Через время и пространство

Хосака Карина Томо, она же Скарлетт Дарк, она же Арго, сейчас сидела в гостиной Пуффендуя и вовсю беседовала с первокурсницами. Барсуки знали на удивление многое, что, впрочем, неудивительно, ибо сплоченность в коллективе факультета с черно-желтыми знаменами ставилась во главу угла. Очень немногое могло уйти за стены барсучьей Норы, ибо за порог ничего не выносится. Были и те, кто возражали против такой компании, но авторитет Тонкс быстро задавил недовольных. Дора, как успела понять «Крыса», была неформальным лидером факультета, но из-за деятельности клуба Новых Мародеров, организованного усилиями Чарли Уизли, Нимфадоры, Фреда и Джорджа, ее не назначили старостой, и надо сказать, что Тонкс от этого совсем не расстроилась. Все-таки авторитет метаморфа на факультете был неоспорим, а провожать первокурсников и ходить в ночные обходы… Сомнительная перспектива. Спустя некоторое время Скарлетт Дарк и вовсе стала почетным гостем в барсучьей Норе, просто потому что она следовала идеалам факультета, и дальше нее ничего не уходило. Оно, конечно, могло уйти, за определённую цену, но Арго сомневалась, что размер суммы, которую она бы попросила за информацию о барсучьей Норе, не обанкротит всю Магическую Британию. Иерархия факультета была примечательна хотя бы тем, что она была. За первым курсом наблюдали второй и третий, за вторым и третьим наблюдал четвертый курс. А после надзор за сделанной домашней работой уже не был столь необходим. Гостиная Пуффендуя была… уютной и удобной, не иначе. Кругом была преимущественно мягкая мебель, окрашенная в радующие глаз мягкие пастельные тона. Вместо камина стояла большая кирпичная печь, которую в это время года уже начали растапливать. И растопка печи была почетной обязанностью четвёртых курсов. Нимфадора, кроме всего прочего, смогла уболтать Филча на то, чтобы отработки у него проходили в лесу, где штрафники заготавливали дрова. Элегантное и эффективное решение, надо признать. Но самым интересным нововведением факультета барсуков был расположенный в их гостиной телевизор. Точнее, как выразилась Тонкс: — Устройство, по форме и назначению повторяющее маггловские телевизоры, но не являющееся зачарованным предметом из мира магглов. Фред и Джордж, получив по шапке от барсуков после неудачной шалости, были помилованы Дорой, при условии сотрудничества. Стащенный телевизор был только что не обнюхан, разобран на винтики и скопирован. Его компонентами стали чары, за освоением которых двое рыжих обормотов провели чуть ли не весь свой второй курс, дав школе слегка отдохнуть перед бурей. Ибо они приехали на третий курс, вооруженные новыми знаниями, жаждущие хорошей пакости. Таким образом, все младшие курсы барсуков, вне зависимости от чистокровности, вставали чуть раньше, чтобы успеть посмотреть утренние мультики. «Черный плащ», «Утиные истории» и «Чип и Дейл» поселились в сердцах учеников надолго, а у ребят из мира магов заметно расширялся кругозор. Наступил первый выходной с момента того случая на Хэллоуин, когда замок облетел слух, что Гарри Поттер и его друзья убили горного тролля. Арго постепенно осваивала то, что записано ее наставником в тетради с темно-зеленой обложкой. В ней было очень многое, что она не освоила бы и за десяток лет, и девушка начала подозревать, что в этой тетради не обошлось без применения магии. Но вот некоторые, особенно ценные и полезные разделы, которые она выписала в блокнот, она изучила со всем тщанием. К таковым относились все записи о Менталистике, Алхимии и теории магии. За два месяца она наполовину изучила первый раздел и полностью проштудировала последний. Алхимия была довольно сложной, пусть и интересной темой, но без учителя освоение займет много времени, а без практики теория будет бесполезна. Хотя некоторые составы было сделать относительно несложно, и определенную полезность они представляли. В целом, теория магии крутилась вокруг уравнения Энергия-Намерение-Воля, но также были некоторые нюансы, касательно разных способов управления Энергией. Так, она определилась, что предпочтительнее использовать резерв и держать управление внешней Энергией в качестве козыря, ибо резерв гораздо проще контролировать, а учитывая, что волшебная палочка отлично ее слушалась, ей ничто не мешало немного потренироваться с ней в закромах Выручай-Комнаты. Менталистику же она осваивала потихоньку, сидя на занятиях по истории магии. Гарри и Сабрина иногда их прогуливали, тогда они с Невиллом и Гермионой активно их прикрывали. Учитывая поистине снотворный эффект голоса профессора, немного и очень аккуратно пройтись по головам учеников было несложно. Она выискивала взглядом гриффиндорцев, рассеявшихся по всему классу, и осторожно читала сначала поверхностные мысли, а после выбирала самую слабозащищенную и не отличающуюся умом и сообразительностью цель. К удивлению Арго, у некоторых ребят с ее факультета была явно искусственная защита разума, как и у большинства слизеринцев. Принцип такой защиты был ей непонятен, и этот момент требовалось прояснить. Если так подумать, то магия Разума — поистине могущественное оружие в правильных руках, от которого, тем не менее, можно защититься. Прочесть мысли собеседника, вывести его из равновесия и вертеть им как душе угодно, и это лишь самая верхушка айсберга, в целом довольно безобидная. Ментальные закладки, приоритетные мысли и задачи… Возможно, что дети просто не понимали всей подноготной такой защиты, а таких менталистов в Хогвартсе могло быть куда больше. И родители из состоятельных чистокровных семей решили прикрыть своих отпрысков и с этой стороны. Впрочем, менталисту не составит труда почувствовать такую защиту, не привлекая внимания. В этом серьезный минус конкретно этого вида защиты, она пассивна и не позволяет почувствовать атаку. Но тем не менее, ее нужно разобрать до мельчайших деталей и научиться применять контрмеры против нее. Кажется, вслед за Кирито в объединение Новых Мародеров последовала и Эбонхарт. Во всяком случае, имел место срыв очередного урока ЗоТИ, которые после Хэллоуина превратились в подобие того, что было на Истории магии, за той лишь разницей, что порой Квирреллморт выдавал такие фразы, от которых весь класс из шестидесяти учеников падал со стульев от хохота. И Сабрина явно приложила руку к тому. Как Арго смогла заметить, ее новая знакомая довольно сильно изменилась после Хэллоуина, что, тем не менее, не удивительно. Словно до этого она была довольно тихим, домашним ребенком, под маской которого скрывалась ярая нарушительница правил. Суть фокуса заключалась в том, что профессор каждую минуту бегал в отхожее место, возвращался оттуда через некоторое время, а затем снова туда бежал, и так до конца занятия. Не совсем понятно, как этот фокус был проделан, но после этого случая Сабрина стала часто показываться в компании близнецов Уизли и Тонкс. Хосака долго не могла понять, кто в Хогвартсе может подходить под описание Дианы Лорен, и спустя два месяца она пришла к выводу: либо Асуна не в замке, и Кирито ошибается, либо она от кого-то прячется. Но от кого? Возможно ли, что ее старая знакомая делает то же, что и они? Ищет кого-то, кто прячется под детской маской, при этом стремясь себя не выдать. Но кого она тогда ищет? Какую цель преследует? Или она является объектом чьего-то пристального преследования, из-за чего должна скрываться? Если да, то Асуне определенно потребуется знать обо всем, что происходит в замке. Ей потребуется информация, и некоторые источники этого ценного ресурса с высокой долей вероятности у Арго и Дианы могут совпасть. Идеальным вариантом было бы полностью подмять их под себя, получив монополию на нее, но этот путь для нее закрыт. *********** А между делами Асуна вовсю заседала в библиотеке за компанию с Гарри, продолжая проверять и оценивать его. К ее удивлению, он кроме различных учебников, в которых можно было отыскать заклинания, он зачитал до дыр еще одну книгу. — А что в нем такого? — спросила девушка, разглядывая уже довольно потрепанный экземпляр дуэльного кодекса Магической Британии. – Ты же не собираешься… — Это же дуэли! Как в фильмах про рыцарей, — перебил ее Гарри. — И нет, я конечно не собираюсь бросать вызов. Не просто так. Но если Малфой попытается обидеть Нева или тебя, то почему бы мне не разбить ему нос на дуэли? Как говорил дядя Вернон «В официальном порядке, установленном законодательством», — процитировал он кого-то, чем пририсовал к своему портрету у Асуны в голове еще один штрих. Если верить канону, то у Поттера были не самые лучшие отношения с родственниками. Здесь же, похоже, имеется иной вариант. К тому же, Гарри явно скор на расправу, и устроить драку он явно не против. — И кроме того, а что мешает кому-то из ребят вызвать меня на дуэль? Должен же я знать, что и как ему ответить, — воскликнул Гарри Как Асуна поняла позднее, то либо Гарри Поттер был настоящим пророком, либо адреналиновая зависимость настигла его гораздо раньше, чем она рассчитывала. Иначе тот факт, что он как в воду глядел про вызов на дуэль, она не могла объяснить. ************* В шестой и седьмой день ноября у Кирито неизменно портилось настроение. Погода в эти дни была преотвратной, пасмурной и дождливой. Примерно также можно охарактеризовать настроение чернокнижника в эти дни. Казалось, что в этот день он ненавидел весь мир, или погружался куда-то в себя. И часто это имело последствия, ибо если Кирито был не в духе, то не держал это в себе, а изливал на тех, кто заслужил такого отношения. И нередко это могло привести к драке. Эти даты сильно отпечатались на Кирито, поделив его жизнь на до, после и сейчас. И сегодня не стало исключением. Бродящий по замку после занятий Кирито маялся от безделья — ребята разбежались кто-куда, Лаура в эти дни тактично молчала, ибо под горячую руку попасть не хотела. В замке было на удивление тихо, и чернокнижник решил пройтись до подземелий и попросить на кухне чего-нибудь съедобного. Путь до кухни не занял хоть сколько-то времени, ибо за эту неделю он успел основательно прошерстить карту Новых Мародеров, и знал по меньшей мере часть тайных проходов в замке. Были в замке и хитрости, связанные с кухней и ее обитателями. Домовики могли с радостью накормить любого, кто подойдет к ним с такой просьбой, дать еды с собой и даже, если договориться с ними, могли сделать и доставить еду туда, где нет преподавателей. Также был выяснен интересный нюанс, что в пищу добавляют некоторое количество зелий. Нет, никакой вредной или сомнительной дряни с занятий по зельеварению, только питательные зелья и добавки. Для подрастающих детей — самое то. Пусть даже каких-либо занятий по физподготовке в Хогвартсе нет и не предвидится, чтобы реализовать весь их смысл. Домовики, похоже, были кем-то вроде домовых духов с сильно урезанным функционалом и во вполне материальных телах. В отличии от двух обормотов по имени Кори и Дори, хозяйничающих в доме во время его отсутствия, эти существа требовали прямого приказа на свои действия, не могли толком принимать участие в обороне дома, а также могли быть отвязаны от владельца банальным дарением одежды, если не привязать их надлежащим образом. Попросив у них пару бутербродов, чернокнижник рассчитывал обойтись без приключений и быстро скрыться из подземелий. Но не получилось. — Так-так, — услышал чернокнижник у себя за спиной. — И что же маленький гриф забыл в подземельях? Неужели он не знает, чья это территория? Чернокнижник обернулся, чтобы посмотреть, кому сегодня суждено оказаться в Больничном крыле. Ибо инстинкт самосохранения у этого смельчака явно отсутствует. Одновременно с этим чернокнижник сплел простейшее заклинание-маяк для призраков. Оно давало просто небольшой, но концентрированный импульс Энергии, на который обязан был откликнуться Пивз. Перед ним была целая небольшая компания из шести человек. Один, повыше и с более широкой мордой, скорее всего, старшекурсник. Рядом была, если Кирито правильно помнил, Панси Паркинсон. «А она довольно милая. Но страдает чистой кровью, из-за чего с ней лучше дел не иметь» — откликнулась все это время молчавшая Лаура. И в качестве вишенки на этом торте сомнительного происхождения, был Драко Малфой с тремя подпевалами. И среди подпевал затесался обладатель рыжей шевелюры. Уизли номер шесть. Для Кирито было загадкой, почему гриффиндорец, который по канону терпеть не мог Слизерин, сейчас оказался в компании бледной моли и его прихлебателей, но на всякий случай приготовился к бою. Что, впрочем не ускользнуло от взгляда старшекурсника. — А тебе какое дело? Иди куда шел, — пробурчал чернокнижник, прекрасно понимая, что просто словами не отделается. — А что ты, Уизли, забыл в компании бледной моли? — В отличии от тебя, Поттер, я нахожусь в достойной чистокровного мага компании! А ты водишься с девчонками и Лонгботтомом, — Рональд хорохорился и храбрился, чувствуя за спиной поддержку. — В твоей компании сплошь и рядом грязнокровки, Поттер, и от них страшно воняет, — скривился Малфой, смотря на шестого. — Рональд — единственный здравомыслящий Уизли в этом замке, и он принял правильную сторону. — О, как обрадуются Фред и Джордж, когда услышат твои слова, — усмехнулся Гарри, одарив присутствующих такой улыбкой, что стало ясно: рыжий сегодня получит по наглой морде. Даже Малфоя пробрало, а уж лицо Рона было непередаваемым. Он хотел было вмешаться в разговор, но осекся и замолчал. — И, дорогая моль, моей компании здесь нет, и тебе все равно воняет. Может, это ты обделался? — он выглядел задумавшимся. Все же, основной целью этой маленькой перепалки было вывести Драко из себя. Для старшекурсника, стоящего рядом, это зрелище было забавным. Маркус Флинт был помешан на квиддиче не меньше капитана сборной Гриффиндора, и кроме всего прочего, он занимал некоторое место в иерархии факультета. Так что обязанность по обходу подземелий в дневное время суток на этот день была возложена на него. Однако, Драко было за что уважать, ибо перетянуть за два с небольшим месяца на свою сторону пусть и члена семьи предателей крови, но все же чистокровного, да еще из враждебной ему семьи... Надо признать, что Малфой был не безнадежен, пусть и должен был сначала набить пару шишек, чтобы получить урок о грамотной оценке возможностей. А учитывая, что Малфой был новоиспеченным кандидатом в короли факультета, а его отец знаком с отцом Маркуса, капитан вынужден был оказать Драко покровительство, прикрытие и поддержку. И пока что его подопечный вел себя как настоящий гриффиндорец, ибо действовал глупо и неаккуратно. Даже Поттер казался более хитрым в своей неосторожности. Маркус прекрасно понял, что Драко хочет сделать. И если что, Малфой сам виноват… Поэтому Флинт демонстративно отошел чуть в сторону и стал наблюдать за тем, как один гриффиндорец купает в словесных помоях четверых слизеринцев и одного грифа-подпевалу. Казалось, ему не хватало пачки попкорна или снеков для полноты картины, но увы, с некоторых пор для близнецов он персона нон грата. — Мой отец об этом узнает… — фыркнул Малфой. — Ничего не можешь сделать без отца, Малфой? — Поттер однозначно предвидел именно эту фразу. — Твой отец, может быть, и состоявшийся человек, но здесь его нет. А теперь, дракон-вонючка, если не возражаешь, я пойду по своим делам. — Стоять! Я вызываю… — не успел он договорить, как из стены вылетел Пивз, вооруженный двумя навозными бомбами. — Захожу на цель! — весело прокричал полтергейст и угостил первокурсников ударной дозой навоза. Флинту, как и Гарри, удалось увернуться, и слизеринец даже попытался атаковать привидение каким-то невербальным заклинанием, но Пивз ловко увернулся и исчез также, как и появился. — Вот теперь, Драко, ты точно дракон-вонючка. И теперь понятно, кто здесь воняет, — Поттер, заметно приободрившийся после хорошей пакости, развернулся и подумал было скрыться с места, но был остановлен. — Я вызываю тебя на дуэль за оскорбление! Ночью, только палочки, у зала наград! Моим секундантом будет Маркус Флинт. — Малфой, ты дуэльный кодекс не учил, вот и не разбрасывайся умными словами. Ты выбрал оружие, за мной место и время. Большой зал, через час. Моим секундантом будет Сабрина Эбонхарт. До встречи, — и Гарри соизволил быстро скрыться. Драко выглядел так, словно его только что унизили. Его попытка заманить Поттера в ловушку, в расчете на то, что он не знает дуэльный кодекс, не удалась. И теперь ему придётся сражаться с этим покровителем грязнокровок на дуэли. А слухи о том, что он смог убить горного тролля, отнюдь не прибавляли Малфою спокойствия. «Шалость удалась дважды!» — Лаура не выдержала и расхохоталась у чернокнижника в голове. ************* — Ты совершил серьёзную ошибку, Драко, — Маркус отчитывал своего подопечного. — Но… я не думал, что Поттер даже в теории мог читать кодекс. Он же рос среди магглов, откуда он мог о нем узнать? — Малфой, сменивший испачканную одежду в одном из заброшенных классов, был сильно озадачен произошедшим. — Ты недооценил его, и за эту ошибку будешь дорого расплачиваться. Но если ты сейчас сможешь победить Поттера, то сильно облегчишь себе жизнь в будущем. Так уж и быть, пока у нас есть время, я научу тебя парочке заклинаний, которые помогут тебе победить… ************ — Что?! Ты?! Сделал?! — Сабрина была откровенно зла, когда во время весьма увлекательной беседы со Скарлетт в гостиную влетел Поттер и вкратце пересказал ей происшествие в подземелье. — Это же опасно! — Я знаю, но Малфой сам бросил мне вызов. И что я должен был сделать? — в довольно резком тоне ответил Гарри. — Да и кроме того, тебе даже участия принимать не придется, только присутствовать на разносе бледной моли. — Так, сейчас мы живо пойдем в библиотеку! Там мы обязательно найдем что-нибудь полезное. ********* Смотря на новоиспеченных дуэлянтов, профессор Филиус Флитвик не ожидал ничего интересного. Драко не блистал умом на его занятиях, в отличии от мистера Поттера, и держался гриффиндорец несколько по-другому. Там, где Малфой держал себя высокомерно и нервно, Поттер был спокоен и собран, словно предвкушал сражение. Что напомнило Флитвику его самого в лучшие годы. Дуэли среди учеников были не так уж и редки, и действия в таком случае были продуманы. Хоть поединки не одобрялись преподавателями, но Филиус Флитвик был отнюдь не против того, чтобы студенты выпускали пар и разрешали конфликты именно так. Дополнительной деятельности в замке почти не было, за исключением хора и дополнительных занятий, из-за чего дети начинали дуреть и закипать. Полугоблина в последнее время все чаще посещали мысли о возрождении дуэльного клуба Хогвартса, закрывшегося лет восемь назад. Школьники, конечно, должны учиться решать проблемы миром и словами, но бывают ситуации, которые без применения силы не разрешить. Забавно, что среди преподавателей и учеников, за исключением директора и декана Слизерина, организовалось подобие тотализатора, на котором, как ни странно, оппоненты шли примерно вровень по популярности. Директор смотрел на творящееся на ужине с явным неодобрением. Минерва пыталась изобразить нечто, напоминающее Альбуса, но лишь пыталась. Филиус видел, что профессор трансфигурации с нескрываемой гордостью смотрит на Поттера. Северус же… О его вражде с Джеймсом и его друзьями знали все преподаватели, за исключением, разве что, Сивиллы, но с ней все понятно, ей для счастья не нужно больше пары бутылок кулинарного хереса. А вот преподаватель зельеварения брызгал слюной. — Поттер! Пятьдесят баллов с Гриффиндора за оскорбление ученика! — такой незамутненной ненависти полугоблин и припомнить не мог. Коллега откровенно не нравился Филиусу, ибо позволял себе явный фаворитизм в отношении студентов своего факультета, в ущерб всем остальным. — За устроенный вами цирк я назначаю вам две недели отработок с… — Со мной, — перебила коллегу профессор трансфигурации, которая явно что-то задумала. — И месяц отработок у Филча мистеру Малфою, за оскорбление учеников. — Драко сам меня вызвал! А вы, профессор, могли бы и промолчать, если не знаете всей ситуации. — Северус! — в начавшуюся было перепалку вмешался директор, повысив голос. — Успокойся. Дела мальчиков — это дела мальчиков, и если мистер Поттер так сильно оскорбил мистера Малфоя, то почему бы ему не принести извинения и не закончить конфликт миром? — Директор Дамблдор, я готов извиниться перед Драко, если он извинится перед Сабриной, Скарлетт, Гермионой и Невиллом, — к огромному удивлению, он явно был готов пойти на мировую. Или думал, что его попытки не увенчаются успехом, и пытался показать, что здесь вызов бросил не он. — Никогда! — В таком случае… — директор вздохнул, — Филиус, вы будете судьей, — полугоблин кивнул и поднялся с места, чтобы установить дуэльный помост и щиты, защищающие зрителей от случайного заклинания. Когда все было подготовлено, дуэлянты встали друг напротив друга. Среди учеников, присутствующих на ужине, вовсю побежали шепотки, а среди старших курсов то тут, то там слышались ставки: — Пять сиклей на Малфоя, — Рональд Уизли, демонстрирующий всему Большому залу розовую шевелюру и ослиные уши, на мгновение стал предметом всеобщего внимания. И профессору не требовалось много думать, кто же так удружил мальчику. Близнецы периодически подходили к нему после занятий, и спрашивали некоторые моменты, выходящие далеко за пределы программы второго-третьего курса, а местами и вовсе были уровнем СОВ. — Десять сиклей на Поттера и еще десять, что он победит меньше, чем за пять заклинаний, — кажется, мисс Дарк была абсолютно уверена в своем друге. Впрочем, девочка не отставала от него в плане учебы, и опытному дуэлянту и бретеру хотелось взглянуть на это «меньше пяти заклинаний». — Оппоненты должны поклониться друг другу, Малфой, — гриффиндорец изобразил поклон, который, тем не менее, мог показаться насмешкой. Или он просто не умел кланяться и делал, как знал. Слизеринцу явно не нравилось, что он должен поклоняться полукровке, но нужно было следовать правилам. — И-и… Начали! Гриффиндорец стал быстро сокращать дистанцию между Малфоем и собой. Слизеринец же отправил первое заклинание в этой дуэли: — Слагус Эрукто! — но оно прошло у Гарри над головой, когда гриффиндорец пригнулся. За ним полетела целая связка заклинаний: — Экспеллиармус! Баубиллиус! Таранталлегра! — но и они прошли мимо цели. Довольно медленные по сравнению с Поттером, лучи заклинаний прошли мимо и ударилась в прозрачный синеватый щит. Гарри еще немного сократил дистанцию и ответил слизеринцу сразу двумя заклинаниями: — Коллошу! Риктусемпра! — и оба заклинания попали в цель. Еще бы не попасть, ведь Поттер бил почти в упор, и на таком расстоянии слизеринцу было бы крайне нелегко увернуться. Драко стал громко хохотать, не в силах сдвинуться с места из-за приклеенных к полу ботинок. Но палочку он не выронил, и Гарри, приблизившись вплотную, направил палочку прямо в глаза Драко и произнес заклинание: — Люмос! — которое и завершило дуэль. Драко выронил палочку и стал тереть глаза, одновременно с этим громко смеясь и плача. — Победил Гарри Поттер! — полугоблин признал, что Малфой, как дуэлянт, мягко сказать, не очень. — Фините! — и все заклинания, наложенные на Драко, исчезли. — А теперь вы, Драко, извинитесь перед друзьями мистера Поттера, им самим и отправитесь в Больничное крыло. ********** — Мистер Поттер? — на отработке к Гарри подошла профессор Макгонагалл. — Не могли бы вы объяснить, что произошло между вами и мистером Малфоем. Чернокнижник рассказал, что произошло в тот день, как и о том, что среди шайки Малфоя затесался и Рональд Уизли. — Надо будет поговорить с Молли по поводу его поведения… — проговорила профессор скорее сама себе, нежели кому-то еще. — Вы не знаете, почему вдруг мистер Уизли стал общаться со студентами Слизерина? — Ммм… Нет, не знаю. Рон, насколько я знаю, общался только с Дином и Симусом, — чернокнижник понял, чего хочет от него Макгонагалл, и решил ей подыграть. — В таком случае, не буду вам больше мешать. Допишите еще две строки и можете быть свободны. ************ — Итак, прежде, чем вы отправитесь спать, я должен сделать объявление, — в один из вечеров, во время ужина, директор обратил на себя внимание зала. — Один из коридоров на третьем этаже закрыт для прохода. Всем, кто не хочет умереть страшной смертью, воспрещается в него входить. До кабинета профессора Флитвика будете добираться другим путем. Спасибо за внимание, продолжайте ужин. «И что это было?» — подумала Асуна. «И как прикажете это понимать?» — прозвучал вопрос Лауры в голове у чернокнижника. «Хм… Канон, мы приветствуем вас и желаем поживиться вашими плодами» — задумалась Хосака. «Ну наконец-то! Камень и зеркало!» — воодушевилась Лиз. «Так, нужно разведать коридор. Все остальное потом» — думала еще одна девушка из другого мира. «Настала пора проверить защиту Лили. Девочка была талантлива, но ничего не сказала ни Джеймсу, ни мне, и что она сделала с мальчиком, только ей и известно. Том должен клюнуть на эту ловушку, как и Гарри. Но я должен был догадаться, что ты не умер в тот Хэллоуин, Том. Бедный мальчик…» — думал Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. «Камень! Мы должны заполучить камень! И убить мальчишку!» — шипел в голове Квиринуса Квиррелла голос Томаса Марволло Реддла.