отдам всё за твой поцелуй

Рики порвал чёртову записку. Рвал на мелкие кусочки, разбрасывая их за собой. Вычеркивая из головы каждое слово, он возвращался в замок, медленно поднимаясь по ступенькам. К счастью ни один сторожила не поймал его и не влепил наказание. Он завалился на кровать, думая только о том, что, возможно, ответить Сону будет не самой плохой идеей. *** Сдвоенные лекции в этом году было самым отвратительным решением директора. Под конец года всех в очередной раз перетасовали так, что Когтевран был вынужден теперь по вторникам делить кабинеты со слизеринцами. На самом деле эти два факультета хоть как-то уживались вместе и не вызывали никаких проблем. После звонка Хисын заходит в кабинет заклинаний и присаживается за пустой стол. Преподаватель вечно опаздывал, поэтому слизеринцы вальяжно по одному заходили, громко обсуждая что-то ему неизвестное. Ли достал учебник, хотя прекрасно знал, что проспит большую часть урока, если его в очередной раз не выгонят за это. Он поудобнее располагается, закидывая ногу на ногу, и облокачивается на стену, прикрывая глаза. Он всегда завидовал Джейку, который просто мог не прийти на урок и не чувствовать себя виноватым. Класс постепенно заполнился студентами, и профессор забежал последним, попутно извиняясь. Хисын уже погрузился в сон и не заметил, как рядом с ним присел ещё один студент противоположного факультета. Ее шелковистые волосы спадали на плечи, а челка вечно прикрывала глаза. Она улыбалась каждому, кто оборачивался и с кем встречалась взглядами. Перо скользило по пергаменту, аккуратные буквы вырисовывались на чистом листе. Ей не доставляло проблем записывать лекцию не только для себя, но и для соседа по парте, который вздрогнул, приоткрывая глаза. Он моргнул несколько раз перед тем, как понять, что это больше не сон. Она сидит рядом, внимательно слушает и записывает, не обращая на него внимание. Ли несколько раз потянулся, привлекая внимание. Его выдавали растрепанные темные волосы и дико уставшие глаза. И все вокруг привыкли, что первую часть урока он мирно посапывает на последнем ряду, даже профессор. — Доброе утро, — шепчет девушка, протягивая свои листы, — я начала, ты можешь продолжить. Он бросает взгляд на написанный ею конспект и поражается тому, насколько она внимательна. Особенно к нему. — Не стоило, — отвечает, рассматривая свои ботинки, — я бы переписал или попросил твоего брата помочь мне. Она еле слышно смеётся. Они ведь никогда не были друзьями с Рики. Только в последнее время часто работают в паре и выполняют задания совместно. И вряд ли Хисын осмелился бы попросить о помощи. — Всегда рада, — отвечает слизеринка, — и, — она аккуратно проводит рукой по его волосам, — так лучше. Все внутри сжалось. Он не ожидал такого, особенно сейчас, когда едва соображает, что она снова сидит с ним. Мало кто знал, что когда Джей стала учиться в этой школе, Хисын был первым, с кем она начала общаться. Он помог ей освоиться, они даже сидели вместе на совмещённых занятиях. И, незаметно для себя, он начал привыкать к тому, что эта девушка заполняет все его мысли. Вечерами он провожал ее до подземелья, они болтали обо всем на свете. Это было потрясающе, потому что редко встретишь человека, которому интересно все на свете. В один такой вечер он решил, что сейчас самое время. Нет смысла больше ждать, да и сливочное пиво дало о себе знать, когда он в очередной раз провожал ее. Джей рассказывала, что собирается попробовать себя в новых предметах и сомневалась, что находится сейчас там, где должна. Ли внимательно слушал, пока ее взгляд не опустился, а разговор прекратился. Он провёл своей рукой по ее щеке, заправляя волосы за ухо, а после сделал то, о чем жалеет до сих пор. Он наклонился, перевёл дыхание, прежде чем коснуться ее губ своими. Самая глупая ошибка, которую только можно совершить, чтобы оттолкнуть человека. С того момента он больше не провожал ее, не сидел рядом на лекциях и старался избегать любого контакта, пока эта глупая игра не вернула его воспоминания. — Ты успел записать? — спрашивает Джей, когда парень роняет своё перо и чернила разливаются. — Вот черт, — ругается Хисын, после чего звенит звонок, и все стремительно покидают класс. Он пытается очистить пергамент, но в итоге делает только хуже, поэтому собирает оставшиеся не заляпанные вещи, выбрасывая пергамент в мусорное ведро. Покидая кабинет, он задерживается на секунду, замечая, что на месте, где он сидел остался учебник, принадлежащий Джей. И он не уверен, что должен вернуть его прямо сейчас. Он кладёт его в свою сумку и выходит из класса, до сих пор чувствуя ее прикосновения на своих волосах. *** После обеда отменили все лекции из-за предстоящего приезда каких-то важных особ из министерства. Джейк шатался по школе, стараясь не попадать на глаза профессору темных искусств, лекции которого он просыпал уже месяц. Его ноги забрели в самый неизведанный для него угол, точнее помещение, в котором он был на курсе первом или втором — в библиотеку. Джейку показалось, что это слишком хорошее место, чтобы спрятаться и отдохнуть немного. Его слишком поздно заботило, что скоро будет этот чертов бал, а Шим совсем не хочет появляться там. Снова играть восторженного мальчика, постоянно улыбаться своей спутнице и интересоваться ее жизнью, хотя ему было плевать. Он проходил в самую глубь, где стояло несколько столов для особо любящих тишину. Завалившись на один, запрокинул ноги на соседний стул и расслабился. Перебирая в голове варианты девушек, он, наконец остановился на той, которая знала его как свои пять пальцев. Той, которая прикрывала его, когда он пил, а Сону пытался с этим бороться. Она вообще была единственным человеком, которая хоть на мгновение представляла, как хреново ему было. Особенно после пятого курса, когда он вычеркнул Пака из своей жизни, мыслей, воспоминаний и возненавидел его ещё больше. Только ей он смог тогда признаться, что, возможно, испытал симпатию, но отказался подтверждать это на утро, а она больше не спрашивала. Довольный тем, что в этот раз все пройдёт намного лучше, и он не будет притворяться, Джейк решил, что прочитает парочку статей для завтрашнего доклада, что для него не свойственно. Он прошёлся по рядам, пытаясь разобраться где здесь нужный ему материал. Глупо было полагать, что его рвение к учебе поможет ему в поисках, поэтому Джейк ни капли не удивился, когда увидел руку, вытаскивающую учебник с верхней полки. Тот самый, который и был ему нужен. Шим обрадовался, что наконец сможет покончить со всем этим. — Спасибо, я как раз пытался его достать, — произносит Джейк, взяв книгу в руки. — Не сомневаюсь, — отвечает и дрожь пробегает по телу гриффиндорца. Шим оборачивается слишком быстро, практически теряя равновесие. А он был так близко, что воздуха катастрофически не хватало. — Какого черта? — первое, что приходит на его ум. — Дай пройти. Шим отталкивает парня, пытаясь избавить себя от его присутствия. Но слизеринец не сдвинулся с места, продолжая загонять его в ловушку. — Ух, какой страшный, — произносит Пак, — мне нравится, когда ты такой. Джейк почувствовал запах алкоголя, когда Сонхун наклонился чуть ближе. Эта дикая смесь его красивых глаз и алкоголя вскружила ему голову. Но Джейк не собирался сдаваться в этот раз. Он оттолкнул от себя нетрезвого слизеринца. Пак пошатнулся, облокачиваясь на соседнюю полку, чтобы не упасть. — Не боишься? — Джейк удивлённо смотрит. — Не боишься, что я растопчу тебя, уничтожу, сотру в порошок. Твоё жалкое существование будет закончено. Не боишься, Шим Джеюн? На твоём месте я бы боялся. Твои друзья вряд ли поймут и примут то, что ты вытворял за их спиной. Не боишься? — Завали свой гребаный рот и не смей ничего мне говорить. Сонхун усмехается. Он так легко мог вывести этого парня из себя. Но сейчас, когда он опустошил свой запас, а это случилось в будний день, что вообще не свойственно для слизеринца, Сонхун решил немного развлечься. — А то что? — Пак пытается сдвинуться с места, но голова начинает идти кругом, а картинка перед собой плыть. — Снова отсосешь мне? Джейк открывает рот, глотая воздух. Он не мог поверить в то, что услышал. Пак не мог просто взять и сказать это сейчас, здесь, и, скорее всего, кто-то определённо это услышал. — Пошёл к черту, — слишком тихо произносит Джейк и покидает библиотеку, ощущая внутри себя гнев, злость и разочарование в самом себе. *** Ближе к вечеру Рики решил, что самое время спуститься в общий зал и подбросить записку Сону. Да, это было так по детски и глупо, но Нишимура не мог заставить себя подойти и сказать это вслух. Вдруг это очередная игра, и он будет выглядеть слишком глупо в их глазах. Он спустился по лестнице, сталкиваясь с Хисыном, который улыбнулся напоследок. Рики был рад его видеть, хоть и не показывал этого. Они хорошо сработались на прошлой неделе, и он доволен тем, что, наконец, нашёл достойного партнёра. Проходя между толпой студентов, он ловит на себе взгляд. Пьяный взгляд, который выучил наизусть. Нишимура забывает, зачем вообще решил выйти из комнаты и направляется в сторону своего друга, который в одиночестве сидел на диване, пошатываясь из стороны в сторону. Рики присел рядом, облокачиваясь на спинку дивана. — Ты в порядке? — спрашивает, замечая, что Сонхун не совсем понимает что происходит. Он наклоняется ближе, стараясь не спугнуть парня. — Ты выпил? Слизеринец кивает, а на лице расплывается улыбка. — Черт, сегодня только вторник, — Рики улыбается в ответ, — когда ты успел? Сонхун отвечает, но его речь настолько несвязанная, что Рики едва ли понимает. Разобрав несколько предложений, Нишимура сделал для себя вывод, что Пак решил расслабиться и все вышло из-под контроля. — Пойдём, — Рики поднимается с места, — проветримся немного. Сонхун неохотно поднимается, опираясь на друга. Сейчас не самое лучшее время расхаживать по школе в таком виде, поэтому Рики выводит парня на улицу в их место за старой башней. Они садятся на промёрзлую землю, облокачиваясь на стену. Нишимура залезает в карман мантии и достаёт пачку с сигаретами. — Знаешь, ты выглядишь паршиво, — произносит Рики, — не умеешь скрывать свои эмоции, особенно, когда выпьешь. Сонхун пытается вырвать сигарету у друга, но Рики не позволяет. От табака станет еще хуже, поэтому Нишимура прячет сигареты, а Сонхун разочарованно вздыхает. — Паршивый из тебя друг, — Пак опускает взгляд, рассматривая как ужасно выглядят его туфли сегодня. Он явно не заботился о своём внешнем виде, когда опустошал бутылку за стенами школы. И ему явно было плевать на все вокруг сейчас, на все, кроме глупого гриффиндорца в библиотеке, — знаешь, Рики, ты тоже нихрена не умеешь скрывать свои эмоции. — Я хотя бы не напиваюсь в будний день, — Нишимура как всегда оказывается прав. — Зато я не такой трус, как ты, — ухмыляясь, парень прикрывает глаза, наслаждаясь солнечным светом. — В каком смысле? — Без смысла, — Сонхун делает несколько глубоких вдохов, — просто ты не такой умный, каким хочешь казаться. Нишимура обдумывает слова друга, пытаясь найти в этом хоть какую-то подсказку. На самом деле Сонхун не такой глупец, каким его считали окружающие. Ещё на первых курсах он был одним из лучших учеников своего факультета и вторым в школе после Рики, пока в его семье не случились неприятности. После этого все поменялось и он в том числе. — Говорить загадками в твоём стиле, — Нишимура докуривает сигарету, тушит о землю и повторяет за Сонхуном, ловя солнечные лучи. — К черту загадки, — кричит слизеринец, — к черту все это! — Успокойся, — Рики касается его плеча, — послать все ты всегда успеешь. — Точно так же, как и ты, — слизеринец сгибает ноги в коленях, — хотя, учитывая твою неуверенность, ты можешь не успеть. — Снова загадки, — Рики поправляет волосы, — лучше бы ты научился говорить все прямо. — Такой же совет хочу дать тебе, — Рики вопросительно смотрит. — Уже давно наблюдаю эту чудную картину ваших переглядок с Ким Сону. Будь ты хоть на каплю такой же уверенный в себе, как я, то сейчас бы сидел тут не со мной, а с ним. Если честно, я не понимаю тебя. Этот парень, конечно, привлекательный, но есть и лучше. — Ты говоришь про Джейка? Сонхун замолкает, пытаясь собрать все мысли в кучу. Алкоголь уже успел выветриться из его головы, но слишком тяжело было воспринимать на слух это имя. — Не парься, я не собирался никому говорить об этом, — парень улыбается. — Это ваше с ним дело, но он так долго не выдержит, Сонхун. Слизеринец складывает руки в замок. — О чем ты? Нишимура в очередной раз достаёт пачку сигарет и угощает друга, потому что в этот раз это будет серьёзный разговор, не те шутки, что они бросали во время беседы раньше. Рики хотел рассказать другу, что Сону не пришёл на их свидание, что после пригласил его на бал. И что он ничерта не понимает его поведение. Сонхун же хотел больше выяснить, что он имел ввиду под «он так долго не выдержит». Не то, чтобы его заботило состояние Джейка, но все равно он хочет знать. — Понимаешь, что эти твои игры в хорошего и плохого парня одновременно запутывают его, — начинает Рики, — скорее всего после каждого вашего общения он ненавидит тебя ещё сильнее, чем прежде. Отношения на ненависти не построишь. — А кто сказал, что я хочу отношений? — спрашивает Сонхун. — Я просто развлекаюсь, ничего больше. — Вот как. Нишимура уверен, что друг его обманывает. Поэтому решает больше не лезть. Просто сидеть рядом как раньше и наслаждаться одним из последних солнечных дней в этом году. *** — Я так устал, — жалуется Чонвон, — скорее бы выходные. Сону усмехается, когда слышит жалобные стоны друга. Ян всегда возмущался по поводу учебы. Для него это было слишком тяжело, поэтому он считал своим долгом каждый вечер докладывать об этом своим друзьям. — Сегодня вторник, — заключает Сону, — ты что-то рано начал. Чонвон хотел возразить, но в комнату ворвался Джейк. Его лицо настолько сильно излучало ярость, что Ким даже испугался. — Правда или действие, Чонвон? — кричит Джейк, но друг молчит. — Выбирай, черт возьми! Чонвон слегка улыбнулся, поворачивая голову в сторону Сону, который пожимает плечами, не понимая, что сейчас происходит. — Ну, действие. Шим выравнивает дыхание, присаживаясь рядом. — Ты должен сделать так, чтобы этот долбанный Пак Сонхун был унижен, опозорен, чтобы он ненавидел себя так сильно, как сможет. Смешай его с грязью, сделай с ним такое дерьмо, которое только придёт в твою умную голову. Чонвон соглашается. У него нет выбора, ведь он никогда не сдастся и не выйдет из игры раньше всех. Но он не понимает, что такого снова сделал Пак, что Джейк буквально плевался ядом. *** Чонвон столкнулся со слизеринцами во время второго урока. Маггловедение был единственным их сдвоенный предметом, и Ян терпеть его не мог. Он всегда садился рядом с Джей, которая делала работу за двоих, а Чонвон развлекался тем, что бросал записки своему товарищу по квиддичу с глупыми шутками. Зайдя в кабинет, Ян занимает своё привычное место слева у стены, достаёт учебники для вида и уже готовится услышать щебетание Джей рядом. Как обычно класс быстро заполнился, и профессор позволил повторить пройденный материал ещё несколько минут, пока он готовится к уроку. Чонвон крутился на месте, постоянно оборачиваясь в сторону двери ожидая, когда его девушка откроет ее и впервые опоздает на урок. Но этого не происходит. Сквозь дверную щель появляется голова со знакомыми светлыми прядями, которая мельком осматривает кабинет, а после входит с извинениями. — Мистер Пак, — произносит профессор, — в который раз вы опаздываете на мое занятие. Профессор встаёт со своего места, откладывая палочку, держащую в руке. — Что ж, — он откашливается, — присаживайтесь рядом с мистером Яном и приступайте за работу. Недовольно фыркнув, слизеринец садится рядом с Чонвоном, толкая его локтем как бы случайно. Пуффендуец делает вид, что не замечает этого действия, стараясь думать о том, почему Джей не пришла сегодня на занятие. Преподаватель проводит небольшой опрос, который Чонвон заваливает и слышит мерзкий смех Пака, который, к удивлению, ответил правильно на все вопросы. Чонвон не понимал за что ему такое наказание в в виде соседа по парте. Каждые несколько минут Сонхун то и дело, что наступал ему на ноги, толкал локтями или кидал едкие замечания по поводу всего. Чонвон долго терпел все издевательства, но последней каплей стало то, что Пак случайно пролил чернила на его пергамент и испортил все записи. — Какого хрена! — кричит Чонвон. — Ты напрашиваешься на неприятности. — Мистер Ян, сейчас же сядьте на своё место, — возмущается профессор. Сонхун, довольный своими выходками, сидел и улыбался тому, что так скоро мог вывести брюнета из себя. Нужно же как-то извлекать выгоду из сложившейся ситуации. — Этот, — указывает на Сонхуна, — испортил все мои записи намеренно. Профессор складывает руки на груди, недовольно смотря на учеников, которые срывали его урок. Ярость читалась в глазах Чонвона, а улыбка не сходила с лица Сонхуна. — Вы, — проводит воображаемую линию между ними, — сейчас же покиньте кабинет. Ян сразу собирает свои вещи и, отталкивая Пака так, что тот почти ударяется лицом о парту, выходит из кабинета. Теперь он прекрасно понимал Джейка, который буквально хотел его уничтожить. И теперь Чонвон готов подключить все свои гнилые идеи, чтобы тот ответил за свои выходки. *** — Ублюдок, — кричит Чонвон, — настоящий урод. Господи, если бы профессор не выгнал меня, я бы уже сидел за преднамеренное убийство. Шим улыбается. Ему нравится картина убитого Сонхуна прямо на уроке. Правда он сам хотел бы это сделать, но так тоже пойдёт. — Значит ты уже придумал то, что сделаешь с ним? — интересуется Джейк, — Уверен, это будет грандиозно. Чонвон пожимает плечами, надеясь, что в ближайшее время сможет придумать что-то. В его голове всегда было море идей для розыгрышей, но в основном они были безобидные. В этот раз нужно что-то более весомое и серьёзное. И он не отказался бы от пары идей, которыми поделятся друзья. — Как бы ты поступил на моем месте? — спрашивает Чонвон, и Джейк задумывается. Скорее всего, он бы решил закрыть Пака в той комнате на втором этаже. Мрачной, сырой комнате, где он бы запустил тысячу его кошмаров, от которых некуда было бы убежать. Возможно, Пак бы сломался, и остальные жили бы спокойно. Но Джейк не настолько ненавидел его, чтобы поступить так. — Думай сам, — отвечает Шим, — а я просто буду в числе зрителей. Конечно Джейк не хотел давать подсказки, он так сильно любил неожиданные выходки Чонвона. — Я, честно говоря, был удивлён, что ты снова попросил унизить его, — признаётся парень, — но после сегодняшней его выходки. В общем, меня это больше не удивляет. — Ну, он всем нам немного подпортил жизнь, — произносит Джейк. — Некоторым даже больше, чем нужно, — встревает в разговор Сону. Парни не заметили, как их друг решил присоединиться к беседе. Сегодня Ким выглядел даже слишком паршиво. Синяки под глазами выдавали бессонную ночь, а мятая рубашка говорила, что Сону надел первое, что попалось под руку. На самом деле Сону только делал вид, что спит, чтобы не слышать глупых вопросов Шима и, наконец, задуматься о чем-то серьёзном. Например о том, что сегодня он хотел столкнуться с Рики как бы случайно и хотя бы просто взглянуть на него, почувствовать знакомый аромат, как тогда на травологии и плевать, что он скорее всего ничего не скажет. Но Рики не было в школе сегодня. Он пару раз проходил мимо класса когтевранцев и ни разу не застал его. Хисын сказал, что Рики не было весь день и в своей комнате его тоже нет. Сону не хотел думать, что все это из-за его записки или его поведения. Но он думал. — Ты подкрался незаметно, — отвечает Чонвон. Сону улыбнулся. Впервые за весь день он смог заставить себя поднять уголки губ вверх и не чувствовать при этом, что находится под маской. — Просто ты не очень внимательный, — он вкладывает в фразу двойной смысл, надеясь, что Ян сам спросит его о Рики. Но Чонвон действительно витал в облаках, раз продолжил тираду о Паке, не обращения внимания на него. Ким не знал к кому обратиться за помощью. Он безумно хотел знать куда делся Рики, и не избегает ли он его намеренно. Но подойти к друзьям когтевранца было выше его сил. Он не мог заставить себя сказать хоть слово, а просить узнать Хисына было бы самой плохой идеей. Сону исчезает так же быстро, как и появляется. Он бестолково бродит по замку, прокручивая в голове все варианты. Самый лёгкий — это подойти к декану Когтеврана и узнать лично, но Сону не искал легких путей. Попасть к ней было слишком тяжело и практически невозможно. И он мог бы тогда попросить Хисына найти ее и спросить все сам. Отличный вариант за исключением того, что Ким слишком напуган его разоблачением. Он продолжает слоняться из стороны в сторону, пока не налетает на такого же невнимательного студента в зелёном галстуке. Сону начинает извиняться, поднимая свои вещи с пола и даже не смотря на товарища. — Смотри куда идёшь, — выплевывает парень, и Сону замирает. Ким медленно поднимает глаза, сталкиваясь с холодным взглядом. Он уже начинает чувствовать приступ злости, пока не вспоминает, как точно так же столкнулся с Рики на третьем курсе. Это было во время второго семестра, когда он очень торопился на заклинания и бежал изо все сил. Свернув за угол, он налетел на когтевранца, сбивая с ног. В тот момент, когда их глаза встретились, а Сону все ещё продолжал извиняться и говорить так быстро, что никто бы не смог разобрать его речь, Рики просто улыбнулся и сказал: будь аккуратнее. С тех пор Сону сотни раз прокручивал в голове эту ситуацию и придумывал разные сценарии событий, которым никогда не суждено осуществиться. — Ты в порядке? — Сону слышит голос, выводящий его из мыслей. Он уже и забыл, что стоит рядом со слизеринцем. — Да, я, эм… все хорошо, — отвечает, не понимая, откуда взялась эта глупая неуверенность. Пак разворачивается, проходит мимо, говоря что-то вроде «не хочу, чтобы твои друзья мстили мне за то, что ты покалечил себя сам». Сону продолжает стоять на том же месте, осознавая, что Пака волновало его состояние. Это глупо, но Ким цеплялся за последнюю надежду, когда буквально выкрикнул: — Сонхун! — Пак замирает. Он встаёт в пол оборота, вопросительно смотря на гриффиндорца, который нервно теребил подол рубашки. — Я хотел спросить, — замолкает, убеждаясь, что Сонхун не собирается набрасываться на него, — с Рики все хорошо? Пак утыкается в пол, немного улыбаясь. — Ох, Сону, — произносит, выделяя каждую букву его имени, будто пробуя на вкус, — беспокоишься о своём мальчике? Язвительный тон пробирает его до дрожжи. Он уже пожалел, что вообще спросил об этом слизеринца, поэтому, опуская взгляд вниз, пытается сделать первый шаг, сбегая. — Он дома, — чуть громче произносит Сонхун, — семейные проблемы, — уточняет, — не думаю, что я должен рассказывать тебе, но твоё беспокойство о нем меня тронуло. Сону продолжает стоять на месте спиной к собеседнику. Он впитывает каждое его слово, но боится обернуться. Боится увидеть нахальный взгляд Пака. — Его отец болен, — от услышанного Сону теряет контроль сознания, — на самом деле уже давно, но сейчас все стало немного хуже, и его мать решила забрать их с Джей на некоторое время. Сону слышит шаги, которые с каждой секундой становились все отчетливее. Он прикрывает глаза, когда тяжелая рука опускается на его плечо. — Я, конечно, сволочь, — произносит Сонхун, удивляясь тому, как спокойно он может себя вести рядом с Кимом, — но даже я прихожу на свидания или хотя бы извиняюсь. Гриффиндорец чувствует, как рука Сонхуна пару раз хлопнула по его плечу, а после слышался только звук размеренных удаляющихся шагов. Он простоял так ещё некоторое время, пока не осознал, что Пак Сонхун только что спокойно разговаривал с ним и даже сделал попытку на дружеский жест, от которого становилось не по себе. Но он чувствовал облегчение от того, что Рики сейчас дома, и он не сбежал от него. Остаётся неизменным то, что Сону все ещё не попросил прощение за то, что не пришёл тогда. *** День подходил к концу и, по традиции, все сидели в общем зале, обсуждая учебу, спорт и прочую ерунду. Слизеринцы редко участвовали в таком сборище, но в этот раз почтили своим присутствием остальных. Сонхун расположился на диване, закинув ногу на ногу и рассматривая окружающих. Джейк, сидящий на противоположном диване, возмущённо рассказывая, что чуть не сорвал урок зелий и чудом избежал наказания. Чонвон, сидевший рядом, делал вид, что внимательно слушает, не теряя из виду слизеринцев. — Знаешь, ты каждый раз говоришь, что он козел, — заключает Хисын, — и каждый раз мы вынуждены с тобой согласиться. Джейк улыбается. Он любил своих друзей за то, что при любом раскладе они его поддерживали. — Три, — шепчет Ян, и Джейк поворачивается к нему, испепеляя взглядом, — два, — Хисын замечает странное шептание друга, — один. Рука Пака ложится на диван, когда один из его друзей доедает последнюю конфету из коробки, любезно забытую Чонвоном на самом видном месте. Достаточно было минуты, чтобы Эйдан набросился на Сонхуна, впиваясь в его обветренные губы. Пак теряет равновесие. Тяжелое тело вдавливало его в диван, заставляя принять лежачее положение и как бы он не хотел оттолкнуть друга, но тот был в два раза больше его. — Что происходит? — шепчет Хисын, когда смех разносится по всему помещению. Кэтрин, журналист местной школьной газеты, даже делает несколько фотографий, сдерживая смех. — Ещё не все, — шепчет Чонвон, незаметно взмахивая палочкой, и ведра с чернилами, стоящие на книжных полках рядом со слизеринцам, опрокидываются. Покрытые чернилами тела замирают, а остальные продолжают смеяться, уже не сдерживаясь в эмоциях. Эйден потихоньку приходит в себя ощущая вкус чужих губ. Он отпрыгивает, поскальзывается на пятнах и с грохотом падает, все ещё смотря на Пака, в глаза которого читалось: «я тебя уничтожу». И никто точно не мог сказать, кому принадлежала эта угроза, но уже не могли остановиться в насмешках над парнем, который только и делал, что осмеивал остальных.