Через время и пространство

Минула первая неделя второго курса в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. Сугухе казалось, что с первого курса почти ничего и не поменялось. Все та же ненависть Снейпа к Гарри, все такие же интересные Трансфигурация и Чары, все такие же не слишком интересные Травология и Астрономия, все такой же сонный час на Истории Магии. Вот только занятия Дуэльного клуба, прошедшие за эту неделю аж четыре раза, внесли серьезные коррективы в привычную жизнь. Первые три занятия они, в составе группы с первых-четвертых курсов, изучали Дуэльный кодекс Магической Британии. Как объяснил профессор Грин, правила необходимо чтить и соблюдать и на изучение кодекса ушло три крайне содержательных занятия, на которых они узнали пару забавных ситуаций, описанных в расширенном издании Кодекса, вроде дуэли только на чарах щекотки или на табуретках. Рассказал куратор Клуба и пару случаев из личной детективной практики в Америке, от некоторых из которых ученики по полу катались от смеха, а некоторые из историй они слушали, затаив дыхание — настолько их куратор управлял одним лишь голосом, чтобы добавить жути в и без того довольно жуткую историю о проклятом доме в штате Миннесота. Теоретическая часть закончилась, и то, что началось после, напомнило тренировки с Асуной. Во всяком случае, после первого занятия, когда сначала они отрабатывали первоначальные заклинания и доводили их до автоматизма, ей было чуточку легче, чем многим другим, но даже ей едва хватало сил списать домашку и завалиться на боковую. Даже ее старшие подруги выглядели уставшими, но довольными. Асуна, правда, была словно чем-то обеспокоена, но на расспросы ответила коротко: — Не знаю. Но у меня дурное предчувствие. Стоит также отметить, что занятия из аудитории на четвертом этаже перенеслись в какой-то кабинет или зал, которого они раньше не видели. Его дверь была напротив гостиной Гриффиндора, но Сугуха точно помнила, что раньше этой двери с красно-золотым львом там не было. Еще одна из многочисленных загадок и тайн древнего замка, кажется, предстала перед ней. В первый же выходной, в субботу, она лежала на кровати в общежитии и размышляла. Сон ночью вышел каким-то рваным, а в запомнившихся ей остатках сна она общалась с ветром, или, скорее, его духом и он благословлял ее на будущие свершения. Ощущения от пробуждения были действительно непривычными, словно она стала ощущать немного более тонкие и незначительные потоки воздуха, сквозящего из-за дверей и окон. Казалось, она могла прикоснуться к мягчайшей извилистой фигуре, которую описывал каждый поток, изменить его форму своими Намерением и Волей. Это воодушевило ее, пусть и породило новые вопросы. Мысли, до этого избегаемые, стали навязчиво лезть ей в голову, разум требовал ответа. До встречи с Асуной Сугуха… или Сьюзен словно существовала без какого-то конкретного направления. Цепляясь за остатки прошлой жизни, она все еще не понимала, что ей делать, словно до этого она была в ступоре. У нее не было, как таковой, цели, словно она шла по некому проложенному маршруту. Приятным бонусом на нем была магия, но даже с ней было не все понятно. Чего она хочет достичь теперь, когда внезапно перед ней приоткрылось столь многое? Ветер стал подвластен ей, у нее получается многое из задуманного, пока ее защищают девушка, ставшая самым близким человеком для ее брата, и названная сестра Дианы. Сугуха хотела пойти с ними, но почему? Она пыталась найти ответ на этот вопрос, разобраться в себе. И вышло, что у нее в этом мире почти не было тех, на кого она могла положиться. Компания из артефактора и чародейки была ей очень близка, они очень многое знали, и впустили ее в свой крайне узкий круг. И пусть даже они вытирали ей пол на тренировках, но девушка понимала, что это ради ее блага, что так и должно быть, чтобы ей было проще освоить свой дар. А после… В хорошей компании оно всегда веселей, надежней… К тому же, видя огонь в глазах Асуны, она знала, что рано или поздно она доберётся до Кадзуто. А что будет после, она пока не знала… ************* Асуна, впервые за все время нахождения в этом мире, по-настоящему испугалась. После первого практического занятия Дуэльного Клуба ее паранойя стала выть о слежке за ней, словно кто-то оценивал каждый ее жест. Казалось, стоило ей выйти за пределы гостиной или учебных кабинетов, как она постоянно видела за спиной чью-то ускользающую тень. Сон в ту ночь никак не собирался приходить, от чего она, в очередной раз взяв Карту Новых Мародеров, стала разглядывать ее, закрывшись балдахином и чарами тишины. Имена на ней перемещались с довольно серьезной степенью оживленности, нетипичной для ночного времени суток, скользя по замку. Кто-то, как заметила чародейка, встретился с Филчем или кем-то из преподавателей, вроде разгуливавшей по второму этажу Макгонагалл или Снейпа. Через полчаса после отбоя в кабинете директора возникли новые фигуры. Некоторые преподаватели собрались в кабинете директора, расселись вокруг точки с именем «Альбус Дамблдор». Среди них можно было увидеть и фамилии с именами, которых никак не могло быть в Хогвартсе. Семь человек, из которых только трое являлись преподавателями Хогвартса, рассредоточились по кабинету, и чем они занимались, было не совсем понятно. ************* — Я собрал вас здесь для того, чтобы сделать важное заявление. — голос Дамблдора в мгновение ока потушил начавшийся было пожар негодования. — Есть серьезные основания предполагать, что Волдеморт не погиб окончательно, и активно ищет способ вернуться в мир живых! — присутствующие вздрогнули, и лишь Аластор Грюм прислушался. Неужели старый пердун Дамблдор что-то откопал? — С чего такие предположения, Альбус? — Минерва отхлебнула из чашки. — В Лютном бы об этом уже шуршали, — мошенник и мелкий жулик, Наземникус Флетчер, сидел на одном из стульев и поглощал небольшие бутерброды, принесенные домовиками. — А там все спокойно. Как бы не морщился Грюм, но Флетчер был тонким мостиком между официальными властями и криминальным миром. Отправить его в Азкабан для старого аврора проблемой не было, но на свободе, обязанный нужным людям, он был куда полезнее. Особенно его помощь была актуальна в это время. Аврор не стеснялся подгребать информацию от мошенника и передавать ее Блэку. — Том воспользовался темнейшей магией, чтобы достичь бессмертия. Я обнаружил ее следы, — старый аврор недоуменно нахмурил брови — чтобы директор Хогвартса, и рассказывал такую информацию? Где-то сдохла какая-то особенно крупная тварь. — Альбус, не темни, — лениво отмахнулся Грюм, осматривая кабинет своим искусственным глазом. — Говори по делу. Что за чары он использовал, и откуда ты это выяснил. — Я не могу вам всего рассказать, поскольку и сам не знаю всей истины… Прежде всего я хочу знать о том, что сейчас происходит в Министерстве. Аластор? — директор обратился к нему. Линию поведения с Альбусом они с Блэком обсудили, и шанс оторвать кусочек важных сведений у того, кто засиделся на некоторых из них, Грюм упускать не собирался. — Боунс что-то готовит, в этом я не сомневаюсь. В Аврорат и ДМП потекли галеоны, а мне было поручено гонять молодняк в три шкуры. Клика блохастого Блэка делает для этого все, что может. Фадж… — старый аврор хмыкнул, скрывая улыбку и осматривая все своим волшебным протезом. — Пытается ставить палки в колеса всем, кто шевелится. В министерской курилке шепчутся об инфляции галеона и маггловских фильмах. Сложно было сказать, о чем думал победитель Гриндевальда, хотя Аластор и пытался. Лицо, скрытое за густой и длинной бородой, ничего не выражало. Наконец, очки-половинки сверкнули. — Аластор, мне потребуется твоя помощь с одной вещью. Думаю, как специалист по темной магии, ты поможешь мне разбираться с ее наитемнейшим порождением… *********** Диана не могла слышать разговора в кабинете, но сопоставить детали пазла было не сложно. Фамилии, по словам Рики, входящие в собственное не очень тайное общество Альбуса Дамблдора, среди которых был старый аврор, которого она однажды видела в особняке Блэков. Их собрание продлилось примерно до полуночи, когда все посетители кабинета разошлись. Директор вместе с Грюмом также исчезли с карты, и, не найдя на ней точек с их именами, Асуне стало понятно, что на территории Хогвартса их нет. Наверняка что-то готовится, учитывая активность Сириуса Блэка на политической арене и сплетни о якобы его романе с Амелией Боунс, проглядывающие из-за газетной мишуры. Слова Жанны о том, что домовик семьи, Кричер, отдал некий медальон Сириусу, только служило еще одним аргументом в пользу теории, что либо взрослые, в кои-то веки, не бросили взрослые дела на плечи детей, либо… Асуна вздрогнула от этой мысли — либо кто-то манипулирует событиями, стремясь устранить фактор Волдеморта. Эта мысль была не столь очевидна, но если медальон уже уничтожен, равно как и диадема, то встает вопрос: кто и зачем? Она продолжила разглядывать карту, рассматривая точки с именами преподавателей на разных этажах. Александр Грин был в аудитории, где проходили занятия Клуба, напротив их гостиной, вместе с ним сидел профессор Флитвик. Луна Лавгуд, наблюдавшая за ней на Распределении, быстро, по человеческим меркам, скользила по всему замку, заглядывая в аудитории, но не задерживаясь надолго ни в одной из них. Она не пользовалась разветвленной сетью тайных проходов, скрытых по всему замку, но пересекать весь этаж менее, чем за пару минут, заглядывая в каждый уголок, Луне не мешало. В это же время, началась новая волна оживления в коридорах. Из гостиных Пуффендуя, Когтеврана и даже Гриффиндора стали выползать фамилии студентов преимущественно с пятых-седьмых курсов. Они двигались в одном направлении — направлении подземелий, а оттуда они направлялись в место, вызывающее множество вопросов — вход в гостиную Слизерина. На входе в логово змей их встречал некто Деннис Шад, он же караулил вход в общежитие, куда проходили ночные посетители, избегая внимания преподавателей и старост. Любопытство — черта, присущая почти любому разумному. Была такая черта и у Асуны, и, чтобы ее утолить, она применила чары, для использования которых тренировалась последний месяц лета. Теневой камуфляж, как она сама его назвала, был почти идеальной маскировкой в тенях, благодаря которой яркий свет растущей Луны, проникающий через окно, проходил сквозь нее. Тень окутала ее, словно накидка с капюшоном, скрыв девушку от излишне любопытных глаз, и такой же бесплотной тенью, без малейшего шума, чародейка покинула общежитие Гриффиндора и проследовала в направлении подземелий. ************** — Хвоста за вами не было? — шепотом спросил старшекурсник Слизерина у парочки с Когтеврана, прибывшей к портрету, закрывающему вход в гостиную. Он с недюжинным умением запустил два невербальных заклинания Обнаружения в обе стороны коридора, но Асуну они не задели — она спряталась в одной из ниш в стене, прикрывшись маскировкой. — Еле ушли от Филча. — буркнула девушка, по виду, с пятого-шестого курса, на карте она была подписана как Аманда Хоуп. О ней Диана знала, что она была чистокровной и занимала должность старосты Когтеврана. Что она забыла в гостиной Слизерина, тем более в такое время? — Проходите. Ждите остальных в правом углу у камина. И не бойтесь, сейчас никто из наших из спален не высунется, — слизеринец повернулся к портрету и прошептал пароль так тихо, что даже усиленный слух Асуны едва смог разобрать слова — Чистая кровь — изображение змеи отодвинулось, открыв проход. Когтевранцы быстро прошли в гостиную и портрет закрылся. Пока страж входа отвлекся, тень прошла за спину старшекурсника и засела в нише, совсем рядом со входом. Она пригнулась и стала выжидать следующую группу. Ее ожидание продлилось недолго — на этот раз это были гриффиндорцы, трое, также со старших курсов. Этот факт отметился в голове у чародейки, ведь все пришедшие — старшекурсники. Если так, то не значит ли это, что они делают нечто, на что ребята помладше по некоторым причинам, вроде небольшой суммы карманных денег или нерешительности, не осмелятся? И если учесть, что дело происходит ночью, значит, кто-то не хочет, чтобы те, кому не положено, узнали о их деятельности. Повторив все тот же ритуал с двумя заклинаниями Обнаружения, слизеринец-страж произнес пароль и Асуна быстро проскользнула за портрет, пройдя впереди своих софакультетников. Пусть в гостиной было довольно темно, однако тусклый голубой свет из камина освещал мрачное великолепие гостиной Слизерина. Темно-зеленые, серебряные тона прекрасно сочетались с темной древесиной, из которой была изготовлена большая часть деревянной мебели. В правом углу от камина стоял круглый стол, с расставленными стульями. Большая их часть уже были заняты студентами с разных факультетов, и только два места пустовали. В темноте остальной гостиной, куда не добирался свет от камина, затаились несколько ребят. Как смогла определить девушка, стоило ее глазам привыкнуть к темноте, все они были старшекурсниками с факультета Салазара, держащими свои палочки наготове. — Все собрались? — во главе стола сидел слизеринец, чьи угольно-черные волосы были гладко выбриты по вискам. Одет он был в дорогую даже на вид мантию, все в его виде говорило о том, что сейчас именно он — хозяин положения. Асуне же его вид говорил лишь о том, что он довольно богат, и не стесняется это показывать. Его движения, плавные, почти завораживающие, шевельнули чутье чародейки, и присмотревшись, она решила быть осторожнее. — Великолепно. Я собрал наш Ковен, — на этом слове он сделал особый акцент, — в эту ночь, чтобы обсудить наше дальнейшее сотрудничество. Как вы понимаете, для части присутствующих здесь, включая меня, этот год станет последним годом в Хогвартсе… ************* Пробыв пару часов на собрании, Асуна узнала, чем занимался Ковен. Наследник крайне состоятельной семьи, по совместительству негласный король Слизерина, решил собрать чистокровных со всех факультетов под свое теплое крылышко, обещая поддержку и влияние в будущем, а заодно хотел навести серьезного шороха по всему замку. Как она выяснила по довольно туманным намекам, они были повязаны неким общим делом, которое, если его подробности вскроются, могло если не отправить на «курорт в Северном море», то привести к отчислению из Хогвартса и позору. Вполне обычная практика для некой организации, когда определенным преступлением людей сплачивают, заставляют их сжечь все мосты за собой, надежно привязывая их к себе. Диана сделала себе пометку, узнать о деле чуть больше, чтобы, в случае столкновений с Ковеном, у нее было преимущество. Их собрание продлилось несколько часов, но, учитывая, что завтра суббота, Диана не волновалась, и, как она подозревала, об этом уж тем более не волновались члены Ковена. Одной из вещей, которые они обсуждали, была информация от некого источника, который раскрыл тему того, что Квиррелл пропал в то Рождество. Некий «источник» сообщил, что он был одержим неким духом, и использовал чеснок для сокрытия запаха гниения. Асуна задумалась о том, кто мог знать об одержимости профессора, но эта мысль была отложена, ибо следующее, что она услышала, повергло ее в некоторый шок, от которого она едва не потеряла концентрацию. В тот момент один из охранников собрания даже дернулся за палочкой, но не найдя ничего на месте, где она стояла, лишь тихо помянул Мордреда себе под нос. Речь шла о партии неких веществ, подготовленной пуффендуйцами. Как распорядился глава Ковена, им нужен механизм доставки заказа конечному потребителю, такой, чтобы в случае чего след не привел к ним. Сразу же поступило предложение об использовании младшекурсников в качестве курьеров, оставался лишь вопрос «прокладок» между Ковеном и исполнителями. Членам собрания было поручено представить какой-либо вариант на следующем собрании. Также, она услышала о том, что место главного информационного брокера Слизерина после ухода Жаклин занял новый человек, которого Ковен надеялся приблизить к себе и завербовать. Эдвард Селвин, третьекурсник, на удивление оперативно сориентировался, и такой сторонник был бы крайне полезен для Ковена. Поднялся и некоторый спор — кто-то слышал, будто Эдвард вел дела с некой грязнокровкой, на что Майкл Шафик, глава собрания, возразил: — Информация — лишь товар. И если магглорожденная хочет ее продать, получив нечто взамен, то и пусть. Любопытно было бы узнать, что она могла предложить Эдварду, — голосом он владел на весьма пристойном уровне, не зря он был лидером этого сборища. — Но не более. — Знаете ли вы, друзья, чем мы отличаемся от Темного Лорда? — присутствующие вздрогнули — Темный Лорд хотел поработить и уничтожить нечистую кровь. Мы же будем пользоваться ей для собственных целей. Мы будем стоять над ними, на вершине. Какой чистокровный станет убирать драконье дерьмо в заповеднике? ************ Когда собрание наконец закончилось, а дата следующего собрания была утверждена, она запомнила имена старшекурсников с Гриффиндора — Кеннет Макмиллан, Дороти Шеффилд и Луис Кромвель. Вторая интересовала ее особенно сильно, ибо была довольно мягкой на вид, а значит, подверженной влиянию, и через нее, договором ли, или шантажом, можно было выйти на того самого Эдварда, названного главным информатором. Следовало выяснить, от кого к нему поступили такие слухи, а заодно разузнать, не происходило ли чего-то по-настоящему необычного в последнее время. ************ Александр откинулся на стуле после занятия у пятых-седьмых курсов Хогвартса. Вот уж с кем было гораздо легче, интереснее и продуктивнее работать, так это с ними. Они уже многое, если не все, понимают, умеют использовать заклинания, большая часть из которых вполне пригодны для дуэлей. Им уже вполне можно было преподать Искусство, как Грин его видел. К некоторому сожалению, желающих со старших курсов было еще меньше, чем с младших и средних. Пятнадцать человек, из которых больше половины — слизеринцы, явно уже имеющие некоторый опыт в вопросах «померяться палочками» — это не то, чего Александр ожидал от школы в несколько тысяч человек. Впрочем, ему ли жаловаться — меньше работы и выше качество тех, кого он подготовит к грядущим соревнованиям — сначала британским, а после и международным. Не обошлось и без эксцессов — один излишне наглый и много возомнивший о себе семикурсник поставил его авторитет под сомнение и вызвал на дуэль. Один Ступефай, выпущенный из нетипичного для Британии посоха, пробил довольно хлипкую, как показалось чернокнижнику, полусферу Протего и отправил высокомерного дуэлянтишку в непродолжительный полет, прерванный амортизирующими чарами тренировочного зала. После желающих что-то возразить или повторить подвиг валяющегося на полу гриффиндурка не нашлось. Первая неделя прошла довольно продуктивно. Привыкнуть к условиям Хогвартса, перекинуться парой слов с тем же Флитвиком и пропустить с ним стаканчик-другой огневиски, став для полугоблина благодарным слушателем - все это не было такой уж сложной для него задачи. Были и неприятные моменты в общении с преподавателями, вроде довольно высокомерной и пренебрежительной манеры Снейпа, или крайне подозрительного праздного интереса Локхарта, «желающего услышать какую-нибудь историю». Поставив на стол небольшой графин со светящейся в полумраке кабинета жидкостью цвета медного купороса, он расположился в довольно удобном кресле и закинул ноги на стол, по-кошачьи потянувшись. Чернокнижник погрузился в глубины своей Крепости Разума, перерабатывая все, что поступило в его голову за последний цикл. За несколько проведенных в этом мире циклов он уже успел отвыкнуть ото всей суеты — ничего, что могло бы заинтересовать его как наблюдателя, в прошлом не происходило. Серьезной демонологией редко кто баловался, а те, кто все-таки практиковал призыв и договоры с существами Межгранья, опасности не представляли — навыка и знаний не хватало призвать кого-то рангом выше младших демонов, младшего духа или новорожденного ангела. Александр взял граненный стакан и налил немного жидкости, переваривая новый этап отведенной ему вечности — Хогвартс. Задачка от начальства, заданная одному из многих учеников и неофитов Крепости, была действительно непростой — про Диану Лорен в среде чернокнижников уже начали ходить байки. Зная, что есть кто-то, способный надрать им с Кауст-Блэком задницы и без малейшего препятствия смыться в другой мир, чернокнижник немного нервничал. Он думал над решением этой проблемы, но пока что на ум приходило немногое. Вспоминая занятия Дуэльного клуба, он припомнил один момент, который показался ему немного необычным. Раньше в этом мире он такого не видел, и припомнив его теперь, Крепость Разума запустила цепочку дальше. Как аэроманту, ему было проще и легче, если свободный свежий ветер наполнял его рабочее место. В его кабинете окна во время занятий были открыты. И к его удивлению, он, как ему показалось, был не один такой. Казалось бы, потоки ветра принадлежат ему одному, но на деле часть их словно кто-то отбирал. Неосознанно, иначе бы Александр это понял, но вот подтаскивать немного Энергии «в пассивном режиме» этому кому-то неосознанность сего действия не мешала. — Воздух, значит?.. — вполголоса проговорил Грин. — Ну, в таком случае, посмотрим, чья успеваемость на следующем занятии просядет, если закрыть пару окон… *********** Альбус и Аластор аппарировали, стоило им выйти из камина в «Кабаньей голове», и оказались неподалеку от скромной маггловской деревушки. Ночь на дворе не особо мешала его волшебному глазу, который позволял видеть в темноте, а Альбуса ночь и вовсе не напрягала. — Это здесь. Через некоторое время тропинка вывела старого аврора и директора недалеко от хижины, которая выглядела ветхой, разрушенной. За домом никто не ужаживал достаточно долгое время, окна и стены сильно обросли, черепица уже изрядно осыпалась, а в стенах уже зияли дыры. — Альбус, здесь чары на входе, — присмотревшись немного, Грюм оперся на посох и глянул на старика. Что Дамблдор здесь нашел и что он хотел уничтожить? — Оставь, — директор вытащил свою палочку. Несколько смутно знакомых аврору заклинаний, и чары, гарантирующие входящему не самую приятную смерть, поддались. Вдруг поблизости раздалось шипение. Со всех сторон стали сползаться десятки змей, подползающих к крыльцу, готовые атаковать нежданных гостей. На разворот Грюму потребовалось меньше удара сердца, из его посоха как из маггловского пулемета стали вылетать заклинания. Альбус не бездельничал, а поднял перед ними прозрачный щит, мерцавший, когда серпентарий на выгуле пытался броситься на них. — В дом! — гаркнул старый аврор, отправляя Бомбарду в скопище змей. Как только директор вошел, Аластор одним прыжком оказался за порогом и громко захлопнул дверь. Дом изнутри был не сильно лучше, чем снаружи. Такая же пыльная, ветхая дыра, сгнившая и разрушившаяся мебель. И только чары почти в каждой комнате, предназначенные для незваных гостей, были на диво серьезными. Над ними поработал сильный волшебник и в список разрешенных Министерством из них входит не больше половины. Дамблдор буквально на каждом шагу двигал палочкой, изображая самые разнообразные фигуры. Некоторые из них, по долгу службы и знакомству с Невыразимцами, он знал, а некоторые были и вовсе ему не знакомы. Чары медленно, но верно расходились перед ними, но у Грюма возникли подозрения, что не все так просто. А стоило ему вспомнить, с кем, предположительно, связано это место, как все вставало на свои места. Наверняка Неназываемый подготовился к визиту кого-то посерьезней. Альбус, при всей его силе и знаниях, потихоньку сдавал. Такое количество снятых им заклятий ни для кого простой задачей не стало бы, при всем уважении к Великому Светлому. Годы явно не пошли ему на пользу… Осмотрев очередную комнату, Аластор обнаружил небольшую выемку на месте, где висело уродливое полотно, каким-то образом оставшемся относительно целым. За картиной лежала черная деревянная шкатулка с серебристой оковкой. Она не была заперта, и Альбус приподнял крышку. Смотря на шкатулку, Грюм старался ничем не выдать своих чувств. Эту эманацию тьмы и смерти старый аврор, еще помнящий свирепых итальянских чернокнижников и черных магов чистоты крови СС, еще со времен войны с Гриндевальдом, ни с чем бы не спутал. Крестраж. Хранилище куска души. Поистине темнейшая магия. — Альбус! — гаркнул старый аврор, смотря на директора, который словно зачарованный тянулся рукой к кольцу в шкатулке. Чутье мракоборца буквально закричало, что колечко явно непростое, и, скорее всего, именно оно и являлось одной из «запасных жизней» Неназываемого. Выстрелившее из посоха Экспульсо отправило их находку в стремительный полет до ближайшей стены, выбив ее из рук лидера Ордена Феникса. Дамблдор, как показалось ему, был немного не в себе. Он казался потерянным, его взгляд был устремлен в одну точку. И все же, не было похоже, что старик подвергся действию какого-то проклятия. В карманах аврора старой закалки всегда найдется вещь на любой случай жизни, и списанный из Отдела Тайн контейнер для хранения опасных артефактов относился к этой категории. Этой привычке Аластор Грюм не изменял, и небольшой мешочек со шнурком поглотил шкатулку, пока Альбус приходил в себя. Сопроводив Дамблдора до границ антиаппарационного щита Хогвартса, он развернулся и исчез в воронке аппарации, направляясь в конкретное место и намереваясь поднять одного блохастого узника Азкабана с мягкой постели…