Город наизнанку

— Что-то ты какой-то смурной в последнее время… — заметил я, накладывая любимый хельгов чуррос в миску и ставя на стол ёмкость с какао. Он только вздохнул устало: — На работе завал… — Что, термитник разорил, да не на твой роток оказался кусок?.. Но Хельг шутку не поддержал, только хмыкнул раздражённо. — Расскажи, что случилось?.. — я обошёл стол и опустил ладони на напряжённые плечи, принимаясь разминать. — Может, вместе придумаем что-нибудь. — По-там завал. Обратился к нам глава некой религиозной организации… У них, мол, ангел пропал. Найдите его. А где искать?! Мы уже все места, где он хотя бы теоретически мог скрыться, обошли с ребятами. Бред какой-то: ангел пропал! — Ну, ангела логично искать там, где ангелам быть положено: в церкви или каком-нибудь святом месте. Нет? — Если бы речь шла о человеке, Тео, было бы логично. Но у нас, нелюдей, своя логика. Логика парадоксов. А значит, он как раз там, где его искать наименее логично. — В борделе?.. — М, не думаю, хотя возможно… Знаешь что? Я понял, куда мы с тобой пойдём! Кто может разгадать несвятого святого, как не парящая в ночи! Не скажу, что понял ход его мысли, откровенно говоря. Но направились мы в ночной клуб. — Теплой ночи, мышата!.. О, Хелле! — за стойкой я увидел миловидную молодую девушку. — Вы по делу или отдохнуть пришли? Представишь нас с твоим спутником друг другу? — Само собой. Тео, позволь познакомить тебя с владелицей клуба "Серебряный полумесяц", леди Аннетт Камбиэн, маркизой Голуэйской. Мисс Камбиэн, это мой друг и в некотором смысле коллега, Матеуш Мартел. А мы тут по работе. Мне очень нужна ваша помощь. — Приятно познакомиться, — я поцеловал поданную ручку. Прохладная, она слабо и приятно пахла ладаном. — Я к вашим услугам. Хельг рассказал, что в "ДезРат" явился некто, представившись главой организации "Свет Чудесный", где чтили сошедшего с небес к людям архангела Михаила и что совсем недавно их небесный покровитель исчез. Он жил в келье в из поселении, творил чудеса и провозглашал волю Господа. Но однажды стал жаловаться на усталость и в один ужасный день исчез. Не вознёсся на небо, не ушёл, не уехал. А просто пропал. Все его вещи остались на месте. И мы должны найти его. — Не кажется ли вам, что сей ангел пропал не без причины?.. — задумчиво спросила леди Аннетт. — А это правда ангел? Или просто ряженый актёр? — я знал, что в "ДезРат" обращаются и нелюди, и люди. И "ангел" может как быть, так и не быть крылатым нелюдем. — Судя по описанию, это не ангел. Но и не человек, — ответил мне Хельг. — Подозреваю, что он — фейри. Но не уверен, кто. Затем ответил леди Аннетт: — Само собой, он не просто так исчез. Видно, ввязался в эту секту, то ли по наивности, то ли с расчетом, а потом понял, во что влип. Но мы в любом случае собираемся предложить защиту и помощь, а не возвращать его этим фанатикам. Так вот, мисс Камбиэн: как думаете, где мы бы могли его отыскать? Ведь один тёмный всегда поймёт логику поступков другого. — Я знаю, куда делся Мишель, — кивнула девушка. — Но я уважаю его желания. Он напуган и никого не хочет видеть. — Тогда, быть может, вы хотя бы передадите ему визитку "ДезРат"? Вы ведь знаете меня и всех наших. Мы всегда на стороне тех, кто попал в беду. А у него проблемы намечаются: эти фанатики активно его сталкерят и готовы продать в полицию, чтобы его объявили в розыск. Так что наше расследование на сей раз завершилось ничем — хотя карточку леди Аннетт приняла. Я время от времени заходил в офис “ДезРат”. Заметил, что по пути вижу странных типов в черных балахонах. Вьются у конторы, будто им тут медом намазано. На мой удивленный вопрос Лиэн ответила: нашли мы их пропажу, оберегаем. А с этими что, их надо людской полиции передать, с этим работаем, Сатурныч вон поехал давать показания. Несвятого ангела я увидел, когда мы с Хельгом направились в Крылатские холмы по другому делу. — Шааффи, кто явился?.. — услышал я тихий бесплотный голос, когда мы вошли под московский сид. Я пораженно обернулся: прежде у Хранителя района не было помощников. Я увидел неземное существо: фарфоровая кожа, снежно-белые длинные волосы, фиалковые с отблеском в алый глаза альбиноса. А у головы, за ушами — а также из спины и у ног — растут белые прекрасные крылья. Я невольно потянулся к нательному кресту — и дивное создание, разрушив магию момента, тихо ойкнув, спряталось за спину многоглазого Хранителя, прикрывая руками голову, как от удара. — Не бойся, Мишель, — подошедший Хельг дружелюбно улыбнулся, — Тео — из нашего брата, он человек, но знает о нашем мире. Другие в холм и не попадают. Расскажи нам еще раз свою историю: нам понадобятся твои показания для полиции междумирья. Вот что рассказал наш не-ангел. Он — груагах, приехал по обмену в РУДН, но о России почти ничего не знал. Будучи альбиносом, он привык ко вниманию людей — и сперва ничего не заподозрил, когда его позвали на собрание организации. “Они предлагали возрождать земледелие, а это — моя стезя как фейри!” — оправдывался он. И даже когда ему навязали роль чудесного ангела, добрый дух, любивший людей, не заподозрил дурное: он умел менять обличия и не против был исцелить человека своим даром неземной сущности. — Но потом… — Мишель всхлипнул, — они привезли малыша на инвалидной коляске… Я видел, что узлы живой энергии в его ногах разорваны… Я пытался связать их своей Силой, пока не потерял сознание от истощения… Я просто не могу исцелить такую травму: я фейри, а не Господь наш Христос! Тогда глава и его помощники меня побили и заперли в подвал, без воды и пищи. Мне даже некуда было облегчиться. Мне было, наверное, проще, чем людям, но они поступили некрасиво, непорядочно! И я решил что уеду назад, на родину, хватит с меня! Мишель убежал, воспользовавшись оплошностью приносящего ему изредка попить молодого сектанта: тот был получше прочих и жалел узника, в нарушении приказа принося ему скудные остатки ужина и позволяя иногда выйти погулять. — Я не знаю, что случилось с Иеронимом… — по лицу груагаха текли слезы. — Надеюсь, они его не искалечили и не убили… Хельг успокоил: мальчишку они нашли и передали под опеку человеческой полиции. Тот ни в чем не был виноват: просто заблудший глупый мальчик, угодивший в секту. — Вот так я и скитался, где попала: денег на самолет у меня не было. И однажды ночью увидел леди Аннетт. Она сказала, что мою печаль можно пить, как дорогое вино. И ригласила пожить у себя. Иногда я спал в ее комнатке в клубе, иногда — в ее доме в дальнем районе. Вот и вся история. Простите меня, я правда никому не хотел зла! Я хотел помочь тому ребенку, но не смог!.. Я правда старался! Сообразив, что Мишель думает, будто мы пришли арестовать его, я, как умел, объяснил, что мы — на его стороне и ни в чем не обвиняем. Нам удалось побеседовать за бокалом вина — Мишель оказался приятным и неглупым нелюдем, правда, робким и ранимым. Хельг потом объяснил, что это потому, что он очень молод — его внешний возраст примерно соответствует возрасту как фейри, а для них двадцать два — сущее детство. Закончилось дело тем, что “ДезРат” передали главу секты и его приспешников под суд, а Мишеля иномирный суд постановил защищать. Ему выделили тайную квартиру неподалеку от вуза и на всякий случай за ним присматривала охрана. Насколько знаю, недобитки секты пытались его потревожить, но после того, как поняли, что у него хватает друзей — за ним приглядывали и дезратовцы, и полюбившие его друзья и посетители леди Аннетт — совершенно оставили беднягу в покое. Насколько знаю, Мишель успешно выучился — он окончил факультет международных отношений — нашел здесь невесту и они вдвоем со временем вернулись к нему на родину, в Ирландию. Вроде бы, его избранница — настоящая девушка-ангел, впрочем, не уверен. В Россию они наведываются раз-два в год и, если случается, мы с Хельгом навещаем их в “серебряном полумесяце”, где оба супруга любят проводить время. Никаких неприятностей с религией Мишель больше не имел и помощь “ДезРат” им больше ни разу не потребовалась. Вот такая история о том, как мы помогли не-ангелу обрести свою судьбу и выпутаться из неприятностей и как я стал лучше понимать логику нелюдей.