ближе, — предупредил Субин. — Почему? — упрямо спросил Ёнджун. Его глаза посмотрели прямо в глаза Субина. Никто не должен смотреть с высока на альфу вот так. Но вместе того, что разозлиться ещё сильнее, волк Субина практически засмеялся из-за показной доминантности от этого милого омеги. — Потому что я ощущаю гнев. Мне нужно время, чтобы заново подчинить его себе. Я не хочу ранить тебя, — прошептал он старшему. Ёнджун фыркнул. — Ты не ранишь меня. Позволь мне успокоить тебя, — нежно проговорил он, протягивая ладонь вперёд, чтобы дотронуться до руки Субина. Но прежде чем он сумел коснуться его кожи, Субин отшатнулся назад. Ёнджун хотел скулить. Это, по сути, было отказом от омеги. — Ты не понимаешь. Я не могу контролировать себя прямо сейчас. Каждый раз, когда я становлюсь злым, если только две вещи, которые могут мне обратно успокоить. Я либо выплёскиваю этот гнев и разрушаю предметы, либо… — Субин зашипел, сжимая свои ладони в кулаки. — Либо что? — спросил Ёнджун. Его сердце начало биться всё быстрее из-за взгляда, которым Субин одарил его. Он сглотнул, его рот был сухим. — Либо мне нужен физический контакт. Способ выплеснуть все эти чувства в том, чтобы кто-то схватил меня и заземлил, чтобы кто-то отвлёк меня это своей ярости, — прошептал он, его тело сжималось из-за первобытного желания заполучить этого омегу прямо перед собой. Ёнджун молчал пару секунд, позволяя словам Субина пронзить вязкий воздух. Субин отвернулся, боясь увидеть отвращение в глазах Ёнджуна из-за признания. Субин, по сути, сказал, что ему нужно было использовать кого-то как вещь, чтобы успокоить себя. Это было тошнотворно даже для него самого. И всё же, это лучшее, что Ёнджун услышал за сегодня. Этот большой милый альфа нуждался в омеге, чтобы успокоить свою ярость? Запишите его, чёрт возьми. Без ведома Субина, губы Ёнджуна исказились в самоуверенной ухмылке. Ему и его волку всегда нравилось ходить по краю. Они оба были ёбнутыми на голову. — Я могу быть этим кем-то для тебя, — произнёс Ёнджун в тихой квартире. Он чертовски сильно старался сдерживать своё возбуждение. Каково это ощущать руки Субина на нём всём? Ощущать, что Субин, наконец-то, обратит на него внимание, которого он всегда хотел? Ощущать, что эта доминантность и собственническое отношение были направлены к нему? Это заставило его тело вспыхнуть сильным желанием, которое он никогда раньше ещё не чувствовал. Субин упрямо покачал головой. Ёнджун хотел зарычать из-за этого. — Я не могу просить этого от тебя. Ты заслуживаешь намного большего. Я не хочу навредить тебе. Я могу стать очень грубым, возможно даже помечу* тебя, — спорил Субин. «Так даже лучше», подумал Ёнджун. Затем он подошёл ещё ближе, врываясь в личное пространство Субина. Ноздри Субина расширились из-за сильного пьянящего запаха корицы и пряностей. Рычание начало вырываться из его горла, предупреждая омегу, что он переходил тонкую черту. Ёнджун проигнорировал рычание, его губы изогнулись с напускной скромностью. Субин хотел стереть эту ухмылку с него, желательно собственными губами. Ёнджун медленно шагнул вперёд, пока не подошёл настолько близко к Субину, что он мог почувствовать его тепло. Это заставило волка Ёнджуна с гордостью выпятить грудь. Это было огромной честью быть принятым в личное пространство альфы, когда тот был неуправляемым. Пальцы Ёнджуна нежно погладили его кожу и Субин задержал дыхание, не решаясь двинуть ни мускулом. Ёнджун шагнул ещё ближе, чтобы они стояли к друг другу грудь к груди, кончики его пальцев медленно двинулись вверх по руке Субина. Он облизал свои губы, притягивая всё внимание Субина к ним. — Ёнджун… ты должен остановиться, — попытался в окончание проговорить Субин, но даже он начинал терять решимость. — Заставь меня, — Ёнджун улыбнулся, позволяя своей руке направиться дальше по плеча Субина до задней части его шеи. — Не говори потом, что я не предупредил тебя, — прорычал Субин, наконец-то, полностью потеряв самообладание. Он быстро двинулся, Ёнджун даже не ожидал этого. Он моргнул и уже следующим, что он помнил, было то, как его швырнули к стене так сильно, что весь воздух вышел из его лёгких. Парочка висящих на ней картин задребежали из-за оказанной силы, но Ёнджун не успел посмотреть, потому что Субин прижимал его к стене всем своим телом. Ёнджун глянул на альфу, его доминирующая сторона проявлялась. Его волк не мог не наслаждаться борьбой. Если этот альфа хотел его подчинения, тогда он должен был заполучить его. Кажется, это только продвигало Субина и его волка всё дальше в состояние, вызванное гневом. — Эй, небольшое предупреждение в следующий раз было бы очень мило-ммх, — начал огрызаться Ёнджун, но Субин вскоре заткнул его. Он поцеловал Ёнджуна с таким напором, что голова старшего слегка ударилась о стену. Всё же, Ёнджун не обратил на это внимание, его не заботило это. Он поцеловал Субина в ответ, но в тоже время его рука толкала плечо Субина, чтобы альфа слез с него. Что он может сказать? Его омеге нравилось строить из себя недотрогу, это просто было частью его натуры. Субин был намного сильнее, чем делал вид. Несмотря на то, что Ёнджун пытался, тот не двинулся даже на дюйм. Продолжая целовать его пухлые губы, Субин схватил руку Ёнджуна, которая толкала его плечо, и прижал её к стене над его головой. Ёнджун ахнул из-за этого, его дыхание участилось, сталкиваясь с губами Субина. Затем Субин поднёс свою другую руку и схватил подбородок Ёнджуна, выравнивая его голову так, чтобы поцеловать его глубже. Он лизнул нижнюю губу Ёнджуна и, не теряя больше времени, проник языком внутрь, заставляя Ёнджуна застонать. Но он и его омега ещё не сдались. Его язык боролся с языком Субина за доминантность, они метались между укусами и всасываниями губ и языков друг друга. Этот поцелуй не был похож ни на что, что он испытывал раньше. Он был грубым, затем нежным и снова грубым. Субин вызывал у него головокружение и желание большего. Запах Субина был опьяняющим, смесь из ярости и желания. Это всё было для Ёнджуна, этот голод и собственническое отношение были только для него. Ёнджун переместил свою свободную руку в волосы Субина, сжимая его шёлковые пряди и грубо оттягивая. Но пытался ли он оттолкнуть Субина или притянуть его ближе — он никогда не узнает. Он знал только то, что губы Субина были восхитительны на вкус, и он хочет, чтобы этот поцелуй никогда не прекращался. Он хочет большего. Субин прорычал Ёнджуну в рот, отрывая свои губы от губ Ёнджуна и перемещаясь вниз к его челюсти. Ёнджун заскулил из-за этого, оттягивая волосы Субина, дабы заставить его вернуться, но Субин сопротивлялся, тихо смеясь, пока поцелуями на шее Ёнджуна спускался к его ключицам. Ёнджун наклонил свою голову назад к стене, у него были остекленевшие и полуприкрытые в желание глаза, он дал Субину больше доступа к своему телу. Рука Субина ещё крепче прижала его запястье к стене, наконец скользя ладонью вверх для соединения и переплетения их пальцев теперь, когда Ёнджун почему-то перестал бороться. Этого было недостаточно. Всё, что Субин давал ему, было всё ещё недостаточно для него. Он хотел большего. Он хотел быть жадным и эгоистичным. Его волк призывал его приблизиться. — Вернись сюда, — прорычал Ёнджун, обратно притягивая голову Субина вверх, дабы он смог поцеловать эти пухлые губы снова. На этот раз Субин не сопротивлялся, позволяя омеге укусить его нижнюю губу и насильно запихнуть его язык обратно в свой рот. Волк Субина наслаждался властным характером Ёнджуна, находя его освежающим. Он не был кротким и покладистым, Ёнджун был требовательным и уверенным. Волк Субина уважал Ёнджуна за то, что он не испугался их в такой период. Ёнджун получал то, что он хотел без угрызения совести, пробуя Субина так, как ему нравилось. Это сводило Субина с ума и вскоре его руки направились вниз по бокам Ёнджуна и схватили его бёдрам. Ёнджун, не теряя времени, обвернул свои длинные ноги вокруг талии Субина, тот ещё сильнее вжимал его в стену. Они оба были очень возбуждены, заставляя Ёнджуна стать чуть смелее и начать тереться об Субина. Субин зарычал, но Ёнджун проглотил звук очередным настойчивым поцелуем. Его руки блуждали по чужому телу, не оставляя ни один дюйм нетронутым. Он схватил футболку Субина сзади, притягивая альфу ближе, если это вообще было возможно. Вскоре ярость Субина полностью прошла, ничего кроме желания Ёнджуна не возбуждало его инстинкты. Всё было как в тумане, его губы никогда не покидали кожи омеги. Его пальцы впились так грубо в бёдра Ёнджуна, что они оставят синяки вновь. Его зубы оставляли метки на шее Ёнджуна, а губы Ёнджуна онемели из-за того, что он их кусал и тормошил. Они оба тяжело дышали, поцелуи становились грязными и неаккуратными. Субин выглядел не лучше. Он готов поставить на то, что позже на его спине будут видны небольшие царапины. Всё зашло настолько далеко между этими двумя, желание было таким мощным, что Субин лизал впадинку между шеей и плечом Ёнджуна. Он собирался сделать то, от чего они оба не смогут отрекнуться. Его зубы начали грубо царапать мягкую кожу, стоны Ёнджуна забивали его голову. Омега Ёнджуна торопил его, умоляя альфу покончить с начатым. Наконец укусить его и сделать их. Субин собирался это сделать, его животную сторону не волновало то, что он в неком смысле насиловал омегу, выигрывал его как какой-то приз. Его зубы начали впиваться в плечо Ёнджуна, совсем немного, заставляя Ёнджуна ахнуть. В следующее мгновение, Ёнджун тяжело дышал у стены, его футболка спадала с его плеча, его кожа была вся в метках и его покрасневшие губы припухли и были покрыты слюной, но рядом с ним не было Субина. Он успел ясным образом увидеть, как Субина отошёл от него и быстро выбрался из наполненной похотью комнаты, лишь дверь захлопнулась за ним. Омега Ёнджуна был растоптан из-за отказа. Всё выглядело так, словно альфа и не хотел заполучить их. Слёзы угрожающе обжигали его глаза сзади, его эмоции брали вверх. Какого чёрта только что произошло? Был ли он на самом деле недостаточно хорош для этого?