Wish You Were Here

— У тебя здесь...очень атмосферно. Я уже говорил? Рэй откопал где-то в секонд-хенде диски с «Пятым Элементом» и «Властелином Колец», и такое событие никак нельзя было пропустить. Фрэнк никогда не одобрял любви Рэя ко всякому старью, но вот Торо и Джерард отлично понимали друг друга. — Хотя бы кому-то нравится, — Рэй посмотрел на Фрэнка несерьёзно-осуждающе, и тот закатил глаза. Они развалились на старом раскладном диване с неудобным матрасом и смотрели в единственный источник света - квадратный телевизор. Торо забрасывал в себя попкорн, а Фрэнк лежал на плече у Джерарда. — У тебя ведь ещё осталось пицца? — Да, Фрэнк, должна была. Иди посмотри. Фрэнк посмотрел на Джерарда милейшим из своих взглядов. — Но только потому, что ты сегодня добрый, — Уэй чмокнул его в лоб и скрылся на кухне.

***

— Ты же притащишься на матч в пятницу, чувак? — Сэм прошепелявил это слишком быстро, и Фрэнк еле разобрал, что тот имеет в виду. — Да, как иначе, — Фрэнку совершенно не хотелось там быть, но он чувствовал, что так будет лучше. Он всё ещё лидер их компании, так что было бы неплохо почаще проводить время с друзьями. Хотя Фрэнк уже и сомневался в том, что мог называть футболистов громким словом «друзья», быть среди изгоев до конца школы ему не хотелось.

***

Май выдался размеренным, даже немного скучным и рутинным, но от этого не менее приятным. Кажется, этого Фрэнку и не хватало - умиротворения. Он отыграл всего один концерт, зависал у Торо после школы и не планировал даже пытаться исправлять свои годовые оценки. Всё, наконец, стало тихим. Джерард рассказывал об искусстве эпохи Возрождения, о свадьбах в Японии и американских сектах, пока они лежали под пледом и смотрели на фонарик на потолке. Фрэнк танцевал с Джерардом на площади, неловко держа за руку, пока солнце слепило и кидалось бликами. Они вместе сбежали с уроков и ели чипсы около заброшенной парикмахерской. — Это так ужасно, Торо, — Фрэнк устроился в спальном мешке, пока Торо ворочался на диване. — Что? — кажется, он уже почти заснул. — Быть влюблённым. Как будто каждая секунда с ним - утро Рождества. — Цени это, — пробурчал Рэй и провалился в сон, но Фрэнк ещё долго думал.

***

Фрэнк надел обтягивающую футболку The Cure и наспех нацепил три подвески на шею, влез в чёрные скинни непонятного происхождения, застегнул клепаный ремень и повесил цепочку на пояс. Привычные неизменные берцы он натягивал у порога, в спешке, быстро оглядывая себя в зеркало сверху вниз и субъективно оценивая. Ничего необычного, но довольно неплохо. Для весеннего бала - самое то. Схватив гитару, заранее оставленную около входной двери, Фрэнк вылетел в майский вечер, не сказав ни слова на прощание отцу, всё также пившего на кухне в полном одиночестве и тишине. Он полз до отвратительно большого и скучного здания супермаркета, где договорился встретиться с Кевином, Сэмом, Уоллисом и Ларри. Последний, как единственный знакомый Фрэнку совершеннолетний, всегда становился ответственным за детский алкоголизм. На каждую вечеринку после концерта или в честь какого-то праздника он притаскивал ящики со спиртным, благодаря чему был уважаем среди школьников. Парни-спортсмены смотрелись комично и неправильно в этих аккуратных костюмах и белых выглаженных рубашках. Словно влезли в чужую, порядочную кожу. На Ларри же была стабильная футболка Slayer и драные джинсы. Он, кажется, не только не моется, но и одежду не стирает. — Здарова, — Фрэнк ударил по рукам с каждым, всеми силами смотря мимо Кевина. Даже если ничего дельного с этой историей так и не вышло, к счастью Фрэнка, Кевин всё ещё мудак и его стоит опасаться. — Отличный вечер у вас намечается, пиздюки, — Ларри дымил дешёвыми сигаретами с отвратительным запахом, и его голос звучал посажено и скрипуче, как будто мелом царапают доску. — Мы с Фрэнком к вам, чуваки, позже присоединимся. Без проблем, Ларри? У нас есть важное дело в гимназии, — Кевин поправил свою высокую причёску из высветленных волос. — Какое дело? — спросил Фрэнк с раздражением, — почему вы меня не предупредили? — Это сюрприз, малыш Фрэнки, — Уоллис дёрнул уголком рта, и его глаза блеснули. — Поверю вам наслово, мужики, — развлекаться на весеннем балу нужно особенным образом, а не в привычном стиле. Этот раз должен стать чем-то дерзким и уникальным, как когда они облили Дженнифер красной краской на Хеллоуин. Они взяли по две банки пива на каждого и одну бутылку дешёвого виски. На кассе на компанию смеющихся малолеток с Ларри во главе косилась женщина средних лет, но им, разумеется, особо не было дела. Музыку из спортивного зала было слышно на улице. Голубое небо с розовыми вечерними пятнами простиралось над зданием гимназии. Маленькими группами ученики старшей школы стекались на последнюю вечеринку в этом учебном году. У выпускников будет ещё один бал, но для основной части школы этот день - последний из важных. После него останется всего неделя расслабленной учёбы и всё - свобода, июнь и молодость. Фрэнк уже предвкушал лучшее лето в своей жизни, украшенное колдовством, Pink Floyd и легкостью его шестнадцати лет. Фрэнк и Ларри разминулись с футболистами у входа в спортивный зал, где проходила вечеринка. — Удачного выступления самой лучшей группе Нью Джерси! — Кевин похлопал Ларри по плечу. — Сверните шеи! Парни убежали к столам с закусками и чирлидершам, пока Фрэнк и Ларри с гитарами за плечами тащились через весь спортивный зал. Украшенный воздушными шариками и лентами, с дискошаром, подвешенным за небольшой крючок для каната, это осточертевшее для Фрэнка помещение превращалось в месиво из малиновых блёсток и холодного лимонада. — Песня - то ещё уныние. Ты не мог повеселее что-нибудь выбрать для школьной дискотеки? — Это жизнь твоя уныние, Ларри, а это - классика рока. — Ага, пизди больше. — Раньше нет мог сказать, что тебе не вкатывает? Она звучит по-особенному, Ларри, и в искусстве, я думаю, всегда должно быть немного грусти. — Ты наконец-то снова стал с нами зависать, так что я не жаловался, — Ларри дёрнул за собачку на чехле, и молния медленно начала поддаваться, — ты, типо, мой друг, прикинь? — А ты - моя заноза в заднице. — От занозы в заднице слышу. Фрэнк улыбнулся и ударил медиатором по струнам. Не удовлетворившись звучанием, он принялся подтягивать струны на слух, без тюнера. — Школьницы ещё тащатся от парней с гитарой? — Как и всегда, Ларри. Они все твои, не волнуйся. — Вот такого ты обо мне мнения? Ты знаешь, что делают с такими парнями в тюрьме. Фрэнк стоял за импровизированными кулисами импровизированной сцены. Они притащили эту странную конструкцию в зал только на бал, и она смотрелась лишней на фоне двух десятков шведских стенок и колец для игры в баскетбол. Фрэнк закинул медиатор в карман и быстро проверил телефон, отреагировав на вибрацию. 1 новое сообщение Кажется, никто больше не интересуется им, кроме Джерарда. «мы не должны разговаривать на балу, да?» У Фрэнка немного сдавило в груди, и ему сразу же захотелось, чтобы чувства можно было отключать рубильником. Он поступал правильно, ради своей и его безопасности, но почему-то всё равно было стыдно. «Да, малыш, извини, ты знаешь правила. Они работают даже когда все пьяны.» Фрэнк, не моргая, смотрел на отметку «прочитано» и всё-таки решил добавить: «я люблю тебя xoxo» Фрэнк быстро засунул телефон в задний карман джинсов, когда услышал: — Прошу внимания! — со сцены слышался голос директрисы Гордон. — Чёрт, это возвращает меня в самое отвратительное время, — Боб уже сидел за барабанами и нервно крутил палочки в руках. — В честь окончания года и открытия бала для вас сегодня выступают известные на весь Бельвиль, — на этой фразе Ларри почти заржал, — Pansy Prep!! Удаляющийся стук каблуков директрисы - цок, цок, цок, - и визги девчонок ознаменовали начало выступления. Фрэнк не особо волновался, потому что сегодня он играл не для толпы. Занавес открылся, и шоу началось.

Save some face, you know you've only got one Change your ways while you're young Boy, one day you'll be a man Oh girl, he'll help you understand

Он выискивал в толпе Джерарда, взглядом блуждая по лакированным кудрям и странным костюмам.

Smile like you mean it Smile like you mean it

Уэй стоял поодаль от толпы цветных и бурных подростков. Простая белая рубашка и голубая жилетка в цветочек. Фрэнк почти задохнулся.

Smile like you mean it

Все светилось белым светом от софитов. Воздух пропитался клубникой и мимолётным удовольствием.

Looking back at sunsets on the East side We lost track of the time Dreams aren't what they used to be Some things slide by so carelessly

Фрэнк даже со сцены видел, как Джерард искрится: звездопад или шипение пузырьков в пластиковом стаканчике.

Smile like you mean it Smile like you mean it

Фрэнк просто непозволительно счастлив.

And someone is calling my name From the back of the restaurant And someone is playing a game In the house that I grew up in And someone will drive her around Down the same streets that I did On the same streets that I did

Торо, кажется, передалась энергия Фрэнка, так что он был удивительно энергичен на сцене и широко улыбался из-под своих длинных волос.

Smile like you mean it Smile like you mean it

Фрэнк, на последнем издыхании, закончил, наконец, песню, и под грохот аплодисментов скрылся за кулисами. Скинул гитару, небрежно оперев чехол об стену, и побежал вниз, на вечеринку, в гору мишуры и коротких юбок. — Эй, придурок! — Ларри, думаю, вы не можете здесь остаться. — Я не буду ждать вас вечность, час - и мы с пацанами улетим в трип без вас, и нас даже ебучий метеорит оттуда не вытащит, ты понял? — Всё будет окей, не бесись, — было не слишком страшно пробовать наркотики, потому что Торо никогда не употреблял и мог следить за всеми. Фрэнк протолкнулся к футболистам сквозь тесную толпу школьников и требовательно ткнул Уоллиса в плечо. — Отлично сыграли, парни! Но песня унылая. — Вы все лишены вкуса. Уоллис аккуратно достал пиво из сумки и передал Фрэнку, держа руки под столом, а Фрэнк трепетно перелил алкоголь в пластиковый стаканчик. — Моника меня кинула. — Это было ожидаемо, Уолл. Ты знал, что так будет, — Фрэнк осушил половину стакана. — И у меня даже ни одной её голой фотки не осталось. — Ты, кажется, последний из неудачников. Ларри сказал, что ждёт нас через час. — Понял, босс, — он сказал это с непонятной и смешанной эмоцией, и Фрэнк решил никак не реагировать. Айеро поставил опустошённый стаканчик на стол: — Я ещё вернусь за второй банкой этого дерьма. — Ага, — звучало так, словно он знал: чёртов Фрэнк и не планирует возвращаться. Голова кружилась, и перед глазами мелькали разноцветные пятна платьев и галстуков-бабочек. Фрэнк с трудом вывалился из забитого доверху спортивного зала и, подозрительно озираясь по сторонам, побежал к мужскому туалету на первом этаже. Он уже сгорал от предвкушения. «Беги сюда быстро, но аккуратно, хорошо? Нас не должны засечь. Я в кабинке с наклейкой ACAB» Фрэнк откинулся на стенку кабинки и закрыл глаза. Надоедливое гудение люминесцентных ламп смешалось с отдалённо грохочущей музыкой из центра сегодняшних школьных событий. В попытке расслабиться Фрэнк потёр веки пальцами. Это вообще было хорошей идеей? И всё же стоит сначала думать, а потом делать. Он представлял себе это слишком долго, чтобы сейчас взять и отступить назад из-за тени сомнения. — Фрэнки? — Блять! Ты меня напугал. Мог подкрадываться чуть менее бесшумно, — Фрэнк открыл дверь и впустил Джерарда. В этом свете было заметно, что корни его волос уже отросли. Джерард резко прижал его к стене кабинке и поцеловал, получив в ответ тихий стон. Фрэнк совершенно этого не ожидал, но сейчас он проводит рукой по таким мягким волосам и прикусывает нижнюю губу одного прекрасного и удивительно дерзкого сегодня художника, так что всё в полном порядке. — Так что? — Фрэнк отстранился слишком быстро. — Что? Фрэнк закатил глаза и искривил губы на одну сторону. — Ты никогда не хотел заняться сексом в общественном месте? — он спросил это как бы невзначай, как будто они только что не целовались в кабинке школьного туалета. — Нет, — улыбка сползла с лица Джерарда, — это личное. Фрэнк прыснул: — Брось! В этом нет ничего такого, это всё ещё между нами, это... экстрим. — Я не... Кто угодно может зайти, Фрэнк. — Ты ужасный параноик, Джи. Всё будет хорошо, обещаю. Ну же, — Фрэнк пытался не звучать грубо. — Фрэнк... — Что? Он закусил губу, отвёл взгляд и, наконец, произнёс: — Ладно. Фрэнк победно ухмыльнулся, наблюдая, как Джерард опускается перед ним на колени. Ремень расстегнулся, и теперь Уэй пытался стянуть с Фрэнка скинни. — Как ты это носишь? — шёпотом спросил он, быстро стягивая с Фрэнка боксеры. — Где Айеро? — отдался эхом от стен голос, до ужаса напоминающий голос Кевина. Только зарождающееся возбуждение испарилось из воздуха за секунду, и Фрэнк нервно посмотрел на своего парня, ещё более испуганного, чем сам Фрэнк. — Я не его мамаша. Если он хочет свою вторую банку пива, пусть поторопиться, — голос Уоллиса был раздражённым. Вода тихо полилась из крана. — Ну, он же в состоянии сам найти дом Ларри? Хочу свалить отсюда нахрен, — Кевин был на взводе, и Фрэнк совершенно не понимал, почему. — Его проблемы, — бросил Уоллис. Шуршание воды перекрылось, и дверь за ними захлопнулась. — Блять, чёрт возьми — Фрэнк так быстро, как позволили скинни, оделся и потянул так и стоящего на коленях Джерарда прочь из кабинки. — Ты что, испугался? — выдохнул он, когда Фрэнк уже вытянул его за ворота гимназии. Айеро всё ещё слишком крепко сжимал его руку, — они нас даже не заметили. Фрэнк, опомнившись, виновато выпустил кисть Джи: — Не знаю. На всякий случай, — он выдавил из себя смех. — Твои друзья что, могли бы помешать тебе? — он нагло улыбнулся и поцеловал Фрэнка в щёку. — Они настолько кретины? — Чёртовы девственники сдыхают от зависти, — Фрэнк провёл рукой по волосам. — Ты пойдёшь с ними? Ну, туда, куда тебя звали. Там, наверное, весело. Разные штуки для экстравертов и Рэй Торо. — Не-а. Серьёзно. Нахуй Ларри, нахуй Боба, нахуй футболистов и всё их дешёвое пойло, — он неловко обнял Джерарда и положил голову ему на плечо, — хочу провести эту ночь с тобой. Они всё ещё стояли около двери чёрного хода в гимназию. Вечер был тихим, нежным и мягким, укутывал в плед и не позволял больше никуда спешить. Ночной Бельвиль, если честно, такой же скучный, как и дневной, только на улицах нет людей и тьма забирается в кроны деревьев, пачкает переулки, упивается властью. Фрэнк Айеро катал Джерарда на тележке по парковке супермаркета и захлёбывался в мае.

***

Фрэнк сразу же завалился спать, когда пришёл домой. Просто упал на кровать ещё в цепочках и джинсах и сразу же заснул до самого утра. Кажется, высшие силы хотели, чтобы сегодня он не опоздал в школу: не в своей манере Фрэнк очнулся раньше будильника. Лицо человека в зеркале было опухшим и каким-то помятым. Никакого похмелья не наблюдалось, и вчерашнее отсутствие большого количества алкоголя даже не разочаровывало, как тогда, в зимнее время. То, что действительно плохо - Фрэнк потерял телефон. Скорее всего, он выпал из заднего кармана во время побега из кабинки. Фрэнк потерял ценные фотографии и переписки, да и неизвестно, в чьих руках окажется его устройство. Он мог только надеяться, что его найдёт кто-то из персонала. Фрэнк даже не знал, чем занять голову, пока волочился до школы - настолько он не привык бывать на улице в одиночку без наушников. Мысли связывались в клубок. Фрэнк сразу же понял, что что-то не так, когда зашёл в школу. Все смотрели на него, когда он проходил мимо, но смотрели не так, как обычно, не так, как Фрэнк привык. Некоторые перешёптывались, Моника сказала, что он «восхитительный ублюдок», а Дженнифер крикнула, что он заслуживает сгореть в аду. Всё это было чертовски странно. — Эй, Кевин! Футболисты толпились около входа в столовую в своих уродливых стереотипных бомберах, громко смеясь и отпугивая остальных. — Привет, малыш Фрэнки! — он оскалил зубы, — ты уже слышал последние новости? — Что за новости? — всё внутри похолодело. Это точно не могло быть ничем хорошим. — Как? Ты ещё не знаешь? — сказал Даниэль, нападающий футбольной команды, — в усмерть вчера надрался? — Мы ему покажем, парни? — все захохотали и поддакнули стоящему Кевину, — ну, смотри. Вчера, после весеннего бала, всем твоим контактам было прислано интересное сообщение с твоего аккаунта. Кевин повернул экран к Фрэнку, чтобы тот мог прочитать: «никогда не доверяйте никому вокруг, особенно если вы - жирный и бесперспективный неудачник» Под этим маленьком текстом было прикреплено видео. То самое видео, которое Фрэнк удалил ещё в апреле. Этого не может быть. — Круто ты лузера уделал, Пэнси, — прошепелявил Сэм, — он никогда от этого не отмоется! Уважаю, мужик. Они разразились хохотом. Фрэнка снесло с ног осознание того, что он всё потерял. В миг, за одну крошечную секунду его жизнь разрушилась. Как? — Как ты это сделал, сволочь? — заорал он на Кевина, гневно сжимая кулаки и смотря снизу вверх, не в силах ничего сделать. — Ты такой забавный, когда злишься на меня, — Кевин всё ещё улыбался, полностью довольный собой, — тебе стоит аккуратнее обращаться со своими вещами, Фрэнки. Мы с Уоллом совершенно случайно нашли твой телефон в туалете, представляешь? Ты хотя бы стёр видео, я думал, ты оставишь на память. Но, знаешь, папка «недавно удалённые» всё ещё существует. Улыбка не слезала с его лица, а Фрэнк был готов рыдать. Они знали, что это Айеро был в кабинке, и им повезло. Как можно быть таким идиотом? Он вытащил мобильник Фрэнка из кармана своей куртки и протянул законному владельцу. — Мрази, — Фрэнк вырвал телефон из руки Кевина. Айеро сдерживался, чтобы не ввязаться в драку (в этом не было смысла, ведь Фрэнк уже проиграл). — Фрэнк, но это ты записал видео, — спокойно ответил Сэм, — ты сам виноват. — Ваши переписки такие сладкие, что меня блевать тянет, — добавил Уоллис, с ухмылкой наблюдая трясущегося и готового в любую секунду взорваться Фрэнка. На шкафчике Джерарда кто-то написал «шлюха» красным маркером. Это выглядело так чертовски неправильно. Фрэнк представлял, как разбивает Кевину и его прихвостням лица. Он наблюдал из-за угла, чтобы успеть сказать хоть что-то перед тем, как Джерард больше никогда не будет говорить с ним. — Джерард, пожалуйста, послушай меня. Джерард, я.., — Фрэнк подошёл, пока Джерард агрессивно копался в шкафчике. На нём не было школьного пиджака, только помятая рубашка и уже слишком большие для него брюки. — Отвали, — он звучал охрипше, и его лицо было красным. Он быстро и небрежно закинул что-то в шкафчик и резко захлопнул его, несколько секунд разъярённо смотря на испорченную дверцу, не моргая. — Джи... — Пошёл ты! — Фрэнк видел, что он вот-вот расплачется, и хотел подойти, чтобы обнять, но Уэй сорвался с места и побежал. Айеро уже почти рванул за ним, когда его кто-то схватил за предплечье. Как только он повернулся, в щёку сразу же прилетал удар. Линдси Балатто. — Мудак. Ты никогда не изменишься, никогда, — она была удивительно спокойна. Она была права - затея встречаться с Айеро не обернулась для Джерарда ничем хорошим. — Это всё большая ошибка, я клянусь. — Да, конечно, конечно, — потянула она, — все ведь притворяются, что любят человека просто для того, чтобы потом прилюдно его унизить? Ты ещё хуже, чем я могла представить. Она прошла мимо него, оставив обречённо смотреть в пространство перед собой. «Джерард считает, что я никогда его не любил, а просто издевался всё это время?» Фрэнк бежал по коридорам, пытаясь найти Джерарда, и обошёл всю гимназию, но нашёл только его порванный пиджак, закинутый в мусорку. Когда Фрэнк собирался обыскивать школу по второму кругу, спускаясь на первый этаж, Майки крикнул ему в спину: — Не утруждайся. Он ушёл. — Слушай, нам с ним надо поговорить. Серьёзно. Всё пошло под откос. — Джерард не будет с тобой говорить. Если ты припрёшься в наш дом - я и Пит тебе шею свернём, — Майки был сильно выше Фрэнка и мог смотреть сверху вниз, но из-за сильной худобы он всё ещё не выглядел угрожающе. — Майки, пожалуйста. Я знаю, что я ублюдок, и... — Я не хочу тебя слушать, — он отпихнул Фрэнка от арки и пошёл к своему кабинету. Фрэнк и не подумал слушать Майки. Он ломился в дом Джерарда, стучал кулаками по двери и громко звал, даже пытался снова залезть в его комнату через окно, но там никого не оказалось. Он писал сотни сообщений, умолял, объяснял и извинялся, звонил десятки раз, но в ответ раздавались лишь одинаковые гудки. Фрэнк был уверен, что сможет всё объяснить. Он расскажет Джерарду, расскажет всё от начала до самого конца, сознается во всех грехах. Джерард сможет понять, что это была ошибка, что Фрэнк всё ещё любит его. Айеро верил, что его простят, его всегда прощали, а потом они утонут в одеяле из лаванды и сердечек, скрывшись от всего остального мира. Этой же ночью Джерарда не стало.