Слезы уснувшей вечности

      Король Аревии, уже продолжительное время притворяющийся пиратом, внимательно смотрел на сцену. Там кружилась в танце хрупкая фигурка до боли знакомой девушки. Он сосредоточенно следил за каждым ее движением, за каждым взглядом, за каждой эмоцией, проскальзывающей на лице и не мог поверить в увиденное.       Но вот выступление закончилось, и другая девушка, подбежав к сцене, схватила танцовщицу за руку, весело смеясь и что-то ей говоря, потащила ту прочь.       – Подожди, Нери, – возмущенно проговорила танцовщица, едва поспевая за чересчур прыткой девушкой. – Давай помедленней. У меня не так много энергии, как у тебя. Я уже устала. Очень сильно. И есть хочу. И спать.       – Перестань жаловаться, Лейла, – сдерживая смех, Нери потянула ее дальше через толпу людей, пришедших на праздник.       Раз в три месяца в маленьком городке, не имеющем названия проводился праздник в честь прихода нового сезона и ухода старого. Проводы уходящего сезона начинались утром, а вечером весело приветствовали приходящий. Между сменой сезонов на стыке дня и ночи лучшие танцоры выступали перед публикой. Для каждого сезона были свои особенные танцы, которые исполняли в дар Богам, взамен получая благополучие, здоровье и хороший урожай.       То тут, то там раздавались одобрительные выкрики и комплименты. А Нери ласково улыбалась и благодарила всех, за то, что они пришли на представление.       Лейла молча шла за девушкой. Ей не нравилось такое внимание, да и в Бога она не верила. Вдруг ее привлекла знакомая духовная энергия. За одежду кто-то слегка дернул вниз. Она повернула голову и встретилась взглядом с ребенком. Мальчик тянул к ней свои маленькие ручки и подпрыгивал. Лейла вывернулась из чужой хватки и присела на корточки.       – Иди сюда, Киран.       Мальчик радостно обхватил руками ее шею, а девушка, посильнее прижав его к себе, встала в полный рост.       – Ну же, Лейла, давай быстрее. Чего ты там медлишь?       Устало пробормотав себе под нос: «Иду я, иду», она поплелась дальше вслед за неугомонной Нери, крепко держа свою ношу.       Та уверенно направлялась к ряду ларьков, продающих сладости и украшения. Лучезарно улыбнулась и громко заговорила:       – Вечер добрый, отец, – подбежала к нему и продолжила тараторить, только уже тише. – Ты видел? Видел? Это выступление всем понравилось. Невероятно! Я так счастлива! Лейла, а ты? Ты счастлива, что так хорошо выступила?       Лейла закатила к небу глаза, эта девчонка слишком много болтала. И прекратить ее словоизлияние было практически невозможно. Проще всего абстрагироваться от внешнего мира и полностью сосредоточиться на своих делах. Одно радовало, отвечать на ее вопросы было не обязательно. Она сама на них отвечала. Почувствовав легкое прикосновение к щеке, Лейла посмотрела на ребенка, которого все еще держала на руках, и перевела взгляд туда, куда указывала детская рука.       Внимание мальчишки привлекли большие, круглые и цветные леденцы на палочке. Она подошла к продавцу сладостей и заплатила за пару конфет. Одну из них отдала Кирану. Другую убрала на время. Ребенок засветился от счастья, как начищенная монетка, а яркие валар, мелодично переговариваясь, порхали вокруг.       – И мне одну дайте, – протягивая деньги продавцу, попросила Нери. Освободила леденец от обертки и попробовала. – Невероятно, как вкусно. А тебе понравился? – вопрос был обращен к Кирану.       Ребенок смущенно уткнулся лицом в шею Лейлы, которая ответила за него:       – Ему понравилось.       – Откуда ты знаешь?       – Иначе бы не ел.       – Ну да, логично.       – Я смотрю у тебя здесь полная идиллия, Лейла, – в разговор вмешался кто-то третий. Его голос она при всем желании не смогла бы забыть.       Валар окружили их густым облаком, словно отгораживая от остального мира. Лейла в шоке распахнула глаза, в которых мелькнул страх, и обернулась к говорившему, не до конца веря в происходящее. Но в остальном она осталась спокойна, будто предвидела этот момент и ждала его.       – Молчишь? Неужели нечего сказать? – продолжал обращаться к ней.       Нери переводила любопытный взгляд с одного человека на другого. А Киран крепче ухватился ладошкой за одежду Лейлы.       – Извините, что влезаю, – не выдержала девушка. – Но вы знакомы, да? Лейла?       – Нери, погуляйте без меня, – она опустилась на одно колено, ставя на ноги ребенка. – Присмотри за ним.       Не успела Лейла и шага сделать, как в ее руку вцепились маленькие ладошки.       – Все хорошо. Не волнуйся, – потрепав мальчика по голове, вытащила руку из разжавшихся пальцев. – Я скоро вернусь. Побудь пока с Нери, – дождавшись кивка, повернулась к ожидающему ее человеку. – Идем.       Лейла уверенно повела своего знакомого вперед, уводя подальше от толпы. Мужчина молча следовал за ней. Завернув в безлюдный, темный переулок, они остановились. Девушка, не поворачиваясь, все так же стоя спиной к собеседнику, задала один единственный волновавший ее вопрос:       – Как ты нашел меня?       – Это все, что ты хочешь узнать? Не спросишь даже, как у меня дела? – театрально обиделся мужчина. – А меня вот много чего интересует. К примеру, кто этот ребенок, который…       – Саргон. – ее голос был тих, но не скрывал угрозы. Ненужный поток слов прервался. – Мне сейчас не до этого. Если хочешь поговорить, то вначале ответь на вопрос, – сейчас ей жизненно необходимо было знать, где она ошиблась, раз ее смогли отыскать даже в такой глуши.       – Только после того, как ты пообещаешь ответить на все мои вопросы и вернуться в Аревию.       Безумная и такая привычная усмешка исказила ее лицо. Лейла повернулась к королю.       – Ты действительно идиот или только умело притворяешься? Я не намерена обещать того, чего никогда не выполню. Это же совершенно бессмысленно, – она пожала плечами и плавно, словно перетекла из одной позы в другую, приблизилась к Саргону. – Но так уж и быть, давай устроим обмен информацией. Но вопросы должны касаться только последнего года. Согласен?       Такой Лейлу он видел впервые. Саргон вновь не смог предугадать реакцию девушки. И вновь после столь долгого знакомства открыл в ней новую грань. За время пребывания той в Аревии король каждый раз видел что-то незнакомое в непокорной девчонке. Что-то, что не видно сразу же. Что-то, что сокрыто глубоко в душе. И раз за разом, узнавая Лейлу все лучше, ему сильнее хотелось докопаться до самой сути. Хотелось заглянуть в самый тайный и далекий уголок души, где хранится все сокровенное, все ее мечты и желания, все то, что девушка скрывает и прячет от чужих глаз и, возможно, даже от самой себя. И такой шанс, предоставленный ему девчонкой, упускать не собирался.       – Согласен. Но помимо этого, ты никому не скажешь, кем я являюсь на самом деле. Для здешних я простой пират по имени Хаан.       – Ладно, тогда и ты никому не скажешь обо мне. А теперь ответь уже, как именно ты нашел меня?       – Не поверишь, совершенно случайно, – пожал плечами король и еле сдержал рвущийся наружу смех, увидев, как вытянулось лицо Лейлы. Даже боль нового предательства немного улеглась.       – То есть случайно? – в голосе мелькнула надежда, смешанная с неверием.       – То и есть. Я сюда приплыл на фрегате, как один из пиратов. Решил прогуляться по городу и вот увидел тебя. Ты даже не представляешь, какого было мое удивление, – последние слова мужчина практически прошипел.       – Значит случайно, – улыбнувшись чему-то, она твердо посмотрела в золотистые глаза. – Все остальное меня мало интересует. Так что задавай один любой вопрос, – и коварно ухмыльнулась.       – Где ты сейчас живешь?       – А? Так не честно! Задавай другой вопрос, – возмущению не было предела. Она даже не заметила, что придвинулась к мужчине слишком близко. Саргон же только отрицательно покачал головой, чувствуя себя победителем в этой маленькой игре и сдерживая желание сейчас же схватить девчонку и… Дальше его размышления прервали. – Ну и ладно. Местная ювелирная лавка. Она единственная здесь.       И гордо прошествовав мимо короля, быстро скрылась в людском потоке. Саргон не стал ее останавливать. С одной стороны, город омывало море, а с другой возвышались горы. Кроме фрегата, кораблей больше не было. А на плече Лейлы все еще красовался ограничитель магии. Значит, она не покинет это место. Сейчас же королю лучше остыть, затушить разгоревшееся пламя обиды и негодования, которое душило его последние полгода, и продумать все свои действия по отношению к девчонке.       В свою каюту он вернулся под утро в ужасном расположении духа. Ему ничто не помогло отвлечься от тяжелых дум. «Радует, что хотя бы придушить эту особу мне уже не хочется». Усмехнувшись своим мыслям, Саргон завалился спать.