Сбежать (FLEE)

Отаки, Чиба, Токио

Мару приземлилась там, куда указал зеленый след в небе. Белен тоже была здесь. Она заскучала, дожидаясь, пока Мару найдет ее и зевнула, пустив маленькую слезинку. — Ну наконец-то… заставлять так долго ждать — преступление. Сегодня Белен, несмотря на грандиозное мероприятие, была одета как обычно. Острые уголки воротника колыхались на ветру, как и мелкие рыжие кудри, ни одна из которых так и не попала ей в рот, хотя все они так и норовили это сделать. Мару скрестила руки на груди и принялась успокаивающе поглаживать себя. Разделение одиночества с Белен в чистом поле щекотало нервишки, хотя у Мару и был план. — Можешь начинать, и побыстрее. Надеюсь, ты не думаешь, что болтовней можешь остановить меня. — Как бы не так, - холодно ответила Мару, - Я лишь хочу упростить тебе задачу. — Неужели сдашься без боя? И бегать от меня не будешь? - Белен показательно хихикнула. — Я хочу заключить договор. Смех тут же прекратился. Мару и самой не верилось, что она в действительности предложила заключить договор Карабахалю. Однако она успокаивала себя планом. Планом, в реализацию которого не очень то и верила, и руководствовалась лишь опытом былых лет, хотя тот случай, который крутился в голове, мог вполне оказаться случайным везением. — Что? Договор? Но… — Белен взволнованно захлопала ресницами. — Ты должна знать, мои метки долго не живут… — Мне все равно. Отзови Карабахалей — это мое условие. — Ладно. — Прикажи по мыслесвязи. Сейчас же прикажи им остановится. — Да приказываю, приказываю!.. Предложение Мару сбивало с толку, но, Белен выполнила все, что от нее требовалось. Войско Карабахалей зависло над Отаки, дожидаясь дальнейших приказов. — Отлично, - Мару тихо вздохнула, принимая тот факт, что отныне назад дороги нет. - Кулон точно рабочий? — Да-да, не переживай! — Белен сделала глубокий вдох, явно нервничая перед делом, которое могло изменить всю ее жизнь и помочь подняться в глазах сородичей в мгновенье ока. — Я могу заключать сделки всего на… — На пару часов. Да, я знаю. Нам хватит и трех минут. Светлое личико Белен просияло, глаза заблестели, а щеки стали еще румяней. — Только ты способна на такое сумасбродство. Это же чистой воды самоубийство! Мару молчала. Она точно знала, чего хочет. И одновременно боялась этого. — Ладно, как знаешь. Мне все равно, от чего ты умрешь. Поле, где Мару с Белен сошлись, объяло розовое пламя. Оно совсем не жглось, и Мару, увидев его, ни поколебалась. Она видела это пламя не впервые; не могла и не пыталась его унять. — У тебя будет три минуты, как ты и запросила, — сказала Белен с хищным видом, — Ценой за исполнение твоей воли будут твои глаза. Пожмем же руки. "Ох уж эти формальности", - подумала Мару, и эта мысль была очередной попыткой утихомирить зачатки паники. Она вытянула ладонь, заставив себя на счет три, чтобы не было так страшно, и Белен тут же жадно вцепилась в нее. Крепкое рукопожатие охватил яркий искрящийся огонь, и резкая боль пронзила руку, заставляя Мару оскалиться и напрячь все тело, чтобы стерпеть и не вырвать ладонь. Жар пламени высекал на коже сложные узоры — подпись в договоре, именуемый "рефаимской печатью". Черная метка извивалась и искрилась, жила своей жизнью. Когда ритуал завершился, метка впечаталась и не стиралась ни при каком воздействии, хотя Мару никак и не воздействовала. Пока что. Да, она планировала обойти систему одним довольно незамысловатым способом, и с каждой секундой все настойчивей упрашивала удачу ей в этом соблаговолить. — И все же ты — идиотка, Маркелла. Ты могла бы… не знаю… просто сдаться. У нас не было плана всполошить эту вашу Японию… максимум, что собирался сделать Белет — слегка потрепать Сатан Джейкоба. В остальном мы пришли только за тобой. — Что сделано, то сделано, — говорила Мару размеренно, но ее суматошный взгляд, тем не менее, был прочно прикован к заклейменной ладони. — Только не говори, что думаешь убить меня. Сразу предупреждаю, это не поможет. Если со мной что-то случится, за глазами придет другой Карабахаль, а Белет убъет всех, кто тебе дорог. — Я не буду тебя убивать, — спокойно ответила Мару, заставляя Белен хмыкнуть и пожать плечами.

***

Помимо Белен призвали сегодня и вождя Карабахалей, хотя сами они никогда не использовали это звание. Шутливо или уважительно - до сих пор не ясно - они называли Белета просто "старшим", передавая тем самым весь смысл его роли в клане, тогда как понятия "вождь" у них никогда не существовало. Возможно потому, что считали они себя, в сравнении с другими демонами, куда более передовыми и развитыми, а может и потому, что в их клане главенствующую роль всегда занимала особа женского пола. Да и не клан то вовсе был, а многочисленная семья с глубокими - очень глубокими - корнями. — Послушай, Белет, я не буду заключать договор, но мы должны серьезно поговорить о последствиях твоего вторжения, — Мао вдохнул и резко выдохнул, направляя всю серьезность, которой только мог обладать король, в речь. — Я скажу прямо: меня и мой народ не устраивает такое положение дел. — Возможно я знаю твой народ чуть лучше тебя, - язвил Белет, - и, насколько мне известно, клан Малебранш очень даже не против убрать твоего нахального шута с арены. Они до сих пор оскорблены ее предательством. — Она не при делах больше. Она даже не живет на Энте Исла. Оставь ее. — Она подпортила нам имидж и сорвала сделку о помолвке Белен и Люцифера. Если у тебя кишка тонка, мы сами с ней разберемся. — Довольно! — не выдержал Мао, — Я пришел предупредить тебя о мерах, которые последуют с нашей стороны, если ты не одумаешься и не отзовешь своих братьев! Белет замолк от неожиданности. Мао никогда раньше не повышал голос и не ставил вопрос столь радикальным боком. Он всегда обходительствовал с ним, не то, что сейчас. Что в нем изменилось? — Если вы тронете Маркеллу, никто из моих подчиненных не свяжется с твоей сестрой! Белет закатил глаза, услышав о Белен - больная тема для всего клана. — Ваш род закончится, и Карабахали изживут себя. Подумай об этом. - напал Мао. Что-то в нем переключилось, и произошло это быстро. — Ты, конечно, король, но уследить за каждым подчиненным ты не сможешь, - спорил Белет, хотя в его голосе уже слышались нотки смятения. — Из всех моих демонов только могущественный падший ангел тебя устроил, и я никогда не поверю в то, что ты позволишь вписать в свою родословную беглого демона без звания. Здесь Мао оказался абсолютно прав. Белет и представить не мог, что когда-нибудь ему придется избрать для Белен бесчинного, немощного демона. Он не переживет, если его племянником станет дитя какого-то отребья. — У вас шанс рождения девочки очень мал, я ведь прав? продолжил Мао, и на его лице на секунду проскочила улыбка, - Марбас, твой советник, однажды сболтнул при Люцифере, что у него тринадцать братьев и ни одной сестры. Откуда мы сделали вывод, что девочки у вас ценны, и их рождение - чудо. Белен и маленькая Бона — только они могут продолжить ваш род, а конфликтуя со мной и досаждая Маркелле, ты ограничишь им возможность найти не то что достойного - просто партнера. Тут Белет и призадумался, и правильно сделал. Одна из его кудрявых прядей скатилась на лоб, и он мгновенно потянулся ее поправить. Это выдало его смятение. Мао самодовольно хмыкнул, ощущая, как жажда победы течет от горла к груди. — Что ж, — начал Белет после недолгой паузы с, по-видимому, врожденным высокомерием, — Возможно я погорячился. Мао скорчил гримасу недоверия, затем опомнился, и хладнокровие снова нарисовалось у него на лице. — Что… - он взглянул по сторонам, будто там должны были появиться потешающиеся Карабахали, - Что, серьезно? — Да, — утвердил Белет, не подозревая, что его слова звучали как насмешка, — Раз вы, Господин "король", ставите нам такой ультиматум — мы уступим. — И все? Все было так просто? — Мао осекся, вспомнив, что он тут в роли уважаемого правителя, — Я… рад, что мы поняли друг друга. — Да, кто-то даже больше, чем хотелось бы… — промычал Белет, скрывая раздражение, — Право, не понимаю, зачем Вам эта паршивка. — Она - моя сестра. Белет в последний раз посмотрел на Мао, прежде чем уйти. — Я бы продал свою, если бы она хоть чего-то стоила. Тут же он исчез, растворившись в тумане, и Мао, не раздумывая ни секунды, побрел назад. Он озарялся по сторонам, подозревая, что Белет на самом деле притаился где-то среди высокой травы. По демоническим меркам — и даже, в какой-то мере, по меркам всего Энте Исла — его можно было назвать галантным и достопочтенным, даже джентльменом, но Карабахальская сущность все же наталкивала на мысль о том, что он может выпрыгнуть в любой момент потехи ради. При всей своей серьезности и расчетливости — должен же он когда-нибудь решить наконец позабавиться?

***

— Скажи, Белен, а за договором всегда следует смерть? — Не лучшее время, чтобы спрашивать о таком, — прыснула Белен, обозначая, что озаботиться этим Мару стоило бы чуточку раньше. Но Мару и не заботилась. Просто спросила. В тишине они простояли оставшиеся три минуты. Теперь Мару предстояло остаться без глаз, что равнялось потере души и передаче ее в пользование Карабахалю, а, лишившись души, обычно смерть встречаешь быстро. Об этом знали не все люди, зато знали все демоны. И все же те, кто знал, редко, но бывало и так, что прибегали к таким крайним мерам. Посмертно их окрещивали сумасбродами и даже полоумными. От части все так и было. — Кажется твое время вышло… — произнесла Белен, широко распахнув светящиеся зеленые глаза. Ее ухмылка расползлась на пол лица. «Не лопни от счастья» — сказала бы Мару, если бы была уверенна в задуманном на все сто. Она не знала, сработает ли ее уловка. В воздухе повисло напряжение, и Мару ощутила, как по спине пробежал холодок. По телу Белен тоже пробежали мурашки. Ее аккуратные женственные руки превратились в когтистые чудовищные лапы. Корявыми пальцами она потянулась к лицу Мару, мысленно облизываясь и глядя в синющие глаза, которые намеревалась забрать в качестве платы за оказанную услугу. Она прибавила в росте пару футов и нависла мрачной тучей - обычное дело для рефаимов. Тревога нарастала. Дело близилось к кульминации. Мару подняла руку и пока Белен медленно приближалась, наслаждаясь моментом, дунула себе в ладошку. Метка тут же посыпалась мелкими чешуйками и сошла с кожи, словно песок. Сердце на секунду замерло, затем снова забилось после осознания того, что все обошлось. План сработал. Она в безопасности. Никто не вышкребет из глазниц ее любимые глазоньки. Улыбка Белен мгновенно исчезла: у нее и в мыслях не было, что Мару все это время что-то замышляла. На радостях она совсем не думала, и всю жизнь свято верила в нерушимость магической подписи ее предков. — Что ты сделала?.. — тонким от недоумения голосом спросила она. — Я… — Мару и сама не знала, какими словами это назвать. — Я сдула метку. — Она сдула метку… — промямлила Белен, отстраняясь, — Сдула метку… Глаза налились кровью, когда до нее окончательно дошло, что таинственным образом ее облапошили. — Сдула метку?! Да я тебя сейчас… Она кинулась на Мару, но та увернулась и отпрыгнула в сторону на несгибающихся от пережитого ужаса ногах. — Как?! Как ты это сделала? — надрывалась Белен. В большей степени ей все же двигало любопытство, нежели гнев, однако она все равно была разъяренна. Ей никогда не верилось, что ей подвернется случай заключить договор, она свыклась с этим, потому не расстроилась так уж сильно, однако что теперь скажут остальные? — Я не знаю. Это просто… я думаю, это все мое проклятье. — Проклятье? Какое еще? — Проклятье вселенской гнуси, — пробормотала Мару наобум, — оно со мной с рождения. — Проклятье вселенской... - не одной Белен это казалось бредом, - Но почему ты ничего не говорила о нем? — Не хотела растерять друзей. Знаешь, дети восприимчивы к вещам, которые могут быть заразны. Белен скривилась, с отвращением оттряхивая руки о перед белого платья. — Но ты не переживай, — успокоила ее Мару, — через рукопожатие это не передается. — И откуда… — Белен остановилась, почувствовав, что вновь теряет самообладание, набрала полные легкие воздуха и медленно выдохнула. — Откуда ты знала, что все сработает? — В детстве я уже заключала договор. — Что... — сощурилась Белен. — Это долгая история. Мне нужно было выучить кое-что, а заклинания никак не укладывались в голове. Малакода бы прихлопнул меня, если бы я не выучила к сроку. Кстати после избавления от метки я так и не смогла выучить то заклинание… Эта история имела место быть и только благодаря ей Мару решилась на столь рискованный шаг. Вот только Белен это разозлило еще больше. — Это немыслимо! — взорвалась она, проговоривая по слогам: — Не-мыс-ли-мо! Ты хоть представляешь, как я буду выглядеть перед Белетом? Мару промолчала, побоявшись упоминать, что ей все это абсолютно по боку. — Я заключила сделку сейчас чтобы показать, что вы не сможете убить меня ни при каких условиях. Помнишь вспышку демонической силы два месяца назад? Клипот может поглотить кого угодно и что угодно, включая ваши метки. Даже если вы выкрадете Люцифера, то ваши потери будут куда больше. Да и Джейки точно не обрадуется, если вы сделаете что-то с его генералом. Глаза Белен вдруг забегали. Она схватилась за волосы, разделив их на два неопрятных хвоста, и начала сжимать их, пытаясь успокоить себя. Она словно выпала из времени, сфокусировавшись на чем-то своем и не обращая на диалог никакого внимания. — Эй, ладно тебе. Я как-бы не планирую вас убивать. Просто… хватит уже пытаться отомстить мне или преподать Мао урок. Он Король, как-никак, помните об этом. Белен продолжала вести себя причудливо — и это мягко говоря. Казалось, прямо сейчас она сходит с ума. — Ты… эй! - Мару щелкнула у нее перед лицом, совершив перед этим смелый шажок вперед. - Приди в себя! — Что я скажу Белету… — прошептала Белен, а затем повторила несколько раз надрывно и туго: — Что я скажу? Что я… что… — Не убьет же он тебя. — Это все — твоя вина! — зарычала Белен, но быстро ее голос наполнился дрожью, а глаза — слезами. Она отпустила волосы, привратившиеся из аккуратных кудрей в пышные рыжие облака, и прислонила руки к щекам. — Твоя вина!.. Мару сразу же склонила голову, не в силах смотреть на то, как Белен плачет. Она была похожа на леди. Плакала как леди. И все те черты лица - острые зубы, грубые скулы - что предавали ей свирепости, больше не пугали. Нежная, милая, чувственная леди - вот, кем ее делали слезы. — Если бы ты не появилась! Если бы тебя не было — все было бы хорошо! Ничто не помешало бы нашей с Люцифером помолвке! Я бы справилась с задачей! Почему ты не исчезла? Почему ты до сих пор существуешь?! Мару не ушла, хотя этого требовала ситуация. Кулаки сжались от смеси печали и злости. Она даже не думала о том, чтобы не выпустить Клипот, хоть это и опасно - забывать о нем. Сейчас ее волновало не это. — И мне очень жаль! — сорвалось с губ, — Мне правда очень жаль, что все так вышло! Я бы хотела не меньше твоего, чтобы все было иначе! Белен опешила и от неожиданности перестала плакать и продолжала только всхлипывать. Мару, глядевшей на нее, казалось, что она и сама сейчас разразится плачем. Возможно это пришлось бы кстати и по теме, но слезы превратили бы ее не в леди, а в не пойми что, так что обошлось без этого. — Но это не моя вина! - продолжала напирать Мару, - Не моя, ни Джейкоба, ни твоя! И я знаю, что ты это понимаешь! Все дело в твоем надутом, черством брате! Он не имеет никакого права относиться к тебе так, словно ты - низшее существо! Ты веришь, что ты бесполезна, но это не так! Она взяла передышку, почувствовав, как в горле больно защипало. Так кричать ей никогда не приходилось. — Иначе мой брат ненавидел бы меня. Джейкоб ненавидел бы меня! Она отдышалась немного, затем нахмурилась, решив, что, возможно, перегибает с плаксивостью. Но Белен продолжала слушать. — Мы с тобой одинаковые. Я тоже многого не могу. Но это не значит, что мы — мусор, ясно? Белен громко сглотнула. Затем стала поправлять прическу, накручивая локон за локоном на палец — верный признак того, что она приходит в себя. Мару откашлялась, пощупав горло: сорвала голос, сто пудов. Иначе почему он звучал так хрипло? — Что ты собираешься делать? - уточнила она, все еще опасаясь за здоровье друзей, да и за свое тоже. — Пойду к Белету, что еще… - фыркнула Белен. Настало время спокойно выдохнуть, ведь противостояние подошло к концу. Но Мару, войдя в раж, теперь не могла остановиться. — Я рада, что теперь ты хотя бы свободна от брачных узов с Люцифером. — Что толку, — буркнула Белен, — я все равно выйду за кого-то, кого выберет Белет… Мару задумалась. Когда Белен привела себя в порядок, утерла слезы и посильнее напудрила щеки пухлой воздушной подушечкой из карманной пудреницы, Мару сказала, зная, что для Белен это прозвучит абсурдно, и тем не менее, ей это виделось единственным выходом: — Переходи на сторону Джейкоба. — Кому я там нужна… - прыснула Белен с горькой насмешкой. — Ему сейчас любая помощь кстати. И любой новый союзник в радость. Тюрдис позаботится о тебе, только дай ей знать. Белен поверить не могла, что Мару всерьез считала, будто нечто подобное возможно. Но перечить и пререкаться сил у нее не нашлось. — Я подумаю, — бросила она через плечо, вдруг озлобившись и произнеся то ли по-дружески, то ли все же с неприязнью: — Тварь. — Стерва, — не растерялась Мару, и Белен исчезла в черной дымке. Мару проводила зеленый след в небе взглядом, затем принялась судорожно рассматривать ладонь, где совсем недавно красовалась метка. Точно ли она исчезла? Может остались какие-то следы? Нет. Ладонь была чистой. Такого облегчения Мару не испытывала очень давно. От спавшего напряжения голова закружилась, и она чуть не упала, затем поплелась к дому.

***

— Они остановились? — Чего они ждут? Эми с Сузуно в сомнениях взглянули на Тюрдис. Она не знала, чего выжидали Карабахали, и это напрягало, но еще больше ее беспокоило, что Мао и Мару могли что-то натворить. — Ох, и размазала бы всех по стенке… — прыснула она, настороженно наблюдая за обстановкой в небе. — Где она? — раздраженно спросил Марбас, подразумевая сбежавшую с бала Белен. — Подождем, — сказал Бегемот строго. Он и сам пребывал в сомнениях, но приказ есть приказ. — Взбалмошная дева… — скривился Марбас и достал из-за пазухи артефакт, найденный его собратьями на Энте Исла — серебристый снаряд, который Мао и Эми окрестили бомбой, а сами Карабахали — небесным светом. Правда в том, что никто их них не попал в точку. Этот артефакт не являлся ни бомбой, ни чем-либо небесным. Но светила она и правда ярко, только вот никто не знал, как ею правильно пользоваться. — Они собираются бросить ту штуку! — завопила Цубаса. — Скорей, латайте дыры! — Тюрдис от беспомощности метнулась к Эми, чьей силой затягивало трещины в защитном барьере. «Приказа не было!» — крикнул Бегемот в след Марбасу. Тот приблизился к барьеру и с размаху забросил снаряд в открытое окно. — Есть! — обрадовался он. — Нет… — проронила Тюрдис и задрала голову, глядя в потолок: туда, куда с тяжелым металлическим звоном преземлилась бомба. До выброса энергии оставались считанные секунды — по крайней мере так же быстро две бомбы взорвались на яхте. После разрыва защитный барьер, возможно, задержал бы световую и звуковую волну, отчего прячущимся в доме пришлось бы совсем худо. Марбас, Бегемот и остальные Карабахали дожидались взрыва, но вместо ослепительного света им на встречу вылетел все тот же снаряд — целехонький и не разорванный. — Вот же… — неизвестно, какое слово не успел проговорить Марбас прежде, чем у его лица сработал механизм, и снаряд раскрылся, испуская яркий диск света и громкий гул, который еще не скоро утих в восприимчивых ушах Карабахалей. Из окна выглянул Урушихара. Наблюдая за поверженными врагами и в особенности Марбасом, плавно приземлившимся где-то в районе забора, Урушихара отметил, что неприятные ощущения и головная боль с концами прошли. Он хитро улыбнулся и победно захлопнул окно. Мao мчался к дому, его сердце колотилось в унисон с шагами, а в голове висел вопрос: быть может, это все-таки розыгрыш? За время, проведенное в Японии, он начал забывать, какую власть и влияние имел и сколько его слова весили на Энте Исла. Он не мог поверить, что все действительно получилось — разговор с Белетом прошел лучше, чем он ожидал, в тысячу раз, и он добился своего. На пороге он увидел Эми и Тюрдис, из-за из спин выглядывали Сузуно и Цубаса. Ашия аккуратно протиснулся через них, придержав Тюрдис за плечо, когда почувствовал, что сейчас запнется за чью-то ногу, но что Тюрдис лишь еле заметно нахмурилась. Они заприметили Мао издалека и вышли на встречу когда он уже подбегал к калитке. — Я поговорил с Белетом, все в порядке! — крикнул он, стараясь передать основную суть и не вдаваться в подробности спонтанных переговоров. Девушки обменялись взглядами, и на их лицах отразилось облегчение. Даже Тюрдис на мгновение оставила привычную угрюмость. Из кустов вынырнула Мару. Ее волосы растрепались на ветру, а глаза светились устало, но счастливо. Она выглядела так, будто только что пережила бурю. — Белен сдалась! — произнесла она с неожиданной решимостью, но в ее голосе звучала нотка остаточного испуга после общения с Карабахалем, что было естественно. Мao вздрогнул от неожиданности; он не знал, что Мару тоже вела своего рода переговоры. Ашия, скрестив руки на груди и прищурив глаза, посмотрел на Мao до того серьезно, что тому стало не по себе. — Вам нужно будет все рассказать. Это для составления картины о наших нынешних отношениях с Карабахалями. Мao лишь кивнул, не желая спорить — он знал, что это важно. Они с Мару тяжело выдохнули, скидывая с плеч ношу общения с натуральными энергетическими вампирами, и сделать это им удалось в унисон. Но напряжение все еще витало в воздухе. Неподалеку от Карабахальской тучи парили Белен и Бегемот с поверженным Марбасом на перевес. Его Бегемот закинул его на плечо, и благо Марбас оказался достаточно тощим, чтобы там уместиться. Белет матерелизовался из ниоткуда, и хотя он оставался при своих привычных манерах, его лицо четко и ясно выражало недовольство прошедшей встречей. Белен испуганно опустила голову, ее спина и плечи округлились, словно невидимые кандалы потянули ее вниз как только на горизонте возник ее брат. — Прости… — пробормотала она жалобным голосом, словно опасаясь, что ее вот-вот стукнут чем-то тяжелым, — Я… — Пожалуйста, не мямли, — устало попросил Белет, — Планы изменились, — объявил он для всех, — Мы уходим. Большие гудящие врата открылись прямо за его спиной, и все Карабахали гурьбой повалили в родной мир. — Наша взяла! — воскликнула Мару с облегчением, — Фух, ну и вечерок… С Мао они обменялись радостными взглядами и хлопнули друг другу по ладони. Вместе с тем, как Карабахали отправлялись во врата, небо прояснялось, являя плотные синие облака. Самые обычные облака. Бегемот унес во врата Марбаса. Белен направилась за ними, вяло двигаясь и нервно перебирая пальцами. Белет оставался последним. Он придерживал портал для остальных, но когда сам собирался прыгнуть в него, закатил глаза и издал раздраженный стон. — Ну нет, не могу на это смотреть! — бросил он и в мгновение ока перевоплотился в черную туманность. Он дернул торчащими в разные стороны рыжими ушами и запустил в сторону Мао и Мару магическую волну. Она снесла их обоих, и Тюрдис, Ашия, Эми, Сузуно и Цубаса не успели опомниться, как Мару и Мао оказались на несколько сотен метров от дома. Портал закрылся за Белетом с гулким ревом, скрыв всех Карабахалей до единого. Мару первой нашла в себе силы сопротивляться волне. Она схватилась за дерево, которое вместе с ней подверглось магии Белета и пролетало над лесной частью Отаки, отломала мощную ветвь, затем кувыркнулась в воздухе и уверенно воткнула ее в землю, прочертив глубокую колею. Оттормозив ногами некоторое расстояние, она остановилась, откинула растрепавшиеся волосы назад и оскалилась от негодования, затем попыталась выдернуть ветку, но та комично переломилась посередине. — Мао? — позвала она, озаряясь по сторонам, и позже до нее дошло, что, пребывая в человеческом теле без толики магии, Мао ну никак не мог оказаться поблизости.

***

Привести Мао в чувства удалось магией Эми. Действия бутылочки витамина «Бэта» как раз хватило для того, чтобы срастить ему одну переломанную кость и восстановить силы. — Ты в норме? - спросила Мару, заглядывая ему, лежащему на диване, в лицо. Мао чувствовал себя прекрасно за исключением незначительной тошноты. Он хорошенько приложился головой во время падения, разодрал шорты и поломал предплечье. Теперь же, благодаря Эми, все более-менее улучшилось. — Порядок. Ты как? — Я… — Мару вспомнила про метку, и мурашки пробежались по спине. — Лучше некуда. — Как тебе удалось убедить Белен отступить? — Лучше расскажи, как ты заставил Белета свалить, это куда интересней. Мао вздохнул, хотя и не был расстроен, но все же что-то гложило изнутри. Возможно то было осознание, что, соберись он и вызови Белета на переговоры пару месяцев назад, все могли бы отделаться меньшей кровью. — Политика, — вздохнул он, — Все это — просто политика. — А у меня все разрешилось с помощью Клипот. — Ну и скукота… — съязвил Урушихара с явным сарказмом. — Да там ничего интересного. Просто… быстренько заключили договор и все… Последние слова Мару произнесла особо тихо, но ей все равно не удалось избежать внимания Тюрдис. — Что ты сделала?! — переспросила она, и если бы Мару повторила сказанное, против нее обязательно реализовали бы воспитательную затрещину. — Ничего не произошло, вот, смотри! — Мару выставила пустую ладонь прямо перед лицом Тюрдис. Новость о заключенном в этот вечер договоре потряс всех находящихся к доме Кио Накамуры — как минимум тех, кто хорошо знал обычаи Карабахалей и к чему приводят сделки с ними. Пока Тюрдис вертела бледную ручонку, осматривая ее со всех сторон, вокруг Мару столпились Мао, Ашия, Урушихара и Камио. Эми, Сузуно и Цубаса сидели и наблюдали со стороны, не совсем представляя, в чем состоит опасность. — Как ты это сделала?! — наконец выпалил Мао. — Говорю же, Клипот. Если бы не была уверенна, что сработает — ни за что бы не решилась. Урушихара с подозрением посмотрел на нее. «Кажется, он начал понимать, когда я сочиняю, — подумала Мару, оценив этот его недоверчивый взгляд, — Плохо. Очень плохо». - И что, метка просто исчезла, когда ты схлынула? — Не совсем так, но в целом да. Раньше я уже так делала. — Чт… — Тюрдис не смогла договорить и вместо этого скорчила самое возмущенное лицо их всех, что видела Мару когда-либо в своей жизни. — Это не важно, ничего же не произошло. Я наплела ей про проклятье. Что, мол, оно не позволяет проклинать меня еще кому-либо. И что из-за этого метка не действует. — Мару придурковато усмехнулась, разбавляя обстановку. — Но от метки я правда избавилась. Тюрдис замахнулась на нее, не выдерживая беспокойства и злости, что бурлили внутри, потом зажмурилась и отошла в сторону, не решившись нанести удар. У плиты она налила себе кипяченной воды и, вращая стаканом, уставилась в окно. — Проклятье — все же удачное объяснение для Клипот. Во всех смыслах. — Значит Клипот был с тобой с детства? - предположил Мао, явно заинтересовавшись этой темой. — Ну, если так прикинуть… — Мару высунула язык, считая прожитые столетия и пытаясь вспомнить, в каком возрасте ей приспичило рискнуть душонкой. — Да, наверное, ты прав. Мне и сотни тогда не было, пожалуй. Она прошла мимо Ашии и Урушихары, помрачнев по непонятной причине. — И все же лучше бы его не было. Никогда. Она вдруг начала вести себя странно, и неясно, что было у нее на уме. «Никогда, — повторяла она, — Да, точно. Никогда…»