По разным причинам

      Сегодня тепло.       Я по обыкновению своему выключаю в квартире свет, жду тебя и выхожу. Улицы тянутся, пересекаются, гудят и светятся кое-где. Токио к ночи оживает.       Идем на набережную, нога в ногу, ты смотришь по сторонам, и я вижу, как искры в твоих глазах блещут все ярче. Они могли бы заменить фонари на набережной, солнце и, возможно, даже свет всей моей жизни. Хотя, нет. Они и есть свет всей моей жизни.       Нам с тобой сегодня делать, в общем-то, нечего — держаться за руки и говорить. Говорить много, уверенно и не очень, но ясно и, главное, правильно. Не знаю, насколько правильно, если честно.       Чувствуется лето, едва вступившее в свои права, легко обдающее теплом и ветром гладящее по волосам. Мимо нас проплывают лодки, на воде оставляя рябь, кругами ползущую к берегу, неспешно и горделиво. Как и мы.       Мы будем целоваться нетерпеливо, жаждуще и жадно; будем целоваться, глядя друг другу в глаза.

Мы будем целоваться.

Ты с высоким брюнетом.

Мы будем целоваться.

Я с рыжей красоткой.       Пойдем в кафе, ощущая тепло рук; закажем капучино, которое пили, когда ещё были вместе. Нет, не так, когда были… Мы.       Кажется, я упустил момент, когда наше капучино превратилось в твое вино и в мое виски, по двести грамм. Алкоголь обжигает, и ты немного дергаешься — чего, впрочем, твой спутник не замечает, а я сам морщусь, чувствуя, как опаляет глотку прохлада алкоголя.       Ловлю себя на мысли, что мы совсем не с теми, с кем должны быть. Твой ухажер бросит тебя, не моргнув глазом, моя бабочка упорхнет после пары беззаботных ночей.       Идем обратно, в квартиры. По домам.       Включаю свет. Он нещадно бьет по глазам, по сознанию, по всему живому, что во мне еще осталось. Думаю: как же было, останься мы вместе? Наверное, было бы лучше. Хотя бы не так одиноко. Вспоминаю все: о чем говорили, о чем мечтали, чего хотели, в конце концов.       Наверняка твой парень — имени которого я даже не знаю — обнимает тебя крепко, словно давая тебе понять, что не бросит. Знаешь, а он все-таки бросит, и тебе будет больно-больно, и мне будет больно тоже.       Моя пассия мирно спит в кровати.       Выхожу на балкон, и лето уже не кажется теплым, город живым, а я — счастливым. Опираясь на старые, ржавые перила, свешиваю голову, чувствую, как эфемерное чувство пронизывает меня насквозь, и не могу противиться. Жду следующей нашей встречи глазами.

Мы выйдем из разных домов

в разные стороны света

по разным причинам

в разное время.

Мы выйдем не с теми.