По-людски

Наблюдать за тем, как готовит ее мужчина, было ни с чем несравнимым удовольствием. Катя крутилась под руками у Александра, то и дело, мешая ему совершать нехитрые манипуляции. - Я тебя сейчас отправлю в комнату, дожидаться результата, - вздохнул Воропаев, облизав только что приготовленную намазку с пальцев, - ты можешь подождать? - Не могу, - искренне ответила Катерина, и тут же своровала шпротину, сунув ее в рот, пока Александр не отобрал ее, - здесь пахнет так вкусно! - Здесь и должно пахнуть вкусно, - Воропаев потрогал остывающие на бумажном полотенце гренки из белого и черного хлеба, уже смазанные чесноком, - между прочим, это рецепт твоей мамы, который я добыл, чтобы тебя порадовать. - Я знаю, ты лучший, - Катя поднялась на носочки, чтобы оставить короткий поцелуй в уголке его рта, - когда мы с мамой позавчера виделись, она сказала мне, что ты к ней приходил, - внутри все сжалось от нежности к этому мужчине. Господи, как же ей все-таки с ним повезло. - Почему ты не рассказала маме о том, что беременна? - Александр бросил на нее короткий взгляд, а затем вернулся к готовке. Гренки как раз были достаточно остывшими, чтобы нанести на них смесь из тертых вареных яиц, плавленого сыра и майонеза, приправленную солью и свежемолотым черным перцем. - Да я просто не знала с чего начать, - Катя пальцем зачерпнула намазку и отправила ее в рот. Вкуснотища! Воропаев вздохнул. - Я тебя сейчас ложкой по лбу тресну, вот серьезно, - он свел брови к переносице, но страшным не выглядел совершенно. Катерина сморщила нос, - и что значит, что ты не знала с чего начать, ты уже беременна, начать можно было только с главного. Или ты боялась ее реакции? Или реакции отца? - Нет, - Катерина пожала плечами, - я люблю своих родителей, - она снова потянулась к миске со смесью, но Александр на этот раз отодвинул ее в сторону. Жадина, - но, знаешь, они иногда бывают… сложными. Их гиперопека… если мама еще способна понять, что иногда ее любовь бывает токсичной, буквально удушает, то отцу такие размышления попросту недоступны. А я сейчас не намерена бороться за каждый сантиметр своего свободного пространства, в особенности с родителями. - Ты не обижаешься, что из-за меня твоя мама все-таки узнала? - он как раз заканчивает намазывать все гренки, раскладывая их на тарелку, и Катя с трудом удерживается от того, чтобы не стащить практически готовый бутерброд. - А? - она удивленно смотрит на Александра, он что, серьезно? - Саш, ты что, - она обнимает его со спины, чтобы подтвердить свое настроение, - я тебе даже благодарна, мне не пришлось заводить разговор, доказывать, что тебе это тоже нужно, и прочие глупости. Сразу договорились, что еще месяц она ничего не говорит папе. - Ты что, и к нему меня собираешься подослать? - на этот раз она слышит в голосе Воропаева нотки веселья. Он раскладывает шпроты на бутерброды, поглядывая на нее со смешинками в глазах. Катерина шлепает его по плечу, совсем легонько, просто чтобы проявить свое возмущение. - Нет, с этим я, так и быть, справлюсь сама, - она облизывается, когда Александр принимается нарезать соленый огурец тонкими кружочками. Беременность или нет, но ароматные квашеные огурчики всегда были ее слабостью. Куда там этим сладким маринованным недоразумениям в банке! - Держи, а то ты сейчас пол слюной закапаешь, - смеется Воропаев, протягивая ей крупный, лопнувший сбоку огурец. Катерина вгрызается в него со стоном удовольствия, - ты полегче с такими звуками, а то я за себя не ручаюсь, - Александр поднимает бровь, когда Катя так и замирает, широко распахнув глаза, с не до конца откушенным огурцом во рту, - жуй-жуй, - смеется он, явно наслаждаясь пантомимой, - ты сперва поешь, а потом я к тебе попристаю. - А тебе врач разрешил, - Катерина трется лицом о его предплечье, продолжая поедать угощение, - а то ты так и не показал свои снимки последние. - Все у меня нормально, - недовольно вздыхает Воропаев, только подтверждая то, что заживление происходит гораздо медленнее чем ему бы того хотелось, - мне уже надоело под тобой пластом лежать, сколько можно. - Я что, по-твоему, плохо справляюсь? - Катя очень старается звучать возмущенно, но, едва не хохочет, замечая, как краснеет ее супруг, - я, конечно, не люблю, когда ты болеешь, но, когда я еще могу воспользоваться твоей беспомощностью? - она осторожно забралась пальцами под край футболки мужчины, принимаясь поглаживать его кожу над резинкой домашних штанов. - А я уже не могу, кгм… - он вздохнул, словно стараясь успокоиться, и пальцы его сжались вокруг ножа сильнее, и Катя с сожалением прекратила ласки, - мне хочется… - Александр взглянул на нее так, что ей тут же стало жарко, - мне хочется с тобой как раньше, пока еще можно как раньше, а ты “плохо справляюсь”, - он снова принялся заниматься бутербродами, укладывая рядом с каждой рыбкой кусочек огурца, а сверху на все это петрушку - идеальное сочетание. Катерина облизнулась, едва не подпрыгивая на месте. - Ты мне скажи, что тебе врач сказал, - упорствовала она, присаживаясь за стол, куда Воропаев как раз отнес тарелку с бутербродами. - Он сказал, что пока слишком интенсивные нагрузки противопоказаны, - не увиливал от ответа Александр, - но, секс, я так считаю, нагрузка умеренная, так что не считается. На стол перекочевали две чашки с черным чаем, Катерина принюхалась, улавливая аромат чабреца и меда. - Я все равно крайне беспокоюсь за твое здоровье, - Катя, наконец, смогла взять любимый бутерброд и вгрызться в него с удовольствием, - я люблю тебя, ты просто счастье, - уверила она супруга, доедая вкусность, - как я этого хотела. - Судя по звукам, ты этого хотела больше чем меня, - Воропаев веселился вполне откровенно, довольно скалясь. Он тоже не без удовольствия уничтожил парочку, наблюдая за супругой, - у твоей мамы, и правда, золотые руки, - он покрутил в пальцах очередной, - простые продукты, а так вкусно. - Она у меня вообще готовит отменно, особенно хорошо у нее получается выпечка, - Катя вздохнула, - у меня так не получится никогда. - Не факт, - Воропаев сделал большой глоток чая, - ты просто не пробовала этим заняться вплотную. Но, даже если так, плевать, у тебя много иных талантов. - Тебе уже не обязательно влюблять меня в себя снова, - Катерина прикусила нижнюю губу, замечая, как Александр выгибает бровь в легком недоумении, - ты мне всегда говоришь, что я идеальная, я хочу сказать тебе за это спасибо. - Я не говорю тебе, что ты идеальная, - Воропаев снова улыбнулся, - я говорю тебе, что мне не нужна другая женщина, потому, что лучше тебя ничего нет, и не было в моей жизни. Для меня ты лучшее, что может случиться с таким как я. - С каким? - Катя склонила голову к левому плечу, глядя на Александра пристально, цепко. Как же ей хотелось проникнуть ему под кожу, узнать все тайны, что хранились в его сердце, читать его, познать. - С таким, - она даже подготовилась к тому, что ответ может быть более чем уклончивым, но, сегодня у Воропаева, видимо, было философское настроение, - я знаю, что со мной нелегко, характер у меня дрянной, но сделать с ним, увы, я ничего не могу, потому, что иначе меня просто раскатают в хлам на моей же работе. Я знаю, что я требую слишком много, а еще, бесспорно, я хочу, чтобы ты меня слушалась, и я знаю, что это неправильно. Я работаю над собой, Катя, но это не так быстро, как хотелось бы мне, и, возможно, тебе. А еще… - он откладывает в сторону бутерброд, так и не надкусив его, - я боюсь, что я буду плохим отцом, хотя мой был просто прекрасным. Но, - улыбка у него выходит грустной, и он отводит взгляд в сторону, что он делает крайне редко, и Катя понимает, что это действительно его задевает, волнует. Она замирает, страшась коснуться его сейчас, буквально дрожит, ожидая, - но, вдруг я буду похож на свою мать? Кира, да, она похожа, но, только потому, что ей долго и упорно мозги промывали, а я… иногда я ловлю себя на том, что я похож на нее куда как больше, чем мне бы хотелось, и это меня буквально парализует. Я, - он снова переводит взгляд на супругу, - я никогда не причиню вред нашим детям, но если я хоть раз подниму на них руку, ты… - Этого не будет, - Катя не может больше слушать его слова, она знает, что это никогда не произойдет, - ты не такой, ты не… Саша, Боже! - она все-таки срывается со своего места, чем пугает Александра, заставляя его тоже подхватиться. Она оказывается в его объятиях, стараясь не сжимать свои руки вокруг его ребер слишком сильно. - Ты чего? Хорошая моя, - он гладит ее по волосам, просто прекрасно, это она должна была его успокаивать и поддерживать его, а не наоборот! Но, она только сильнее прижимает лицо к его груди, - не думай о плохом, прости, я не хотел тебя расстраивать, это просто… я разберусь, ты же знаешь, я все смогу решить. - Нет, - Катя отодвигается от мужчины, чтобы заглянуть ему в глаза, - ты не должен все сам, и я понимаю, о чем ты говоришь, и твои страхи… это нормально, но, я хочу сказать тебе, что я в тебе уверена, что я знаю, что ты будешь очень хорошим… - она не успевает договорить, мужчина склоняется к ней, вовлекая ее в томный сладкий поцелуй. Сперва ей хочется вырваться, возмутиться, вот что это за привычка такая! Нет, она, конечно, сама виновата, нужно было молчать и ждать, пока Александр выскажет все, о чем он так волновался, но… Когда у нее был шанс противостоять этому мужчине? Ответ был единственно верным - никогда. Она забросила руки ему на шею, поднимаясь на носочках, чтобы продлить поцелуй, они обязательно снова вернутся этому разговору, и, если нужно, вернуться не раз, а сейчас… сейчас, ей хотелось показать ему всю свою нежность, всю свою любовь, все, что было сокрыто у нее внутри, но принадлежало ему. Здесь, сейчас и навсегда.

* * *

- Позволите помочь, - Катя неуверенно покосилась на Жданова, что протянул руку за стопкой папок, которые она забрала от Кристины, чтобы ознакомиться. Она покосилась на свою ношу, затем снова на мужчину. - Я думаю, что справлюсь сама, они совершенно не… - но, договорить Андрей ей не дал. Он просто забрал у нее папки, стараясь сделать это максимально осторожно. - Если вам предлагают помощь, то стоит просто сказать “спасибо”, - это прозвучало ворчливо, но Жданов явно не собирался развивать тему. Он шел четко к своему бывшему кабинету, не озаботившись тем, направилась ли за ним Катерина или нет. Пришлось догонять, внутренне смиряясь с тем, что возможно, только возможно, снова придется отбивать его нападки относительно занятого кресла, нелюбви к ЗимаЛетто, тому, что теперь она стала Воропаевой. Список можно было еще дополнить, но, и этого было достаточно. - Спасибо, - она все-таки умудрилась поравняться с ним до того, как он вошел в кабинет директора, - это очень мило с вашей стороны. - А с вашей глупо, - Андрей не вошел в кабинет первым, он распахнул дверь, пропуская Катю внутрь, - вы директор уже не первый месяц, а все еще бегаете за всеми документами сама, у вас что, послать некого? - Послать всегда есть кого, - Катерина направилась к своему столу, ощущая легкую неловкость, - но, когда ты все делаешь сам, то, обычно, выходит быстрее и винить, чуть что, можно только себя. - Вот, про “винить только себя”, это, наверное, правильный подход, - Андрей опустил на стол папки, а затем кивнул на одно из кресел, - я присяду? - Да, располагайтесь, - Катерина кивнула, и сама заняла свое место. Она прикусила нижнюю губу, но, тут же отругала себя за этот жест, ей не следовало показывать свою неуверенность. Катя сплела пальцы в замок, глядя пристально на мужчину, - вы хотите о чем-то поговорить или это просто… визит вежливости? - Визит? Нет, - Жданов отвел взгляд в сторону окна, - я общался с Ламарой Чхеидзе на днях, - он поправил воротник рубашки, и Катерина выдохнула. Он нервничал. Не то, чтобы ей было приятно от того, что Андрей испытывал некую неловкость от их общения, но… Возможно, Роман был прав? Малиновский в последнее время пытался ей не прозрачно намекнуть, что Жданова отпустило, и он готов влиться в рабочий процесс с прежним рвением и успехом. Катя в такие преображения не верила, но, сейчас у нее была возможность убедиться, что Роман не кривил душой, и не прикрывал дорогого друга. - Да, я знаю, Ламара говорила мне, что очень продуктивно поработали с ее идеей относительно декора и стилистики подиума, - Катя погладила корешок одной из папок, - Каролина Викторовна готова пошить ту драпировку, которую вы продумывали с Ламарой, но, нам нужно заказать для этого гораздо более тяжелую ткань, чем та, которая сейчас у нее в доступе. - Это хорошо, - кивнул Андрей, косясь на папки, которые поглаживала Катя, - мы считали с госпожой Чхеидзе и пришли к выводу, что самостоятельно подготовить декор для зала будет дешевле, чем заказывать его отдельно. Я так понимаю, - он поднял глаза на Катерину, - вам эта идея тоже пришлась по вкусу? - Идея великолепна, и Юлиана согласна с таким подходом, тем более что вы уже предоставили ей эскизы вашей идеи, - Катя переложила одну из папок перед собой. - Вы считаете, я поспешил поделиться этой идеей с Виноградовой? - по голосу было слышно, что сам Жданов так не думал, но, вопрос был задан вежливо, если не сказать осторожно, словно бы он прощупывал перед собой почву. - Нет, - покачала головой Катерина, - до показа у нас всего месяц, поэтому, чем быстрее все будет решено и подготовлено, тем лучше. Тем более, что вы, таким образом, буквально позволили Юлиане уделить больше внимания показу Милко. - Это хорошо, - было видно, что тема начинает себя исчерпывать, Андрей снова зацепился глазами за папки на ее столе. Катя сомневалась. - Я рад, что и Ламара, и Юлиана остались довольны, и что вы находите все это уместным. Я, пожалуй… - Вы слишком загружены? - Катерина перебила Жданова до того, как пожалела о своих словах. Мужчина удивленно выгнул брови, - я бы хотела попросить вас посмотреть со мной все эти предложения, которые поступили ЗимаЛетто от наших заграничных партнеров, - Катя опустила руку на папки, полученные от Кристины, - я не думаю, что справлюсь с таким объемом информации, да и еще один взгляд со стороны… - Кристина оказалась просто невероятно продуктивным сотрудником, - Андрей взял одну из папок, довольно улыбаясь, - Испания, Кира давно кружила вокруг них с самыми разными предложениями, никогда бы не подумал, что у Кристины получится завоевать их расположение куда быстрее. - Это не только заслуга Кристины, - Катя как раз склонилась над папкой с предложениями и условиями Умеша Синхга относительно будущего показа, - ей сейчас с этим всем активно помогает Кира Юрьевна, так что их тандем оказался куда продуктивнее, а не только старшая сестра. - Занятно, - Жданов произнес это как-то глухо, но глаз от папки не поднимал, и вопросов больше не задавал. Катерина решила, что было бы неплохо тоже заняться работой, она как раз заметила неточность относительно транспортировки довольно нежных моделей из “морозного шелка”, ведь платья должны были доехать не просто красивыми, но и целыми, а ткань была просто воплощением нежности. Она принялась активно вносить правки на полях, подчеркивая спорные места. Синхг оказался не только щедрым на предложения, но и крайне хитрым, а еще жутко экономным там, где ему казалось это уместным. А еще говорят, что немцы скряги! Катерина даже вздрогнула, когда Андрей снова обратился к ней. - Как она? - вопрос сбил Катю с толку, и застал врасплох. Она замерла с приоткрытым ртом, и ручкой, нацеленной в папку, так и не касаясь листа бумаги. Потребовалось несколько долгих минут, прежде чем она осознала, о КОМ спрашивает ее Жданов. - Простите, - она покачала головой, - я не знаю, - это было… честно, - Александр не делится со мной делами Киры Юрьевны, да и Кристина не стремиться обсуждать со мной подробностей ее… отдыха и восстановления. Учитывая то, что они активно работают над показами и заказами с нашими заграничными партнерами, я могу предположить, что она чувствует себя хорошо. Возможно, даже лучше, чем я могла себе представить. Но… увы, ни подробностей, ни деталей я не знаю. - Спасибо, - Жданов кивнул, он откинулся немного назад в кресле, отгородившись папкой, снова углубляясь в ее изучение. Они снова работали в тишине. Катерина бросала на Андрея короткие взгляды, ощущала ответные всей кожей. Они смогут снова сработаться? У них получится преодолеть это странное напряженное состояние? Катя практически ненавидела себя за то, что отправила Романа встречаться с Яниной по общим организационным вопросам. Ей казалось, что будь Малиновский здесь, они бы не маялись этой угнетающей тишиной. - Кристина собиралась ехать к Кире Юрьевне в пятницу, у них… обязательная встреча, - Катя понятия не имела, зачем вообще говорит это, - если вы хотите, вы можете что-то передать или, возможно, поехать, я… - Я не думаю, что Кира захочет меня видеть, а Кристина что-то от меня передавать, - Андрей улыбнулся, немного грустно, но, скорее жестко. - Если вы хотите, я могу поговорить с Кристиной, - решила предложить Катерина, но мужчина только покачал головой. - Не стоит, я думаю, все к лучшему, - он откашлялся, а потом развернул к ней папку, с которой он как раз работал, - вот тут у меня возникает слишком большой вопрос…