Слезы уснувшей вечности

      В честь долгожданного возвращения короля был устроен праздник. Пир длился весь день, незаметно перейдя в ночь. Народ пил, веселился и чуть ли не восхвалял своего правителя, что очень льстило Саргону. Его доверенные наперебой делились новостями.       В Аревии, как таковой интересного ничего не произошло. Зато Калистрат выговорился на пару десятилетий вперед. Рассказывая в мельчайших подробностях о своих приключениях.       А Лейлу в это время одолевала неясная тревога. Взгляд остановился на Киране. Тот увлеченно крутил головой в разные стороны, пытаясь разглядеть все и сразу. А потом насупился. Ему почти ничего не было видно за спинами взрослых. Поэтому, повернувшись к Лейле, протянул в ее сторону руки и обиженно надул щеки, словно собираясь заплакать. Девушка усмехнулась.       – Ты становишься все тяжелее. Или это я становлюсь все слабее… – грусть проскользнула в слабой улыбке. – Ладно, иди сюда, – она подхватила мальчишку на руки. – Так лучше?       Киран радостно закивал головой и продолжил с любопытством осматриваться. Здесь все было ново для него. Люди, танцы, напитки, угощения, развлечения. А Лейла хотела тишины.       После столь долгого пребывания в дали от цивилизации, громкие песни и разговоры заставляли неприязненно морщиться. Раньше такого не было. Раньше она веселилась наравне со всеми. Раньше – это когда ее жизнь проходила в границах Мунлайта и Миднайта. Сейчас же Лейла чувствовала себя старушкой, познавшей все таинства мира, стремящейся к уединению и покою. Ну или хотя бы прилечь и поспать.       В конец устав таскать на себе Кирана, девушка забралась на смотровую площадку самой высокой башни страны. Отсюда открывался великолепный обзор всего острова.       – Можешь подойти к краю и считать, что я тебе все показала, – она удобно развалилась на перилах, поглядывая вдаль.       Мальчишка примостился рядом. Он не хотел уходить. И так слишком долго были порознь.       Саргон довольно быстро заметил отсутствие на празднестве Лейлы. Но на поиски не спешил идти, приняв верное решение оставить ее в покое. А сам пытался утихомирить взбушевавшуюся тревогу и скрыть ее за приветливой улыбкой, обращенной к народу. К своему разочарованию он заметил, что девушка с самого острова пусть и была всегда рядом, но все равно сторонилась его. Слишком часто бросала настороженные взгляды, когда он погружался в работу, Напрягалась, стоило ему без предупреждения ее коснуться. А сегодня весь день избегала прямого взгляда, старалась быстро свести разговор на «нет». Ее что-то сильно беспокоило…       ***       Близнецы всегда были вместе. И сколько бы младшие не пытались подловить их по отдельности, каждый раз становился провальным. Близнецы мало разговаривали. Между собой они общались жестами и взглядами. А когда приходили их сестры и братья, то в основном внимательно слушали, а говорили только по необходимости. Мелькор и Эсте были словно разделенным на две равные части единым целым. Они были абсолютно разными, но в то же время невероятно одинаковыми. Близнецы словно центр, вокруг которого кружили остальные, к которому те четверо стремились. И если бы не старшие, то младшие сестры и братья давно бы уже переругались и разбежались в разные стороны. У каждого из них был сложный характер. Тот же Намо «взрывался» по любому пустяку. Манвэ тоже не отличался спокойным нравом. А Улмо могла долго не обращать внимания на раздражитель, но даже у нее кончалось терпение. И тогда остановить ее становилось сложнее, чем Намо. И даже совершенно неконфликтная Ауле, могла поддаться эмоциям. В таких ситуациях невозможно было обойтись без близнецов. Они уравновешивали их семью.       И Эсте, и Мелькор никогда не отказывали, если к ним приходили. Были идеальными слушателями. Они внимали каждому слову, улавливая саму суть проблемы. Давали огромную поддержку взглядом, жестом, улыбкой. С ними было легко и спокойно. Они будто видели всех насквозь, знали и чувствовали, находили свой подход к каждому. Но даже так, просто подойти к близнецам было сложно. Может даже немного страшно. Каждый знал, что бояться нечего, но все равно… Скорее всего это были трепет и волнение перед совершенными существами. Старейшими и сильнейшими в мире. Ни один из братьев и сестер не хотели надоедать им, мешать или отвлекать. И раз в неделю в одно и то же время, совершенно без опозданий все собирались в большой и теплой комнате у яркого камина, где близнецы любили проводить время, вслушиваясь в тихую болтовню младших и мягко улыбаясь, а младшие делились своими впечатлениями о чем-либо или новыми идеями. Это было сравнимо с единением душ.       К Эсте обращались за советами, которые всегда были неоценимы. Он мог, пусть и не в подробностях, но все же рассказать, объяснить к чему приведет сделанный выбор. К Мелькор приходили совсем за другим. Она единственная, кто способен забирать эмоции, воспоминания, желания, привязанности, боль, все что угодно. Стирать их, запечатывать или отправлять в пустоту. Нужно было только попросить ее об этом.       ***       – Что-то случилось? – подошедший Зигфрид вывел Лейлу из глубокой задумчивости.       Она сфокусировала взгляд на его спокойном лице, пару раз моргнула, пытаясь осознать вопрос.       – С чего ты взял, что что-то случилось?       – Наверное по твоему поведению. Ты избегаешь Саргона. А еще ты слишком тихая и задумчивая, – в столь внимательные зеленые глаза было сложно долго смотреть.       Лейла отвернулась обратно к окну.       Там открывался вид на лесной массив и довольно оживленную часть города. Зигфрид не дождался ответа. Он прикрыл на несколько мгновений глаза, незаметно вздохнул и тоже повернулся к окну, следя взглядом за беспечно играющими детьми.       – У Саргона скоро день рождения, ты знала об этом? – как бы невзначай спросил советник.       – Правда? И когда же? – она поддержала новую тему беседы.       – Через шесть дней. Если хочешь, то можешь подарить ему все, что душе угодно. У Саргона нет каких-то особых предпочтений, – и уже тише добавил, – иногда это приносит неудобства.       – Хорошо, тогда я преподнесу ему такой подарок, о котором он не сможет забыть до конца своей жизни! – алые глаза сверкнули азартом.       – Ты говоришь так уверенно, что теперь мне хочется увидеть его лицо в тот момент, – в спокойной зелени глаз мелькнуло тепло улыбки.       – Увидишь, куда ты денешься? Или собираешься оставить своего короля в этот день в одиночестве?       – Уж одиночество ему не грозит.       – И не поспоришь.       Воцарилась недолгая тишина.       – Зигфрид, – ее голос был еле слышен, – если я наврежу Саргону, что ты сделаешь?       – Защищу его и предотвращу угрозу.       – Убьешь меня?       – Если не будет иного выхода.       – Хорошо…       – Это и тревожит тебя в последнее время?       – И это тоже.       – Мне следует ждать от тебя нападения?       – Возможно.       – Как скоро?       – Не знаю.       – Я понял. Тогда не буду сводить с тебя глаз.       – А сможешь уследить? – она ухмыльнулась.       – Постараюсь. – Зигфрид украдкой рассматривал ее отражение в стакле. – Могу я узнать, почему ты все-таки решилась мне это рассказать?       – Ты внушаешь доверие? – Лейла озадачено пожала плечами.       – Разве? – он опустил взгляд на раскрытую ладонь, и медленно несколько раз сжал ее в кулак.       – А мне вот интересно, почему ты столь дружелюбен со мной? В тебе нет и капли ненависти.       – А она должна быть?       – Но ведь это я виновата в гибели твоей семьи, развале страны и что там еще…       – А вот я не считаю виновной именно тебя. Ты ничего не сделала. Насколько я понял из рассказа Саргона, в тот момент ты была с ним. И никак не могла оказаться в двух местах сразу.       Лейла долго всматривалась в черты лица Зигфрида, в его глаза и не находила лжи. Советник сказал чистую правду.       – Иногда я совершенно не понимаю людей…       – Не ты одна, – зелень глаз слегка потеплела.       На следующий день было созвано собрание в небольшом уютном зале, где король слушал отчеты своих доверенных о проделанной работе. Саргон скрестил перед собой руки, пытаясь хотя бы сделать вид, что вникает в слова советника. Голова болела, а глаза так и норовили закрыться. Мужчина не спал всю ночь, разгребая неуменьшающийся список дел и так и не смог поговорить с Лейлой.       И словно в насмешку, именно в этот момент дверь распахнулась. Зигфрид, выносящий на обозрение предложения по улучшению города, замолк на полуслове.       Король расслабился и тихо рассмеялся. Вот она сама и явилась к нему. Отложив в сторону очередной отчет, с нескрываемым облегчением объявил:       – На сегодня собрание окончено. Возвращайтесь к работе.       Сидевшие тихо доверенные встрепенулись и вполне бодренько попрыгали на выход. Оказывается, задремали все, кроме Саргона, который знал, чем для него обернется подобное.       – К своей вернуться не забудь, – выходя в коридор, Зигфрид не удержался от едкого замечания, как только увидел широкую белозубую улыбку короля. И как скулы не сводит?       – Зигфрид зол, – из счастливой улыбка превратилась в напряженную. – Так зачем ты пришла и сорвала собрание?       – Вот только не делай вид, что не рад этому, – Лейла нагло уселась на стол.       – И не собирался.       – Давно я что-то тебя не доставала.       Мужчина задумался.       – И впрямь, как ты продержалась целый день. Даже не представляю. Но у меня есть предложение. Через два дня мне нужно сходить в одно место. Хочешь со мной?       – Скажу честно, предложение прозвучало – так себе.       – Твой ответ?       – Почему бы и нет, – она хитро прищурилась.       – Отлично, – Саргон задорно улыбнулся. – Я уже предчувствую море приключений.       – Так бы сразу и сказал, что уже успел устать от бумажной волокиты и хочешь вдохнуть немного свободы.       Король лишь пожал плечами и растянул губы в загадочной полуулыбке. И не факт, что она предвещала что-то хорошее.       – Кстати, я тут кое-что нашел, – он достал из-за пазухи баночку с разноцветными гранулами.       – И что это? – Лейла подозрительно ее рассматривала.       – Сладости из далеких земель. Попробуй, – достав одну, протянул девушке.       Та приняла угощение.       – Странный вкус.       – На то они и элитные сладости.       – Дай еще, – она протянула руку.       – Нет. Буду давать тебе по одной утром и вечером. Иначе закончатся раньше, чем новую партию привезут. Но если пообещаешь, не есть больше двух в день, то одам всю баночку.       – Ты за кого меня принимаешь? А может это и не конфеты вовсе?       – Просто если их много есть, то у непривычного человека возникает неприятная реакция на один компонент – все тело нестерпимо чешется.       – Но если по две, то все нормально?       – Да.       – Поняла, давай сюда.       Саргон был рад, что получилось, пусть и в такой манере, но все же накормить Лейлу лекарствами, специально изготовленными для нее Алларом. Они помогали стабилизировать энергию внутри тела, но подействуют ли они на Лейлу еще не известно. И как сказал Аллар, передозировка может закончиться не очень хорошо.       Оказывается, между Аревией и некоторыми другими странами, заключивших мирный договор, например, Лумикейт на отдаленных островах или Линнус высоко на неприступных горах, были установлены порталы быстрого перемещения.       И вот, спустя ровно два дня с момента сорванного собрания, Лейла, не скрывая нетерпения воспользоваться этой штукой и проверить ее работоспособность, стояла в центре большого магического круга, с внешней стороны которого располагались факелы, загоняющие мрак по дальним углам. На нижнем уровне подвальных помещений окон не предусматривалось.       Саргон протянул теплую одежду и обувь. На что Лейла недоуменно уставилась, не спеша принимать вещи.       – Тебе они понадобятся, – мужчина терпеливо ждал.       – Зачем? – она насторожилась.       Король не хотел отвечать на последний вопрос. Так что на время сдавшись, сам натянул теплую накидку, обмотался широким шарфом. Взял Лейлу за руку и активировал портал. Перенос был быстрым и почти незаметным. Одно помещение сменилось другим, намного более темным, из-за отсутствия хоть какого-то источника света.       Постояв немного на месте, привыкая к темноте, Саргон уверенно двинулся в сторону невероятно слабой полоски света. Но Лейла стояла, как вкопанная.       – Ну же идем, – она не шелохнулась. – Лейла? – король заволновался отсутствию хоть какой-то реакции. А потом он ощутил легкую дрожь ее ладони.       Саргон перехватил руку за тонкое запястье, улавливая под кожей учащенный пульс. До слуха донеслось хриплое затрудненное дыхание. Лейла покачнулась, наваливаясь на короля. Рукой, за которую тот ее держал, она крепко вцепилась в его кисть.       – Ну же, Лейла, идем. Смотри вон там выход, – он говорил тихо, очень спокойно, при этом громче обычного вдыхая и выдыхая воздух. Он тянул ее вперед, продолжая размерено дышать.       Вскоре, резонируя с Саргоном, дыхание Лейлы приходило в норму, а шаг становился более уверенным.       – Ты как? – выйдя на свет, мужчина развернул Лейлу к себе. Он вглядывался в ее лицо.       – Нормально, – она попыталась вырваться, но не получилось.       – Ты боишься темноты? – он не смеялся, она бы почувствовала, он спрашивал, потому что переживал.       Лейла не могла отвернуться, только опустить взгляд, признавая поражение. И совсем незаметно качнула головой.       – Не ее? – он задумался, припоминая несколько событий, связанных с темными местами, а потом пораженно выдохнул. – Ты боишься закрытых помещений, где отсутствует любой источник света и не виден выход?       На это девушке нечего было возразить. У нее было слишком много ужасных воспоминаний связанных с закрытыми помещениями, погруженными в кромешную тьму. И стоило ей оказаться в таком снова, как панический страх не давал и шагу ступить, сковывая и подкидывая самые леденящие душу события минувших дней.       – Если бы я только знал, – Саргон прижал ее к груди, успокаивающе гладя волосы и спину.       – Лучше бы никогда не узнал, – она еще немного понежилась в его объятиях, а потом подняла на него взгляд. – Хватит уже, я в порядке.       Ее нехотя отпустили. Еще раз, кинув взгляд на короля, Лейла решила осмотреться.       В Аревии на момент перемещения был день, а здесь уже наступил вечер. Но не это поразило ее, застывшую в проходе неприметной пещеры, образовавшейся в скале естественным путем, а белое пространство вокруг. После буйства красок разноцветных одежд, сочно-зеленых растений, ярко-синего моря, привыкнуть к кристально-белому миру было непросто.       Саргон отошел на пару шагов вглубь. Он наблюдал за девушкой, радуясь произведенному эффекту. Лейла наклонилась и коснулась пальцами белой холодной перины, укрывшей землю и все вокруг. Не веря в происходящее, взглянула на короля и в волнении прошептала:       – Это снег?       – Да. Вот, оденься. Иначе простудишься или поранишься, – он вновь протянул теплую одежду и обувь.       – Дай мне пару минут.       Саргон согласился. И девушка, как завороженная, осторожно ступая по холодному снегу, прошла с десяток метров. Остановилась, раскинула в стороны руки и, подняв к небу голову, зажмурилась, ловя дыханием падающие снежинки.       Король не решился нарушить чужое уединение и остался дожидаться на месте, даже когда время в пару минут закончилось. Он чувствовал, что сейчас происходит что-то важное и очень личное. Что-то, что не каждому дано видеть.       Когда, наконец, Лейла вернулась под своды пещеры, ее кожа покраснела от мороза, дыхание вырывалось белыми облачками, а глаза лихорадочно блестели.       – Холодно, – тихий шепот сорвался с ее губ, она, растирая замерзшую кожу рук, посмотрела на довольного Саргона. – Спасибо. Ты все же выполнил свое обещание.       – Я всегда их выполняю, – он сунул ей в руки одежду.       – Для чего это все? – она с сомнением приняла вещи. – Я уже посмотрела на снег, так почему бы не вернуться?       – Потому что у меня еще есть здесь дела. И воспользоваться порталом в обратную сторону не получится. Для этого на восточных землях расположен другой.       – Какая ненадежная конструкция.       – Смотря с какой стороны посмотреть.       Они очень быстро вышли к поселению.       – Я переговорю с хозяином этих земель, а ты подожди меня здесь, – они зашли в огромный бревенчатый дом, и Саргон обвел теплое помещение рукой. Сам же направился к высоким и широким дверям, украшенным резным узором.       Стоящие на страже воины приветливо заголосили, перебивая друг друга:       – Саргон, мы уже заждались…       – Ну, как там «внешний» мир?..       – А сам как?..       – Кто это с тобой?..       – Девушка?..       – Жена?..       – Невеста? Любовница?..       – Ты не особо спешил…       – Но все же успел до начала бури…       – О да, сейчас же такое время года…       – И я рад вас видеть Хирики, Наорис, – Саргон все же умудрился вставить свое слово в бесконечный поток вопросов. – В мире пока все спокойно. У меня все замечательно. А это Лейла, она со мной. Пусть здесь подождет моего возвращения. И дайте уже пройти, мы еще успеем наговориться, – лучезарная улыбка осветила его лицо.       – Да, да. Проходи. Господин Яс уже ждет.       Лейла обреченным взглядом проводила спину короля, предчувствуя долгое время безделья и одиночества.       Спустя около четырех часов Саргон распрощался со старым знакомым и в приподнятом настроении покинул круглый зал для приема гостей. Как и ожидалось, Яс во всем поддержал короля Аревии.       Оглядевшись, он не обнаружил Лейлу и обратился к оживленно обсуждающим местных девушек охранникам:       – А где Лейла?       – Вышла. Ей вроде здесь надоело, и она ушла прогуляться.       – Благодарю, – вежливо кивнув, ступил за порог на улицу в поисках пропажи.       На улице стало совсем темно и свет исходящий от немногочисленных окон, где хозяева еще не легли спать, не улучшал видимость. Северное небо все же было удивительным. Очень чистое, глубокое. Иссиня-черное с ярко-белыми звездами и неполной красавицей луной.       Мужчина выдохнул и, поправив шарф, поплотнее укутываясь в него, направился вдоль здания. Снег приятно похрустывал под ногами. А ветер заметал оставленные следы, поднимая снежинки в воздух.       – Что-то долго ты там, – раздавшийся снизу недовольный голос заставил короля вздрогнуть.       Лейла сидела за углом, привалившись к бревенчатой стене. Она сжалась в комок и уткнулась носом в согнутые колени, хоть так сохраняя тепло. Взгляд изучающе блуждал по оседающим на одежду снежинкам.       – Почему ушла? – король присел рядом.       – Надоело.       – Замерзла?       – Чуть-чуть.       Мужчина снял широкий шарф и намотал его на девушку, позабавившись ее реакции.       – Что вы так долго обсуждали?       – Лумикейт – это название всей земли нескольких островов, соединенных между собой. И живут здесь не так, как в других странах. Это скорее огромное племя с вождем, Ясом, во главе. Они сильные воины, уважающие и почитающие духов. Поэтому среди них много рэмитов. У меня было к ним деловое предложение. И они согласились.       – Это хорошо.       – Утром можем отправляться в восточные земли, там пробудем еще несколько дней.       – Ага, – алый взгляд устремился в небо. – Снег вновь пошел.       – Здесь это нормально. Тем более скоро разыграется буря.       – Есть хочу.       Грудной смех короля нарушил ночную тишину. Мужчина поднялся и протянул руку Лейле.       – Идем.       Она хмыкнула, но предложение приняла.