Грабли вместо парашюта? Невменяемо, но круто!
5 августа 2022 г., 21:49
Приглашение от Киры прозвучало слишком приторно, словно перед тем как звонить ему его сестра дернула пару стопок рома, который у нее очень часто проходил вместо антидепрессанта. Но, когда Александр взглянул на часы, то уверился, что для алкогольных экзерсисов слишком рано. Даже в самые худшие времена Кира себе такого не позволяла, с чего бы ей делать это сейчас, когда жизнь вокруг нее становилось хоть и не спокойной, но размеренной, и, можно сказать, вялотекущей.
- Ты во сколько хочешь встретиться? - Воропаев заглянул в свой планер, удостоверившись, что основные встречи у него запланированы на утро и первую половину дня, а это значит, что ближе к вечеру он спокойно мог свинтить с работы на час, а то и полтора раньше. Кира помолчала, раздумывая над временем.
- Давай часам к шести? А то, у меня сегодня еще дела в компании, а на вечер будет то, что нужно, - на это раз она говорила серьезным, привычным тоном и Александр расслабился. Может, это у нее было задание от ее терапевта, с которым она продолжала общение два раза в неделю. Мало ли, каким раздражителем был для нее родной брат. Воропаев задумался настолько, что Кире пришлось его позвать, - Саша, ты меня вообще слушаешь? А то тишина у тебя там просто гробовая.
- Я понял, что ты хочешь, чтобы я подъехал к тебе к шести, я буду, - он потер переносицу, костеря себя за невнимательность. Виной был недосып, продиктованный ночью беспокойных и эротических снов. Александр чувствовал себя старшеклассником, ну, или студентом младших курсов. Тогда еще нескладный, высокий, худой парнишка не вызывал такого бурного визга как сейчас. Воропаев был крайне стеснительным в то время, едким, непримиримым, но стеснительным. Ровно до того момента, как осознал, что обладает неким шармом, обаянием, даже без учета отцовских средств. Александр никогда не был влюбчивым, но всегда был падок на три вещи, когда это касалось женщин - ум, дерзость и красота. А когда ты молод и активен, ты жаждешь только одного - заполучить к себе в постель каждую, которая хоть раз приковала взгляд. О! Тогда Воропаев часто просыпался с таким стояком, что было практически физически больно, а сны бросали его в жар еще по несколько часов с самого утра. Но, те времена были забыты, по крайней мере, так ему казалось до встречи с Пушкаревой. Теперь она стала средоточием его снов, желаний и… страхов.
- А что еще я у тебя попросила? - в голосе Киры слышался скепсис и легкая насмешка. Надо же, он, оказывается, действительно прослушал что-то важное.
- Ты просила меня прийти не с пустыми руками, - попробовал ткнуть пальцем в небо Александр, и сестра тут же засмеялась в ответ.
- Ты и сам никогда с пустыми руками не приходишь, - отвечает она ему очень уверенно, - ладно, меня мало волнует, в каких облаках ты витаешь, поэтому я попрошу тебя еще раз, прикупи бутылку хорошего вина, а то у меня в доме оно вышло.
- Прикуплю, - обещает Воропаев, игнорируя желание напомнить, почему же у нее вышло вино, - тебе бы хотелось белого или красного?
- Мне бы хотелось хорошего и дорогого, - Кира становится излишне недовольной, - сегодня я не привередлива в выборе напитков, так что, могу положиться на твой вкус.
- На мой вкус ты можешь положиться всегда, - пробует пошутить Александр, но сестра на это заявление только фыркает, прежде чем заверить.
- С последним, я категорически не согласна, - говорит она вполне серьезно, - я начинаю сомневаться, что у тебя хоть когда-то со вкусом было все в полном порядке, потому, что в последнее время ты активно доказываешь мне обратное.
- Ты сейчас о чем пробуешь мне сказать? - Воропаев прекрасно понимает, что Кира имеет в виду, но этот разговор он намеревается пресечь на корню, буквально здесь и сейчас, чтобы не портить возможный приятный вечер в компании друг друга.
- Ничего, это просто шутка, - вздыхает она, старательно подавляя раздражение, а потом добавляет, словно бы через силу проталкивая слова по горлу, - я буду уважать любой твой выбор, потому, что я люблю тебя.
Александр морщится, но терпит, прекрасно понимая, что эти заученные формулы, это часть ее работы с терапевтом. Да, в ее словах не было и капли искренности, она уж точно не уважала его выбор, а в том, что она его любила у него были сомнения. Но, если проговаривая это, ей поможет осознать, что есть вещи, которые не подвластны ее желаниям, то, он только поаплодирует ее врачу, а то и насыплет хорошую надбавку, за крайне успешно выполненную работу.
- Тогда, просто отлично, - решает закончить разговор на нейтральной теме Воропаев, - буду к шести с хорошим вином, - он уже собирается прощаться, когда решается задать еще один вопрос, - ты хочешь чтобы я пришел один? - он не успевает добавить предложение позвать Кристину, когда Кира реагирует достаточно бурно и недовольно.
- Даже не смей тащить ко мне домой эту Пушкареву, я и так стараюсь придерживаться обещанного нейтралитета, но, не стоит перегибать палку, Саша, - она явно собирается добавить что-то еще, но Воропаев перебивает ее до того, как она перейдет черту.
- Я не собирался приходить к тебе с Катей, - он произносит это сухо и настойчиво, - я только хотел уточнить, не хочешь ли ты сделать этот ужин по-настоящему семейным, пока у нас троих есть такой шанс повидаться всем вместе. Ни ты, ни я не знаем, сколько времени Кристина планирует пробыть в Москве, я думаю, ты могла бы проявить чудеса гостеприимства и пригласить ее провести этот вечер с нами.
- Нет, - Кира произносит это слишком резко, едва ли не выкрикивая, но потом ее тон меняется на немного неуверенный, - я… я тоже по ней скучаю, но сегодня, сегодня я хотела бы провести этот вечер с тобой, если ты не против. Только с тобой.
От ее тона сердце у Александра сжимается буквально до боли. Сестренка. Да, в последнее время он уделял ей буквально непростительно мало внимания.
- Конечно, - соглашается Воропаев, - мы проведем время только вдвоем, я тебе обещаю. Так что, жди меня к вечеру.
- И, Саш, - Кира переходит на едва ли не просительный тон, - не планируй себе ничего на вечер, хорошо? Я не хочу, чтобы сидя со мной, ты смотрел на часы.
Александру приходится согласиться и на это. Просьба сестры все еще кажется ему немного странной, но, мало ли, может она и правда просто по нему соскучилась? Покручивая в руках телефон, он размышляет, что ему придется отменить вечернюю встречу с Катериной. Этого делать ему совершенно не хотелось, но… Нет, в понимании Кати у него не было никаких сомнений, это больше беспокоило другое, а именно то, что он сам испытывал жуткое желание постоянно быть с ней рядом. Это начинало походить на некую зависимость, от которой ему совершенно не хотелось избавляться. Александр слишком хорошо знал, что бывает с человеком, который обрек себя на зависимость, возможно, и в этом увлечении ему следовало бы немного притормозить. Именно с такой уверенностью он и набирает номер Пушкаревой. Но, когда он слышит голос Катерины все его измышления просто идут прахом.
- Саша? - голос ее обволакивает его как патока даже через телефонную трубку, - все хорошо? Я просто не ожидала, что ты мне позвонишь.
- Я не вовремя? - улыбается Воропаев, представляя себе ее глаза, искрящиеся весельем и счастьем, - не переживай, я не отниму слишком много времени.
- Ты не можешь быть не вовремя, - уверенно отвечает Катя, - ты мне говорил, что у тебя в первой половине дня аврал, вот я и не рассчитывала, что ты сможешь выкроить на меня время, - весьма честно, впрочем, как и всегда, признается она.
- На самом деле так и есть, загрузка сегодня в первой половине дня даже для меня самого ошеломляющая, - он произносит это до того, как осознает, что фактически жалуется ей на загрузку, практически намекая на усталость. Этого еще не хватало! - Но, я звоню тебе не по этому поводу. Сегодня вечером мне нужно будет встретиться с Кирой, она просила меня приехать, провести с ней время.
- Конечно, я понимаю, семейные посиделки, - он слышит грусть в Катином голосе, но, она старается звучать бодро и уверенно, - я так понимаю, мы сегодня увидеться не сможем? - на этот раз разочарование прослеживается куда отчетливее.
- Мы могли бы, - вздыхает Александр, - но, я не думаю, что твои родители будут в восторге, если я тебя сворую слишком поздно. А мне пока еще необходимо считаться с ними максимально, если я не хочу, чтобы твой отец все-таки вставлял палки мне в колеса. Может, я и не завоюю его любви, но доверять он мне должен.
- Папа не плохой человек, - Катя тут же бросается на защиту отца, - просто, для него крайне сложно представить себе, что я…
- Что ты повзрослела, и теперь способна выбирать человека, с которым проживешь всю жизнь, - заканчивает за нее Воропаев, возможно, излишне серьезным тоном.
- Это что-то прозвучало как-то излишне траурно, а не радостно, - смеется Катерина, а потом добавляет, - или, ты думаешь, что быть с одним человеком навсегда это слишком скучно и пресно? - вопрос ставит Александра в тупик.
- Я когда-то говорил тебе что-то подобное? - он выгибает брови в ожидании ответа.
- Нет, но, - она теряется на миг, явно стараясь от него что-то скрыть. Воропаев ставит себе на заметку, разобраться потом в причинах ее скрытности. Нужно было приучать Катю к тому, что все ее секреты должны были становиться общими, по крайней мере до того момента, как он разберется в этой чудной барышне настолько, что сумеет правильно интерпретировать даже ее поворот головы, - некоторые люди считают, что жить с одним человеком, это скучно, и что близость между людьми, она, на самом деле, недолгая, наступает пресыщение, а потом пара… разваливается.
- И кто же такой гениальный делился с тобой этим подходом к взаимоотношениям между людьми? Не Жданов ли часом? Уж больно это подходит под его парадигму построения отношений, - Александр даже забывает о том, что через десять минут у него достаточно важная встреча, настолько его занимает ситуация с тем, кто вкладывает в Катину голову такой откровенно странный бред.
- Нет, это не Андрей Палыч, это… совершенно не важно, на самом деле, кто это, - тут же спрыгивает Пушкарева с довольно простого и безобидного вопроса, - это просто так разговоры, с девочками и я… если что, то я так не думаю совершенно, я верю, что можно раз и навсегда, но я знаю, что для этого нужно много и усердно трудиться, и я готова к этому. Ведь это главное, я же права?
- Ты, безусловно, права, - Александр понимает, что сейчас у них слишком мало времени для того, чтобы разбирать этот вопрос подробно. Он даже ощущает толику раздражения, понимая, что сегодня ему не хватает лишних пары часов в сутках, чтобы все-таки выкроить их на общение Катериной, - но, мы с тобой еще вернемся к этому вопросу. Что-то мне совершенно не нравится то, чем тебя потчуют твои, с позволения сказать, подруги. Я не ищу коротких отношений, которыми собираюсь размениваться, ты нужна мне на постоянной основе, с возможностью находится рядом с тобой буквально постоянно. Да, это труд, в любом случае труд, когда ты живешь с человеком, ты стараешься изучить его, смотришь, готов ли принять. Ведь, если нет, тогда зачем стараться соединить несоединимое и верить во что-то несбыточное, разве нет?
Ему хочется услышать ответ на этот вопрос, чтобы она подтвердила свои мысли, сопоставив их с его, но на пороге его кабинета появляется Алина Викторовна. Александр немного раздраженно прикрывает глаза, почему всегда все так не вовремя? Он кивает ей, прекрасно понимая, что подвигло ее войти в кабинет без стука. Встреча. Задерживать людей совершенно не хотелось, поэтому ему приходится спешно прощаться с Катериной, еще раз извиняюсь за несостоявшийся вечер.
- Конечно, я все понимаю, - говорит ему Пушкарева, - но, даже если мы не можем встретиться, буду ждать звонка.
Он обещает ей, что позвонит, уже это он точно может сделать, практически уверенный, что ее отец не заругает дочурку за поздние разговоры. Целый день он не может избавиться от ощущения того что что-то идет неправильно, словно сейчас Александр должен находиться в другом месте, или отправиться в другую сторону, вместо избранной ним изначально. Воропаев обычно называл это чуйкой, и она не подводила его никогда, чтобы там ни было, и как бы там ни было. Но, на этот раз, ему крайне тяжело понять, с чего бы вдруг его преследует это ощущение. Даже когда он выбирает вино, рука его непроизвольно тянется к чему-то сладкому, красному, совершенно не свойственному его сестре. Сам он не собирается пить и грамма, ведь находясь за рулем - это самый плохой способ для самоубийства. Интересно, а какое вино предпочитает Катя, он даже не удосужился узнать. Возможно, что-то такое, что он сейчас держит в руке? Но, все эти размышления приходится загнать подальше, настраиваясь на вечер с сестрой. По пути он докупает коробку шоколадных конфет и небольшой тортик, в крохотной кондитерской за углом, практически рядом с домом сестры. Выглядит место приличным, чистым и новым.
Кира открывает ему дверь достаточно быстро, даже спешно, а коридор встречает его слишком сладким ароматом духов, который он знает просто прекрасно. Виктория.
- Ты же говорила мне, что жаждешь провести время только вдвоем, а сама приглашаешь на наши семейные посиделки Клочкову? Не откроешь ли мне секрет, чем она лучшe нашей с тобой старшей сестры? - у него не получается сдержать ни сарказм, ни едкость. А глядя на блестящие туфли, небрежно сброшенные у шкафа, он решает, что не останется слишком надолго. Если уж Кира позволяет себе нарушать правила игры, то он и подавно может себе это позволить.
- Я очень тебя прошу, не будь занудой, я же не могла выгнать ее, в самом деле, - качает головой младшая Воропаева, - она и так не слишком часто навещает меня в моем доме, сделай сегодня исключение ради меня. А вечер на двоих мы устроим как-нибудь в следующий раз, - Кира обнимает его за руку, устраивая голову ему на плече, и он поглаживает ее по волосам буквально автоматически, обреченно вздыхая.
- Ладно, но учти, я не останусь больше чем на час, мне не о чем разговаривать с твоей Клочковой, а обсуждать, при этом колокольчике всея ЗимаЛетто, семейные проблемы я не буду и подавно, - он целует сестру в лоб, принимаясь сбрасывать обувь.
- Спасибо, - Кира целует его в щеку в ответ, озадачив его еще больше, - хочу, чтобы ты знал, что ты просто замечательный.
- Скажи ка мне, золотце, а вы без меня тут точно не распили бутылочку другую? - он выгибает бровь, с подозрением разглядывая сестру, и даже принюхивается, но запах алкоголя не улавливает совершенно. Что же тогда с ней не так? Кира смотрит на него сперва испуганно, словно он застал ее за чем-то неприличным, потом растерянно, а потом раздраженно. Калейдоскоп эмоций на ее лице немного напрягает Воропаева, лишь бы у нее не начались эти ее привычные в последнее время качели. Может, не наливать ей вина сегодня, а то, если Киру накроет приступ, Вику придется выбрасывать в коридор за шиворот, а этого так не хотелось.
- Ты так говоришь, словно меня можно обвинить в скрытом алкоголизме, - фыркает младшая Воропаева, - это обидно, знаешь ли, - она вздергивает подбородок, направляясь в комнату, где, скорее всего их и ожидает неминуемая и вездесущая Клочкова, - я и обидеться могу, между прочим.
- Это ты, как раз, можешь сделать и не между прочим, - у Александра не остается выбора, кроме как следовать за ней, прихватив с собой угощения. Расслабься Воропаев, тебе нужно потерпеть это все один час, а потом, он проверяет наличие телефона в кармане пиджака, он все-таки упросит Катю отпроситься к нему на встречу хоть на полчаса. Он готов как школьник стоять с ней у подъезда и просто любоваться, ибо, если он не увидится с ней, день можно будет считать безвозвратно потерянным.
Время с Викой и Кирой тянулось просто неумолимо медленно. Когда он категорически отказался от вина, несколько раз для убедительности, то барышни тоже решили, что чая будет вполне достаточно. Александр откинулся на диване, в ожидании напитка. Он так и не смог уразуметь, за каким хреном они отправились заваривать чай парно, но, такая уж была женская натура. Они вот, и по уборным расхаживали всегда компанией. Воропаев извлек из кармана мобильный телефон, с явным намерением позвонить Катерине, но аппарат издал знакомый писк, высветив на экране имя вызывающего - КРИСТИНА. Он взял трубку сразу, чтобы не заставлять сестру ждать. Да и покончить с разговором хотелось до возвращения Киры.
- Привет, Крис, у тебя что-то… - хотел он поинтересоваться о важности и срочности звонка, но тут же отодвинул от уха трубку, очень сильно обалдев от рычания моторов и визга тормозов. В первый момент он испытывает ужас, что сковывает все его тело, в мозгу буквально бьется - АВАРИЯ. Но, в трубке отчетливо слышен хохот Кристины и Талы. Вместо страха в нем вскипает злость, - твою мать, куда вы уже забурились?
- Все хорошо, - кричит ему Кристина, явно довольная и не совсем трезвая, - я тебя набрала немного случайно, но, раз уж ты на связи… подтянуться не хочешь? Тебе бы тут понравилось! И, это, Катю сюда тащи! Ей тоже будет полезно получить хорошенькую эмоциональную встряску! могу тебе гарантировать!
- Не могу, - обреченно вздыхает Александр, прекрасно понимая, что, практически сто процентов, Кристину туда притащила Калатай. Моторы снова взревели, а за ними послышался дружный хохот.
- Как это не можешь? - на этот раз ему кажется, что сестра звучит совершенно трезво, - что-то случилось? - удивляется она, - я же знаю, что у тебя сегодня должен был быть вечер с Катериной, что случилось?
- Планы немного поменялись, меня к себе в гости пригласила Кира, а к ней нежданно нагрянула Виктория, - он потирает переносицу, ощущая себя странно уставшим, - я очень надеюсь, что мне не придется пробыть здесь слишком долго, но я уже пообещал Кире, поэтому не могу иначе.
- Да, Сашка, ну ты вляпался, - он отчетливо слышит, как сестра начинает удаляться от оглушающей толпы, - а хочешь, я тоже сейчас нагряну, чтобы уравнять шансы так сказать? - он даже с легкостью может представить, как она поигрывает бровями, делая это, практически безумное, предложение.
- Думаю, не стоит, - кривит душой Воропаев, на самом деле, ему очень хочется притащить сюда Кристину, и прикрыться старшей сестрой от всего этого бедлама, - во-первых, Кира отказывалась тебя приглашать…
- Тут я даже не сомневаюсь, - Кристина останавливается, явно удалясь достаточно от источника шума, - но, я ведь могу к ней приехать и сама, без приглашения, так сказать.
- Ты всё можешь, я в тебе совершенно не сомневаюсь, но в этом заключается во-вторых, - хмыкает Александра, - если ты приедешь, эти посиделки могут затянуться гораздо больше, чем я рассчитываю. А так, я отсижу обещанный час и сразу же поеду к Кате. Хоть немного ее времени я для себя своровать обязан.
- Да, логично, не поспорить, не подкопаться, - заверяет его Кристина, а потом молчит, явно задумываясь о чем-то своем, - тебя на ней правда повернуло, Сашка, конкретно повернуло, - выносит она ему совершенно неутешительный вердикт, и Воропаеву приходится с этим согласиться. Но дальнейшего разговора у них не получается. Кира, в сопровождении Виктории, выплывает из кухни, и ставит поднос, с сервированным чаем, на стол достаточно громко, требуя этим жестом, чтобы Александр положил трубку. Он поднимает руку вверх, словно бы говоря, я заканчиваю.
- Прости, но вынужден отключиться, меня ждут неотложные дела, - он слышит, как смеется Кристина, и сам начинает невольно улыбаться. Да, конспираторы с них так себе, на не твердую двойку.
- Я позвоню тебе через час, чтобы удостовериться, вырвался ты из их лап или нет, - обещает ему старшая сестра и отключается первой.
Как и предполагал Александр, посиделки проходят уныло и кисло. Ему все время кажется, что Кира косится на часы, словно куда-то опаздывает. Он даже несколько раз спрашивает ее об этом, но, она отвергает это предположение, уверяя его, что никогда бы не позвала его в гости, если бы у нее были другие планы. Воропаеву в это верится очень слабо. Да еще и Клочкова, с каждым разом пытается подсесть все ближе и ближе. Ему уже надоело постоянно двигаться по дивану, так и сверзиться с него не долго. В конечном итоге он просто перекладывает диванную подушку так, чтобы она оказался между ним и Викторией. Это немного погашает ее пыл, а Александр внутренне надеется, чтобы этот час побыстрее закончился. Он делает несколько глотков заваренного Кирой чая, но делает это скорее из правил хорошего тона, чтобы не обидеть. На этот раз он выходит у нее каким-то излишне горьким, и даже терпким, буквально обволакивая язык неприятным онемением.
- Неужели тебе не нравится чай? - удивляется Вика, принимаясь обновлять свою чашку, - давай, я тебе добавлю немного, может, будет лучше, если он будет горячим.
- Не стоит, - Александр прикрывает чашку ладонью, и только чудом Клочкова не проливает ему на руку заварку, - Кира, умерь пыл своей подруги, - он поворачивается к сестре, стараясь намекнуть ей не только на то, что Вика только что пыталась неумело за ним поухаживать, но и то, что она с завидной регулярностью пыталась выронить на него свою грудь из неприлично глубокого выреза.
- Вика, отстань от Саши, - Кира произносит это настолько резко и раздраженно, что Клочкова невольно вздрагивает и таки проливает чай на стол, благо, никого при этом не задевая. Воропаев даже поднимает брови вверх - с чего она стала такой раздраженной? Может, она все-таки опаздывает куда-то? Он уже собирается спросить ее об этом в очередной раз, не смотря на то, что слишком велик шанс нарваться на вспышку гнева с ее стороны, когда ее телефон издает трель. Кира подхватывается с места, и на ее лице читается такое облегчение, что Александр сразу понимает - именно этого звонка она и ждала! Она выскакивает прочь из комнаты, даже не извинившись, а Воропаев недовольно дергает плечом, наверняка ей звонит Жданов. Вечер становится все лучше и лучше, а у него еще впереди чуть больше получаса. Он протягивает руку к чашке, все-таки делая очередной глоток. Пить хочется немилосердно, а на столе не оказывается никакой жидкости кроме чая. Боже, какая гадость! Остывшим он кажется Александру еще хуже. Когда он возвращает чашку на стол, поднимая глаза на Клочкову, то даже закашливается. Виктория смотрит на чашку в его руке с каким-то маниакальным вожделением, если не радостью. С ней все в порядке? Александр принимается наблюдать за ней, изучая, а Клочкова, завидев его интерес, разве что не вертится ужом на диване. Нет, с ней явно что-то…
- Саша, прости, - Кира влетает обратно в комнату буквально вихрем, - мне нужно отлучиться ненадолго, буквально на десять минут, - она хватает со стула развешенный там пиджак, набрасывая его на плечи, - побудь немного в роли хозяина, развлеки Вику, пожалуйста, хорошо? Я вернусь очень быстро.
- Так не пойдет, - качает головой Воропаев, ощущая легкое жжение в глазах, видно, он сегодня все-таки пересидел с документами, - ты пригласила меня провести время с тобой, а в итоге, я должен развлекать твою подругу?
- Я буду паинькой, - подает голос Клочкова, но Александр огрызается на нее раздраженно и зло, взмахивая рукой, словно отгоняя муху.
- Помолчи, тебя тут вообще не должно было быть! Поэтому, лучше не мешай сейчас.
- Саша, не будь занудой, - Кира хмурится, сплетая руки на груди, - пара минут и я здесь, давай без драм, я не так часто тебя о чем-то прошу.
- Ты просишь меня о чем-то постоянно, - он снова качает головой, потирая глаза, жжение становится буквально невыносимым. Может, стоит купить капли по пути домой? А то его совершенно не прельщает щеголять красными, как у рака глазами, - а сейчас я не заинтересован, уж прости. По тебе было видно, что ты изначально ждала этого звонка, - указывает Александр на телефон, - я только не понимаю, зачем ты звала меня в гости, или не отменила мой приход. Поэтому, - он хлопает себя по коленям, поднимаясь, - я лучше… - Воропаев осекается, не успевая оповестить о своем уходе. Голова идет кругом, а ноги буквально подкашиваются. Он хватается за спинку дивана, чтобы сохранить равновесие. Какого… Он вытягивает руку вперед, замечая, как мелко принимаются дрожать пальцы. Нет. Нет! НЕТ!
- Саша, с тобой все хорошо? - навстречу ему подается Клочкова, в то время как Кира принимается наоборот отступать двери. Он успевает заметить на ее лице печать сожаления, прежде чем она скрывается в коридоре.
- Не. Трогай. Меня, - чеканит Александр слова, отталкиваясь от дивана и тоже направляясь в коридор, принимаясь отслеживать свое состояние. Сердце уже принималось давать сбой - частило, то и дело, словно подкатывая к горлу тошнотой и страхом. Как он и предполагает, когда он добирается до входной двери, Киры уже и след простыл. Мысли в его голове все еще не могут никак оформиться в стройный ряд, но ему достаточно того, что он понимает причину своего недомогания. Поэтому, когда Клочкова выскакивает за ним, чтобы поймать его за руку, поддерживая, удерживая, останавливая. Он отталкивает ее прочь, но силы не достаточно, и она делает всего два шага назад, хотя должна уже встретиться спиной с противоположной стеной.
- Идиот! Ты голову себе расшибешь, - шипит Виктория, снова делая попытку его остановить, когда он принимается обуваться, едва не падая.
- Пошла! - отталкивает ее Воропаев, и на этот раз заваливается на одно колено, - черт!
Мозг отказывается думать, зачем они… зачем она… Он знает только одно, что ему нужно выйти прочь из квартиры… нужно…
Злость подстегивает его, и он преуспевает, буквально выползая на лестничную клетку, придерживаясь за стену. А Клочкова выскакивает следом:
- Ты убьешься! Вернись немедленно! - а потом добавляет, едва слышно, - Кира мне голову оторвет.
Воропаев ничего ей не отвечает, упрямо принимаясь спускаться по ступенькам. Но, видимо везение не на его стороне. Александр все-таки оступается, он скатывается до конца пролета, и выдыхает, совершенно не понимая ему больно или нет. А если больно, то где, и насколько сильно. Он заставляет себя встать, снова направляясь прочь. Воропаев умудряется напугать своим видом супружескую пару, возвращающуюся с вечернего моциона. Они наверняка решили, что он наркоман, не иначе, у него же сейчас зрачок должен быть на весь глаз - жуткое зрелище. Лишь бы милицию не вызвали, этого ему точно сейчас не вывезти, просто никак.
Когда он все-таки оказывается на улице, то те несколько шагов до машины даются ему буквально с боем. Он забирается в салон, закрываясь изнутри, а потом, порядочно дрожащими пальцами набирает номер Кристины.
- Сашка! Неужели тебя так рано отпустили на поруки? - шутит она, но тут же осекается, когда слышит насколько хриплый и низкий у него голос.
- Тут. Какая-то. Хрень, - он делает паузу, сглатывая, и стараясь держать глаза открытыми, - я в машине. Дом Киры. Нейро… нейролептики. Вырубает…
- Саша, я ничего не понимаю, ты у Киры? Саша! Саша! - но, крики старшей Воропаевой оказываются бессмысленны, телефон падает из ослабевших пальцев мужчины ему под ноги, а сам Александр проваливается в беспамятство.