Twins

Это случилось, когда нам было по семь. Именно в тот день у Кайла впервые проявились силы. Я сидела за партой и усердно выводила буквы прописью в тетрадь. Звонок на перемену прозвенел еще 10 минут назад, но меня мало это волновало. По отдельности буквы выглядели сносно, но в слово не как не вставали. Не помогало решить эту проблему ни постоянное визжание одноклассников, ни их беготня между партами, ни летающие над головой самолетики. Всё, на что я была способна, это кидать гневные взгляды каждый раз, когда мне в голову прилетала чья-то игрушка. Наконец натренировав руку, я сумела ровно написать слово «аквариум» и была крайне довольна своим успехом. Но приступить к следующему слову мне помешал испуганный голос брата. Красный по самые уши, он подзывал меня к себе за угол. По его лицу было видно, что дело не в очередной шалости, а в чем-то серьёзном, так что я немедля поспешила к нему. - Что случилось? - Мы с мисс Джулией обсуждали, как провели выходные и …, и мы все по очереди рассказывали ей о наших приключениях, - он остановился, набираясь сил, чтобы продолжить. Я, немного выглянув из укрытия, взглянув на нашу учительницу. Молодая, всегда энергичная и задорная, сейчас она сидела понуро, уставившись в пол, волосами скрывая пунцово красные пятна на лице. Мне еще больше захотелось узнать, что же все-таки приключилось. - И когда мы все закончили, я спросил, где же мисс Джулия была на выходных, - он опять надолго затих, но через минуту, опустив глаза в пол, продолжил, - Она сказала, что в… в постели директора Ричардсона, - румянец еще сильнее залил лицо брата, но я никак не могла понять причину этого. - И что? Кайл с жалостью посмотрел на меня и шепотом объяснил: - Поверь, взрослые делают плохие вещи в постелях друг друга. Через три дня ситуация повторилась. Бедный Луи Сельвера признался, что отказался от путешествия с классом за границу не из-за спонтанно возникших планов семьи, а из-за неспособности родителей оплатить поездку. Даже Чарли, наш школьный уборщик, не смог устоять от пронзительного взгляда Кайла и рассказал, как сильно ненавидит школу и «мелких отребьев», бегающих по ней. Я не воспринимала появившуюся «силу» брата в серьез. «Просто все в нашей школе со странностями, не принимай это на свой счет», - успокаивала я его. Но через несколько дней я поменяла свое мнение, когда этот дурак всё-таки решил испробовать фокус на мне. В тот вечер, я, как всегда, сидела за домашкой, но уже подумывала о том, чтоб пойти почитать новые комиксы, подаренные родителями на Новый год. Выключив настольную лампу, я услышала знакомый щелчок двери и не оборачиваясь произнесла: - Я как раз закончила делать математику и хочу наконец приступить к «Человеку-кальмару». Ты со мной? - Угу, - только и услышала я в ответ. Умостившись на кровати, я похлопала по пустому месту рядом, приглашая присоединится. Чуть помявшись, Кайл все-таки сел, но не как обычно плечом к плечу, а прямо напротив. Свалив это на мальчишеские причуды, я с нетерпением взяла в руки глянцевый комикс. Страницы так и скользили по кончикам пальцев, а от запаха новизны кружилась голова. Я с головой погрузилась в выдуманную веселеную лишь взглянув на первую страницу. - Ива, посмотри на меня пожалуйста, - через время послышался голос откуда-то далеко, и я поняла, что это из реального мира. Переведя чуть затуманенный взгляд на голос, я окаменела от удивления. Глаза, смотревшие на меня, больше не принадлежали бесноватому семилетке. Его взгляд был как у удава в разгар охоты. Я почувствовала, как раздвоенный змеиный язык коснулся моего мозга и прыснул ядом, обездвижив тело. Сердце вроде бы стучало, но я не слышала ничего из-за крови, подступившей к ушам. И тогда раздался родной голос, но не ка обычно, а где-то внутри сознания, что пугало не меньше: - Что вы с родителями обсуждали в их комнате после Нового года? Мозг отказывался вспоминать что-либо, а лишь пытался выпроводить невидимые силы из организма. Вскоре я уже смогла вздохнуть и пошевелить пальцами, отчего почувствовала нереальное облегчения. Поднакопив еще силы, я со всей грозностью произнесла: - Больше никогда не смей проворачивать этот фокус со мной. Фокус ли? Может гипноз? Ощущалось так реально. Так неприятно. Не ожидав отпора, Кайл отпрянул, и я почувствовала контроль над всем своим телом. - Не сработало, - растеряно пробормотал он, - впервые не сработало, но почему? - Не знаю и знать не хочу. Это ужасно не приятно, и ты меня напугал, - слегка излишне рассержено прокричала я. Он, как нашкодивший щенок, виновато опустил голову. – Раз так хотел узнать, мог бы просто спросить, без вот этого всего. На кануне праздника, я заметила, как папа кладет подарки под елку. В тот день родители объяснили мне, что Санта Клаус— это выдумка, но просили тебе не говорить. Жестоко, знаю. Но я хотела отомстить за копание в своей голове. Видимо слегка перестаралась: нижняя губа брата надулась, а дыхание ускорилось, предвещая поток слез. - Ну ладно тебе, сам же хотел знать правду. Зато Зубная фея скорее всего настоящая, - поспешила успокоить я нытика. - Ненавижу эту силу, - яростно процедил он, - от нее одни неприятности! Никто из моих друзей не хочет больше со мной говорить, даже учителя избегают. А теперь и ты злишься. Ручейки слез побежали по пухлым детским щекам, и я поняла, что вовсе не Санта Клаус расстроил брата. - Я… я не злюсь, просто испугалась. Не очень-то приятно, когда правду из тебя клещами вытаскивают. - Тогда… я… перестану использовать… силу, - со всхлипами проговорил Кайл. Я не ожидала услышать от него этих слов. Он не когда не отказывался от удобств и подарков, уж слишком избаловали родители сыночка. Но видимо потеря друзей слишком большая цена за крутую способность, а моя бурная реакция вообще стала для него последней каплей. - Только в крайних случаях, - тихо произнесла я, а брат эхом повторил это словно заклинание. В скором времени всё наладилось. К Кайлу вернулись все друзья, жена мистера Ричардсона узнала о измене и заставила мужа уволить нашу учительницу, ну а Чарли продолжал кидать убийственные взгляды на детей в перерывах между уборкой. Прошло много лет, за которые Кайл воспользовался своим «гипнозом» лишь дважды. В первый раз мы выяснили, кто украл велосипед у малышки из первого класса, а во второй – провели расследование и нашли виновного в убийстве садовых гномов нашей соседки миссис Флоранс. Отец был настолько горд нашими достижениями, что повел в парк аттракционов, на которых больше нашего визжал и смеялся. Тогда, вдоволь накатавшись, мы съели по мороженому, оставив половину на своих лицах и одежде. Умыв нас влажными салфетками, мама принялась отмывать отца, причитая о том, что ей приходиться ухаживать за тремя детьми. Папа внезапно обнял её, а она испугавшись запачкаться, пыталась увернуться и в итоге повалила обоих прямо на траву. С земли послышался звонкий смех мамы и раскатистый хохот отца, и мы с Кайлом поспешили присоединится к ним. Вчетвером, грязные и счастливые, мы лежали на траве и смотрели на звездное небо. Это был лучший день в моей жизни. Но вскоре случилось то, что случилось. Три часа назад я выключила свет и спокойно легла в свою кровать. Два часа назад раздался хруст костей и мамин крик. Час назад дедушка сказал, что теперь мы будем жить с ним. Разведя нас по комнатам, он выключил свет и пошел к себе. Тогда, закрыв глаза я представила, что нахожусь в своей комнате, а всё что произошло было галлюцинацией от переизбытка сахара. Первый же вздох развеял мои мечты, ведь у меня некогда не пахло сыростью и плесенью. Я начала задыхаться, пыль и слезы нещадно душили меня, и я с грохот упала на пол. Сознание потихоньку покидало меня, и я была этому только рада. Но тут я услышала топот, проносящийся мимо меня, скрип окна и порыв свежего воздуха. Тут же меня подняли в сидячее положения и прислонили к груди. - Дыши, дыши… - тихо шептал знакомый голос. Кайл обнимал меня, пока я рыдала ему в футболку. Он сам дрожал и дышал очень часто. Мы сидели на грязном дедушкином полу, вцепившись в друг друга, ведь всё что было нам дорого - разрушилось у нас на глазах. Резкое бессилие накатило на меня и я, борясь со сном, шепотом спросила брата: - Почему ты не спросил их? Почему не использовал силу? - Я боялся узнать правду, - обреченно сказал он.