Слезы уснувшей вечности

      Отплыв от берега более ста миль, Саргон вместе с Калистратом решили, что пора уходить со столь гостеприимного корабля. Прихватив пару бутылок дорогого вина и немного еды, под покровом ночи незаметно добрались до шлюпок. Отвязав, спустили ее на воду, и спустились сами.       Только когда судно скрылось от глаз, беглецы расслабились.       – А зачем все это? – мечник обвел рукой темное море, окружающее их со всех сторон.       – Как это зачем? Нам же нужны пираты. А они в порту так просто гулять не будут. Поэтому легче всего их встретить здесь. В открытом море.       – Но какой смысл был проситься на борт, где мы стащили лодку? Не проще ли было сразу на ней и плыть? – бухтел Калистрат, рассматривая бутыль.       – Я не говорил, что нужных нам пиратов в порту не было. У них наверняка есть лазутчики и шпионы, собирающие повсюду информацию, – король сполз на самое дно лодки, укладывая голову на одну лавочку, а ноги на другую и скрещивая на груди руки.       – Хочешь сказать, что весь этот фарс для отвода глаз?       – Почти так.       – Все равно не понимаю. С чего ты взял, что мы их встретим? А вдруг здесь вообще в ближайшую неделю не будет и души?       – Не переживай, если вскоре мы на них не наткнемся, то вернемся к берегу. Давай доверимся судьбе и посмотрим, куда она заведет. Тем более, со слов очевидцев, они всегда приходят с северо-запада и уходят на юг. Сейчас мы находимся примерно на середине участка, огороженного с обеих сторон скалами и островами. Так что Кваэро вполне сможет предупредить, если кто-то объявиться в радиусе охвата моей силы, – на этих словах из воды выпрыгнула десятиметровая рыбина, создав волны, которые лишь чудом не перевернули шлюпку.       Калистрат глубокомысленно кивнул, с трудом удержавшись от падения за борт. Саргон будто и не заметил столь сильной качки.       Кваэро – один из духов природы заключивших рэмит с королем Аревии. Дух воды третьего уровня. Касатка. Быстрая и ловкая, способная преодолевать огромные расстояния за считанные часы. Но за высокую скорость и духовной энергии нужно отдать немало. Тут еще пару раз подумаешь, стоит ли использовать силу духа или все-таки лучше добираться по старинке на транспорте.       – У них тоже придется поддерживать нашу историю про братьев и женитьбу? – доверенный короля убрал емкость обратно и облокотился о бортик лодки, запрокидывая голову назад и любуясь звездами.       – Возможно, а может что-то еще придумаем.       – Чем больше деталей, тем правдоподобнее?       – Ага. К тому же нужно вызвать любопытство. Теперь остается только ждать.       – Я считаю, что мы вызовем не любопытство, а тонну подозрений.       Более они не разговаривали. Саргон еще немного поерзал, устраиваясь поудобнее на жестких досках, и наступила тишина. Только тихий шум волн и легкий скрип лодки от качки нарушали эту идиллию. Ни пения птиц, ни шелеста листвы на ветру, ничего больше не было слышно.       Но на мгновение тишину разорвал неожиданный звук голоса:       – И как долго нам еще ждать?       Король не ответил. И мечник разочарованно вздохнул, мысленно подмечая: «Как он только может засыпать так легко и быстро?»       Больше суток они провели в ожидании. За это время все съестное было съедено, а две бутылки вина выпито. От нечего делать лучшего не придумали, как во всю глотку распевать песни. В начале вполне приличного содержания, потом все хуже.       Но тут Саргон замолчал, всматриваясь в плотный туман, из которого пару минут спустя, выплыл черный фрегат.       – Невероятно… Ты жуткий любимчик судьбы, – Калистрат в шоке разглядывал приближающуюся черную махину. – Ты точно ничего не знал? Может ты видишь будущее? Какова вероятность, что это именно тот корабль, что нам нужен? – он завалил своего короля множеством вопросов.       – Я всего лишь плыву по течению. И я понятия не имею, на борту находятся нужные нам люди, или же нет. Но интуиция подсказывает – мы на верном пути, – Саргон самоуверенно улыбался и ждал пока фрегат поравняется со шлюпкой.       Калистрат иногда всерьез начинал опасаться странной силы короля. Его удача или, как тот любил называть это, интуиция переходила все возможные границы, не поддаваясь никакой логике.       Через борт фрегата кто-то свесился. Большие мальчишечьи глаза уставились на двух людей в лодке. Этот кто-то исчез, а потом на борту раздался ломающийся, но все еще писклявый голос.       Молодой мужчина пронзительным взглядом светлых глаз осмотрел пленников или неожиданных гостей, кому как удобно, изучая и пытаясь решить, что делать дальше. Матрос, который привел находку в кабинет капитана корабля, извинился за беспокойство и прошмыгнул за дверь.       – Кто вы и откуда? Как оказались в открытом море?       – Мое имя Хаан, а это Калистрат. Мы братья, сбежавшие из дома от…       – Ложь, – раздался ледяной голос. Светлые глаза предупреждающе сверкнули. – Говори правду. Если беспокоишься о разглашении информации, то не стоит. Здесь нет разницы убийца ты или фермер, раб или принц. На борту моего фрегата все равны. И все, что здесь будет произнесено, за стены кабинета не выйдет.       Саргон кивнул, соглашаясь. Этот человек, который на вид был ровесником самого короля, внушал доверие и уважение. Они были похожи во многом.       – Хорошо. Мы поверим вам. Что я, что Калистрат, рабы, сбежавшие на свободу. Купили места на корабле, чтобы как можно быстрее отплыть от берега и покинуть эти земли. Но… По некоторым причинам, я не хочу их обсуждать, нас оставили в лодке посреди моря умирать. И только благодаря мальчику с вашего корабля мы оказались здесь.       – Как долго вы провели в открытом море?       – Немногим больше суток.       – Как вы сбежали?       – Я не хочу об этом говорить, – Саргон был серьезен.       Капитан весело усмехнулся. Даже после предупреждения, эти двое не прекратили лгать. «Кто они на самом деле такие? Рабы? Смешно… Чистое вранье. Оставили умирать? Тоже – ложь. Возможно они специально оказались в море, ждали чего-то или кого-то?» Раздумывая, он неосознанно крутил вокруг запястья тонкий браслет из белого золота. Но немного погодя, решил не заострять на этом внимания и рискнуть, позволив им остаться. Все равно рано или поздно, вся правда всплывет на поверхность.       – Хорошо. В море не выкину, если не будете доставлять проблем. В некоторых местах ты явно солгал, кое-где не договорил. Но, в общем, ответил. Умеете драться? – хитрый прищур устремился к королю и его доверенному.       – Еще бы, – самоуверенно ухмыльнулся Калистрат.       – Тогда за свое спасение вам придется работать какое-то время на меня. Возражений не принимаю.       – Приказывайте, мой капитан, – оба новоявленных моряка синхронно чуть склонили головы.       – Поздравляю со вступлением в ряды пиратов.       Аревийцы были рады, что все прошло так гладко, и быстро втянулись в повседневный быт и обзавелись друзьями. Саргон стал «душой» компании. По вечерам рассказывал разные байки из жизни, а пираты делились своими приключениями.       Некоторое время спустя фрегат бросил якорь близ небольшого островка, вокруг которого было достаточно много других кораблей, не внушающих и толики доверия. Скорее всего это один из знаменитых пиратских мест отдыха, где сохранялся строгий нейтралитет, и где можно безопасно отдохнуть с возможностью пополнения запасов, перед дальнейшим долгим плаванием.       Вся команда и сам капитан, кроме пяти матросов, несущих вахту, сошли на берег и отправились прямиком в кабак. В помещении пахло дешевым алкоголем, куревом, едой неизвестного содержания и доступными женщинами. Капитан кивнул, поздоровавшись с хозяином сего заведения, и крикнул:       – Алкоголя и еды на всех.       Радостный шквал голосов перебил громкую музыку. И когда принесли выпивку и закуски, веселье пошло полным ходом.       Пираты пили и горланили песни, не жалея сил. Шлепали по задницам пробегавших мимо официанток и делали им непристойные предложения. Так продолжалось до поздней ночи, пока команда не разделилась на две части. Пираты, которым с утра нужно приступать к работе, в их числе Саргон и Калистрат, отправились нетвердой походкой обратно на фрегат. Остальные остались развлекаться дальше.       Но вернувшимся на судно выпивохам не хотелось заканчивать вечер так просто. И стоящий рядом с Саргоном мужик на не держащих тело ногах похоже решил вспомнить детство. В худшем случае у него изначально было не очень хорошо с головой, раз смог додуматься до подобного.       – Мужики у меня идея! Погнали по тросам на самый верх! А за самую крутую «бомбочку» победитель завтра будет отдыхать весь день!       И первым рванул исполнять. Наблюдая за товарищем, тут уж и остальным пьяным умам такое времяпровождение пришлось по вкусу. И вот по тросам, на самый верх, пытаясь влезть не в последних рядах, забирались пьяные в стельку пираты. А оттуда со всего маха прыгали в воду, создавая тучу брызг. Кто-то все же успевал крикнуть с заплетающимся языком: «Бомбочка!!!»       Пятеро пиратов, оставшихся на вахте, будучи совершенно трезвыми, наблюдали за действиями сокомандников широко раскрытыми глазами. Мимо них, громко смеясь, пронесся нетрезвый юнга с бутылкой рома в руке. Споткнувшись о чью-то ногу, тот звездочкой приложился о палубу. И пробормотав нечто нецензурное, остался лежать в той же позе, заснув.       – Капитан нас убьет, – обреченно прошептал один из трезвенников.       Не сговариваясь, пятеро людей на чьих плечах лежал неподъемный груз, становящийся с каждой секундой и прыгнувшим в воду пиратом все неподъемнее, разделившись, побежали выполнять свой долг.       Двое пытались снять людей с тросов, но те держались крепко и больно пинались. Тогда спасателям положения пришлось принять самое эффективное в такой ситуации решение. Вооружившись веслами, начали их сшибать, будто зрелые груши с веток дерева. Слышались только глухие удары о чью-то голову, стук упавшего тела и маты.       У троих оставшихся с одной стороны дела шли легче, а с другой тяжелее. Им доставались уже не сопротивляющиеся тела, изображающие из себя бревна. Но вытаскивать их из воды было тяжело. Мало собственного веса тела, так еще и одежда насквозь промокала, что не делало отрубившихся мужиков легче. Но на выручку уставшим трем матросам пришли разобравшиеся со своей задачей друзья по несчастью с веслами в руках.       Выловив всех, кто дрейфовал поблизости, сели в лодку и погребли отлавливать уплывающих. Благо таких любителей ночного плавания оказалось не много. Попытку сопротивления быстро прерывал глухой удар весла по голове.       И только король, налюбовавшись вдоволь бесплатным преставлением, умудрился избежать участи бессознательного тела, прошмыгнув в трюм. Там он нашел еще несколько бутылок алкоголя. И его не было видно до самого пробуждения.       На утро с красными опухшими глазами и больной головой, пахнущий жутким перегаром, на борт своего фрегата взошел капитан. И застыл каменным изваянием. От шока даже позу не поменял. Как стоял с занесенной ногой для следующего шага, усталым, немного «тупым» выражением лица и пустым, как у дохлой рыбы, взглядом, так и замер. Осмотрев место действия произошедшего вчера, кинул взгляд на кучки валяющихся тел пиратов, моргнул пару раз, пытаясь снять наваждение. Но когда ничего не получилось, продолжил свой путь к себе в каюту с каменным лицом. Но, не заметив закрытую дверь, с размаху вписался в ту лбом и упал плашмя. Встать на ноги у капитана не вышло. Приоткрыв ту самую дверку, он заполз внутрь, пока никто не видел.       Пробуждение для Саргона было действительно мучительным. Перед глазами все расплывалось, голова раскалывалась, и в ней был такой шум, что хотелось упасть и потерять сознание, только бы ничего не слышать, а во рту царил не самый приятный вкус.       «Похоже, я вчера переборщил», – хватаясь руками за голову, обреченно подумал король. Но уловив знакомый запах, напрягся и вздохнул полной грудью. И тут его лицо озарила счастливая улыбка. Этот запах принадлежал прекрасному напитку, облегчающему последствия похмелья – рассол. Даже если это всего лишь слухи, главное верить.       Выпутавшись из какой-то парусины и миновав все завалы коробок, ящиков и других вещей на пути к спасению, он замер. Его взору предстал капитан собственной персоной, который жадно пил рассол прямо из горла. Сглотнув тягучую слюну, Саргон подполз поближе и встал в полный рост.       Капитан, заметивший его, выпучил глаза и подавился. Он совсем не ожидал встретиться с кем-нибудь в этом месте, потому и удивился внезапному появлению подчиненного на таком близком расстоянии, что даже испугался. А король, не мешкая, пока капитан откашливался, забрал из его рук драгоценный напиток.       Утолив жажду, Саргон встретился со злыми взглядом и лучезарно улыбнулся, возвращая уже почти пустую емкость. Он попытался разбить гнетущую тишину.       – Думаю, пора возвращаться к работе, – прохрипел он и, выпрямившись, направился в сторону двери.       – В этом соглашусь с тобой, – капитан корабля кашлянул, прочищая горло и тем самым скрывая свою неловкость.       Выйдя на палубу, капитан и король привлекли к себе всеобщее внимание просыпающейся и протрезвевшей команды. А посмотреть было на что.       Из дверного проема, после целой ночи пьянствования, вместе выходят капитан пиратов и новенький харизматичный член команды. Оба помятые, растрепанные, в наполовину сползшей одежде. А ко всему этому у капитана, благодаря расстегнутой рубашке, видны следы засосов, что весьма неоднозначно намекает о бурном времяпровождении.       – Ну ничего себе наглость! Я тут значит шишку получил непонятно как, кстати очень большую и болезненную, а этот развлекался всю ночь? Да еще с кем? С самим капитаном! – разгневанно и возмущенно хрипел Калистрат, прикладывая к голове лед. – Ты никогда не изменишься!       – Ты чего там себе навыдумывал? – смущенный Саргон подбежал к мечнику, пытаясь закрыть тому рот.       – Как это что? То самое. Даже в такой ситуации ты не упускаешь свой шанс, – мечник ловко уворачивался от рук короля.       – Да тише ты! – шикнул на того. – Идем со мной.       – Ты с самого начала развлекался. С самого-самого начала…       Поймав руку своего доверенного, Саргон уволок его как можно дальше, пытаясь скрыться от любопытных глаз.       А капитан так и остался стоять красный, как рак, под перекрестным огнем чужих взглядов.       – Чего уставились, остолопы? Не было ничего. За работу! Мы отплываем, – и с гордо поднятой головой удалился в свою каюту.