Speil Mit Mir

      Как только все удобно уселись в гостиной, Стив откашлялся и начал свое объявление. — Тони, я знаю, что мы с тобой не особо нравимся друг другу, но мы с твоим отцом были большими друзьями. Поэтому я считаю своим моральным долгом заботиться о тебе. — Казалось, это разозлило Тони, но он ничего не сказал и позволил капитану продолжить. — Часть заботы о тебе — это всегда сообщать тебе правду, хорошие новости или плохие, и у меня есть немного и того, и другого. Хорошая новость в том, что Баки и я решили сделать все официально, мы женимся. Этой весной. Я сердечно приглашаю на свадьбу всех, кроме Локи. — И Тони, и Тор сердито посмотрели на Стива, но Локи, похоже, не особенно обеспокоился этим комментарием, так как он все равно не хотел, поэтому Роджерсу снова разрешили продолжать, не прерываясь. — Однако плохая новость, заключается в том, что Фьюри получил известие от асгардцев, и они недовольны. Было приказано взять Тони под стражу до тех пор, пока Локи не будет удален из этой башни и немедленно отправлен обратно в его камеру. В настоящее время вы содержите беглеца. — И Тони, и Локи, и Тор вскочили с гневом на лицах. — Они не могут этого сделать! — Все трое закричали одновременно. — Я просто пытаюсь помочь другу, это не является преступлением, и если у них нет ордера на то, чтобы моя задница оставалась здесь, то вы можете сказать Фьюри, чтобы он отсосал мне. — Тони бушевал, его лицо было красным, а кровь кипела. — Ага! И я не позволю вам арестовать Старка, он был добр к нам, когда все остальные отвернулись. Это моя вина, что он в беде, и если они хотят кого-то арестовать, то они могут арестовать меня! Я тот, кто выпустил Локи! — Тор взревел. — Ни один из вас не будет арестован! Теперь я ни за что не сдамся, я буду в жизни своего сына, я не брошу его так, как бросили меня. Впрочем, в Асгарде меня не просто так назвали сладкоречивым, я пойду с ними поговорю. — Наташа покачала головой. — Чтобы выпутаться из этого, тебе понадобится гораздо больше, чем сладкоречие, поверь мне, я знаю Фьюри. Но не волнуйся, я тебе помогу. — Все они улыбнулись Наташе, и Баки даже удалось ухмыльнуться. — Да, я тоже помогу. Кажется, ты никому не причиняешь вреда, и у тебя есть ребенок, о котором нужно заботиться. — вмешался Баки, к явному разочарованию Стива. — Ребята, это измена. Мы должны делать то, что нам говорят. — Локи саркастически улыбнулся Стиву. — Может быть, это твоя проблема. Я делаю то, что хочу, может, и тебе следует? — Стив фыркнул. — Или, может быть, это то, что привело тебя в этот беспорядок в первую очередь. — Наступила ощутимая тишина, все какое-то время смотрели в противоположные стороны, прежде чем Стив снова заговорил. — Локи — монстр и преступник, он должен быть заперт, и я не буду помогать ему оставаться на свободе. Для меня это несправедливо по отношению к тем, кто погиб во время нападения. — Тор был ужасно близко к Стиву, его глубокие голубые глаза горели, а выражение лица выражало шок от слов друга. — Как ты смеешь называть моего брата монстром?! Он может лгать, и ему может быть трудно выражать свои мысли, но он не монстр. Ты не рос с Локи, ты никогда не узнаешь того, что я знаю о нем, ты никогда не почувствуешь количество любви к нему, которую я испытываю в своем сердце. Тот, кто сейчас является монстром, — это ты, желающий заключить в тюрьму кого-то, кто только что родил невинного ребенка, маленького невинного ребенка, которому нужна его мать! — Лицо Стива оставалось каменным, а челюсть стиснутой. — Похоже на личную проблему, Тор. — Баки снял обручальное кольцо с пальца и встал с дивана, держа кольцо перед лицом Стива. — Стивен Джозеф Роджерс, Вы видите, что я держу в руке? Это наше будущее. И я в десяти секундах от того, чтобы бросить все это Вам в ответ, так что на Вашем месте я бы внимательно выслушал. Если бы Вам не дали второго шанса защитить свою страну? Если бы мне не дали второго шанса на жизнь с Вами? Если бы Вы не дали мне третий шанс, когда я был Зимним Солдатом… Этот список можно продолжать бесконечно, Стив, и не только о нас. Если бы у Тони не было второго шанса, Обадия Стейн прямо сейчас продавал бы оружие массового уничтожения террористам. Я знаю, что Локи сделал много плохого, но Стив, точно также как и я. Как и многие люди, которые оказались героями. Дай ему шанс, милый, не только для него, но и для его ребенка. — Взгляд Стива, казалось, смягчился, и он взял кольцо у Баки и снова надел его на палец своей невесты. — Хорошо, я дам ему один шанс, но только для тебя, Бак. Если он не причинит никому вреда к концу месяца, я помогу тебе поговорить с Фьюри. Но я клянусь, Тор, в тот момент, когда что-то случается с невинной жизнью из-за твоего брата, это ложится на твою голову. — Тор не ответил, отстранившись от Стива и защищаясь, свернувшись калачиком вокруг веселящегося Локи. Тони все еще немного оборонялся, его тело напряглось, пока Наташа не наклонилась и не прошептала что-то ему на ухо. Затем маленькая ухмылка скользнула по лицу Старка, и он, казалось, немного расслабился, глядя на Наташу широко распахнутыми глазами, словно спрашивая, уверена ли она. Рыжая кивнула, и Тони схватил ее за талию, указывая свободной рукой на входную дверь. — Хорошо, Баки. Стив, я очень рад тебя видеть и все такое, но я достаточно занят, поэтому мне нужно, чтобы ты ушел. — У Стива появилось отвратительное выражение лица, он догадался, что это значит, но предпочел не комментировать, взял Баки за руку и приблизился к двери. — Один месяц, Локи. — Это все, что он сказал, прежде чем исчезнуть и захлопнуть за собой дверь. Локи бросил взгляд на Тони и Наташу. — Внезапно очень занят, да? — Тони ухмыльнулся. — Здесь, в Башне Старка, друг мой, есть два правила. Правило номер один, если сексуальные асгардские боги внезапно начинают жить с тобой, ты трахаешь их. И правило номер два очень похоже. Теперь в моем доме два скандинавских бога и рыжеволосая дама, но никого так и не трахнули, в этом и есть вся проблема. — Тор громко рассмеялся. — Знаешь, Злой Зеленый предупредил меня, что ты неразборчив в связях, но я понятия не имел, что все настолько плохо. — Тони подмигнул и потащил Наташу в главную спальню. — У вас двоих есть оправдание, потому что Reindeer Games в данный момент не работает, но Наташа, наконец, одинока, и у нее нет оправдания, так что, вы нас извините. — Они быстро заперли за собой дверь Тони, и Локи весело позвал их вслед. — Значит, ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО бросила Бартона, поздравляю! — Тор крепче прижал Локи к себе и вздохнул, такой долгий был день. — Итак, теперь остались только ты и я. Что ты хочешь делать? — Локи открыл было рот, чтобы что-то сказать, но звук плача их ребенка зажег в Локи огонь, и он помчался в их спальню. Тор подошел к Локи, крепко обнимавшему их сына, подавляя его хныканье и свернувшись калачиком вместе с ним на кровати. Тор улыбнулся. — Ты так хорош в этом. — Локи покраснел, проигнорировав комментарий Тора, когда Рун вцепился ему в грудь. — Ах, вот почему ты проснулся, мой дорогой. Ты голоден. — Локи стянул рубашку через голову, и Рун жадно вцепился в его грудь, сильно и жадно посасывая. Локи немного вздрогнул, все еще не привыкший к силе, которую, казалось, используют младенцы во время еды, но с радостью потер и погладил своего ребенка. Тор ухмыльнулся от уха до уха и забрался к ним на кровать, взгляды пары на мгновение напряженно встретились. — Даже не думай об этом. — предупредил Локи, ведь необычно озорной взгляд на лице брата встревожил его. — Подумай о чем, брат? Об этом? — спросил Тор, наклоняясь и облизывая свободный сосок брата. Локи покраснел и напрягся. — Я просто хочу попробовать тебя на вкус… Я уверен, что у тебя есть чем заняться. — Тор замурлыкал, втягивая сосок в рот и перекатывая его между зубами. — Т-Тор, я не хочу связывать это с грудным вскармливанием, пожалуйста… — заскулил Локи, понимая, что уже слишком поздно, когда почувствовал, как немного молока влилось в рот его брата. Тор резко отстранился, и Локи рассмеялся над его сморщенным лицом. — Тебе не понравился мой вкус, дорогой брат? — поддразнил он, предполагая, что это будет реакция его брата. Тор подавил кляп. — Э-э-э… я бы так не сказал, я просто… это было похоже на разбавленную тюремную еду. — Локи рассмеялся. — Ну, это все, что я ел, ты знаешь, я был в тюрьме почти десять месяцев. — Тор чувствовал себя ужасно и за Локи, и за Руна, и соскользнул с кровати с выражением чистой симпатии на лице. — Я скоро вернусь. — Некоторое время он рылся на кухне Старков и вернулся с большой коробкой шоколадных конфет и пакетом чипсов с солью и уксусом. — Кажется, у Человека из железа есть целая кладовая, полная странной мидгардской нездоровой пищи. За то короткое время, что я был с Джейн, мне нравилась такая еда, так что я знаю, что она вредна для здоровья, но тебе она понравится. — Он передал вещи Локи, а затем вытащил поп-тарт, казалось бы, из ниоткуда. — Это мое. — Произнес он, собственнически вгрызаясь в закуску. Локи усмехнулся над своим братом и открыл пакетик с чипсами, с любопытством глядя на одну из хрустящих соленых штук, прежде чем засунуть ее себе в рот. Он сделал что-то ужасное, когда уксус коснулся его языка, но это не было неприятно. — Это вкусно… ошеломляюще, но вкусно. — Тор кивнул с набитым пирожными ртом. — Я знаю, верно? Я не понимаю, почему наше королевство не поставляет нам эти великолепные товары. — Локи задохнулся. — Нет ничего вкуснее, чем мамин жареный йольский кабан, забери его обратно! — Тор покачал головой. — Нет, брат, съешь пирог, вкуси вкусняшки! — настаивал Тор, пытаясь засунуть кусочек поп-тарталетки в рот Локи. Рун оторвался от соска, Локи усадил его себе на плечо и сел. — Я должен помочь ему, убери от меня это богохульство. — Локи заворчал, ничуть не умаляя решимости Тора. Некоторое время они сидели в тишине, Локи собирался что-то сказать, когда наконец услышал крошечную отрыжку своего ребенка, и Тор воспользовался возможностью, чтобы засунуть кусочек поп-тарталетки внутрь. Локи сердито посмотрел на него, но прожевал, сделав ужасное лицо. — Тор, они отвратительны, я их ненавижу. — Тор надул губы, а Локи внутренне ухмыльнулся, потому что, конечно же, ему понравились тарталетки. — Нет! — Локи ухмыльнулся. — Это худшее, что я когда-либо клал себе в рот. — Тор покачал головой, видя Локи насквозь. — Лжец. — Локи пожал плечами. — Это то, что мне удается лучше всего, не так ли? — Тор улыбнулся и наклонился для поцелуя, и Локи позволил. Они целовались какое-то время, свернувшись клубочком, когда их сын снова заснул у них на руках. — Я приглашаю тебя завтра на свидание. — Наконец сказал Тор. Локи поднял обе брови. — Да неужели? — Тор кивнул, отказываясь вдаваться в подробности. Локи был заинтригован, задаваясь вопросом, что же задумал его нежный светловолосый олух, Тор не был лучшим в продумывании вещей или планировании. Однако Локи был взволнован и был уверен, что, как бы глупо это ни было, ему это понравится, потому что он восхищался и лелеял все, что Тор когда-либо делал для него, сколько себя помнил, готов ли он признать это или нет.