отдам всё за твой поцелуй

Он наклоняется, касаясь губ аккуратно, нежно. Скользит руками, зарываясь в платиновые волосы. Проводит языком по нижней губе, задыхаясь от нехватки воздуха. Он чувствует, как холодные руки дотрагиваются до щеки. Все тело немеет, он тонет в океане его глаз, когда на секунду отстраняется. Джейк прерывисто дышит, поглаживая большим пальцем алые щеки Слизеринца. В первый раз он не хочет отталкивать его от себя. Все было по-другому. Он был другой. Его ресницы вздрагивали каждый раз от таких прикосновений. Гриффиндорец притягивает Сонхуна ближе, сталкиваясь лбами. — Правда или действие, — шепчет Шим. — Действие, — еле слышно отвечает, не узнавая собственный голос. — Сделай это еще раз, — и Сонхун тянет его на себя, оказываясь снизу. Обнимает за талию, залезая руками под белую футболку парня. Его руки блуждают по разгоряченному телу, а губы краснеют от жадных поцелуев. Их не беспокоит, что совсем скоро все вернутся из Хогсмида и все снова станет таким, как было всегда. Джейк снова будет делать вид, что Пак вызывает в нем только злость и ненависть, а Сонхун будет делать вид, что Шим его не волнует ни в каком смысле. *** Первый снег выпал намного раньше, чем полагалось. Это означало, что совсем скоро закончится учебный семестр, пройдет ежегодный и последний для выпускников бал, а после останется сдать экзамены и вступить во взрослую жизнь. Рики забавляла мысль о его будущем. Все до мельчайших подробностей было расписано еще в детстве, когда он составлял список своих целей на дальнюю перспективу. После вчерашней пьянки, он был рад избавиться от давящих стен и выйти на свежий воздух. Он снова занял свое любимое место возле статуи, достал книжку и начал вчитываться в каждое слово. Нишимура вытащил ее из-под матраса Сонхуна, когда тот вышел из комнаты думая, что он спит. Рики не любил лезть в чужую жизнь или как-то быть замешанным в таком, но в этот раз чувство любопытства взяло над ним верх. На пятой странице он узнает почерк. Точнее тот, что исправлял слова, написанные кем-то неизвестным. Он внимательно рассматривает буквы, пытаясь разобраться кому они принадлежат. «он раздражает влюблен в меня» «вчера я снова сдался и позволил завладеть мной любить меня» Он узнает каждую букву, вырисованную рукой его друга. Почти каждое гневное слово было исправлено на «любить» и это натолкнуло на мысль, что это то самое, что позволяет Сонхуну сдерживать свой гнев. Возле каждого исправления сбоку была написана дата. Нишимура узнал несколько, особенно ту, когда в начале года случился казус в кабинете зелья. Сонхуна трясло несколько часов. Он разносил комнату, швырялся учебниками и кричал так громко, что у Рики закладывало уши. Когтевранец сделал несколько попыток, чтобы прекратить это саморазрушение, но Пак оттолкнул его и велел проваливать. Тогда он был уверен, что вся эта выходка закончится тем, что Сонхун просто уничтожит компашку Джейка, но на следующий день он просто вышел из комнаты, здоровался с каждым встречным и носил фальшивую улыбку. Все снова вернулось в нормальное русло. И может Рики бы и поверил в тот раз, но он слишком хорошо знал его. «надеюсь, что он исчезнет навсегда будет в моей жизни» Рики закрывает книгу, прячет ее под мантией и встаёт с уже нагретого места. Он должен вернуть ее до того, как парень обнаружит пропажу. Сонхун сам стащил это и будет ещё хуже, если Рики ее не вернёт. *** Ближе к вечеру студенты возвращались с Хогсмида, показывали друг другу новые вещи, которые приобрели в лавках и рассказывали истории, которые приключились с ними за день. Чонвон хвастался новой метлой, которую подарил отец к приближающемуся дню рождения. Он долго не мог решить, что именно хочет получить, но на прошлых выходных Сону прожужжал ему все уши о ней, и Чонвон сдался. Она была великолепна. Золотистый оттенок переливался на солнце, тонкая ручка из коры красного дерева позволяла набирать скорость в считанные секунды. Если бы у каждого в команде была такая метла, то вряд ли бы они болтались на последнем месте турнирной таблицы. — Джейк будет умолять меня дать ему прокатиться, — произносит Чонвон, когда они возвращаются в замок, — чувствую, что его очередное действие будет связано с ней. Хисын смеется, придерживая в руках новые учебники, которые приобрел утром. Парочка из них были по заклинаниям, остальные связаны с подготовкой к экзамену. — Ты только Сону не говори, — Хисын проходит между студентов, оборачиваясь, чтобы не потерять друга из вида, — он и так в последнее время слишком загруженный, а это определенно добьёт его. — Тогда зачем покупать новую метлу, если ты не можешь похвастаться перед друзьями? — Чонвон поднимает ее в воздух, — Может это последнее, чем я буду гордиться в жизни. Парни расходятся каждый по своим гостиным, чтобы оставить ненужные вещи и собраться на поле. Очередная неделя подходит к концу. Хисын заходит в гостиную своего факультета, сбрасывает мантию на диван и принимается раскладывать купленные учебники. Он проводит пальцами по новым обложкам, вдыхает запах свежих чернил. В этом году он решил более усердно готовиться к экзаменам. Вместе с Рики по пятницам вечером они закрываются в библиотеке, достают тонны книг и конспектируют каждую, обсуждая непонятные для них вопросы. В прошлый раз ему удалось ответить на двадцать вопросов больше, чему Рики был слишком рад. Такие занятие показывали, что нет предела совершенству и даже Нишимура Рики знает не все. — Я принес то, что ты просил, — произносит Ли, когда видит темноволосого парня, садящегося на диван, — повезло, что мы заказали их раньше, это был последний экземпляр. Рики кивает, рассматривая заваленный стол. Приобрести парочку новых учебников было неплохой идеей. Они смогут подготовиться лучше, знать больше заклинаний и сдать итоговое задание за семестр лучше остальных. Рики всегда хотелось быть лучше, чтобы доказать себе, что он достоин большего. Он достоин того, чтобы держать Сону за руку, когда они будут спускать на завтрак, достоин быть рядом в самые тяжёлые для него периоды, достоин касаться его кожи, он достоен. Но Нишимура слишком резко отреагировал на то, что вышло в порыве эмоций. Он прекрасно знает, что Ким не контролировал себя, когда писал все это. И если бы это пришло в любой другой день, он бы даже не обратил внимание, но все случается в неподходящий момент. Его выбило из колеи, в голове не складывалась картинка и единственное, что на тот момент казалось лучшим попросту уничтожило все. — В пятницу не выйдет, — шепчет Рики, — я должен вернуться домой на выходные. В последнее время ему часто приходят письма из дома. Отец борется с болезнью, но, кажется, безуспешно. Он успокаивает мать, укладывает в кровать Джей, которая еле справляется со всем этим, хотя пытается показать все иначе. На него столько навалилось за считанные дни, что он не в силах разобраться в одиночку. Рики очень хотел, чтобы рядом с ним был Ким Сону с чашкой какао и лучезарной улыбкой. Все было бы намного проще. Хисын обратил внимание на то, как быстро Нишимура выпадает из реальности. Он полностью погружается в свои мысли, отстраняясь от внешнего мира. Ли редко спрашивал Рики о его семье, жизни, планах, да и сам Когтевранец не особо распространялся о себе. Он был скрытным, постоянно увиливал от любых вопросов или переводил тему разговоров. Рики не хотел показывать себя миру. — Все хорошо? Рики пожимает плечами, а грустная улыбка скользит по лицу. — Если бы все было хорошо, я бы не уезжал, верно? Ли решает больше не лезть. Он идет в свою комнату, раскладывает оставшиеся книги в шкаф и решает немного отдохнуть перед тем, как снова вляпается в очередную неприятность. Тем временем Сону измерял шагами окружности замка. Он несколько раз прошел от западного крыла к южному, останавливаясь только на несколько секунд, чтобы перевести дыхание. Сегодня он провел совсем мало времени со своими друзьями. Они разошлись после обеда, когда парни решили пройтись по магазинам, а он с трясущимися коленями пошел в противоположную сторону. Он считал каждый шаг, теребил руками подол мантии и прерывисто дышал. Промерзлый воздух заставлял его разум мыслить как можно более здраво, но все пошло к чертям, когда он увидел его, сидящего на привычном месте, листающего книгу. Это было словно во сне, когда Сону приблизился, оставаясь на безопасном расстоянии, чтобы быть незамеченным. Он следил за каждым движением темноволосого, как он проводил рукой по волосам, как перелистывал страницы и хмурил брови, читая содержимое. От каждого действие сердце Сону билось все сильнее. Настолько глупо было напиться впервые за этот семестр, написать то дерьмовое письмо и отправить его. Первый раз он получил такой шанс быть рядом с тем, кого считает совершенством во всех смыслах и так бездарно испортить. Ким ненавидел себя за это. Он следил за Рики еще несколько часов, пока парень не зашел в книжный магазин. И если бы он не был так напуган и огорчен словами Рики, то сейчас же побежал за ним и заставил бы его принять те безумные извинения, которые репетирует перед зеркалом, признаться, что все те слова полная ложь. И Рики определенно бы простил Сону и смог бы быть с ним. Но все это было лишь фантазией, поэтому Ким еще раз взглянул на витрину, провожая парня взглядом, и ушел. Он вернулся в замок раньше положенного, но так и не решился зайти внутрь. Прогулка казалась хорошей идеей, хоть и было довольно холодно. Все его мысли были лишь о том вечере, когда Рики вдребезги разбил все надежды. Сколько бы Сону не пытался заставить свой мозг думать об учебе, игре или хотя бы о следующих матчах, все возвращалось к темному лесу, трясущимся рукам и тому, как Нишимура признал то, что так боялся Кима. После захода солнца Сону решил, что не позволит себе больше думать о Рики, заполнять всю его голову и доводить до сумасшествия. Он сделает все возможное, чтобы при упоминании этого имени перестало темнеть в глазах. *** — Это была очень дерьмовая идея, — шепчет Джейк, упираясь спиной о железную вешалку, которая определенно оставит большой синяк. — Можешь заткнуться? — спрашивает парень, чувствуя ноющую боль в спине. — Ты решил, что у нас есть еще несколько минут, — огрызается Шим, — и если бы ты, — утыкается пальцем в грудь, — послушал меня, то не стоял бы в этом шкафу, сгибаясь пополам. Пак ухмыляется, но Джейк не видит этого. Он настолько сосредоточился на шумах снаружи, что, когда тяжелая рука легла на его плечо, вздрогнул, издавая нечто похожее на писк. — Не думал, что ты пугливый, — он скользит рукой по предплечью, останавливая на локте, и притягивает к себе, — расслабься, — шепчет, наклоняясь ближе, — представь, что здесь только ты и я. Джейк сдается, когда ощущает чужие губы на своих. — Знаешь, Кейт, не важно с кем ты пойдешь на бал, главное, что он последний, и мы повеселимся, — слышится женский голос, от которого Шим врезается спиной в стену, роняя ту самую вешалку. Он замирает, все еще ощущая руки Пака на себе, и не произносит ни слова, прислушиваясь к разговору по ту сторону двери. — А ты уже пригласила того красавчика с Гриффиндора? — произносит девушка, — уверена, что вы бы хорошо смотрелись вместе, — она смеется, и Джейк надеется, что никто не услышал грохота в шкафу. Сонхун приближается ближе, продолжая поглаживать спину Шима. Ему нравилось, что они оказались заперты здесь и даже не имеют никакого понятия о том, когда у них получится выйти. — Да, но он уже занят, Кейт, — отвечает девушка, — но я пойду с Джейком, — и если бы парень, чье имя Пак сейчас услышал смог бы видеть его удивленные глаза, то он бы потерял все уважение к себе. Сонхун не мог поверить в то, что Джейк пойдет на этот бал, да и еще с какой-то девчонкой. Ему казалось, что их компания разделится на пары, как они делали в прошлом году. Эта новость вызывала в нем желание выйти из долбанного шкафа и сказать, что если Джейк и пойдет туда, то только с ним. Но он не был готов к тому, что все вокруг узнают, как самоуверенный и наглый Пак Сонхун влюблен в такого же безумного Шим Джеюна, не после того, что он делал все эти годы. — Ты идешь на бал? — шепчет, и Джейк кивает, зная, что он этого не увидит. Сонхун не дожидается ответа, а звуки голосов утихают. Это явно не то окончание вечера, на которое он надеялся. В своей голове он вообразил, что сможет проводить Джейка до его крыла, поцеловать, возможно даже сказать, что был рад провести этот день с ним, но никогда не случается то, что ты придумываешь себе сам. Сонхун толкает дверь, которая со скрипом открывается. Он выходит, останавливаясь возле дивана, но так и не решается присесть. — Черт, я думал, что нам придется ночевать здесь, — произносит Джейк, разминая спину, — дерьмовая, дерьмовая идея, — но Сонхун не реагирует на слова. Он встает в пол оборота, пронзая взглядом выход. Уйти сейчас будет лучшим решением, но Сонхун никогда не поступает таким образом. — Ты идешь на бал? — повторяет вопрос. Джейк переминается с ноги на ногу, не понимая, почему он так волнуется. — Да, — отвечает, — конечно, — делает несколько шагов вперед, — разве ты нет? Сонхун пожимает плечами. На самом деле он даже не думал звать кого-то. Он договорился с Тэхеном, что последний праздник в этом году проведут вместе, напиваясь за школой. — Возможно я сейчас скажу глупость, Сонхун, — Джейк ухмыляется, — но твое недовольное лицо просто заставляет меня это произнести, — он складывает руки на груди, наклоняя голову на бок, — ты решил, что на бал я пойду с тобой? Пак чувствует напряжение, которое моментально возрастало между ними. Он делает глубокий вдох перед тем, как снова все разрушит. — Ты слишком высокого мнения о себе, — выплевывает, — или ты подумал, что сегодняшний день что-то изменит? — и Джейк снова видит ту нахальную ухмылку, — Смешной. Шим хлопает ресницами, пока Сонхун покидает помещение под его пристальный взгляд. Сегодня Джейк напишет в своем дневнике только одну фразу: «он меня уничтожает» *** Под конец дня Чонвон расположился на мягком пледе, который любезно предоставил ему Хисын. Он без умолку рассказывал про новую метлу, и всех порядком начинало тошнить от этого. Сону сидел как можно дальше от всех, пытаясь вникнуть в суть разговора, а Джейк записывал баллы каждого. — Может ты остановишься, — ноет Хисын, — мы все за тебя счастливы, Чонвон, даже Сону. Ян победно улыбается, а Джейк протягивает ему пергамент. Очередная неделя подходит к концу, никто не выбыл из состязания, а ставки с каждым разом только растут. — Я предлагаю начать придумывать самый грандиозный розыгрыш этого года, — произносит Чонвон, — этот бал последний, и мы просто обязаны оставить в нашей памяти отпечаток о нем. Ли соглашается, предлагая несколько вариантов, которые Чонвон сразу отбрасывает. Сону кивает на каждое предложение, радуясь только тому, что на сегодняшнее собрание не пришел тот, о ком он обещал забыть. И только Джейк не может признаться даже себе, что сегодняшний день оставил самый большой отпечаток, потому что он все еще чувствует его прикосновения на себе.