Через время и пространство

— Значит, Альбус знает… — потревоженный ночью Блэк, до этого выглядящий сонным, разом встрепенулся, увидев мешочек и выслушав рассказ Грюма о просьбе Альбуса. Все остатки сна как рукой сняло, а портрет леди Кассиопеи был крайне задумчив. — Не уничтожайте кольцо, — произнесла она, — разобраться с ним мы еще успеем. Кричер! — домовик возник перед ее портретом. — Принеси сюда вторую шкатулку для опасных артефактов, — он без звука исчез. — Кольцо сохраните, и ни в коем случае не надевайте! Мало ли, чем его прокляли. Домовик почти мгновенно появился с серым ящиком, исписанным рунами, и оставил его на столе. — Мордред… — Блэк выругался под нос, — поспать уже не получится. Кричер! Свари крепкого кофе… *************** — Присаживайтесь, Александр, — вечером воскресенья директор вызвал к себе куратора Дуэльного Клуба. Чернокнижник, как всегда педантичный, пришел ровно в восемь вечера. Его встретила приятная трель феникса, сидящего на жердочке. «Идеальный фамильяр для пироманта» — подумал Грин, аккуратно почесывая шейку огненной птицы. Оторвавшись от феникса, дуэлянт сел в предложенное ему кресло напротив директора Хогвартса. — Чаю? Кофе? — Альбус Дамблдор был явно не в духе, пусть даже и пытался не показать свое раздражение. — Зеленый чай, в граненном стакане. Не хочу портить себе ночной сон, — здесь Александр лукавил, ибо чашка простого кофе вряд ли стала бы для него лишней и помешала его сну. Такова была обратная сторона алхимических преобразований, через которые проходит всякий чернокнижник. — Как ваши первые дни в Хогвартсе? — Пока что прошли лишь теоретическую часть и только приступили к практике. Неожиданно большой разброс в плане умений записавшихся в клуб студентов, но это мелочи. Нужно будет лишь подтянуть их до одного уровня, а после приниматься за нормальную подготовку, — Грин взял стакан, коснувшись пальцами горячего стекла. — Есть нарекания по физической подготовке учеников. Ее, как таковой, у подавляющего числа учеников просто нет. — В школьную программу не включена физическая подготовка учащихся, — Альбус кивнул, но без тени одобрения. — Ее отменили еще при директорстве Армандо Диппета. — Не мои проблемы и не мое дело, кто там что отменил, я не в Хогвартсе учился, — ни капли не соврал Грин. — Но я констатирую факт. В замке существуют все условия для того, чтобы дети полноценно росли и в магическом, и в физическом плане. Даже питательные зелья в пище, при грамотном использовании и тренировках сделают из учеников достойных волшебников, а не пародию на них. Не магглов с палочками, а настоящих чародеев, какими их описывают в сказках. — И что вы хотите предложить? — Альбус явно был не в духе, о чем свидетельствовало раздраженное выражение лица и слегка нахмуренные брови. — Я? Ничего. Я просто буду тренировать участников вверенного под мое кураторство клуба еще и по программе физподготовки. Не меньше, не больше. А как поступить с моими словами, директор, решать вам, — Александр поднялся. — А теперь, если мы закончили, я отправлюсь в свои покои. — Подождите, мистер Грин, — в голосе Дамблдора засквозила сталь. Это была не просьба, но приказ, услышав который чернокнижник встал в стойку, готовый мгновенно вытащить из своей тени посох. — Мы не договорили. — О чем вы еще хотели поговорить? — вскинул бровь чернокнижник. — Я лишь хотел узнать об успехах учеников на ваших занятиях, — выражение лица Дамблдора вновь стало умиротворенным. — Пока что рано судить об их достижениях. Не так много времени прошло, знаете ли, — буркнул Александр. — Понимаю. И хочу предупредить, что всю неделю в школе будет проверка из Министерства, — Альбус одним движением достал из ящика в столе пергамент. — На занятиях Дуэльного Клуба также будет проверяющий из Министерства, и я бы не советовал вам отклоняться от утвержденной Отделом магического образования программы. Грин про себя чертыхнулся и помянул Претемнейшую Тьму — только этого ему для полного счастья не хватало. Только он хотел начать нормальные тренировки, а заодно сделать нечто полезное для дела, как ему ставят палки в колеса. — Почему меня уведомляют об этом только сейчас? — прикрыв глаза и возвращаясь в кресло, размеренно и холодно проговорил Александр. — Я получил официальное уведомление лишь час назад. И как раз собирался предупредить вас и остальных преподавателей об этом. — А кто и по какому поводу эту внеплановую проверку направил? Сами додумались или помог кто? — вполголоса пробормотал Грин. — Благодарю за предупреждение. Придется немного изменить программу на эту неделю. *********** «Так устроена жизнь, Рон. Сначала ты прикладываешь усилия, чтобы потом ты мог лениться. Если сейчас ты выучишь нужные чары, то сэкономишь себе много времени на уборке. И таких примеров очень много» — Рон сейчас сидел в волшебной комнате на восьмом этаже, о которой ему рассказал Том, и писал в дневнике. Как попросил Том, Уизли почти не писал в дневник, находясь за пределами этой комнаты. Он чувствовал, что может оказаться не в тех руках, и попросил никому не показывать тетрадь, даже Драко. Здесь же было очень много вещей. Шкафы, пергамент, котлы, и очень много всего прочего, под покровом вековой пыли — все это было в комнате, которую Рон раньше не видел на этом этаже. Конкретно сейчас он учил, как ему показалось, сложные чары Акцио, притягивающие предметы к нему. Учил он их с особым усердием, ибо, как написал ему Том, была в этой комнате одна вещь, ради которой стоило приложить усилия и как следует постараться. — Акцио, галеоны! — он представил в голове образ звонкого золотого кругляшка и произнёс заклинание. В ответ на примененные чары в глубине этого бардака раздался сначала один стук металла о дерево, за ним раздались десятки барабанящих глухих стуков. Они смешались в какофонию, бьющую по слуху Рона. Он увидел, как в его сторону довольно быстро летят небольшие кругляшки и, чтобы не попасть под их град, он юркнул за ближайший ветхий шкаф. Когда, наконец, стук стал стихать, а Уизли вылез из-за импровизированного укрытия, перед ним лежала кучка сверкающих желтым цветом монет, от взгляда на которые в его глазах показался огонек алчности. «Вот видишь. Эти деньги, они ничьи. А ведь это точно не все ценности в этой комнате. Ты призвал только маленькую стопку галеонов, а сколько здесь сиклей и кнатов?» — Том распалил в мальчике желание забрать с собой все. — «Но видишь ли, когда ты призывал монеты, ты едва не попал под удар. И чтобы этого избежать, я научу тебя одному заклинанию, которому ты будешь учиться на курсах постарше…» ********** Прошло довольно много времени, пока Рон не смог выдавить из себя свое первое, хлипкое, мерцающее и способное опасть в любое мгновение заклинание Протего. Пару раз он намеревался бросить эту затею, но Том находил нужные слова и помогал ему освоить не самые простые чары. Казалось, он был отличным учителем, и именно благодаря этому Уизли не сдался. «Солидная сумма, порядка ста пятидесяти галеонов. Возьми из них десяток, а остальное спрячь до лучших времен. Если о твоих деньгах узнают, то их отберут» — Рон слушал своего друга, довольно живо представляя картину того, как мама громко ругает его, называя воришкой и как потом эти деньги улетают на очередное дурацкое платье или мантию для Джинни. — «Кстати, что ты думаешь о том, чтобы сделать одну пакость? Нет, не так. ПАКОСТЬ!» «Что ты хочешь сделать?» «Любому волшебнику нужно личное пространство, так? А у меня есть мысль, как заполучить свой уголок в замке, о котором будем знать только я и ты. Только подумай, дружище. Найдешь себе домовика, и будешь ходить в это место каждый день! Он будет приносить тебе еду с кухни, и там ты сможешь заниматься своими делами. Спать, прогуливать Историю Магии, отрабатывать заклинания и учиться в полной тишине. Ты будешь лучше Поттера! Да что там Поттер?! Даже у Малфоя такого нет. Подумай, дружище!» Рон видел, как он будет сидеть не в гостиной, а в большой комнате, и спать в большом кресле. Как потом он приведет туда Драко, будучи полноправным хозяином своего уголка в школе. От этой мысли на его лице расцвела предвкушающая улыбка. «Расскажи! А то в гостиной меня считают изгоем…» ************ В понедельник в Большом зале было крайне оживленно. Сов, приносящих почту, было еще больше, чем обычно. Ученики переговаривались, отчего их разрозненные голоса слились в громкий гул, разливающийся по залу. Все это было по одной простой причине. Дамблдор сделал объявление: — Ученики! — все внимание зала было сосредоточено на нем. — Объявляю, что на этой неделе в школе будет проходить проверка из Министерства. В течение всей недели на занятиях будут присутствовать инспектора, которые будут оценивать качество работы школы. В связи с этим, просьба не проносить в школу запрещенные предметы, а также не нарушать правила! Асуна, в тот понедельник сонная и раздраженная, пила чай с тонизирующим зельем, чтобы окончательно проснуться. От него тонко пахло свежей мятой, что отнюдь не ухудшало вкус напитка. Ей не было дела до того, что там говорил Дамблдор, сейчас ей больше хотелось что-нибудь сжечь или посидеть у огня и подремать лишний час или два. Ночь выдалась неспокойной. По-другому, впрочем, бывало нечасто, чтобы девушка могла как следует выспаться. И пусть перед рассветом ей, наконец, удалось нормально уснуть, пары часов сна было ничтожно мало для детского тела, не доведенного до той самой формы, в которой пребывала Диана Лорен. В ее планы на эту неделю входило выследить и выцепить Дороти Шеффилд, выяснить ответы на некоторые вопросы и заглянуть на субботнее собрание Ковена. Возможно, что руками Шеффилд она сможет если не разобраться с собранием под предводительством Шафика, то воспользоваться ими и выйти на торговца информацией со Слизерина. А что будет дальше… Слишком много переменных и неизвестных, чтобы предусмотреть что-либо более, чем на пару шагов вперед. О таких вещах она предпочитала размышлять на более свежую голову. ************ — Сегодня и всю последующую неделю мы будем изучать и анализировать рекомендованные учебники по дуэльному мастерству, — удар посоха, и книги со стола профессора Грина отправились по одной на каждую парту. — В школе проверка, и я буду очень рад, если проверяющие останутся довольны и больше не появятся в этой аудитории. Задание на сегодня — законспектировать главы с первой по третью, они короткие. Асуна едва заметно покачала головой — удобная одежда для физических упражнений и скрытые в ней утяжелители, предназначенные для сокрытия возросшей за лето силы ей сегодня не пригодятся. Пусть даже заниматься повседневными делами в них было не слишком обременительно, но приятного в этом было мало. Учебник, который им раздали, был скукой смертной, сборной солянкой из правил дуэльного этикета, поклонов, разрешенных заклинаний и прочей мешанины, датируемой еще концом прошлого века и разбавленной огромным количеством лишней информации — Да, мисс Грейнджер? — Рика подняла руку. — Разве вы не говорили, что на следующем занятии у нас будет практика? — с поистине щенячьими глазами выдала ее названная сестра. — Говорил, и от своих слов мне отказываться очень неприятно. Только вчера после ужина преподавателям было объявлено о министерской проверке. И книги, вам предоставленные, рекомендуются Министерством для наших занятий. Не я их предложил, но учиться по ним придется вам. Во всяком случае, — профессор улыбнулся — эту неделю. Я ответил на ваш вопрос, мисс Грейнджер? — Да, сэр, — Рика села на место рядом с ней. В дверь громко постучались и в аудиторию вошел низкий пузатый человек в темной официальной мантии, которая смотрелась нелепо, подчеркивая лишний вес инспектора. С собой у него была официального вида сумка, в которой весьма удобно было бы носить документы. На его лице были очки с довольно толстыми, как показалось Диане, линзами. На непокрытой голове зияла плешь, а редкие волосы каштанового цвета были уже изрядно побиты сединой. «И почему никто не обращается к целителям с проблемой старения?..» — Асуна прикрыла глаза, разглядывая строки, от которых у нее начала болеть голова — настолько это учебное пособие вымораживало ее. — Оскар Кэтсвилл, отдел Магического образования, — скрипучим голосом начал он, достав пергамент и пробежавшись взглядом по нему. — Инспекция официального студенческого клуба под кураторством Александра Гаррета Грина. «Типичный клерк, прожженный юрист и бюрократ» — сделала заключение Диана, основываясь на наблюдениях. Таких личностей за свою жизнь она встречала не единожды, и никогда опыт общения с ними не был особо приятным. — Присаживайтесь на последние парты, мистер Кэтсвилл, — профессор указал на незанятое место в конце аудитории, максимально удаленное ото всех. А учитывая и без того немаленький размер зала напротив гостиной Гриффиндора, добирался он до своего места несколько минут, под общее молчание и вопросительные взгляды учеников. Профессор Грин стал объяснять некоторые моменты из учебника, и в его исполнении даже Асуне было интересно было послушать. И, как она убедилась, не ей одной понравились реальные примеры того, как поклон носом в землю до крайности разозлил одного крайне неуважаемого европейца, из-за чего тот вызвал его на дуэль. Инспектор что-то записывал, кивал своим мыслям и строил вечно серьезную мину, периодически что-то спрашивая у профессора, уточняя некоторые моменты касательно биографии или стажа работы. Это занятие Дуэльного Клуба длилось, по ощущениям, куда дольше, чем раньше. Три часа, в прошлые разы проходившие незаметно, в этот раз тянулись довольно долго, даже несмотря на попытки профессора разнообразить занятие. ************* — Люмос! — Рон зажег светляка на палочке, спускаясь по довольно скользкой лестнице. Как сказал Том, ему нужно взять дневник с собой, зайти в туалет Плаксы Миртл, закрыть глаза и досчитать до десяти. Ему послышалось, как будто кто-то зашипел, и за умывальником открылась потайная дверь, в которую и шагнул Уизли. Спускаясь все дальше, он ощутил, как Том написал что-то. Обычно, если его друг писал что-то, то тетрадь нагревалась. Так было и сейчас. «Закрой глаза и досчитай до десяти» — Рон послушно закрыл глаза. Ему могло показаться, что он снова слышал шипение, но стоило ему завершить счет и осмотреться, как по правую сторону от него был проход куда-то вдаль. — «Иди туда» Пройдя по довольно узкому коридору, Уизли оказался в кабинете, напоминающем таковой у профессора Грина, но гораздо менее просторный. На стенах висели красивые картины, были рядом и большая кровать, и диван с креслами. — Вааау! — не сдержал восторженного вздоха Уизли. Дневник под мантией снова нагрелся. «А теперь давай подумаем, как нам разобраться с Поттером. Но прежде… Расскажи мне все, что ты о нем знаешь. Не упуская ни одной детали. Мы воспользуемся этим…» Рон, предвкушающий месть этому шрамоголовому покровителю грязнокровок, выдал все, что знал. Что он хорошо учится, что у Поттера есть друзья, среди которых на удивление много девочек, что он отличник Дуэльного Клуба. И конечно, рядом с темным магом идет темная ведьма Эбонхарт, у которой, как он слышал от Драко, был пропуск в Запретную Секцию. «Это будет непросто. Сейчас ты должен понять, что Поттер, Лонгботтом и Эбонхарт для тебя слишком серьезные противники. Они хорошо прячутся, и темную магию они точно не покажут перед всеми. Поверь старшему товарищу, месть — это блюдо, которое подают холодным, очень холодным, прямо как лимонад летом. Тебе нужно как следует подготовиться, а поэтому запиши на листочек, что тебе понадобится. Первым делом тебе нужен бланк пропуска в Запретную секцию и профессор Локхарт» «А зачем мне Запретная Секция?» — Рональд догадывался, зачем ему бланк и профессор, который готов был поставить свой автограф не глядя куда. Но зачем ему книги из Запретной Секции? — «Это же темная магия!» «Не спеши, Рон. Тот, кто против нас, понимает в темной магии очень многое. Мы будем знать о Темных Искусствах, чтобы с ними бороться, чтобы знать, что применят Поттер и Эбонхарт, в случае провала или когда наш план сдвинется с места.» *********** — Что тебе нужно, Альбус? — Блэк был крайне недоволен, ибо лицезрение рожи Альбуса в особняке на Гриммо отнюдь не добавляло главе третьей политической стороны настроения. — Кажется, в прошлый раз я довольно четко объяснил, что не желаю иметь с тобой дел. — Не стоит на меня дуться, Сириус, — покачал головой директор. — Говори, чего хотел, или выметайся, — не повышая голоса, проговорил Блэк. Если уж он научился чему-то, пока заседал в Визенгамоте на месте своей семьи, так это самоконтролю. Сейчас сдерживаться в присутствии виновника его заточения в Азкабане было проще, нежели тогда, в Америке. Очки-половинки директора сверкнули. — Я хотел поговорить с тобой о проблеме, которая в ближайшие годы может вновь захлестнуть Британию. Есть стойкие подозрения, что Волдеморт не умер окончательно, — Сириус, услышав от Альбуса такие слова, задумался. От Грюма он уже знал, что директор Хогвартса нашел один из крестражей, но почему он пришел к нему? — Продолжай, — Сириус стал слушать более внимательно, часть раздражения отступила. — С чего ты решил, будто темное дерьмо еще живо? — Так уж получилось, что на Рождество мой профессор Защиты от Темных Искусств устроил переполох в замке. Пострадали несколько студентов, но главным было, что он был одержим духом Волдеморта. — Или это был сумасшедший, возомнивший себя Неназываемым. — Сириус, конечно, знал, что это не так, но ему было любопытно, какие аргументы приведёт Альбус в пользу своего утверждения. — Это был Том, — произнес Дамблдор. — И мне удалось найти этому доказательства. — Доказательства? — неужели они с Альбусом знают одно и то же, про «запасные жизни» Неназываемого. — Некие темные артефакты, благодаря которым ему удалось избежать смерти в тот Хеллоуин. Мне удалось обнаружить один из них, — Блэку стоило большого труда сдержать торжествующую ухмылку — во времена Первой магической директор Хогвартса много знал, но очень мало говорил. И тот факт, что сейчас он раскрыл небольшой кусочек маленькой тайны, говорил о ситуации, в которой находился Альбус, довольно многое. — Темные артефакты, благодаря которым Волдеморт все еще не умер… Неужели жертва Джеймса и Лили была напрасной? — анимаг ужаснулся своей мысли, но быстро взял себя в руки. Они делают все, что в их силах, чтобы в случае возвращения снова отправить Лорда в небытие, на этот раз на совсем. — По этому поводу я собрал Орден. Нам удалось найти и уничтожить один из них, но я не могу точно понять, что именно сотворил Том. Именно поэтому мне нужна твоя помощь. Если ты не хочешь помочь мне, то подумай о Гарри, — старик надавил на больное, мысли о том, что может случиться с крестником, если Неназываемый вернется, отнюдь не добавляли Сириусу душевного спокойствия. Впрочем, Альбус явно не знал, что Грюм не уничтожил кольцо. И будет гораздо лучше, если он так и останется в неведении относительно того, как они намереваются использовать имеющийся у них крестраж до ключевого момента, когда уже никакой Великий Светлый Волшебник не сможет им помешать. И от этой мысли Блэку стало немного легче — настало время Альбусу почувствовать себя на месте орденцев, которые из-за утаивания важных сведений могли погибнуть или погибли… — Кричер! Принеси нам чаю! — Блэк знал, что ему предстоит долгий и непростой разговор. ************ В конце концов, они с директором Хогвартса пришли к договоренности, и пусть даже Сириус не слишком доверял старику, но в случае, если Волдеморт вернется, поддержка Альбуса, его знания и зацепки им пригодятся. У них пока что не было достаточно сильного волшебника, способного противостоять Реддлу в прямом столкновении. Именно для подкрепления этой договоренности у него был припасен ныне обезвреженный медальон Слизерина, слегка обожженный, с маленькой бесформенной пробоиной на крышке. Альбус, услышав его историю, был весь внимание и даже попросил реликвию на исследование, на что Блэк согласился с условием скорого возврата. Больше своих козырей глава семьи Блэк вскрывать был пока что не намерен. Великий Светлый занят полезным делом, не маячит у него перед глазами и не провоцирует его произнести два заветных слова, одним из которых было «Авада». Годы, проведенные в Азкабане, и страшные времена Первой магической до этого, сейчас сильно померкли, под действием целительской магии. Но некоторых вещей Сириус прощать не собирался. Он не допустит ошибки, которую он совершил в прошлую войну… А сейчас… сейчас для Блэка все может катиться к Мордреду. Сейчас он имеет полное моральное право побыть в тишине, поразмышлять о том, что будет дальше. Как никак, он уже встал во главе полюса сил, который противостоит Малфою и Волдеморту за ним, пусть даже пока что Неназываемый все еще небоеспособен. И чем больше удастся сделать перед возвращением тёмных и смутных времен, тем меньше жертв будет по итогу. ************* Арго, закончив домашнее задание, отложила пергамент и чернильницу и, поудобнее расположившись в кресле у печи, прикрыла глаза, размышляя и собирая в голове разрозненные слухи, перехваченные то тут, то там. Сейчас Хосака находилась в гостиной Пуффендуя, куда ее позвали подруги с факультета трудолюбивых и верных. Крепкая кирпичная печь холодной осенью согревала гораздо лучше, нежели камин в общежитии Гриффиндора, а бормотание магической копии телевизора, по которому сейчас крутили, кажется, Утиные истории, и вовсе создавало крайне уютную и домашнюю атмосферу, распространяющуюся по всему общежитию. С момента начала министерской проверки прошло уже два дня и за это время успело кое-что случиться. Снейп временно ушел с должности преподавателя Зелий и направился на повышение квалификации. Во всяком случае, на завтраке это преподнесли именно так, по факту же если бы зельевар сам не ушел по собственному желанию или указке Дамблдора, из школы бы его выгнали проверяющие из Министерства, или, по меньшей мере, приняли бы меры. На его место встал сам директор, и первый урок зельеварения с ним у них был назначен на завтра. Джинни Уизли. Вот уж кто-кто, а это рыжее недоразумение уже успело изрядно ее достать. Она постоянно крутится рядом и непонятно чего от них хочет. Словно она чего-то ждет, но Хосака понять не могла, чего именно. Впрочем, Арго видела в этой неприятности и положительный аспект. Та, у кого должен быть дневник Тома Реддла, все время на виду, и в случае неприятностей перехватить крестраж без лишних глаз и передать его Александру будет нетрудно. Таким образом, фактор Тайной комнаты и чудовища в ней будет исключен, и они смогут не отвлекаться от основной задачи. Между делом она припомнила, как Пивз, этот карманный шпион, кружащий по замку и докладывающий обо всем происходящем, сообщил ей, что на восьмом этаже в последнее время часто появляется Рональд Уизли, и после исчезает в неизвестном направлении. Вообще, из того, что она слышала о действиях Уизли, можно было проследить его превращение из храброго льва в змея, скрытного и нелюдимого, разорвавшего почти все контакты с факультетом, не стесняющегося общаться с теми, кого он раньше считал врагами. Иногда, казалось, он с нечитаемым взглядом украдкой смотрел на их объединение, и понять ход его мыслей было невозможно. Словно он…следил за ними, анализируя и что-то для себя решая. Хосаке это не нравилось, и на завтрашней Истории магии она непременно докопается до истины. Что гриффиндорец со взглядами змеи, которого на факультете считают изгоем, забыл в довольно важном для всего Хогвартса месте? Восьмой этаж — значит, Выручай-комната. Он смог ее открыть, значит, он либо случайно ее нашел, либо кто-то подсказал Уизли, где ее искать. Учитывая изменения личности Рональда, более верным будет второй вариант, ибо катализатор изменений вполне мог дать ему наводку на место, сокрытое от чужих глаз и известное только ему. Вопрос: кто этот некто, благодаря которому Уизли начал меняться? Не является ли он человеком, заброшенным Колыбелью в этот мир помимо Асуны?