1975 год. Начало конца.
6 апреля 2022 г., 10:02
Саундтрек: At the world caves in — Matt Maltese.
— Вы не… — Пока что нет, мисс. Я очень сожалею, если ваши друзья с будущего смогут вытащить вас раньше нас это будет прекрасно, — устало объяснил директор. Надежда была потеряна. А кто сейчас верит Гарри Поттеру? Министерство не поверит им. Она застряла тут, ей не удастся выбраться. Говорят, надежда умирает последней? У Гермионы Грейнджер больше не осталось ничего. Ни веры, ни надежды, ни любви. Слеза медленно скатилась по щеке, но гриффиндорка быстро вытерла ее рукавом мантии. — Я все понимаю, профессор. У меня скоро урок, я могу идти? — Конечно. Девушка спустилась по лестнице и быстрым шагом направилась в гриффиндорскую башню. Оказавшись в комнате, Гермиона заплакала. Она не просто заплакала, а разрыдалась. Ей было больно и страшно. Она останется тут навсегда. Гермиона не знала, когда Мэри зашла в комнату. Увидев её, шатенка вздрогнула, но не перестала рыдать. Ей нужно было выплакаться. Макдональд не проронила ни слова, просто села на кровать и крепко обняла её. Грейнджер вцепилась руками в свитер девушки, ещё больше расплакавшись. — Я не справляюсь. Они не могут ничего сделать… не могут… мне страшно, Мэри. — Все хорошо, милая, всё хорошо, — гриффиндорка успокаивающе поглаживала Гермиону по спине. — Я знаю, это не просто. Моя мама говорила мне, что каждое событие в нашей жизни имеет смысл. Что если так случилось, значит так надо. Все не напрасно, все наладиться, слышишь? Все наладится.***
Неделя после этого. — Отстань, — шикнула на брюнета Гермиона. — Ну давай, будет весело! — подбадривал девушку Сириус. — Мистер Блэк, мы не мешаем вам вербовать нашу новую ученицу? — тонко подметила Макгонагалл. — Простите, профессор, — отозвался парень. — Ну так что? — Отцепись. Выйдя из кабинета, мародеры последовали за ней. — Ладно, — гриффиндорка вздохнула, — Римус, идём? — оборотень вынырнул из своих мыслей, смотря на Грейнджер. За последнюю неделю они довольно хорошо подружились, но никто кроме Макдональд не знал о её «секрете». — Конечно. — Есть! Есть, Джеймс, а я говорил тебе! — обрадовался Блэк. После этого пара направилась на Астрономическую башню. Римус Люпин был очень спокойным и добрым человеком, он определенно нравился ей как личность. С ним можно было сидеть в молчании. — Слушай, я знаю, что обещал тебе завтра пойти вместе в библиотеку, но я не могу, — девушка не дала ему договорить: — Я знаю, Римус. Полнолуние и всё такое, — ответила она. Гермиона хотела, чтобы он знал. — Что? Нет, я… — Эй, Римус, я знаю твой секрет, и хочу, чтобы ты знал мой, — Люпин уставился на нее выкидывая окурок на пол, и в тот час на лестнице возник Сириус. — Ты знаешь?! «У меня есть мозг?» — Я не. — Нет! Как ты знаешь?! Отвечай! — холодная ярость в перемешку со страхом плескалась в глазах брюнета. Именно так её секрет узнали еще два человека. «Возможно, ты изменила будущее, тупица», — корила себя гриффиндорка. — Это не может… это не может быть правдой, — тихо произнес Блэк. Она не знала, почему расплакалась. Слёзы не переставали течь, Римус сел напротив девушки и взял её руку в свои ладони. — Я верю тебе, и никому не расскажу. Все хорошо, дорогая… всё хорошо, — успокаивал ее парень. Его ладони согревали ее. Ей было так хорошо, она хотела лишь одного. «Я так хочу, чтобы это закончилось». Сириус так же стоял как вкопанный около стены ничего не понимая. — Ничего никому не говори, — попросила Грейнджер спокойным голосом. Она умела совладать собой, но сейчас это плохо получалось. — Оставь нас, Лунатик, — Люпин молча повиновался решению друга и спустился по лестнице. На девушку снова нахлынули эмоции. Почему она позволяет себе плакать с ним? Так не должно быть, но она ничего не могла с этим поделать. — Я… Сириус, все так… я, — всхлипывая начала Гермиона, Блэк прижал ее к себе, — мне страшно. — Я не знаю, что ты чувствуешь, но понимаю, как тебе страшно. Мы придумаем выход, мы поможем тебе, слышишь? — Грейнджер недоуменно уставилась на парня. — Почему ты это делаешь? — Потому что ты хорошая девушка, Гермиона. Такие как мы — обреченные, должны держаться вместе, — гриффиндорка слегка улыбнулась, почему-то посмотрев на губы брюнета. С чего бы они обреченные? Уголки приподнялись в легкой ухмылке, и он поцеловал ее в нос. Грейнджер рассмеялась. — Ты как моя мама. — Эй! Я думал, это будет мило! — также захохотал парень. — Это очень мило. Я в том контексте, что когда я была маленькая моя мама постоянно чмокала меня в нос и называла меня солнышком, — на девушку нахлынули теплые воспоминания, а с ними и грусть. Даже если она вернется в будущее, ей не удастся уберечь родных, она больше их не увидит. Но все было в прошлом, все надо упускать, если оно уже потеряно. Ситуацию, в которую она попала можно было изменить, и она это сделает. — Спасибо, мистер Блэк. — О нет, не называй меня так. Хотя моя мать уже давно бы выбрала тебя в невестки, — Сириус подмигнул ей, она вновь рассмеялась и отстранилась, — пока что не за что, мисс загадочность.***
— И что ты там вычитал? — сидя на кровати брюнета и читая очередную бесполезную книгу в их проблеме спросила Гермиона. — Вот! Да как же ты не понимаешь! Мы должны дать твоим друзьям знак! — Сириус, какой знак? В Хогвартсе убираются эльфы, все чисто, никаких знаков. Это глупая затея, все мы знаем, что я останусь тут. Ты совершенно спонтанно узнал о моем секрете, мистер Блэк, и я очень тебе благодарна, но все напрасно, и лучше я просто смирюсь. — Что за кислый настрой, куколка? — парень придвинулся к ней, заглядывая в книгу. — Это реальность, Блэк. — Вот из-за того, что ты такая упертая как доска. Стой, доски! Стены! Как я раньше не подумал! — Что опять? — вздохнула Грейнджер. — Где спят твои друзья? Ну же, Гермиона! Мы нацарапаем около их кроватей послание! — А если для них уже прошло лет 10 и они окончили Хогвартс? Такая теория тоже есть, — если признаться, то настрой у нее был действительно пессимистический. Гермиона не хотела, чтобы парень лез в это дело. Мало того, что она рассказала ему об этом, так еще и нарушила правила времени где-то сто раз. — Процент вероятности такой теории с классическим маховиком времени ровен двум. Ты чертова зануда, Грейнджер. — Ага, а ты комок счастья и шерсти, — не договорив, в девушку впечатали подушку, хотя парень не сильно отодвигался. — Не обижай моего внутреннего Бродягу! Так какие кровати? Комнаты? — Вообще-то ваша комната. Они вдвоем живут в вашей комнате вместе с еще двумя ребятами, правда я не знаю какие кровати, — это было от части символично. В будущем она находилась в этой комнате всего пару раз, так как большую часть времени ребята просиживали в гостиной, а сейчас Гермиона торчит здесь все время. Странно, но Питер и Джеймс не были против, никогда не лезли в их дела и всегда были рады ее приходу. Сегодня же парни вместе с Римусом ушли сотворять очередную шалость, и, на удивление, Сириус остался с девушкой. — Прийдется исцарапать все. — Мы портим школу! — Ну и что? Для благого дела же. — А какое послание? — Пока что не знаю, подумаем позже, когда Лунатик придет. Сириус был хорошим парнем. Напыщенным индюком конечно, но хорошим. Он всегда играл на публику, это Гермиона давно уже усвоила. Эти улыбки, эти шутки, эти задирательства — все было ложью. Он был чутким и спокойным человеком, и она не понимала почему он носит эту маску клоуна. — Знаешь, сейчас ты не такой, каким я знала тебя тогда, — призналась девушка. — Почему? Моя привлекательность испарилась с годами? О нет! — рассмеялся гриффиндорец. Грейнджер не рассказала ему про Азкабан и его будущее, это было бы слишком. Обрушить всю его жизнь одной фразой? Она на такое не способна. — Просто… просто ты другой, понимаешь? Мы не были близки тогда, потому что ты был намного старше и мы редко виделись, но я думаю, что на самом деле все это — фальшь. — Что именно? — То, что ты делаешь сейчас. Зачем притворяться таким жизнерадостным? Зачем строить из себя клоуна компании? Объясни мне, я этого не понимаю. — Ты ничего не понимаешь, потому что ничего обо мне не знаешь. — Так расскажи мне, поделись своими эмоциями. Я не кусаюсь, Сириус, — более мягко произнесла гриффиндорка. — Что ты вычитала в этой книжке? — он вновь перевел тему. Может, это и к лучшему? Зачем давить на людей, если они рано или поздно все тебе расскажут? — Ничего полезного. Кстати, зачем все эти плакаты с магловскими девчонками? — конечно, они были у всех обитателей этой комнаты, но у него их было наибольше. — Просто понравились, — хмыкнул Блэк. — Почему их так много? — Потому что магловские девчонки крутые. — Я тоже магловская девчонка, но ты же не вешаешь мои фотки, — рассмеялась Гермиона. Почему то ей нравилось задавать ему глупые вопросы, у них всегда получались легкие беседы. Он был легким человеком. — А я разве не говорил, что ты самая крутая магловская девчонка из всех? — спросил Сириус откидывая книгу и придвигаясь к ее уху. — Очень смешно. — Я серьезно, ты крутая, у меня просто фоток твоих нету. Точно! Мне Андромеда на Рождество прислала магловский фотоаппарат! Давай сделаем совместное фото! — Да ну тебя! Я всегда выхожу на фотках ужасно! — оборачиваясь к уже слезшему с кровати парню заверила Гермиона. — Нет нет, мы точно должны это сделать! Блэк достал из чемодана фотоаппарат, и придвинулся к Гермионе. Та отворачивалась, но в конечном итоге сдалась. Из полароида высунулась немного тусклая, но разноцветная картинка. На ней Сириус чмокает девушку в щеку, а та заливается смехом. Это было красивое фото. Бродяга сразу приклеил фото к себе на стену. — Ну вот, теперь на моей стенке есть фото с самой красивой девушкой, — улыбнулся Блэк. — Да хватит меня так называть! Ладно, вернемся к книгам, — смущенно перевела тему Грейнджер.
Примечания:
Оставляйте свои комментарии, дорогие. Извините за задержку в связи со сложившимися ситуациями. Всем хорошего дня!
