Слезы уснувшей вечности

      Спуск с вершины горы был таким же утомительным, как и подъем.       – И все же, чего ты боялась, идя сюда? – Саргон двигался на шаг позади.       – О чем ты?       – Не думай, что я не заметил. Ты не просто так открыла портал столь далеко от нужного места. Одной из причин, возможно, и была защита от обнаружения. Но уверен есть и другая, решающая.       Помедлив с ответом, она вздохнула.       – У тебя когда-нибудь был важный человек, которого ты безмерно уважал и любил?       – Да. Был.       – Тогда представь, что этот человек дал тебе все: дом, семью, власть, любовь, благословение. Все, что он имел сам. А ты совершил одну ошибку, потом еще одну, и еще, что привело к разрушению дома, ослаблению семьи и практически смерти того самого дорогого для тебя человека. И нужно после всего этого с ним встретиться.       – Ты боялась увидеть разочарование, – он не мог видеть ее лица, но был уверен в правильности своего вывода.       – Возможно, но это было бы куда как лучше, чем беспокойство, – тихая усмешка. – Почему Эстэ не обвинил меня, почему не отругал? Он… – она сжала кулаки. – Он был рад, что у меня все хорошо, что я жива, и он беспокоился обо мне.       – А разве не так поступает любящая семья?       – Наверное, ты не совсем понимаешь. Ты знал, что стена, возведенная между истинными хозяевами мира и людьми, появилась неслучайно? А что тысячелетие назад браконьеров почти не было? Лишь единицы, но мы от них быстро избавлялись. Или что сейчас духи все чаще впадают в безумие, потому что их энергия окрашивается в черный? – Лейла замедлила шаг. – Все это из-за меня. Все страдают только по моей вине. Я ошиблась, сделала неправильный выбор, испугалась и отступила. Если бы только тогда рука не дрогнула. Если бы только тогда мне хватило уверенности в правильности действий. Если бы только тогда я не струсила… – она со злостью откинула мешающие волосы за спину. – Сколько же этих если.       Саргон видел ее отчаяние и пожирающую изнутри вину. Теперь он понял и ее нежелание идти с ним спасать духов от держащих тех в клетках на привязи браконьеров.       – Те, кто рассмотрел и понял свою слабость, смогут стать лучше. Сейчас ты можешь идти вперед. Так не останавливайся и исправь все, что тебе не нравиться. А я помогу и поддержу в трудный момент. Идет? – его лукавой улыбке можно позавидовать.       На ее лице непроизвольно появилась широкая улыбка. Она ничего не ответила, продолжила прерванный путь и слегка кивнула. Но король смог это заметить.       – Значит согласна, – он ощутил удовлетворение. – И еще кое-что. Те, кто дорожат любимым человеком и отдают ему все, что имеют, не могут испытывать к нему разочарование или презрение. Страх за него, беспокойство, гордость, радость, но не разочарование. Знаешь, если родители, любящие своего ребенка, узнали бы, что их чадо совершило глупость или где-то ошиблось, что повлекло за собой неприятные последствия, то уверен, они бы очень сильно волновались и всем сердцем желали ему счастья. Они бы помогли всем возможным, лишь бы их дитя было живо и здорово. А Мелькор и Эстэ, можно сказать, воспитали тебя, не так ли? Значит их можно считать твоими родителями?       – По твоей логике у меня три матери, три отца, сестра и четыре брата.       – Разве не здорово иметь такую большую и дружную семью?       – Очень…       К тому месту, где оставили Кирана и Солна, они вернулись около полудня. Солнце нещадно пекло голову, а тихий ветер ни капли не спасал. Но деревенским, работающим в поле, это не доставляло неудобств. Те вовсе не замечали неестественной жары, может привыкли.       Навстречу им выбежал радостно-возбужденный Солн. Уж как он узнал, что Лейла и Саргон вернулись, так и осталось загадкой. Юноша отвел их к уютной поляне за пару километров от селения. Оказывается, ночлег местные предоставили, а вот еду предлагать отказались. Ни Солн, ни тем более Киран от такого положения дел не расстроились. Оба вполне могли прокормиться сами. Они и спали бы под открытым небом, да вот только ночью становилось совсем уж холодно.       И стоило всем усесться вокруг небольшого костерка, как Солн все-таки не выдержал и с воодушевлением принялся рассказывать, что успел узнать. Лейла, никак не принимая участия в монологе, наслаждалась зажаренной тушкой кролика. Киран также не участвовал в разговоре, он вообще отсел подальше. Создавалось впечатление, что Солн успел ему жутко надоесть. И только Саргон иногда кивал головой.       Удивительно, но Солну удалось раздобыть довольно таки много информации. Оказывается, что совсем недавно, недели две назад, пятеро деревенских отправились на охоту и не успели вернуться домой засветло. Здесь ночь считали опасным временем, когда все демоны просыпались и тоже отправлялись на охоту. И несдобровать тем, кто попадался им на глаза. Горе-охотники спешили вернуться. Но в какой-то момент сбились с пути из-за густого белого тумана, окутавшего лес. Они все продвигались вперед, и вроде бы уже вот-вот должна была появиться деревня, но вышли у большого водоема. Вот только вокруг поселка на многие мили вокруг не было ничего подобного. И там, у этого водоема, был некто или нечто страшное…       Вернувшиеся перепуганные люди не смогли толком объяснить, что им привиделось. И был ли там вообще хоть кто-то. Но с того дня все ожидали беды.       В первый же день, стоило луне исчезнуть с ночного неба, как один из вернувшихся с охоты ночью пропал. А на следующую ночь та же участь постигла еще двоих.       – Думаю, сегодня подобное произойдет с оставшимися двумя, – этим Солн и закончил свой рассказ.       – Если деревенские так боятся выходить из дома по ночам, значит это происходит не впервые? – не было похоже, что Саргон задавал вопрос хоть немного заинтересовавшись. Скорее по привычке продолжал диалог, но мысли его явно находились в другом месте.       – Именно. Этот кто-то забирает людей только в три ночи новолуния. И лишь тех, кто видел озеро, которого не существует.       Староста деревни молчал, хоть и провожал путников презрительным взглядом, да цокал языком, стоило пересечься с ним глазами. Лейлу подобное отношение бесило, но рядом, как ни в чем небывало улыбался Саргон. И ее раздражение становилось меньше, почти незаметным.       Ночлег представлял из себя просторный ангар в два этажа. Лейла поспешила занять отдельный ото всех стог сена. Он кололся, и лежать на нем было неудобно. Сон не шел.       В полночь от высохшего водоема до деревни растянулся белоснежный туман, а вместе с ним появились и чуждые этому месту и времени звуки. Кто-то напевал. Как будто птица перепутавшая время суток, вместо дня дарила всем свою песню глубокой ночью. Звук нарастал, затихал, почти замолкая, и постоянно искажался. Он звал, манил. Ему нельзя было противиться.       Лейла спустила босые ноги на дощатый пол, и, ощущая прохладу, вышла на улицу. Вне дома было холодно. Даже не верилось, что еще пару часов назад воздух казался раскаленным. Она посмотрела по сторонам, но плотный туман мешал обзору.       Изначально в ее планы не входила прогулка без обуви и некоторых других атрибутов одежды. Но вдалеке мелькнул чей-то силуэт, и она ощутила чужое безудержное желание убивать.       Солн тоже в эту ночь не сомкнул глаз. Он знал, что сегодня была возможность узнать, куда пропадали люди, и что с теми происходило потом. Знал и ждал. Появившаяся на улице Лейла привлекла его внимание. Та осмотрелась и уверенно поспешила прочь от деревни. Юноша отправился следом.       Иногда Лейла останавливалась, прислушивалась и двигалась дальше. Эпицентр жажды крови находился дальше. Оттуда же доносился отчетливый страх. Видимо оставшиеся два охотника из маленького списка жертв очнулись от гипнотического состояния и осознали, где находятся. Но сбежать у них уже не получится.       Она вышла на открытое пространство. Туман плотной стеной остался за спиной. Лейла настороженно всматривалась в неясный силуэт, нависший над перепуганными людьми. Но неожиданно позади нее из тумана выскочил Солн.       – А ты что здесь делаешь? – раздражение Лейла даже не пыталась скрыть.       – Я за тобой шел, – глупо улыбаясь, он пожал плечами. – И что тут у нас? – его взгляд устремился вперед. – Как и думал, во всем замешан дух. Похоже очень разгневанный дух.       – Лучше тебе убраться отсюда.       – Но я не могу оставить тебя здесь одну. Если бежать, то давай вместе.       – Тогда не мешайся под ногами.       – Даже в мыслях не было.       Сейчас ей было не до любопытного мальчишки, потому, махнув на того рукой, Лейла поспешила к духу.       – Остановись! – она попыталась переключить внимание на себя, но дух не реагировал.       Он одним резким движением откусил руку рослому перепуганному мужчине. Лейла не успела помешать.       Окровавленная морда с расплывающимися чертами довольно скалилась, предвкушая расправу. Челюсти с острыми перепачканными зубами приоткрылась, выпуская ненужную конечность человека. Лейла встала между ними, загораживая дико кричащего от боли мужчину и смело глядя в алые глаза духа.       – Не смей их трогать, – она сжала губы, только сейчас понимая, что оставила свое верное оружие в деревне. Сейчас бы оно было незаменимо.       Дух не отводил взгляда от девушки перед ним. С его клыков крупными каплями стекала еще теплая кровь.       Солн только сейчас понял, что все страхи деревенских были не напрасны. Ноги дрожали, ему было тошно от того, что только что произошло. Он еще долго будет вспоминать этот мерзкий звук разрываемой плоти. И вряд ли в ближайшее время сможет спокойно смотреть на мясо. Тем более есть его. Он толком не понял как, но дух обошел Лейлу и мгновенно оторвал воющему от боли голову. И не теряя времени, темным облаком окутал второго мужика, пытающегося отползти как можно дальше. Брызнула кровь и по сторонам разлетелись ошметки мяса.       Солн упал на колени, в ужасе смотря на кровавую кашу в ста метрах от себя. А выражение лица Лейлы было вовсе нечитаемым. О чем она думала, видя все это? Что чувствовала? Она не ожидала подобного. Не успела закрыться, и можно сказать, что побывала в шкуре жертв духа. От подобного тело оцепенело. Она понимала, что все ощущения не ее, но из-за проклятой эмпатии мозг посылал сигналы, полностью уверенный, что дух разорвал на куски именно Лейлу.       Дух вился рядом, не нападая, но и не отступая. Он узнал в девушке хранителя.       Лейла с усилием повернула голову в сторону Солна и безмолвно, лишь губами, произнесла:       – Уходи.       В тот же миг дух обратил внимание на Солна, зарычал. В воздух из ниоткуда поднялась огромная волна, которая расходясь от эпицентра в стороны, сметая все на своем пути.       Все погрузилось в темноту. А открыв глаза, Лейла очутилась в воде. Куда ни посмотри, та была всюду. Видимо она потеряла сознание, и теперь находилась на территории духа.       – Покажись. Я знаю, что ты рядом. Келпи!       По поверхности разошлись круги. Дух воды вышел на поверхность и молчаливо с легким упреком взирал на хранителя.       – Ты же понимаешь, что я не могу оставить все как сейчас. Ты должен прекратить убивать. Иначе, мне придется избавиться от тебя, – говорить это было почему-то больно.       – «Я не могу остановиться».       – Почему?       – «Не могу перестать ненавидеть людей».       – Расскажи свою историю.       – «Зачем»?       – Я хочу помочь.       – «Мне не нужна помощь».       – И все же мне хотелось бы понять, почему твоя ненависть столь сильна?       – «Потому что люди глупые создания, которые не умеют ценить жизнь других».       – Твоим домом было то озеро недалеко от деревни, верно? Но ты ушел и забрал воду с собой. И именно из нее состоят туман и это место. Но если ты можешь подобное, то почему бы просто не поселиться где-нибудь в уединенном месте?       – «Здесь ее дом. Она не хотела его покидать».       – Чей здесь дом?..       Келпи много веков проживал в большом озере. Поддерживал его чистоту и уровень жизни местной фауны. Видел, как пришли люди, как построили дома, как жили и развивались. Но интереса к ним не было.       Однажды на берег стала приходить странная девочка. Келпи не нравились незваные гости. Но сколько бы он ее не пугал, сколько бы она не убегала в страхе, все равно возвращалась. Раз за разом. В итоге Келпи стало интересно, что не так с этим ребенком?       С тех пор они много времени проводили вдвоем. Иногда в засуху она просила помощи с урожаем. И дух делился водой из озера, поддерживая жизнь растений. Она всегда рассказывала о жителях деревни с теплотой. Но ни разу не рассказывала о себе. Возможно ее жизнь в этом месте не была столь красочной, как ей хотелось бы на самом деле. И все же эта странная девушка не хотела уходить отсюда. Для духа это было непонятно.       Пик силы Келпи приходился на новолуние, когда как в дни полной луны он был слаб. И тогда дух уходил на дно озера, пережидая минуты беспомощности. И именно в один из таких периодов на эти земли обрушилась сильнейшая гроза. Ветер сносил деревья, рушил дома. А ливень и град шли непроглядной стеной, уничтожая посевы.       Люди сразу же нашли козла отпущения, обвинив во всех невзгодах одну единственную девушку. Говорили, что она часто проводила ритуалы на берегу жуткого озера, призывая и общаясь с демонами. И теперь эти демоны прогневались и решили таким способом наказать. Девушка пыталась воззвать к рассудку селян, но те и слышать ничего не желали. Она боялась, что если кто-то прознает о Келпи, то духа в ту же минуту лишат жизни. А сейчас он очень слаб, он не сможет дать отпор обезумевшим людям. И девушка отрицала, оправдывалась, что ни с какими демонами никогда не водилась. Но ей не верили. Ее несколько раз видели на берегу, как она разговаривала то ли сама с собой, то ли с темной бурлящей водой. Однажды кто-то видел рядом с ней расплывчатую тень. А большего селянам и не нужно было, дабы уверовать в своей правоте.       Они пытали ее, заставляя признаться во всех грехах. Но она продолжала стоять на своем. В конце концов, жители, ее родные, друзья, соседи, знакомые, замучили девушку до смерти. И посовещавшись, приняли решение бросить истерзанное тело в озеро, дабы успокоились демоны.       На третий день озеро полностью испарилось.       А обезумевший дух, начал свою кровавую жатву, с удовольствием пытая, убивая и топя в озерной воде глупых и невежественных людей.       Лейла молчала. А что она могла сказать в такой ситуации? Что все будет хорошо? Но ведь не будет. Или может, что Келпи не прав? Ну ведь прав же. Она и сама бы так поступила. Ей была невыносима эта напряженная тишина. Ее звон противно бился в голове, мешая собраться с мыслями.       Рядом с духом мелькнуло нечто золотистое. Хранитель присмотрелась внимательнее.       – Та девушка была дорога тебе? – она протянула руки к маленькой валар. – Думаю, я понимаю ее причину остаться, – Келпи заинтересованно повел ухом. – Она хотела остаться рядом со своим единственным другом. И не хотела уходить туда, где не было бы тебя.       Лейла сжала в ладонях валар, насыщая ту своей духовной энергией. И валар обратилась человеком.       – «Так эта глупая девчонка так и не ушла»?       – Нет. Она всегда оставалась рядом с тобой. Но не могла сказать или как-то еще дать тебе знать об этом. Ты отвернулся от света и не мог ее видеть. Она говорит, что жалеет. Она ушла, так и не попрощавшись с тобой. А еще, она хотела бы, чтобы ты жил счастливо. Отпустил свою ненависть и забыл о ней. Просит спасти тебя.       – «Меня не нужно спасать. Слишком поздно. Я уже не смогу остановиться. Хранитель, у меня есть к тебе одна просьба, – Лейла догадывалась какая именно. – Избавь меня от этих мук. От моей тьмы. Убей меня».       Душа убитой девушки закрыла лицо руками, пряча горькие слезы, и опустилась на колени.       – Но разве это не будет немного специфическим, но все же спасением?       – «Возможно».       – Уверен? Не передумаешь? – Лейла видела всю пожирающую духа печаль, гнев, ненависть, пустоту. Чувствовала.       Келпи провел мордой по волосам своей погибшей плачущей подруги. Лег и сложил к ней на колени голову. Та вытерла покрасневшие глаза. А потом зарылась в густую гриву, обнимая за шею.       – Можешь назвать свое имя?       – «Альбатем».       – Я буду хранить память о тебе, пока не исчезну сама. Прощай, Альбатем.       Тело духа обратилось в лед и разбилось на тысячи осколков. А душа девушки искренне поблагодарила, взмывая ввысь ярко-белой валар.       Туман рассеялся. Холод уступил теплой летней ночи. Все вернулось на круги своя. Лишь в озере более не было жизни. Теперь его смело можно назвать мертвым.       – И почему духи не имеют второго шанса? – вопрос был адресован безлунному небу.       Хлопанье крыльев. Совсем рядом. Глухой стук. Кто-то шагает по твердому льду. И скрежет лезвия, входящего в ножны.       – Ты не ранена? – голос взволнованный и такой родной.       – Нет. Со мной все хорошо. Только прошу, забери меня отсюда, Саргон.       Алые глаза полные печали встретились взглядом с обеспокоенными золотыми. Король кивнул. Поднял на руки хранителя и взобрался на спину Ойи. Дух расправил широкие крылья, плавно взмывая вверх.       На берегу их уже ждали Солн и Киран, который забрал все забытые в спешке вещи. Больше не нужно было возвращаться в ту деревню. Теперь можно сразу отправляться в путь.       – Так ты выжил, – Лейла была совсем немного, но рада видеть этого сверхэнергичного юношу.       – Ну так я же говорил, что быстро бегаю.