Через время и пространство

В этом месте день и ночь столкнулись в узкой полоске земли — считанная тысяча шагов отделяла не пораженные скверной земли, где небесное светило сияло своим обычном светом, от земель, где не было понятия дня и ночи — в любое время суток небо озарялось багрово-красным цветом, довольно тусклым, откровенно чуждым для всякого, кто мог повелевать стихией Света. Она стояла у могучего горного хребта, простирающегося до самых берегов, в обе стороны континента, разрезая Сенторию на две неравных части. Ее черное, расшитое чародейской золотой нитью пальто колыхалось от бушевавшего в горах ветра, а длиннополую шляпу так и норовило сорвать. Лицо девушки было скрыто белым шарфом.       — Это здесь. — Фелиция Канте Самайн, чернокнижница Вечной Дороги, плотнее укуталась в свое пальто. Ее голос отличался от привычного обычному существу — он был искаженным, синтетическим, словно прежде, чем достичь уха случайного слушателя, он несколько раз столкнулся с постоянно исчезающей преградой. Перед ней, на границе этих проклятых земель, открылся перевал, занесенный снегом. На первый, второй и даже третий взгляд могло показаться что перевал был одной сплошной скалой. Но чернокнижница четко знала — эта скала отнюдь не так проста, как может показаться неискушенному в магии и ее материях путнику. Именно здесь, в этой точке мира были расположены Сумеречные врата — двери между мирами, позволяющие свободную навигацию в пределах доминиона. И одновременно — именно здесь, предположительно, скрывалась их цель.       «Какое совпадение… Спрятались в свете свечи» Демоническое начало Фелиции принялось взбираться по ее душе, отдавая по телу приятным покалыванием и негой, чтобы затем образовать едва ли видные невооруженным взглядом образования за ее спиной. Они налились первородной Тьмой, и за девушкой выросли две пары широких, размашистых крыльев иссиня-черного цвета. Ведьма одним движением стремительно взмыла вверх, ощущая, как всего на секунду, ее естество сотряслось, сопротивляясь столь резкому скачку, преодолевая уплотнившуюся на ее пути волну воздуха, только чтобы зависнуть над землей, выше этой скалы. На первый взгляд, казалось, что сверху скала была скалой. Но это было лишь на первый взгляд. Маскирующее заклятье, порождавшее иллюзию, было наложено на отлично и было настолько экономичным, что отлично скрывалось в окружающем энергетическом фоне. Простой артефакт, позволявший рассмотреть Энергию этого места, скорее всего, не показал бы ничего. Но опытного демонолога, принявшего в себя сущность демона и отточившего искусство пользования этой силой до бритвенной остроты, эти чары могли лишь на мгновение смутить. Но отвести взгляд…нет. Правый глаз ведьмы сузился, чтобы затем его радужка изменила свой цвет на яркий аквамариново-голубой. Фелиция смотрела на мир глазом существа, от чьего взора не способно скрыться тайное, и чей взор безошибочно определял своего Извечного Врага. Чернокнижница смотрела на мир взором Архангела Смерти. Единственного, что когда-то был порожден Межграньем, за всю известную ей историю доминиона. Ее первого врага, который нанес ей сокрушительное поражение. Иллюзия в ее глазах превратилась в прозрачную ширму, за коей виднелось строение… Когда-то это место явно было военным укреплением. Расположенный на возвышенности, этот замок, фактически, был небольшим поселением за крепкими и высокими стенами. По его периметру стояли небольшие оборонительные башни, а на самих стенах были сложены «зубья» За стенами Фелиция смогла рассмотреть высокий, возвышающийся над стенами, донжон из белого камня. Местность вокруг него была застроена одно-и-двухэтажными домами. Как смогла заметить ведьма, в замке бурлила повседневная жизнь — на тренировочном плацу между донжоном и домами, шло сражение — две гуманоидных фигуры схлестнулись друг с другом в честном бою, а вокруг них собрались порядка десяти случайных зевак. Ведьма также обратила внимание, что посреди этой иллюзорной ширмы был сложный проход — извилистый, с несколькими тупиками — наверняка еще и с неприятными сюрпризами для тех, кто не знает правильной дороги. Но не это привлекло ее внимание. На крыше донжона сидела чья-то фигура, свесившая ноги. Его черты были размыты, но силуэт был овеян невидимой обычному глазу серой дымкой, кою невозможно ни с кем перепутать — именно так Архангел Смерти видел своих Извечных врагов и их адептов…. На крыше сидел полудемон. Очень могущественный, буквально подавляющий своей мощью…и совершенно ее не контролирующий — Энергия С-Той-Стороны буквально фонтанировала из него.       «Хм…» — ведьма присмотрелась к нему — «Может, это и есть Айзек Кауст-Блэк…» — мелькнуло у нее на мгновение — «Вряд ли. Айзек — чернокнижник, а значит — опытный демонолог, и за такое безрассудство мастер Вез’Раль заставил бы его чистить Межгранье вокруг Крепости до посинения…» — Фелиция прислушалась к ощущению, ощущая некое эхо, тщательно и с выдумкой прикрытое экранами. Ничего. Энергия была отлично замаскирована — вряд ли кто-то смог найти это место, если бы не знал, что, где и как искать. Впрочем…не суть важно. Подтвердилось, что здесь — отнюдь не простая скала… ************ Временный лагерь их подразделения, раскинувшийся в приграничье не зараженных земель, принял под свои своды почти пять десятков чернокнижников — неприлично крупное число сильных магов для этого мира. Были в нем, кроме десятка расширенных изнутри палаток, еще и некоторые необходимые для относительного комфорта сооружения вроде полевой бани и кухни.        Сейчас большая часть командиров отрядов собралась в крупном шатре, где лежали несколько карт этого горного региона, одна из которых была датирована весьма почтенным сроком.              — Кажется, вы задержались… — Фелиция обратилась к девушке, которая вместе со своим отрядом ввалилась буквально только что.       — Нас выбросило в самой глубине пораженных земель. Пришлось порвать пару суккубьих задниц из числа тамошней гвардии и драпать… — Нирия Кауст-Блэк, лидер одной из пятерок, выглядела потрепанной. Длинный хвост розовых волос выглядел растрепавшимся, алая клепаная куртка с высоким воротником и плотные штаны получили заметные повреждения, а на алом шарфе, коим она закрыла лицо, намертво въелась сажа — Небольшая неприятность, и говорить тут не о чем. От хвоста мы избавились, а Межгранье, как выяснилось, неплохо защищает от здешней скверны — зная эту девушку, Фелиция могла сказать, что слова «небольшая неприятность» на деле скрывали за собой мордобой и серьезную драку, возможно, даже с трупами.       — Наконец-то все в сборе. — ректор Крепости Воланд Самайн, до того не привлекавший к своему присутствию внимания, возник из тени. Его бежевая утепленная мантия слегка колыхнулась, когда он одним плавным движением приблизился к карте. — Фелиция, обстановка?       — Замок Данталион — она показала его на самой старой из имеющихся карт — Сейчас он скрыт очень мощными маскировочными чарами. Чары накладывал настоящий виртуоз своего дела — если не знаешь, где вход — не войдешь. Случайных гостей можно не опасаться — этот горный клочок население обходит пятой дорогой.       — Что по обороне?       — Минимум пятьдесят лиц сейчас на самой территории - на улице. И минимум один необученный полудемон. Очень сильный. Большего мне разглядеть не удалось — все, что можно, было экранировано.       — Значит, есть что экранировать… — непроглядно-черные глаза с черной же склерой прикрылись.       — У меня есть один небольшой вопрос, — слово взял высокий, худощавый, но от того, не менее крепкий парень со слегка смазливым лицом — Константин Самайн. — Что является нашей первостепенной задачей — взятие ренегата, или захват не-подключенных? Константин по мнению ведьмы был… очень необычным чернокнижником. Его первой тварью из-за Грани была демоница Желания, и, казалось, что от своего начала этот человек взял очень многое — настолько многое, что, наверное, почти половина девушек с ближайших кругов хотя бы единожды побывали в его койке… и Фелиция не стала исключением. От воспоминаний о том, что он с ней вытворял, применяя еще и демонические способности, щеки ведьмы предательски заалели, хотя этого, скорее всего, никто и не заметил.       — Эмис дал четкую команду — первостепенная задача — Айзек и некто, именующие себя Первым Братом и Первой Сестрой.       — Блядь… — Кауст-Блэк чертыхнулась себе под нос — Опять она?       — Вам есть что сказать, Деметра?.. — мимо Воланда не прошла реакция чернокнижницы.       — Если я не ошиблась, то я уже встречала ту, что называет себя Первой Сестрой. Она была в одном из диких миров, за который мы бодались с соседями… Очень опасная и хитрая сука. Владеет чем-то, похожим на наши Первоосновы — причем, всеми восемью элементами, с Межграньем ничего общего не имела. Скорее всего, она — Захватчик. Фелиция и понятия не имела, кто такие эти Захватчики. Но сложить в голове два и два, сражение с соседями и эту особу, ведьма могла — скорее всего, это был некий аналог чернокнижников, но в соседнем доминионе…       — Значит, принимаем в расчет двух Захватчиков… Константин, ты, кажется, хотел что-то озвучить?       — Так точно. Нам известно, что среди них есть «бегуны», которые в любой непонятной ситуации попытаются уйти. Предлагаю поступить очень просто и лаконично — нанести первый, и самый сокрушительный удар, чтобы никто ничего не успел понять. Этим мы выведем основную часть не-подключенных из игры, чтобы не путались под ногами.       — А на ходу останутся только те, кто от этого удара сможет защититься — Нирия склонилась над картой. — Предлагаю разделиться на две группы — первая разместится вот здесь — она указала на небольшой склон, с которого открывался хороший вид на территорию замка — Ее задача будет нанести первый и основной удар по территории замка. Причем, этот удар не должен быть смертельными чарами. Ибо не знаю как вы, а я не хочу разбрасывать членов этого Братства по всему доминиону и ловить потом от них мелкие пакости.              — Я поддерживаю решение Деметры. — Воланд подал голос — Но я дополню план — после первого удара эта группа должна будет окружить и блокировать замок, чтобы пресечь любые попытки побега. — в ответ чернокнижница лишь кивнула.              — Вторая группа — штурмовая. — слово взяла Фелиция — план ей был вполне понятен. — Они должны будут сразу после первого удара, не давая опомниться тем, кто все еще будет на ногах, войти в замок, миновав линии защитных заклинаний при помощи полета.              — Не-подключенных стараться сильно не бить — оглушения хватит. Если же столкнетесь с Айзеком или Захватчиками — сами в бой не вступайте, дайте им сесть вам на хвост. — Воланд отдал очередное распоряжение. — И ведите их на любого из нас — взгляд светловолосой ведьмы пробежал по сидящему в уголке преподавательскому составу Крепости. Семь Мастеров выглядели так, словно для них это был обычный день, заставив Фелицию задаться вопросом — было ли у них такое раньше?              — Думаю, теперь план намечен. — Константин провел рукой по своим длинным черным волосам. — Кто в какую группу войдет?              — Я и моя группа — штурмовики — Нирия вызвалась первой.              — Моя группа и группы Деметры, Фелиции и Константина — идем на штурм. Люсинда — ты возглавишь группы первого удара. Мы атакуем сразу после вашего сигнала. — Воланд быстро распределил обязанности.              — Да, ректор — прозвучал тихий, на грани слышимости, голос главного медика Крепости Черного Мрамора.              — На подготовку полчаса. Распределяемся, чьи группы и в каких местах будут высаживаться. Всем подразделениям — собираемся у полевой кухни…              **************        Штурмовой отряд затаился у самого склона горы, и Фелиция чувствовала, как ее пробрала легкая дрожь. Ведьму одолевали крайне противоречивые чувства — ибо это задание было ее первым, по-настоящему крупным.        Ее пятерка полностью состояла из старых друзей Фелиции по кругу обучения — не хватало только «Подрывателя пробирок» для комплекта и «Мастера говна-и-палок» — но мастера Рангу в Крепости нужно было кому-то замещать на время выполнения задачи.              — Кого бьем? — спросила единственная по-настоящему близкая подруга Фелиции — Лисара.        Мастерица Льда, Тьмы и Земли, «Отмороженная» чернокнижница могла похвастаться внешностью, идеально отражающей саму ее суть — абсолютно белые, как снег, волосы, были заплетены в длинную, толстую косу, оставив лишь два локона, обрамляющих ее по-детски милое лицо — вот только в пронзительно-голубых глазах плясали отнюдь не чертики — а настоящие Архидемоны.              — Целую ораву не-подключенных и ренегата бьем. — ответила ей Мастер Тайных Троп. — План такой — никого насмерть не убиваем, можно только хорошенько отделать, чтобы на землю их приспустить. Если видим полудемона или очень сильного противника — в бой не вступаем, ведем их на группу Воланда — они их быстро перемелют. Видим парня с серебряными глазами — инструкция та же. Все готовы?              — Готовы — ответили ее старые друзья хором. Хорошо все-таки работать со знакомыми людьми…              — Тогда, — амулет-синтезатор голоса заработал, исказив голос девушки, — любуйтесь фейерверком!        И в ту же секунду сверху на то, что представляло собой иллюзию скалы, обрушилась вся мощь магии…              *************              — Айз, тебе не кажется, что этот парень странный?.. — девушка, чьи волосы были окрашены в цвет индиго, стояла рядом с тренировочным плацем Старейшего Дома, и тихо переговаривалась со своим знакомым.        Ее одеждой был жёлтый жилет без рукавов и лёгкие трико — идеальная одежда, чтобы немного размяться и проверить новичка, нашедшего Дом считанные дни назад…              — Ты не до конца понимаешь — голос ее собеседника звучал тихо, безэмоционально…даже безжизненно.        Но Юки Конно, лидер Альфхеймского Братства, давно привыкла к этому — у ее друга, Айзека, всегда был именно такой голос.              — Так помоги мне это понять. Я не верю, что у Самайна шизофрения или что-то в этом роде. Он дьявольски крут, но… он меня пугает.              — Ты уже освоила заклятье Темной Обители и Крепость Разума? — спросил ее парень, чьи глаза напоминали жидкий металл…              — Да. Буквально вчера закончила — с гордостью за себя, ответила ему Юки.        Айзек закрыл глаза — обычно это означало, что он крепко задумался.              — Хорошо — наконец, он дал ответ — На следующем нашем занятии я расскажу тебе о том, чем на самом деле является Самайн, и чем это может грозить для всех нас. — юная по многим меркам, чародейка просияла — ей перепадёт ещё один кусочек безграничного знания.        Не успела она насладиться этим маленьким успехом, как увидела приближающиеся с неба огни, а ее магическое чутье взвыло. На этот счёт у нее было только одно правильное действие — она вскинула руки и принялась быстро шептать заклинание…              **************        Лучи, вспышки, стрелы, облака — все расцвело мириадами ослепительных огней — и направилось на замок с разной скоростью, пройдя иллюзию горы словно раскаленный нож сквозь масло, оставив за собой лишь бесформенные прорехи.        Далеко не все заклинания были видны — по ощущению Фелиции, лишь половину из них можно было разглядеть невооружённым взглядом.        Они появлялись вновь и вновь, вылетая со стороны позиции ударной команды словно залпы тысяч колдовских ускорителей массы — и все это происходило на протяжении всего-то пары секунд.        Она вновь использовала одно из своих Высших Исчислений, взор Архангела Смерти, дабы увидеть последствия заклинательного шторма воочию.        Бессознательные тела населяющих замок были повсюду — они так и остались на тех местах, где атака застала их, словно в один миг они уснули… Впрочем, так оно и было — по крайней мере, так показалось Фелиции на первый взгляд.        Территория осталась почти невредима — не считая разбитых стекол и облаков пыли. Если бы не стояла цель «брать живьём», то, скорее всего, от этого места не осталось бы и камня…        Вслед за этим, пала и иллюзия — замок стал виден всем. Пали и экраны, что скрывали это место от чужого взора — и от мощи Энергии, сосредоточенной в этом месте, захватывало дух.              — Выпускаем крылья! — весь ее отряд выпустил демоническое начало наружу, отчего в воздухе повеяло тихим, мрачным пением, — Взлетаем, и все за мной! — чернокнижница в этот момент поняла, что чувствует себя на своем месте — она не могла забыть это чувство, когда повинуясь ее воле, люди следуют за ней…        Как она успела понять, не только их отряд бросился к небу — мрачное пение доносилось со всех сторон вокруг них, а в воздухе порхали разноцветные фигуры.              — Приземляемся! — скомандовала чернокнижница, усилием мысли выкручивая усиление амулета-синтезатора на максимум.        Ее отряд приземлился аккуратно и без лишней пыли — между лицевой стеной и ближайшим к ней двухэтажным домом.        Фелиция на бегу вытащила из кобуры свое личное оружие — чародейский ускоритель массы — аналог кремниевого пистоля, но гораздо более сложный и эффективный. Ладонь привычно легла на слегка шершавую поверхность рукояти, а пальцы легли вдоль ствола.        Рядом с домом лежал, уткнувшись лицом в стол, кто-то, напоминающий эльфа — во всяком случае, его уши были заострены.              — Рассыпаться! Проверить дома! — не успела она это сказать, как перед ней выросли четыре стены, мгновенно отрезавшие Фелицию от группы. — Этого ещё не хватало! — в следующую секунду, только полудемоническая форма спасла ее от неожиданной атаки — пучок молний прошел в метре от нее, едва не зацепив.        Демоническое начало мгновенно подсказало ей — ее противник сместился, и поэтому, она применила еще одно из своих Высших исчислений — Одностороннюю Бесплотность Высшего Духа Материи.        Разум затопило одно желание — движение, непрерывное и эффективное движение — и в ту же секунду из стен стали вырастать ещё стены — на этот раз, они делили квадрат, в котором оказалась Фелиция, по диагоналям и пополам. Преграды возникали настолько быстро, и были настолько тонкими, что могли разрезать девушку на части.              «Мое тело — есть Энергия. Мир вокруг меня — Энергия, и этой Энергии я — Повелеваю» — стены отныне ничего не могли ей сделать — они свободно прошли через переставшее быть материальным тело девушки, не причинив ей никакого вреда как и последовавшие за этим атаки молниями. Чутье и рвущийся наружу осколок разума поглощенного Духа Войны, кричали Фелиции, что ее противник пытается запутать чернокнижницу и уничтожить.        Она выпустила крылья и взмыла в небо, преодолев в один миг более сотни метров высоты — и очень вовремя.        Место, где ещё удар сердца назад стояла чернокнижница, поглотил ревущий океан Темного пламени — от этого ее не спасла бы даже Бесплотность.        С высоты ей удалось разглядеть противника — как оказалось, стены, отрезавшие ее от группы, были двойными, и этот некто бегал в пространстве между ними, атакуя. От ее маневра, человек в черной накидке с капюшоном, как смогла разглядеть, растерялся, но лишь на мгновение — и этого хватило Фелиции, чтобы применить на его местоположение ещё одно из Высших Исчислений в ее запасе — Ауру Ужаса.        Ее противник, попав под действие Ауры, застыл, словно каменное изваяние — он выронил из рук нечто, напомнившее чернокнижнице поварской тесак, вернее, его увеличенную версию. Девушка не ослабляла напор, напротив, даже увеличивала его — контролировать себя при использовании такого количества Высших Исчислений и демонической магии было трудно даже ей, признанному гению Демонологии, и Фелиции хотелось как можно быстрее выйти из Односторонней Бесплотности.        Аура возымела свой эффект — противник упал на колени и схватился за голову. Даже вися на крыльях в сотне метров над землёй, она слышала его бессвязный шепот, что быстро перерос в крик — это значило, что жертва Ауры пыталась сопротивляться напору…        А потом произошло то, чего чернокнижница не ожидала — противник рухнул лицом в землю, а из-под капюшона рассыпались полностью седые волосы…        Фелиция спустилась на землю, совсем рядом с ним — нужно было убедиться, что он не доставит им лишних сюрпризов. Бесплотность она предпочла сбросить — потерять контроль над своим демоническим началом сейчас было проще простого.              «Он мертв…» — бегло осмотрев своего врага, сделала заключение чернокнижница — «Не выдержал моей ауры»        Однако, в тот же миг, когда девушка развернулась и хотела было выпорхнуть из ловушки стен, она ощутила невыносимый жар — фиолетовая вспышка Темного Пламени взорвалась за спиной, отбросив ее ударной волной к стене и опалив Фелиции спину.              «Ах ты сын шлюхи!» — она грязно выругалась в мыслях, а затем в очередной раз резко бросилась в небеса, спасаясь от пламени.        Противник напоследок все же оставил ей неприятный сюрприз — по ощущениям, задняя часть ее пальто сгорела полностью, как и все, что было одето под него. Спину обожгло, и обожгло крайне сильно — не будь она сейчас в полудемонической форме, — скорее всего, свалилась бы от болевого шока ещё там, между стенами ловушки.        Шершавая поверхность стены, по ощущениям, сильно разодрала Фелиции лицо — и это была лишь очередная в списке приваливших неприятностей.              «Силён! Вот тебе и защитное снаряжение — серп Архангела Смерти выдержало — а последний привет от этого парня — нет. Ладно… Главное — жива осталась…» — она осторожно спустилась на пологую крышу дома, намереваясь воссоединиться с группой как можно скорее…        **************        Когда отгремел первый удар, Юки не спешила развеивать самое мощное из известных ей защитных заклятий — Темную Обитель, сферу из чистой Тьмы и Энергии, что защищала ее почти от любых атак, но требовала от нее огромной концентрации и сил, даже с учётом, что она владела Тьмой на очень приличном уровне.        Она отлично видела сквозь обычно непроглядный мрак, как вокруг нее свалились ее братья, сестры…друзья… Юки стиснула зубы — отчаяние ледяными когтями сжало ее сердце.              «Я отомщу за вас…» — сложная ситуация требовала от нее быть сильной и сохранять холодную голову — именно этот урок в нее вбил Айзек самым первым. — «Мне нужна Первая Сестра… Нужно бежать из Анклава!»        Она осторожно развеяла сферу, когда увидела приближающиеся крылатые фигуры в небе. Времени было очень мало, и Юки буквально рванула в сторону донжона — если где и могла быть Первая Сестра, то только там.        Рядом девушка увидела Айзека — тот лежал на земле, стискивая в руках свой посох. Он был смертельно бледен, его лицо стремительно синело.              «Как же… О, нет!» — она бежала на пределе, стараясь не думать о том, какая же сила могла срубить ее друга, не дав ему даже защититься…        Тут же она ощутила, как защитные чары дома, завязанные на нее, только сейчас вступили в действие — у одной из стен замка поднялось несколько стен — кто-то очень хотел отрезать своего противника… Но на этом…было все — чары замолчали, отказываясь что-либо предпринимать…как будто в одно мгновение они отключились.              «Чары перегрузились и развеялись…» — вынесла мрачный вердикт Юки.        Как она смогла заметить, на первом этаже донжона было разбито одно из окон — оно, конечно, расположено достаточно высоко, и было достаточно узким — но хрупкой и худой по комплекции девушке этого было достаточно — Усиление подобно электрическим разрядам прошлось по телу, усиливая и укрепляя.        Одним прыжком с разбега, Юки перемахнула высоту почти в четыре метра, и ухватилась за оконный проем. Одним рывком она запрыгнула прямиком в главную башню, и оказалась на первом этаже донжона, где едва не попала под рассекающий хлыст из пламени — пламя прошло в считанных миллиметрах над ее головой. Запахло жжеными волосами…              — Юки… — как и всегда, нежный, едва ли не мурлычущий голос Первого Брата, наполнил ее странным спокойствием… — Ты меня напугала.        Брат выглядел невредимым — разве что его аскетичная, серая роба слегка запылилась. Абсолютно лысая, словно шар для боулинга, голова была скрыта капюшоном робы, а лицо скрыто за маской, напоминающей маску какого-то жреца — на ней было запечатлено печальное лицо.              — Где Сес… — договорить лидер Братства не успела — их прервал оглушительный грохот.        В ту же секунду, входная дверь в донжон взорвалась…        *************              — Фел, ты как? — Лисара обнаружила свою подругу сильно потрепанной — обычно весьма милая девушка выглядела откровенно жутко — спина была оголена почти полностью, на месте лопаток можно было разглядеть едва ли не обуглившуюся кожу, а когда-то длинные, светлые волосы сгорели, преобразившись в жуткого вида каре.              — Потрепало. Но жить буду — чернокнижница Льда принялась, несмотря на слова Фелиции, залечивать ее раны. Блондинка мило, как показалось ледяной ведьме, шипела в ответ на ее прикосновения и манипуляции…              — И это ты называешь потрепало, Фел? — усмехнулась Лисара — Если это — потрепало, то я — статуя изо льда. Чем это тебя так огрело?              — Прощальный подарок от одного из этих… Потеряла бдительность, и едва не осталась в Темном Пламени. Никогда бы не подумала, что могу так облажаться… И ведь от Ренса же…        Спустя буквально минуту, на месте пострадавших тканей была лишь сильно покрасневшая, но чистая кожа…              — Теперь ты как новенькая. Накинь что-нибудь — а то парни на тебя пялятся — лидер группы последовала ее совету, и накинула на плечи бурую клёпанную куртку с металлическими вставками и высоким горлом. — Тебе повезло, что штаны не сгорели, а то на твою великолепную задницу…              — Лисара. — прервала Фелиция свою подругу — А можно не вдаваться в подробности о моей «великолепной заднице»?              — Но ведь так не интересно!              — Я все сказала. Ахм-м!.. — блондинка мило застонала и вздрогнула, когда ледяная ведьма создала маленький кубик льда на только что излеченное место. Ледяная ведьма едва облизнула губы…              — Куда теперь, Фел? — Лисара сделала вид, что это не она.              — Никто не видел где-то в округе полудемона не из наших? — лидер же предпочла не замечать случившегося.              — Я видел — голос подал обычно молчаливый Харрис, «Кошкомальчик-пиромант» — Когда отгремел первый удар, он кажется вступил в воздушный бой с Нирией…              ***************        В небе, высоко над землёй, столкнулись две человеческих фигуры — парень и девушка. Вокруг разносился звон металла и шипение пламени, свет на сотни шагов вперёд то гас, то вспыхивал с новой силой…        Нирия вступила в бой с этим человеком, не успев даже приземлиться — они схлестнулись в небе, и только поднимались все выше и выше.        В ход шло все, что они могли друг другу противопоставить — клинки, магия, физическое усиление, демонические способности — но никому из них не удавалось одержать верх.        Ее противник вступил в бой с крайне необычным оружием — в одной его руке был полуторный, слегка изогнутый на самом кончике меч, а во второй — четырехгранный кинжал с гардой очень сложной формы — она отлично защищала руку даже от усиленного удара тяжёлой шпаги розововласой ведьмы.        Казалось, что они испытывали одну и ту же гамму чувств — в этот момент каждый из них упивался этой дракой, огибая, словно в причудливом танце, все преграды и выпады        Нирия видела на лице своего противника широчайшую ухмылку, и была уверена, что подобная же ухмылка застыла и на ее лице. Видела глаза, в кои уже проникло золото — едва ли сейчас парень контролировал свое демоническое начало…              «Как только с тобой разберусь — быть тебе моим учеником…»        Сейчас она сражалась с ним одна — была у взрывоопасной чародейки уверенность, что она справится со своим противником в одиночку, и все, чего ей хотелось, это оставить такого противника себе…        Именно поэтому, сейчас ее отряд соединился с группой Воланда и прорывался в центральный донжон…        Она в очередной раз приняла на гарду шпаги размашистый удар объятого едва заметным движущимся водяным потоком меча, и вновь едва успела разорвать дистанцию перед тем, как кинжал во второй руке едва не добрался до ее туловища.        А затем… что-то изменилось. В следующий же миг, он словно лишился своих крыльев, словно они перестали держать его в воздухе. Парень в очередной раз попытался ослепить ее, а затем — устремился в глубокое пике, с громким свистом…              — А ну стой, трус! — разум и тело требовали продолжения банкета…        ***************        Первый Брат отжигал. Именно так думала Юки, наблюдая за тем, как он вступил в бой с, по ощущениям, самым опасным из всех нападавших.        Все, что она могла сейчас сделать, это защищаться — размах драки Брата и его врага — мага, вооруженного тяжеленным даже на вид металлическим посохом, принимал такой размах, что ее вялые попытки атаковать казались лишь жалкими искрами на фоне грандиозного пожара.        От разлившейся вокруг Энергии Юки стало дурно — ее замутило, а штормовой ветер норовил сбить ее с ног, подхватить своим потоком. Поэтому, она сменила тактику — принялась делать то, в чем она была по-настоящему хороша и сильна — создавать защитные заклятья на себя и Первого Брата.        Тем сильнее было удивление девушки, когда ни одно из ее заклинаний не смогло сдержать атаки врага — словно заклинания не замечали ее щиты, или проходили сквозь них, оставляя лишь аккуратные отверстия.              — Займись ей — Юки казалось, что она слышала одновременно два голоса. И тогда появился он.        Он казался очередным нападающим — ничем не мог выделиться, кроме смазливой хари и довольно длинной волшебной палочки. Но все изменилось, когда их взгляды столкнулись…        В тот же миг, Юки ощутила, как ее мозги буквально плавятся — Крепость Разума принимала на себя сильнейшую атаку, а в ушах зазвенело… Девушка ощущала, как не может отвести взгляд, словно ее парализовало.              «Мы сделаем тебя своей» — услышала она тихий многоголосый шепот.        По телу принялась разливаться невыносимая нега, в миг ее бросило то в жар, то в холод, от невозможности пошевелиться эти чувства усиливались стократно — даже вдох и выдох давались невероятно тяжело…        Крепость Разума, сделанная в форме библиотеки, казалось, стала для нее ловушкой — словно в этой библиотеке ее заперли, вжали в стену и намеревались сделать с ней все, что угодно.        В этот момент ее руки повисли плетями по швам, а глаза закатились. Тьма вихрем сгустилась вокруг нее, и словно та была непроглядным одеялом, обернулась вокруг Юки, намертво прилипнув к ней.              «Угощение!» — в момент, когда она услышала в голове шепот, все естество девушки сотряслось, а болезненные судороги сковали буквально каждую мышцу. Нега, до того бывшая мучительной, стала невыносимой… Юки чувствовала, что находясь в таком положении, она медленно сходит с ума…        Когда все закончилось, Юки ощущала себя...опустошенной. Из головы напрочь вылетели все мысли, а слабость, казалось, сделала из нее паралитичку — двигать даже пальцами казалось невыносимо тяжёлой задачей. Тьма вокруг не спешила развеиваться, все глубже утягивала ее в свои объятия… Силы стремительно утекали из нее, по телу растекался холод…        Услышав где-то рядом нарастающий лязг металла, Юки Конно, лидер Альфхеймского Братства, лишилась чувств…        ****************        Не было никаких сомнений — перед Ним стоял чужеродный элемент. Словно зернышко острого перца в карамельном бисквите, попавшее туда по недосмотру повара, и чья острота перебивала всю приятную гамму сладости и идеальную в своей простоте комбинацию ароматов.        И сейчас это зернышко отчаянно сопротивлялось пережевыванию.        Не просто так Его когда-то, в незапамятные времена, в кои еще существовало единственное божество в женском обличии, прозвали Гурманом. И не просто так когда-то, в стародавние времена, он отдал свою юность в обмен на Силу и Знание…        «Зернышко» сопротивлялось, распространяя вокруг разрушение и хаос. Но это лишь делало процесс избавления от него немного интереснее.        Воланд Самайн…понимал, что эта букашка начинает вызывать у него легкое раздражение, и намеревался достать из своего рукава не козырь — но целую колоду карт для закира, и вытянуть одну из карт, перекраивающих поле брани до неузнаваемости…        В один миг, участок мира перед ним изменился. Изменился буквально каждый его параметр — поднявшаяся в воздух пыль и обломки прижались к земле, весь первый этаж поглотил непроглядный мрак. Поднялся ужасающий сквозняк абсолютно сухого морозного воздуха, что блуждал между преградами в зале, а Энергии в этом месте отныне не было — вся магия в этом месте отныне принадлежала Ему.        И зернышко дрогнуло. Оно попыталось сопротивляться нарастающей силе притяжения, безудержному ледяному ветру и морозу, но быстро бросило эти попытки. Вместо этого, оно попыталось выхватить нечто, напоминающее цилиндр из блестящего черного угля, и применить его…        Но отныне, этот кусок мира принадлежал Гурману…        Штормовой ветер резко превратился в ураган, что не стал избегать препятствия в лице руки с цилиндром. В мгновение, ураган стал настолько силен, что каменная стена позади этого клочка мира пошатнулась от одного эха той мощи, что обрушилась на зернышко.        Цилиндр улетел в глубину зала, вместе с рукой, когда-то принадлежавшей зернышку.        Он слышал крик, напоминавший скрежет и хруст на зубах, слышал тихий вой, и последующее падение того, что от зернышка осталось… Слышал он и громкий грохот, словно потолок осыпался прямиком в этот участок.              И тьма вокруг рассеялась.        Перед Гурманом открылось весьма забавное зрелище. Тот, кого их информатор прозвал Первым Братом, распластался, лежа лицом вниз. Одной руки не было, на ее месте торчал обледеневший кровавый обломок, а маска, изображавшая печальное лицо, спала и раскололась…        В комнате также появилось новое действующее лицо. Парень, смутно напоминавший аватар их повелителя, сверкал золотом глаз, и хлестал Энергией С-Той-Стороны во все стороны. Он сжимал в руках свои клинки — один длинный, другой короткий.- и направлял их на самого чернокнижника.              «Клинок Безмятежного Потока» — бас молчаливого, верного друга Воланда, живого посоха, раздался посреди ленивого потока мыслей. — «Первая ступень»              — Не тронь ее — эти тихие, переполненные злобой слова ласкали слух ректора Крепости — ибо одновременно с голосом этого юнца говорило ровно шестьдесят одно могущественное существо из-за Грани…        Чернокнижника удивило, что юноша встал не между ним и Первым Братом, но закрыл собой ту пигалицу, что сейчас корчилась в блаженстве Тьмы. Казалось, что ему совершенно не было дела ни до ветра, ни до изменившейся гравитации — он не стеснялся применять демоническую магию для собственного усиления.              «Мальчик защищает девочку…» — этот шаг вызвал у Воланда легкий интерес к мальчишке. Несмотря на сверкающее в его глазах золото, он стремился к самоконтролю, одолевая свою внутреннюю сущность в ожесточенной борьбе раз за разом… — «Плюнул на Первого Брата, но решил спасти ее… Не-подключенный - явно».        Мальчишка явно боялся его — мысли и образы в разуме так и кричали об этом.        И все же, он не бежал и не прятался. Он был готов принять этот бой.        Сверху, через дыру в потолке. донеслись звуки ожесточенной борьбы — грохотали взрывы, и даже отсюда ощущался жар, словно от кузнечного горна. Воланд уделил чуточку своего внимания к своему чутью — и составил картину происходящего, опираясь на контуры движения в Энергии.        Один из чернокнижников вынужденно вступил в драку с еще одним живым существом — и пытался отступить к дыре в потолке.              — Вез’Раль — наверх, через крышу — отдал он команду, не спуская глаз с юнца. Он же в это время медленно пятился в сторону девушки, что уже лишилась чувств и всех своих сил — заклятье Константина истощило ее, но не убило.        Юноша до сих пор не опустил оружия… И Воланд ощущал его страх, его решимость — броситься в безнадежный бой, чтобы выиграть немного времени, чтобы отступить. Юнцу нужно было преподать урок, чтобы после выковать из этой заготовки настоящего мага…нет, чернокнижника.              — Никому не вмешиваться. Он — мой. — удар посоха об пол, и их окружил прозрачный барьер Шторма, охвативший почти весь участок. Побег отсюда стал почти невозможен…              — Сволочь… — и юнец в алом плаще отлично понимал свое положение. Но даже так, он не бросал оружия и не обращался в бегство… — Хочешь драки? Ты ее получишь! — то было лишь самоуспокоение, легкий пшик.        Воланд стукнул посохом о землю — ему стало слегка интересно, что этот мальчишка сможет ему показать, если его загнать в угол…        ***********              — Ха! — Нирия уклонилась от водяной струи, которая проделала в каменной стене донжона идеальную косую линию, через которую можно было увидеть свет с улицы.        Перед ней была Первая Сестра — вне всяких сомнений — она отлично помнила это существо в женском обличии по своей первой серьезной задаче — подготовке ко вхождению дикого мира в состав доминиона. На ней была все та же аскетичная роба мышиного цвета с капюшоном и странная маска — в прошлый раз похожий артефакт стал трофеем Нирии, и в нем, за исключением пары весьма любопытных заклинаний, не было ничего такого, чтобы могло нести в себе смысл.        Нирия атаковала и защищалась одновременно — Воздушный Щит стал своего рода изоляцией от перепадов давления, а Темный Взрыв, составное заклятье Тьмы, Огня и Воздуха, превратилось в направленную ударную волну, из-за чего с потолка посыпалась каменная крошка, а стены заходили ходуном.        Тем не менее, Первая Сестра как будто и не заметила этого трюка — ударная волна обошла ее, словно морская волна разбилась о скалы.              «Она стала сильнее» — сделала заключение Нирия — «Надо вести ее на Воланда - одна я точно не справлюсь»        Взрывоопасная чародейка, однако, заметила, что Первая Сестра не пытается переходить в ответное наступление — напротив, казалось, что она хочет выиграть время. Для чего?        В тот же миг, Нирия была вынуждена защищаться от поднявшейся пылевой бури — все, что было не приколочено к полу, взмыло в воздух, включая и клубы пыли, шерстинки и песчинки. Воздушный щит, хоть и был надёжной защитой для глаз и легких, но он не решал проблему видимости — дальше вытянутой руки она не видела ровным счетом ничего.        Чернокнижница применила свое единственное Высшее Исчисление — Свет Архангела Доблести — он был способен проникнуть даже сквозь сильнейшие помехи зрению, развеять почти любой мрак — естественный или магический, а заодно — был неплохим средством против мелких тварей из-за Грани.        В пыли этот Свет выглядел как прожектор — через пыль отныне был идеальный обзор, но все, что смогла разглядеть Нирия, это как Первая Сестра сжала в кулаке черный цилиндр, и как Грань буквально прорезалась. На ее месте возник огромный порез, словно занавеску буквально порвали острейшим ножом        Тихая, не слышимая обычным разумным песнь Энергии Межгранья, сейчас буквально оглушила девушку — разрыв в Грани был настолько большим и глубоким, что чернокнижница не хотела выяснять, что даже в теории может из нее вылезти.        Первая Сестра буквально скользнула в разрыв, и исчезла в яркой вспышке, напомнив падающую в ночном мраке звезду.        Нирия, осознав ситуацию, громко и грязно выругалась на нескольких известных ей языках. Дело было очень, очень плохо. Единственное, что сейчас она могла предпринять, это сдерживать разрыв до подхода союзников — сама она с сшиванием такого разрыва точно не справится — с остальным она будет разобраться потом…        ***************              — И это все? — Воланд одним ленивым движением посоха парировал оба клинка юноши, словно отмахнулся от мухи. Мальчишка же от такого отлетел на пару метров. — Я ждал драку, а получил только жалкие попытки меня погладить!        Вывести мальчишку из себя оказалось не так просто — даже несмотря на давление демонического начала и подначки чернокнижника, похоже, что его воля и разум были сильны, чтобы держать такой удар.        Вместо тысячи слов в ответ, он применил то, что показалось Воланду интересным ходом — он стал использовать Энергию Межгранья в форме резких выбросов, превращая их в самые разнообразные заклятья — они не имели никакой системы, и были скорее шагом отчаяния, но, тем не менее, когда мальчишка вновь бросился в бой, ректор даже слегка попятился от того, насколько велика стала сила удара его клинков.        Он не стеснялся бить стихиями — непрерывно движущийся по Кровавой стали поток воды вдруг резко расплескивался веером капель на огромной скорости, которые бессильно опадали на едва заметной пленке щита. Затем — Пламя, Земля, и снова Вода.              — Уже лучше. Но все еще жалко — Воланд перешёл в резкое ответное наступление — размахнувшись тяжеленным для обычного человека посохом, он нанес простой удар по клинкам юнца.        Послышался пронзительный, словно девичий плач, звон металла — живой клинок парня, ещё не обретший самосознания в полной мере, дал трещину по всей своей длине, не выдержав удара высшей формы оружия восьмой ступени.        Пора было перевести урок в иную плоскость.        Стоило пронзительному звону утихнуть, как раздался резкий хлопок, и густой сизый дым заволок почти все, что было под барьером.              «Решил меня ослепить? Наконец-то» — он ощутил летящие в его сторону метательные ножи, и совершенно играючи отбил их в обратную сторону, придав им скорость вдвое большую, нежели была до этого.              — А вот теперь — поиграем. — Ветер стал перемешивать воздушные потоки, а густое облако дыма стало двигаться так, чтобы юнец оказался в его эпицентре.        Довольно быстро не-подключенный осознал свою ошибку, и очередной предмет полетел в сторону ректора. Вот только стоило Воланду применить очередную отмашку, как в считанных метрах от него прогремел взрыв — на месте, где ответная волна столкнулась с предметом.              «Контактная бомба? Неплохое решение. Но ты свой шанс упустил» — в одно мгновение, дым рассеялся, и ещё одно заклинание, провоцирующее фантомную боль, настигло паренька.        Вопреки ожиданиям ректора, он не свалился в агонии, но припал на колени, оперевшись на то, что когда-то было живым клинком. Юноша прикладывал чудовищные усилия для того, чтобы держаться, его лицо было перекошено гневом и гримасой боли.              — Урок окончен. — последним заклинанием, он выплеснул парню в лицо струю Мзаркса, от чего тот закашлялся. — Полегчало?              — Чт…что это...кхе...за дрянь?.. — золото из глаз парня ушло почти в одно мгновение.              — Отбор пройден, юноша. А твой бой — уже окончен. — парень все же сполз на землю — вместе с золотом из глаз, ушла и демоническая магия, до этого держащая парня на плаву.              — Забавно…кхе-кхре. — юнец устремил взгляд куда-то в небо — Сто дуэлей… сто дуэлей подряд — и проиграть в такой момент…              В тот же миг Воланд ощутил — Грань прорвана, а Энергия С-Той-Стороны вытекала из-за нее, словно вода, хлынувшая в пробоину днища корабля.              — Наш разговор ещё не окончен, юноша. Но, к сожалению, у меня не так много времени, как бы мне того хотелось…              — Мне…ох...уже все равно… — в его мыслях чернокнижник видел, что юноша готов к смерти, хотя, все же где-то внутри теплилась воля к жизни. Эти крохи сил сейчас держали парня, не давали ему уйти в Колыбель…        ***************        Фелиция наблюдала пейзаж после битвы… Когда-то красивый и уютный горный замок представлял собой поле боя. Даже с учётом, что в этом сражении погиб только один человек, все же, ущерб был нанесен — и ущерб катастрофический.        Сопротивление было подавлено быстро — в сознании на момент штурма осталось не больше десятка лиц, и малейшие попытки к сопротивлению были просто смяты.        Магия, казалось, покинула это место — все, что от нее осталось, это фонящий Энергией Источник, некогда питавший сложнейшую систему оборонительных и маскировочных чар, от которых сейчас остались лишь следы.        Разрыв в Грани все же был заделан — пусть даже для этого потребовались совместные усилия мастера Вез’Раля, Нирии и Воланда. Не до конца было понятно, что именно произошло в этот момент, но игрушку, отнятую у Первого Брата, забрал лично Вез’Раль — как и самого бессознательного Захватчика — и через Сумеречные Врата доставил в Аскарию.        Требовалось выяснить все обстоятельства происходившего, получить ответы на множество вопросов — и Фелиция чувствовала, что возможность дремать в кресле на должности наблюдателя где-нибудь в Хареле ей не светит ещё очень долго.        Не-подключенных привели в чувство и разделили по группам — кому-то оказали помощь, но всех их объединяло одно — им всем, в довольно жёсткой, но от того — не менее эффективной форме, объясняли происходящее вокруг них. Жестко, но доходчиво — иначе объяснить что-то вряд ли бы вышло.        Фелиция думала, а может ли она винить этих ребят — напуганных, подвергнутых манипуляциям и лжи пополам с правдой. У них ведь фактически не было возможности избежать этой истории…        И однозначного ответа чернокнижница дать сама себе не могла — а что было бы, окажись она в такой ситуации…        Отдельно, прижавшись спиной к стене донжона, сидел тот самый полудемон, которого она видела на крыше — и вид у него был крайне потерянный, едва ли не жалкий — как для того, кто смог стоять в сражении против Воланда и продержаться дольше пары секунд. Пусть даже это было скорее издевательством над парнем, но по случайно услышанным ей словам ректора, парень ему понравился.        Его не особо то и охраняли — словно о его существовании забыли.              — Эй. Ты как? — она смогла разглядеть его глаза алого цвета, и клинок — живой клинок, на чьей стали виднелась длинная, жуткая трещина.              — И?.. что теперь? — казалось, что он не до конца ее расслышал.              — Тебе — прямая дорога к нам. Другого выбора у тебя, увы, не будет — твоя сила рано или поздно сорвёт тебе крышу, если не будешь учиться ее контролировать. А твои друзья… тут уже от каждого — по способностям и каждому — по желаниям и заслугам. Скорее всего, расселят в Новой Японии…              — Хм…– он выдохнул, и горько усмехнулся.              — А как тебя угораздило демонятины нажраться? — не то, чтобы Фелиции было интересно, но этот парень был по-настоящему силен.              — Да так…странная история. Помню, что очухался где-то в глубокой яме — до верха, кажется, было пара километров. А там — как будто кусок ткани с нарисованным на нем фоном порвали — и за ним — темно-темно. Ну и…засосало меня туда. А дальше…я точно не помню. Помню, что вообще ничего чувствовать не мог — словно лишился вообще всех чувств. Помню облако, превратившееся в какую-то огромную тварь…и как я ее убил. Сначала была одна такая тварь, а потом — много. Очень много. Я словно был в каком-то лабиринте — по крайней мере, я так думал. Я по нему брел, брел, постоянно теряя дорогу. Пытался считать время — но всегда рано или поздно сбивался со счета. И в итоге — нашел выход. А потом…       «Жуткая история. Провалиться за Грань, без начала, пережить тамошних тварей и выжить, ещё и попутно пытаясь научиться держать себя в руках… Теперь я понимаю, почему Воланд им заинтересовался»       — Не боись, парень. — она искренне попыталась его подбодрить. — В Крепости тебя всему научат.       — А что такое…эта ваша Крепость?       — Ну… Говоря языком вашего мира, я слышала определение «межмировая полиция». Не знаю точно, что это значит, но ты кажется понял. И Крепость — это что-то вроде той самой полицейской академии — кажется, он слегка оттаял — в глазах мелькнул какой-то задор и даже искра интереса. — Скажу тебе по секрету — там весело.       — А… — он немного смутился — Вы ведь находите…ну. Таких как мы?       — К чему этот вопрос?       — Да так… — он явно мялся, боясь задать вопрос — Просто хочу узнать, а вы не видели… — он прошептал ей на ухо описание.       — Хм… — Фелиция напрягла память — Честно говоря, я в Крепости не была давно, но кое-кого, подходящего под твое описание, видела. Кажется, она из свежего отбора, раньше была в «детском саду» — в ответ на эти слова, парень наполнился нетерпением. — Когда будешь в Крепости, советую тебе спросить Ренса — техника Крепости, если кто и может о ней знать, так это он.       «О, Картограф, неужели все эти айнкрадские дети такие романтики? Сначала Кирито, а теперь — это крылатое чудо»       — А скоро нам до этой вашей Крепости?       — Ещё пара часов точно — у нас ещё здесь работы полно.       — А помощь не нужна? — кажется, ей удалось вдохнуть в него немного огня.       — Помоги мне отнести вон того трупака — она показала на то, что осталось от ее противника. На мгновение лицо парня изменилось, оно исказилось злобой и гневом...       — Что-то не так?       — Кто его убил? - парень показал на убитого ей мага.       — Я — в ответ он выдохнул, расслабился и посмотрел на нее — что особенно ее удивило, с уважением.       — А ты крута… Не убей ты его сегодня — я бы сам прикончил его завтра. Ты только что оказала всем нам огромную услугу. — в ответ на недоуменный взгляд Фелиции, он пояснил, — Этот парень — ПоХ, самая последняя мразь, маньяк, убийца и мастер сеять семена ненависти! — выплюнул он — Я об одном жалею — что не добрался до него в Айнкраде.       — Оу… Ну, теперь я точно по нему плакать не буду. Поверь, я не хотела лишать тебя мести… Тем более, что шанс поквитаться с ним тебе ещё предоставится. — он оживился ещё сильнее. — Кстати, я Фелиция. Фелиция Канте Самайн.       — Самайн. Просто Самайн… — представился блондин ей в ответ и протянул руку ***************** Юки сидела на втором этаже одного из домов, под охраной того самого парня, что победил ее, укутавшись в одеяло. Она заняла спальню, и сидела совершенно одна.        Хотелось плакать. Хотелось забиться в угол, как тогда — когда только появился Медикубоид, и когда Конно Юки, поражённая смертельной болезнью, стала его испытателем.              Из самокопаний ее буквально вырвал стук в дверь.              — Ю-тян?.. — из-за двери прозвучал голос их новичка — Самайна. Буквально пару дней назад они привели его сюда, и он уже показал себя как классный парень — слегка отмороженный, опасный, но от того — не менее дружелюбный и ценный. — Я войду?        Не получив от нее ответа, он вошёл в спальню. Парень выглядел сильно помятым, уставшим — запах дыма, огня и серы ударил девушке в нос — явно бился, ожесточенно и злобно. Вот только…. смысла это не имело.              — Кому грустим, Ю-тян?              — Нас разметали как котят… — от осознания этого хотелось ещё сильнее забиться в угол.              — Да, разметали/ — Самайн не отрицал этого факта. — И все же, мы живы. Мы пока ещё дышим. И угроз нашим жизням не предвидится. — Юки грустно выдохнула. — Я тут немного поспрашивал у этих сотрудников, что нас ждёт. Все будет хорошо. Братство все равно никуда не делось.              — Но… я не смогла вас защитить…              — Не смеши. Тут не то, что ты — тут даже Молния с Хитклиффом бы не справилась, настолько неравны были силы. — девушка толком не знала, кто такие Молния и Хитклифф, но учитывая, с каким уважением он о них говорил… — Я бы точно не справился — только сгубил бы всех… — в этих словах сквозила боль, словно старая рана напомнила о себе.        Самайн осторожно приобнял ее одной рукой за плечи, отчего девушка вздрогнула.              — Все ещё злишься на этого сладенького? Ничего страшного. Все ещё впереди. Ты ещё сможешь хорошенько и ото всей своей души разукрасить его смазливую харю. — одна лишь мысль об этом вызвала у Юки лёгкую ухмылку. — Просто тебе нужна сила — и мнооого силы.              — Спасибо — лидер Братства слегка улыбнулась.              — Ну вот. Не делай кислую мину — она тебе не идёт. А мы ещё наведём шороху — вот увидишь.        Закат дня в не пораженных землях уже догорал последними искрами пламени, там уже подступали сумерки. И глядя на эти последние искры, к Юки все же пришло понимание — кончилось что-то, из-за отсутствия чего где-то внутри возникла зияющая пустота...        ***************** Нирия Кауст-Блэк… смотрела на человека, что когда-то был учителем ее наставника. Что-то цепляло ее взгляд, что-то пыталось ее обмануть в этом чернокнижнике. Синюшное лицо, словно он медленно задыхался, ощущение очень странных чар, исходящее от него, и едва уловимый шум от магии Межгранья…       — А это что? — она обнаружила странное ожерелье, скрытое под высоким горлом одежды. Она попыталась аккуратно снять его телекинезом, но эффект был прямо обратным — оно затянулось на шее бывшего чернокнижника ещё туже, словно петля. Айзек резко проснулся, и схватился за этот артефакт, корчась и пытаясь вдохнуть — его глаза выпучились.              — Блядь… — Нирия попыталась разорвать цепь, но не выходило. Действовать нужно было быстро…        Поэтому, она вошла в полудемоническую форму — и принялась вкладывать в телекинез прорву своих сил — уже изрядно истраченных за тяжёлый день, и приложила ее не ко всей цепи — а лишь к одному из ее звеньев.        И дало свой эффект — цепь как будто стала поддаваться ее усилиям, а бывший чернокнижник даже смог сделать вдох.              «Ну же!» — Нирия продолжала усиливать напор — и артефакт поддался. Настолько, что слетел с шеи Айзека — и на манер какого-то насекомого и паразита, попытался запрыгнуть уже к ней.              «Дьявол!» — Нирия не была уверена, что успеет его перехватить — настолько артефакт был мелким и юрким, и настолько же он был шустрым.        Воздушный Щит разворачивался — два удара сердца. Но артефакт все приближался к ней быстрее.              — Достаточно — перед ней возникло нечто, настолько плотное, и настолько быстро, что Нирия не успела этого заметить. Просто маленькое ожерелье взяло — и неподвижно застыло в воздухе.        Воланд подошёл к нему поближе.              — Никому не приближаться. Деметра — проверить состояние Айзека — и тут Нирия услышала, как чернокнижник-ренегат разразился приступом страшного кашля. Все ещё лежащий на земле, он выглядел жутко — с выпученными глазами, мутным и расфокусированным взглядом, Кауст-Блэк был похож на выброшенную на берег рыбу.              — О…кхеее… По…кхе…мог…и…кхрее-кха…те.              — Что тут происходит? — к ним подошла Лисара.              — Не знаю. Но кажется, ничего хорошего. Помоги Айзеку — Лисара принялась лечить ренегата, но Нирия и подоспевшие несколько чернокнижников держали его на прицеле, готовые в любую секунду изничтожить чародея.        Исцеляющие чары делали свое дело — успокаивали, лечили, приводили в движение и останавливали нужные процессы, понятные лишь настоящему целителю, но не дилетанту вроде Нирии…              — О…боже… — Айзек дышал глубоко — Диана… где… — серебряные глаза оценили обстановку вокруг. — А…где я?              — Очень далеко от места, где ты должен был быть, Айзек Самайн. — ответил тихий голос ректора — Откуда у тебя эта игрушка?              — Какая…кхе…игрушка?              — Ты ничего не помнишь? — Нирия посмотрела на ренегата с недоумением.              — Не помнит — Воланд, казалось, что-то понял, и был крайне хмур. — Его разум сейчас представляет собой некую субстанцию, похожую на кисель. Вероятно, это последствия действия артефакта подчиняющего и подавляющего действия. — Нирия не была готова в это поверить.              — Но…но… У нас же должен быть иммунитет — защита разума, демоническое начало…              — Отныне это не так. Доставьте Айзека в лазарет Крепости — ему требуется помощь. И сообщите Эмису, что Первая Сестра все еще где-то в доминионе...