"I'm fine"... but "Save me"...

Лучик морозного солнца прокрадывался в комнату, где мирно спали двое спрятавшихся душ, обнимая друг друга и согревая своим теплом. Первым проснулся Юнги, разглядывая прекрасное личико напротив. Такие мягкие черты лица сводят с ума юношу в этот момент, так и хочется коснуться его, но он не смеет нарушать безграничное спокойствие Чимина, продолжая лишь разглядывать. Омега тихонько посапывает в любимых объятьях, но через мгновенье, когда любопытное солнышко достало и его глаз — жмуриться, сладко потягивается и просыпается. — Доброе утро, малыш… — Мин тянется к нему целуя всё ещё красные и припухшие губы Пака. Юнги целует нежно, ласково сминая прекрасные уста, не проникая во внутрь рта. Он притягивает к себе Чимина, слабо обнимая его за талию. Омега отстраняется и сонно потирает глаза, садясь на кровати. — Доброе… Я ведь еще зубы не чистил, а ты со своими поцелуями! - Мне всё равно… Если я хочу — то поцелую, — он ухмыльнулся и, поднявшись, повалил Пака обратно утягивая в плен своих объятий. — Юнги! — Шшш… Давай так ещё полежим… — он уткнулся в плечо омеги вдыхая сладкий аромат. — Ты кушать хочешь? — спросил Чимин, поднимая белый флаг и больше не сопротивляясь действиям Юна. — Пока нет. Ты хочешь приготовить мне завтрак? — Да, я хочу сделать это утро особенным для тебя… — Оно и так уже особенное, ведь ты со мной… Возле тебя так уютно, тепло и спокойно… Ты — мое маленькое счастье… Я всегда буду тебя оберегать… — нежно проговорил альфа своим утренним, слегка грубым, заспанным голосом и ещё больше прижался к омеге. — Я люблю тебя… — тихо прошептал Пак и чмокнул его в лоб. Так они пролежали ещё около получаса, однако бурчание в животе Юнги заставило омегу засмеяться и выпутаться из цепких объятий, чтобы пойти и сделать ванные процедуры, а уже после спуститься вниз принимаясь за готовку. Мин последовал за ним в ванную и на кухню, неохотно лишаясь ощущения тепла от прекрасного тела в своих руках. Сидя за столом он внимательно наблюдал за каждым движением своего медового мальчика, от чего улыбка сама прорисовывалась на лице. — Что ты будешь готовить? — спросил альфа подпирая одной рукой голову и продолжая смотреть за тем как Чимин бегает по кухне в поисках нужной тарелки. — А чего тебе хочется? — внезапно он остановился и посмотрел невинными глазками на юношу сидящего за столом. — Ну вообще-то я бы хотел пасту… и … — Юнги сделал такой вид будто глубоко задумался. — Пасту я умею. И что там еще? — продолжая искать нужные приборы уже в шкафчике снизу. — И еще я хочу… тебя, — альфа пошло усмехнулся устремив свой развратный взгляд на тело омеги, который нагнулся доставая кастрюлю. Он прошелся по каждому открытому участку кожи, вспоминая как ласкал эти места, как ставил свои отметки, всему миру крича о том, что этот мальчик теперь только его. Чимин выпрямился и посмотрел на альфу и в этот момент у него пересохло горло, он непроизвольно облизнул губы. Конечно, Пак тоже помнил каждое касание, нежные губы на своих ключицах и по всему телу, каждый его возбужденный рык и толчок, за которым сразу следовал сладкий протяжной стон омеги. Но вдруг Юнги перестал смотреть на него так и просто обычно спросил: — Так что…ты будешь меня кормить? Я бы потом посмотрел с тобой какой-то фильм, хочешь? — абсолютно невинным голосом предложил, будто минуту назад ничего не было. Чимин совсем растерялся, он быстро забегал глазами из стороны в сторону, не находя себе предмет на котором можно было бы остановить свои глаза и немного успокоить бешено колотящее сердце. — Или ты хочешь заняться чем-то другим? — вновь вернул тот взгляд, просто приковал его к омеге, страстно пожирая его глазами. — Юнги! — Пак заметно покраснел, однако ему нравилось чувствовать возбужденный взор Мина на себе. — Да шучу я. Не переживай. Это произойдет снова только по твоему согласию. Я не такой. Не хочу заставлять тебя делать то, что тебе не нравиться или… — Юнги чеканил слова будто давая клятву и не кому-нибудь, а самому себе, но его перебил тихий смущенный голосок Чимина. — Но… мне нравиться… Юнги пламенно смотрел на него, читая искренность в прекрасных карих глазах. — Мне нравиться, что ко мне прикасаешься именно ты… — не понятно откуда взялась эта смелость, но он смотрит прямо в глаза закончив фразу. Юнги улыбнулся на слова Чимина и поднявшись начал медленно подходить к омеге, заставляя того застить на месте и абсолютно перестать дышать, продолжая смотреть на альфу не отрываясь. Он подошёл в плотную наслаждаясь ярко выраженным ароматом мёда в воздухе. Этот запах Чимина так дурманит Юнги и притягивает к себе, невозможно оторваться — он точно в плену. Рука Мина скользнула по нежной коже руки Чимина, обжигая, но принося невероятное удовольствие. От этого движения омега зажмурил глаза, слегка дёрнувшись на месте. — Давай я помогу тебе приготовить нам завтрак… — тихо прошептав близко-близко к лицу, альфа медленно забрал кастрюлю из рук медового мальчика и направился наполнять водой емкость, как ни в чем не бывало. А Чимин всё ещё ощущая на себе то легкое прикосновение так и остался стоять на том же месте, приводя свое дыхание хоть в какую-то норму. — Малыш, мы будем готовить? — Юнги своим голосом вывел его из мыслей и постарался своими движениями сосредоточить на процессе готовки: он тщательно мил овощи изредка поглядывая на кастрюлю с водой на огне, — Вот, — он подал ему морковку, — можешь нарезать? Я пока достану сыр и натру его. Чимин взял овощ и максимально сосредоточился на главном задании — нарезать его. Омега даже не понял, что Мин взял на себя сейчас всю функцию шефа. На кухне через время появился приятный аромат готовой пищи, а идиллия двух умелых поваров не могла не радовать глаз. Здесь было уютно, изредка был слышен смех радостного омеги. — Так, паста почти готова, — известил Мин опираясь на кухонное покрытие. — Юн, ты там говорил про фильм? Я бы с радостью посмотрел сегодня что-то с тобой, — Пак прибирал кухню после готовки, пока увлеченный альфа возился с порциями. — Конечно, — не сдерживая улыбку согласился Юнги, — Садись. Всё уже готово. — Это, наверное, невероятно вкусно… — Чимин откровенно наслаждался запахом, который распространился белой змейкой по всему дому, закрадываясь в каждый уголок и пробуждая с новой силой аппетит. — Главное, что с любовью, — добавил альфа и они наконец принялись за еду. Юнги не спешил пробовать свое, увлечённо наблюдая как омега с диким восторгом уплетает приготовленную ими пасту. — Боже, Юн, это божественно вкусно… — промычал Пак. Альфа лучезарно улыбнулся себе под нос и тоже начал кушать. Но вдруг Чимин опустил свой столовый прибор и взволновано посмотрел на обладателя цитрусового запаха. — Юнги… Альфа поднял свой взор и радость на его лице сменилась беспокойством, когда он заглянув в любимые глаза и нашел там тревогу. — Что? Что такое? — Я только сейчас вспомнил за Тэхёна… Интересно как он там… — Боже, ты меня напугал… — облегченно выдохнул Мин. — Давай мы им чуть позже позвоним. Уверен, — он потянулся к руке Чимина беря её в свою и медленно поглаживая, точно успокаивая, — они в порядке. Думаю, ещё спят, потому что сейчас на часах только 8 утра. — Ну хорошо посмотрим фильм и сразу же позвоним. Обещай мне… — пригрозил пальчиком. — Да, обещаю. Я свое слово держу. Не переживай, всё будет хорошо — лучше кушай. Кстати, какой фильм посмотрим? — А какой ты хочешь? — глаза заблестели, он и в правду немного успокоился: слова Мина угомонили бурю переживаний, что поднялась в нем при воспоминании вчерашнего случая. — Мне без разницы, я хочу посмотреть фильм который выберешь ты. — Тогда давай просто включим первый попавшийся и будем смотреть. Согласен? — встав из-за стола омега направился к мойке. — Лучшая идея, — альфа повторил действия за Чимином. Юнги поставил тарелку в раковину, но не отошёл. Обнимая своего медового мальчика со спины, он облокотился на его плечи своим подбородком, совсем не желая от него отходить. — Юнги, мне нужно помыть посуду… — Мой, я тебе не мешаю, — он ещё сильнее прижался, щекоча своим дыханием нежную кожу на шее Пака, вбирая в себя такой дурманящий аромат, пропитывая им всего себя. Омега принялся мыть посуду, пытаясь не думать о действиях мандаринового юноши, а Юнги бессовестно начал касаться губами нежной кожи в попытках найти пульсующую жилку наощупь. — Юнги… — томно выдохнул Пак отвлекаясь, и на время прекращая свое занятие. — Ммм… — протянул альфа, отзываясь, ему нравилась такая реакция на его прикосновения. — Что малыш? — точно опаляя кожу дыханием и словами. Снова припал к шее, немного спускаясь к ключицам и уже уделяя внимание им. На старых отметинах, ещё со вчерашнего дня, он оставлял свои поцелуи, не кусая и не засасывая — зная, что может быть больно. — Юн… А как же фильм? Мгххх… — сдерживаясь и слегка затуманено проговорил Чимин, облокачиваясь на поверхность возле мойки. Альфа отстранился и довольно чмокнув в открытый участок плеча прошептал на ушко:  — Я жду тебя в гостиной, будем смотреть фильм. В ответ — лишь сбившееся дыхание омеги. Мин Юнги сидел на диване в гостиной и о чем-то напряженно думал, когда в комнату зашёл Чимин и вывел его из удушающих мыслей. Сладкий аромат омеги почему-то так успокаивал альфу, он мог забыть обо всем на свете. Пак сел на диван рядышком и включил телевизор. Он переключал каналы в поисках какого-нибудь фильма, и нашёл — это была мелодрама, однако кратко взглянув на Юнги, он переключил еще один канал, посчитав что ему не понравилось. — Оставь, мне нравиться. Иди ко мне… Чимин довольный решением альфы вернул назад интересующий его фильм и удобно расположился на груди юноши с запахом леса после дождя и нотками чарующего цитруса. Они смотрели фильм, отвлекаясь лишь на взаимные поглаживания и краткие поцелуи. Им было хорошо друг с другом. Мин в душе очень радовался, что отпустил давние обиды и смягчился по отношению к этому ласковому мальчику, который откровенно крепко засел в его сердце с первой улыбки. На большом экране телевизора появились быстро убегающие титры, знаменуя про окончание фильма. Чимин неохотно приподнялся с такого уютного места, чтобы выключить интересную мелодраму с интригующим концом, которая, к сожалению, — закончилась. — Тебе понравился фильм? — спросил Юнги тоже приподнимаясь и удобно усаживаясь на мягком диване. — Да, это было интересно. Больше всего мне до души припал момент с их прощанием в Париже. Душераздирающий, я бы сказал… — омега взбудоражено с ноткой грусти рассказывал свое впечатление, а альфа внимательно слушал и влюбленно улыбался. — О, а ещё мне так же понравилось их длинное путешествие в страны Африки, и то как они после прощания встретились… Хорошо, что конец был хорошим, а то я бы не выдержал. Люблю, когда все хорошо заканчивается. Юн, а тебе что больше всего понравилось? Чимин смотрел на него глазами, блестящими от интереса и эмоций, которые он испытал во время просмотра — они просто переполняли его.  — Мне нравилось наблюдать за тем, как главный герой защищал свое маленькое сокровище — свою половинку, от чего угодно… Даже если нужно было расстаться, чтобы защитить. Такова цена безопасности любимого… Было чему поучиться. Хороший фильм, и самое главное — счастливый конец. — Нужно было тогда всё ему рассказать, уверен, он бы понял и помог, а не вот это вот: «Я должен справиться сам», «Это ради твоей безопасности». Ааааа… Это так меня раздражало. Если вы вместе, то должны все делить будь то радость или беда. Пообещай мне, что чтобы не случилось — ты мне расскажешь, и мы пройдём это вместе. Обещаешь? — видно было как Пак был возмущён, казалось бы, простой ситуацией из фильма. Однако это было важно для него — и Юнги это видел. Повисло молчание. Предательское сознание подкинуло ещё не до конца дотлевший ночной разговор с незнакомцем по телефону, альфа помнил каждое слово. Но, также он понимал главного героя из фильма и почему он так поступил. Если бы он был на его месте, сделал бы так же — уберег бы от опасности и не дал бы почувствовать даже малую часть боли. — Даю свое слово. Чтобы не случилось, я скажу тебе в первую очередь, — откровенная ложь, но ему важно было чтобы омега в нее поверил, потому что безопасность и жизнь родного человека важнее и превыше собственных в такой ситуации. Главный герой той мелодрамы, как и Юнги, не сможет жить без своей половинки, его вселенная сосредоточенна только в одном человеке, в чьих глазах каждый раз умираешь без шанса воскреснуть, однако хватит одного лишь касания, чтобы ожить. Мин прекрасно понимает… Чимин придвинулся слабо обнимая Юнги и соприкоснувшись лбами прошептал наполненное любовью и благодарностью обыкновенное: «Спасибо…» — Малыш, ты же хотел позвонить Тэ и Чонгуку после фильма, — напомнил ему Мин спустя какое-то время. — О! Точно! Я люблю тебя… — будто ошпаренный он вскочил и побежал за своим телефоном на кухню. На это альфа только хмыкнул, качая головой и слегка посмеиваясь. Через мгновение Пак показался с телефоном в руках. — Вот, — он протянул удивлённому Юнги телефон, — звони Чонгуку, потому что Тэхён не отвечает. Мин послушно набрал номер своего друга и в ожидании сонного голоса рассматривал взволнованного Чимина. Сейчас ему бы хотелось снова коснуться его доводя до оргазма, слышать громкие стоны — музыка из рая - слушал бы вечно. Однако альфа понимал, что он волнуется за своего друга, и уважал его чувства, проживая с ним эту тревогу. «Почему он на меня так смотрит?» — пронеслось в голове у Пака. — Чонгук? Привет! — омега придвинулся в плотную к телефону ухом, чтобы не пропустить ни одного звука. — Что у вас там? — Привет… Всё хорошо. Мы у меня дома, — шёпот послышался в трубке. — Как там Тэ? Тут Чимин места себе не находит, — продолжил узнавать Юнги, а Чимин всё ближе подсовывался к Юнги чуть ли не наваливаясь на него. — Он сейчас спит. Я думаю, он простил. Ночью у него был жар, но сейчас вроде всё хорошо, — так же тихо ответил Гук, а на фоне послышался звук закрывающейся двери. — Если у него был жар, то ему нужно сделать обтирание обычной теплой водой, в душ ему нельзя. Он очень потеет во время болезни и его легко продувает снова, — Чимин сказал это так чтобы Чон это услышал, буквально забрал телефон. — Сделай это как проснётся. И проверь чтоб ему было тепло и в доме не было сквозняка. Он очень часто болеет… Приготовь ему так же чай с облепихой. Должно помочь. Будь на связи! — Чимин? — Да, да, это я. Ты меня слышал? — держа руку Юнги и прикладывая к своему уху обеспокоено говорил омега, а Мин в это время просто наблюдал: он даже ни на секунду не сомневался в том, что Чонгук найдёт Тэ и позаботится о нем. — Да, не переживай — он в надёжных руках, — ответил Гук ещё сонным голосом. Чимин немного успокоился — услышав, что Тэ в безопасности, но немного расстроился тому, что его друг приболел. «Ничего страшного, всё будет хорошо!» — оптимистично прозвучало в голове. Чонгук и Мин всё ещё говорили о чем-то своем, однако цитрусовый альфа продолжал посматривать на своего омегу, разглядывать его, возбужденно прикусывая нижнюю губу. Однако, когда Чон что-то усердно рассказывал Юнги по телефону, то тот был сосредоточен на одной точке, совершенно не смотря на Чимина. Его взор был направлен куда-то в пол. Пак вспомнил обещание, данное вчера самому себе, когда Мин доводил себя самостоятельно до нужной разрядки. Он ехидно улыбнулся задумав отомстить за утренние дразнилки со стороны его возлюбленного. Юнги так внимательно слушал то, что говорит ему Чонгук в трубку, и абсолютно не заметил, как Чимин подошел к нему и встал на колени прямо между ног сидящего альфы. Мандариновый юноша был в обычных домашних штанах серого цвета. Омега подвинулся ближе и положил свои руки на бёдра Мина, слегка поглаживая их. Альфа не придал этому значение, продолжая свой серьёзный разговор, иногда даже кратко комментируя. Однако Чимина абсолютно не заботил их разговор, он хотел, чтобы Юнги тоже получил свое наслаждение, то, которое он вчера ему задолжал. Медовый мальчик медленно повёл рукой к запретному месту, и когда уже коснулся его, оглаживая сквозь ткань, Мин дернулся почуяв не ладное. — Ты что делаешь? — отвлекаясь, тихо спросил его Юн, почти полностью переключив свое внимание на действия бесстыжего омеги. В ответ лишь тишина и краткий похотливый взгляд на обладателя цитрусового запаха, а затем неожиданное движение — Пак скользнул рукой за резинку штанов и вытащил оттуда давно просящий ласки орган. — Малыш, не сейчас… Аххх~, — протяжной стон Юнги, который он всячески старался сдержать, когда Чимин облизнул кончиком языка вытекающею природную смазку, придерживая член у основания и делая плавные движения рукой вверх-вниз. Посмотрев на реакцию Мина — продолжил. Теперь всасывая головку и плотно держа губами её, он круговыми движениями языком приносил ему колоссальное удовольствие, от чего альфа не смог сдерживать стоны: он запрокидывал голову на спинку дивана издавая полу рык полу стон, рукой сжимал мягкую обивку на мгновенье полностью забыв про разговор с Чонгуком. Чимин через время выпустил член со рта со смачным причмокиванием — тонкая паутинка слюны протянулась мостиком. — Что у вас там происходит? — послышался голос Чонгука, всё ещё ждущего по ту сторону звонка. — Мхх~… Аххх~… Чонгук, я тебе перезвоню, — тяжело дыша всё же ответил Юнги и повесил трубку. Чимин смотрел на него довольным и страстным взглядом сидя на полу и поджав свои ноги под себя. — Чимин, ты что вытворяешь? — слегка удивленно проговорил он. — Я захотел сделать тебе приятно. Неужели тебе не понравилось?.. Я так старался, хоть это и мой первый раз, — слегка расстроился омега и опустил голову. — Малыш, но не во время ж разговора… — Мин расшифровал нотку обиды в словах любимого омеги. — Твой язык достаточно умелый, как для первого раза… — подметил Юнги и поднял голову Пака, держа рукой за подбородок. — Раз ты так хочешь сделать мне приятно, то я не буду сопротивляться. Даже помогу… Мин наклонился к Чимину всё ещё держа его за подбородок и утянул в страстный поцелуй. Губы Пака были очень соблазнительными и мягкими, их хотелось целовать постоянно. — Ты такой прекрасный, даже когда наполнен похотью, — тихо прошептал в губы Юнги, опаляя их своим горячим дыханием, а омеге чертовски это нравилось и хотелось ещё услышать стон наслаждения альфы. Чимин двумя ладонями вернул Мина в исходное положение. Его глаза горели, разжигая такое же пламя внутри Юнги. «Боже, почему он так горяч?» — пронеслось в голове у старшего. Омега отбросил даже крупинку бесполезного сейчас смущения и продолжил начатое. Он коснулся рукой стоящего от возбуждения органа — и альфа отозвался приятным мычанием на это. — Что ты хочешь, чтоб я сделал? — невинно спросил Чимин ловя капельку смазки кончиком языка, на что услышал тяжелый выдох. — Просто возьми его… — прошептал тот, запрокидывая голову и предвкушая будущее наслаждение от этих пухлых губ и похотливого языка. Пак ухмыльнулся и наклонившись чуть ближе взял его почти до основания. Почувствовав дискомфорт он сжал стенками горла член и выпустил его оставляя за собой мостик слюней. — Аххх~… — от этого движения Мин очень громко простонал схватившись за обивку дивана руками и крепко сжимая её. Он проживал это невероятное ощущение, медленно отходя от него. — Боже… Когда дискомфорт ушел Чимин снова взял твердый орган в рот посасывая его, постепенно набирая темп. Он больше не брал так глубоко, но увидев его реакцию, подумал, что когда альфа будет на пике нужно повторить это, чтобы ему было максимально хорошо. Стоны не переставали отбиваться от стенок комнаты, а Пак продолжал доставлять удовольствие теперь добавляя к языку и свое утробное мычание, таким образом создавая вибрацию горла. Мина переполняли эмоции и ощущения. — Чимин, сосёшь очень быстро… Аххх~… Божее… Мммм~… — распалённый Юнги был почти на грани, хватался руками за что угодно не находя себе места. Его губы пересохли и требовали ласки, однако его омега был занят. Капельки пота от возбуждения и жара выступили на лбу. Мин откровенно наслаждался видом снизу, а звуки, расходящиеся по комнате, приближали его к разрядке. — Ты такой вкусный… — Пак выпустил член изо рта, не теряя темп рукой, и продолжая достаточно быстрые движения. — А ты слишком горяч… Ахх~… Чимин… Я так долго не выдержу… Хочу… Дай мне кончить… Омега наклонился и снова взял его в рот. Теперь он быстрее набирал темп, иногда выпуская и облизывая, но не теряя хватку. Чимин языком продолжал движения обсасывая и вылизывая член. Юнги от таких резких движений начал стонать ещё больше и рванее. — Мгхх~… Грр…- прозвучал утробный рык от ощущений. — Ммм~… Ахх~… Близко… Чимин, очень близко… — он схватил его за мягкие волосы направляя своей рукой и буквально насаживая на свой набухший орган. Пак втянул щёки создавая вакуум внутри рта и беря член достаточно глубоко, но даже чувствуя тот неприятный дискомфорт, он продолжил свое дело, пока не почувствовал пульсацию и горячую жидкость, что струйками стекала по стенкам горла. В этот момент подняв глаза, в уголке которых скопились слёзы от боли, он увидел прекрасную картину: Мин Юнги запрокинув голову протяжно и громко стонал, а по телу пробегала мелкая дрожь после бурного оргазма, лицо выражало только страстное наслаждение. Омега был рад, что смог доставить ему колоссальное удовольствие, как и обещал.  — Ну как? Понравилось? — с надеждой спросил он, спустя время облизываясь и всё так же продолжая сидеть на полу. Вместо слов альфа резко придвинулся близко-близко к лицу и прожигая взглядом немного напуганные глаза — и поцеловал, сильно сминая припухшие и красные в уголках губы, проникая в рот языком, вылизывая и чувствуя ещё не угаснувший свой вкус. Руками альфа, не разрывая поцелуй, поднял Чимина с пола и усадил к себе на коленки обвивая руками талию придвинул ближе, заставляя опереться на спинку дивана руками. Когда воздуха оказалось критически недостаточно у обоих, они разорвали поцелуй, тяжело дыша и соприкасаясь мокрыми лбами, старались отдышаться, наполнить лёгкие таким ненадёжным и быстро заканчивающимся, но таким необходимым веществом — воздухом. — Всё что ты делаешь мне нравиться. Особенно такое… То, что я чувствовал — просто не передать словами. Чимин, ты был великолепен. Я люблю тебя, — тихо шептал он, оглаживая спину омеги, иногда спускаясь на бёдра. — Никогда не смей сомневаться в том, что мне могут не понравиться твои действия. Я — твой. Ты со мной можешь делать всё что хочешь. Знаешь, я не очень-то и тактильный, но постоянно жажду твоих прикосновений, взглядов и всего тебя. Ты для меня теперь бесценное сокровище, и я буду как тот главный герой из фильма — любить и защищать тебя. Ты мне веришь? — Верю… Защищай меня как тот герой, но с нашим обещанием, ведь я тоже люблю тебя. Постоянно жажду твоего внимания, хочу быть с тобой даже во сне. Никогда, слышишь, никогда не покидай меня, иначе я умру… Ты для меня, как воздух… — в ответ прошептал Чимин легонько касаясь губами щёки и уголка любимых губ. Так они просидели ещё пару минут восстанавливая свое сбитое дыхание с краткими перерывами на новые порции поцелуев. — Сегодня возвращаются родители… — внезапно проговорил Пак, и поднял голову заглядывая в глаза мандаринового юноши. — Да, но ещё не вечер. До этого момента достаточно далеко, чем ты хочешь заняться? Не тратить же нам такой прекрасный день в пустую, верно? — успокоил омегу альфа, без пошлости смотря на него. — Сексом? Ведь ты так смотрел на меня всё это время… — предложил Чимин пошло улыбаясь и закусывая нижнюю губу, на что получил звонкий шлепок по ягодицам. — Свидание, Чимин. Я приглашаю тебя на свидание. А этим мы можем заняться в любое другое время. — уверенно говорил Мин, ни секунды не сомневаясь в решении. — И что мне нельзя на тебя так смотреть? — снова звонкий шлепок. — Иди собирайся, мы пойдем гулять. Слегка разочарованный Пак встал с его колен и поднялся по лестнице на второй этаж к своей комнате. — Давай поживее, — радостный Юнги последовал за ним. — Нас ждет наше первое свидание, как пары. Неужели ты не хочешь? — Хочу, конечно! Что за вопросы? — надул губки стоя перед дверью своей комнаты сказал омега. — Тогда почему у меня такое ощущение, что ты — расстроен? М? — спросил Мин припечатывая его к стенке. — Я не знаю, что надеть… — сознался Пак, опуская голову. — Раз на то пошло, я хочу сделать кучу фоток, но боюсь, что выйду на них плохо… — Чимин, — обратился альфа приподнимая его голову и заставляя смотреть прямо в глаза. — На любых фото, ты — прекрасен. Ты мне нравишься любым, даже в самой не красивой одежде… Ты очень милый и нежный омега… Уверен ты выберешь прекрасный и сногсшибательный наряд. Я в тебе даже не сомневаюсь, — он придвинул его и поцеловал в лоб, даря всю свою любовь. — Если нужно будет я помогу выбрать, но это уже будет, скажем так, на мой вкус, а я хочу, чтоб ты сам определился со своим сегодняшним стилем. Ведь я хочу видеть тебя, Чимин, таким какой ты есть, со своим вкусом в одежде. Чимин заглянул в искренние глаза любимого и почувствовал уверенность, Юнги дарил ему её, учил быть собой и не отказывать себе из-за предательского чувства неуверенности и неопределённости. Заражал его своей же решительностью. Оживлял своими касаниями, взглядами и словами забытые смелые чувства, открывал замки. — Ммм~… Хорошо… Я скоро буду готов. Ты тоже иди собирайся, — краткий чмок и хлопок двери. *** Приятный и вкусный запах еды проник в комнату к тихо спящему омеге. Чонгук во время разговора с Юнги аккуратно вышел из комнаты, всеми силами стараясь не разбудить сладко сопящего Тэ, но возвращаться в постель уже смысла не было и потому он стал готовить завтрак и, следуя рецепту Чимина, — чай. Чона постоянно беспокоило состояние ландышевого юноши — он время от времени заглядывал в комнату проверяя его сон. Ким открыл глаза и приподнялся на кровати сонно потирая лицо. Он зевнул с причмоком, решая пойти проверить откуда исходит такой чудесный аромат, который не дал ему поспать ещё немного в такой мягкой постели. В двери появился Чонгук тихонько идущий проверять спокойный сон Тэхена, однако заприметив его сонного и такого домашнего — замер. Волосы Тэ был похожи на пушистую тучку, маленький одуванчик — этот вид очень умилял альфу. — Ты уже проснулся, облачко? Я там приготовил кушать, — уведомил Чон и улыбнулся. — Я знаю, запах меня и разбудил, — жмуря глазки из-за ярких лучей солнца падающих из кухни, проговорил Ким. — Как ты себя чувствуешь? — подойдя ближе, спросил Гук. Он повернул его спиной к себе пробуя рукой футболку. — Немного болит горло и чувствую слабость. Но я хочу кушать, — совершенно не сопротивляясь действиям альфы отвечал омега. — Так не пойдёт, футболка мокрая. Чимин там говорил, что нужно сделать обтирание… — Да, то что нужно, но мне не хочется еще больше тебя напрягать… Ты и так сделал многое для меня… — слегка смущенно проговорил Ким, оборачиваясь и смотря на Чона. Он не придал особому значению словам Гука, когда тот упомянул его друга. — Так, а ну-ка, оставить вот это вот. Мне это в радость — забота о тебе, когда ж ты это поймешь… Идем…- альфа затолкал его обратно в комнату и усадил на кровать. — Сиди здесь, я сейчас вернусь. Я за теплой водой. Чон быстро побежал в ванную и вскоре вернулся с мисочкой и теплой жидкостью. — Снимай футболку… — проговорил он сам смущаясь от этих слов. — Может я сам? Мне неловко… — Тэхен опустил голову, мелкая дрожь прошлась по коже — похоже температура снова начала подниматься. — Как ты себе это представляешь? Я ничего такого делать не буду, я просто протру твое тело, чтобы ты не заболел ещё больше. Поверь мне, Тэ… Я не причиню тебе зла. Помнишь, что я вчера тебе говорил? М? — он спустился на корточки перед омегой двумя руками держась за кровать и заглядывая в его глаза. Чон старался сделать так, чтобы смущенный до чёртиков ландышевый мальчишка послушал его, и похоже у него это вышло, ведь Ким потянулся за шиворот и стянул с себя белую влажную футболку, его кожа сразу же покрылась мурашками от воздуха, хоть в квартире у Чона было достаточно тепло. — Ты умеешь это делать? — обеспокоенно повернулся Тэхен, наблюдая как альфа выдавливал остатки воды из небольшого полотенца — салфетки. Омега заметил сильные руки, а также вены, которые на них выступали. Каждое движение заставляло сердце замирать, от чего пушистое облачко — Тэ отвернулся и очень сильно покраснел закусив нижнюю губу. Возникло непонятное желание коснуться и пройтись подушечками по каждой венке на руке очерчивая их границы. — Я читал про это. Не так и сложно… Не переживай, — Гук поднялся и сел рядышком. — Хоррошо… — тихо согласился Ким, удобнее усаживаясь на кровати и смущённо сглатывая. Чонгук наконец-то поднял взгляд на аккуратную спину. На ней было много родинок — вспыхнуло резкое желание их пересчитать и коснуться невинного тела даря любовь, а чуть ниже плеча он рассмотрел небольшое родимое пятно в форме сердечка. Чон легонько коснулся нежной, фарфоровой кожи медленно начиная протирать её, стараясь разглядеть каждый сантиметр. Омега слегка дернулся от прикосновенья и, кажется, перестал дышать. На мгновенье у Чонгука помутился разум, когда он дошёл до родимого пятна. Мысли спутались, он потерял контроль над собой. Тихое «извини» донеслось до сознанья Кима слишком поздно — он почувствовал горячие губы на своей коже в области плеча. Чон вдыхал близко свой любимый запах, наслаждался этим моментом, его сердце отбивало бешеный ритм, как и сердце маленького ландышевого омеги. Краткий и нежный поцелуй — но он так был необходим для альфы. Трепет сердца от наполненного любовью момента был у обоих… — Гуки? — осторожно и напугано позвал Тэ, поворачивая голову. — Прости… Я не смог сдержатся… Больше я не буду так делать, только тогда, когда ты мне позволишь. Ах, и почему я не сдержался? Безумие, точно безумие, — ругал себя Чон. — Когда любишь трудно сдержаться… — внезапно тихо заговорил Тэ. — Да, твоя правда… Однако я должен был… — Ты слишком суров к себе… Чон… Ты закончил? Мне холодно сидеть вот так… — сказал омега поворачиваясь к нему лицом и заглядывая в глаза, наполнение мучительным сожалением. Гук мигом вскочил и достал со шкафа ещё одну футболку, эта отличалась своей плотностью — она была теплее. — Вот возьми… Я такой не внимательный… — продолжал ругать себя наблюдая как Тэ надевает одежду. — Идем кушать… Хоть тут я буду спокоен — что сделаю всё правильно. Может тебе ещё дать халат? — Нет… Не нужно… — однако тёплый халат уже укутал его плечи, согревая лучше, чем обычная футболка. — Ладно… Спасибо тебе, Гуки, так действительно теплее. Омега уселся за стол, пока альфа возился с едой. — Вот, — он поставил на стол тарелку с завтраком для пушистого облачка, которое ещё даже не умывалось, от чего до сих пор выглядело таким заспанным, но до бесконечности милым. — Спасибо, ты очень даже внимательный… — тихо произнес Тэ и стал кушать вкусно приготовленный омлет. Радостная улыбка ярко засияла на лице Чонгука. Ему было невероятно тепло на душе от слов омеги, что он не мог перестать смотреть на него и умиляться видом. В душе расцветал весенний цветок — хотелось, чтоб вот такое пребывание с ним и тот домашний уют, что Тэхен создавал вокруг себя, никогда не покидал этот дом. — Я ещё приготовил тебе облепиховый чай, — уведомил альфа. — Правда? — заинтересовано поднял глаза Ким и заинтриговано наблюдал за действиями Чона. — Ммммм~… какой вкусный. Спасибо… Он наслаждался запахом и вкусом любимого напитка при болезни, грея руки о чашку. — Покушаешь и в постель… Я тебя вылечу, не пойдешь домой пока не выздоровеешь, — его голос стал чуточку твёрже, но в нем можно было прочитать заботу и обеспокоенность. — Хорошо, но… — Тэ поставил чашку на стол и выпрямился. — Что «но»? — немного напрягся Чон.  — Я правда тебе не мешаю? Я выгнал тебя с твоей постели и этот факт заставляет меня чувствовать вину перед тобой. А твоя забота… Хочется отплатить тем же, но я не знаю как, — видно было что омега расстроен, он нервно перебирал пальцы опустив свой взгляд в пол. — Тэхен, не устану тебе это повторять — всё хорошо. Ты можешь на меня положиться. Я хочу заботится о тебе, не чувствуй вину за это. Если нужно будет, я тебе целую квартиру отдам, лишь бы ты был здоров, невредим и счастлив. Ведь… Я люблю тебя… Только тебя… Ты очень сильно укрепился в моем сердце, я не могу так просто выбросить тебя из него. Ким сидел и слушал, а его лицо было краснее помидора. Вроде бы не первое признание, но почему-то сердце хотело выпрыгнуть и потеряться, казалось, оно сейчас пробьет рёбра и выскочит. — Тэ? Ты чего? Снова температура? Твои уши горят… и лицо тоже… Чонгук быстрым шагом оказался возле омеги беря его лицо в свои руки и буквально заставляя смотреть на себя. Его взгляд обеспокоено блуждал по лицу, а в подушечках пальцев нервно покалывало. — Перестань мне постоянно такое говорить… — тихо отозвался он, освобождаясь из плена рук. — Что именно? — непонимающе спросил Чон. — Признание…- он покраснел ещё больше. Гук всё понял, слегка расслабился и выдохнул. — Ааа… Но… Почему ты так реагируешь? Тебя смутило то, что я говорю? Хотя не должно…- альфа устремил свой взгляд на омегу, подозревая смену чувств в свою сторону. — Да, я смущён… Это ты виноват… — внезапная смелость накрыла Тэхёна, и он поднял свой возмущённый взгляд на Гука, но встретившись с ним глазами быстро понял свою ошибку и опустил голову, оттягивая серую, слегка большую, футболку руками. — Тэ… Я лишь говорю то, что чувствую. Разве не нужно этого делать? — он ещё чуть-чуть наклонился вперед. — Для тебя я — открытая книга, и хочу делиться тем, что внутри происходит из-за тебя. Смущает то, что я любовью пропитан? Не значит ли это, что ты изменил свои чувства ко мне? — Я не знаю… Конечно ты можешь делиться со мной своими переживаниями и эмоциями, но я не знаю почему так реагирую на твои слова. Это странно… И тогда в спальне… Когда ты коснулся моей кожи губами… Моё сердце забылось чаще… Я думал оно выпрыгнет из груди. Думаю, это просто было неожиданно для меня… — Ким снова поднял взгляд, чтобы увидеть, что сейчас чувствует Чон: его лицо выражало абсолютное спокойствие — хотя внутри всё трепетало от того как его маленькое счастье реагирует на слова и действия. — Это не так… Даже если я сейчас тебя предупрежу и поцелую, будет ли твоё сердце биться по-обычному? — он невольно облизнул губы, продолжая пристально смотреть и улавливать каждую эмоцию. — Я не знаю… Это слишком быстро… Я не мог влюбиться так быстро… Это невозможно. — Не думаю, что это слишком быстро. Мне вот чтоб влюбиться в тебя понадобилась всего минута. Мы можем проверить мою догадку, но я не буду тебя целовать, если ты этого не хочешь, — Гук выпрямился, но продолжал смотреть на смущённое пушистое облачко скрестив руки на груди и ожидая ответа. Видно было, что Ким метался со стороны в сторону не зная, что ответить. Его руки ещё сильнее начали комкать серую футболку, а глаза боялись установить зрительный контакт с альфой и натыкались на всё что угодно. — Не буду на тебя давить… Кушай и иди в постель, — он сдался и отошёл за столешницу, сел напротив. Тэ послушался, продолжая молчать и медленно попивать свой чай — он всё ещё был взволнован разговором и странными чувствами внутри. — Почему я тебе так нравлюсь? — внезапно нарушил тишину омега, который допил свое «лекарство» и уже собирался уходить. — Нужна особая причина или повод, чтобы любить тебя? — Чонгук нахмурился. — Да ты прав… Причина не нужна, чтоб кого-то любить… Ты любишь за то, что человек просто дышит рядом, за то, что существует и радует тебя одним своим присутствием… — Прошу, скажи, что ты сейчас не о Юнги… — ревность вновь разлилась горячей лавой по венам. В ответ — молчанье. Тэ только поправил свой халат на плечах и опустил взгляд в пол. — Нельзя разлюбить того, кого любишь уже достаточно долго, всего за одну ночь…- шёпотом. — Я ревную, безумно ревную сейчас… Но что я могу? Абсолютно ничего… Я потерплю ещё чуть-чуть… Может быть твое сердце таки пустит меня к себе, даст почувствовать взаимность, потому что сейчас я чувствую только мучительную невзаимную любовь, которая прожигает мне сердце…- альфа тяжело выдохнул потирая переносицу. — Всё, хватит говорить об этом… Иди в постель… Тебе нужно отдохнуть и выспаться, а то снова подымиться температура. А я этого не хочу, — сказав то, что было на душе и так мучило его, Чон отвернулся сдерживая предательски подступающие слёзы. — Гуки… Как же мне быть? Я только то и делаю, что причиняю тебе боль… Видеть тебя таким несчастным - слишком для меня… Мне так больно от этого… Я знаю какого это… Прости меня, прости, — Тэ почувствовал, что Чона терзает это и не дает нормально жить. Ким подбежал к нему и обнял со спины прижимаясь всем телом и сковывая руками. — Тогда… полюби меня быстрее…- умоляюще и тяжело прошептал альфа. Тэ отстранился и посмотрел в глаза Чонгуку, который повернулся к нему лицом. Глаза могут говорить о многом, ведь они — зеркало, открывающее и показывающее как ужасы, так и красоту людской души. Гук видел в глазах Тэхена космос и звезды. Он нашёл там свою маленькую необъятную вселенную и небольшой отголосок только зарождающегося прекрасного чувства — любви. — Гуки… — нежно позвал омега с бриллиантинами слёз в глазах, отвлекая от своих мыслей зачарованного Чона и возвращая его в реальность. — Я хочу проверить… — Проверить что?.. — но не успел он договорить как его притянули к себе, а алые прекрасные губы накрыли чужие, неопытно целуя, стараясь сминать и доставлять удовольствие. Тэ собрал всю свою смелость, чтоб решиться на такое — его сердце выплясывало дикий танец от одной только мысли о поцелуе, а соприкоснувшись — кажется, совсем остановилось, замерев на мгновенье. Он не знал, что творит и к чему это приведет, но желание проверить себя с каждой секундой росло. «Действительно ли я люблю?» — вертелось в голове. Внутри Чона взорвалась не звезда, а - целая галактика. Он наконец попробовал вкус губ, о которых так давно мечтал, его переполняли разные эмоции, но одна была больше всех — желание никогда не заканчивать этот счастливый момент и сохранить его в сердце. Ким не знал, что делать и как целовать альфу, потому отстранился достаточно быстро. — Я… Я… Это был мой первый поцелуй… — тихо признался омега и покраснел опустив голову. — Такие смешанные чувства сейчас… Сердце так и хочет выпрыгнуть. — Я слышу, как оно стучит… — наконец отозвался Гук, отойдя от эмоций разрывающих бедное влюбленное сердечко. — Ты сорвал с меня те цепи, которыми я сковал себя стараясь сдерживаться. Зачем так делать? Теперь я ещё больше хочу, чтоб ты полюбил меня. Я дам тебе время, чтобы ты понял себя и свои новые чувства…- он начал медленно идти наступая на свой маленький пушистый комок счастья и заставляя его отходить назад к стене, пока он не соприкоснулся с ней окончательно. — Ведь я чувствую, как ты начинаешь менять стрелку компаса любви в мою сторону. Искра пробежала между ними. Тэ начал нервничать, а в районе живота появилось странное чувство — будто запорхали бабочки. — Тебе понравилось? — спросил Чон, блокируя одной рукой выход, и облокачиваясь на стенку. — Я не уверен… Разве это должно быть таким образом? Я никогда прежде не делал этого… — он смутился и разорвал образовавшийся зрительный контакт. — Не умею правильно… Чон улыбнулся. А Ким зажмурил глаза ожидая его хода. — Я из-за тебя тоже заболею, но мне плевать… — прошептал на ушко альфа. — Посмотри на меня… И как только омега послушно поднял голову — их губы вновь соприкоснулись. Гук вложил в этот поцелуй всю свою нежность и любовь, ласково сминая губы маленького облачка и стараясь максимально мягко, не терзая, дарить наслаждение. Аромат ландыша обволакивал альфу дурманя его разум, но он просто довольствовался моментом не желая заходить дальше так скоро. В любом случае даже этот поцелуй должен был случиться намного позже, однако смелый омега решил по-другому. Тэхен вцепился в одежду Чона на груди показывая, что пора остановиться, ведь он всё время задерживал дыхание, но больше — не мог. Гук отстранился и открыл глаза наблюдая как Ким приходит в себя. — Ты можешь дышать… Я не хочу, чтоб ты умер от нехватки воздуха… Тэ распахнул глаза и глубоко вдохнул: он ещё не отошёл от того, что произошло мгновеньем ранее. -Это то как надо? — прервал тишину тихим, но смелым голоском, смущенный одуванчик, когда немного восстановил свое дыхание. — Это то как можно, — спокойно ответил Чон чмокнув в розовые щёчки и нетерпеливо начал расспрашивать. — Тебе понравилось? Что чувствуешь? Сердце трепещет? — Я думаю оно давно покинуло галактику… Громкий смех альфы и ничего непонимающий омега — это то, что царило в этом доме; это то, что было здесь и сейчас. — Ну а что? Это же правда… — он немного обижено опустил голову. — Верю. Но ответь… тебе понравилось? — Гук отстранился и с интересом и надеждой наблюдал за Ким Тэхёном, который прикусил нижнюю губу и руками оттягивал подол футболки. Повисла неловкая тишина, и Чон решил не давить на пушистое облачко своим вопросом. Он взял за руку и потащил за собой. — Можешь не отвечать… Идем в постель, тебе нужно отдыхать и пока действует чай — согреться. — А что будешь делать ты? — отозвался Тэ покорно следуя за хозяином квартиры. — А что ты предлагаешь? — он уложил омегу в постель сев рядом на край кровати. — Можешь побыть со мной? Я не хочу оставаться один… Ты можешь полежать тут… — Ким демонстративно показал местечко для Гука. Абсолютно без каких-либо лишних мыслей альфа залез под одеяло и облокотился на руку наблюдая как омега его рассматривает. — Что? Что такое? — У тебя есть родинка на носике, — мило улыбнулся Тэ и потянул руку коснувшись подушечкой указательного пальца заветной родинки. — Так мило… Гук с ним был полностью расслаблен, каким-то образом рядом с Тэ он всегда был будто в раю. Цветение сакуры не было таким прекрасным, как это пушистое облачко. Его личный рай… Без него тьма бы царила в его сердце, а смысл потерял бы путь к рассудку. Альфа подвинул к себе омегу укутывая в одеяло и с теплом заставляя окунуться в сон. — Гуки… — тихо позвал ландышевый юноша, на что услышал отклик в виде мычания. — Мне понравилось… Очень понравился поцелуй… Он был наполнен нежностью и любовью… Я чувствовал это… — Тэхен, ты же понимаешь, что это значит? — он отодвинулся чтобы посмотреть в глаза его самого большого счастья и увидеть там искренность сказанных слов. — Что? — тихо, едва слышно, спросил Тэ. — Что у тебя точно есть ко мне чувства. Только ты их ещё не почувствовал и не понял, - терпеливый вздох. - Время… это то что нам с тобой нужно. Ты теперь от меня не отвертишься, - лёгкая пауза и замирание сердца от искрящихся глаз так близко. - Всё хватит разговоров. Я тебя так не вылечу. Спи, облачко… — он нежно коснулся лба вдыхая любимый аромат, и они оба, в объятьях друг друга мирно отдыхали, наполняя себя теплом, спокойствием и силами. *** В тот же день у Чимина и Юнги отлично прошло их первое свидание — они ходили улицами города держась за ручку, периодически целуя друг друга — не могли оторваться от таких манящих ощущений. Их любовь цвела даже в такой морозный день. Как и хотел, Чимин наделал кучу фото и был безумно счастлив и доволен таким решением альфы — устроить им маленькое свидание, дабы провести это время наслаждаясь друг другом. Вечером приехали родители, однако они были настолько уставшие, что пара решила пока не шокировать их своими отношениями, а просто рассказать про свое примирение. Семья Пак была очень рада что в их жизни всё стало налаживаться. Так шли дни… У каждого в доме царила приятная атмосфера. Тэ вылечился спустя день, благодаря заботливому Чонгуку и его необъятной любви - уехал домой к родителям. Они часто созванивались и переписывались. Но Тэхен уже не чувствовал себя так же как раньше — он хотел постоянно видеть альфу, слышать голос, смотреть на него и чувствовать рядом. Его сердце было не спокойно, когда он находился вдали от Чона. Те дни, что он провел у него резко поменяли его жизнь. Спустя время Гук предложил Киму съехать от родителей к нему — обещал не приставать, а просто жить вместе и учить омегу самостоятельности. Чон часто приходил к Тэхёну домой на ужин по приглашению родителей Тэ. Семья Ким видела, что Чон настроен серьёзно по отношению к их сыну и одобряли его любовь к нему. Каким же было счастье этих двоих, когда родители ландышевого юноши поддержали инициативу и разрешили ему переехать с условием, что альфа будет вести себя достойно и не даст в обиду их чадо, а наоборот будет следить и держать в безопасности; и обязательно три дня в месяц Тэ должен жить дома. Всем сердцем верили в их связь и не старались мешать, у них не было планов видать замуж омегу за богатого наследника - их бизнес процветал и не требовал этого. На такое решение были согласны обе стороны и вскоре Ким переехал. Гук определённо показал себя как очень ответственный и весьма интеллигентный парень - достойная партия прекрасному цветочку семьи омеги. Родители Пака постоянно были в работе и их почти не было дома. Потому влюблённые голубки всё время каникул проводили дома вместе. Иногда даже к ним заглядывали и Тэ с Чоном и они проводили время вчетвером. Ландышевый юноша больше не реагировал на Юнги так и как раньше — чувства к Гуку крепчали с каждым днем. Всё было просто прекрасно, пока в один день, когда Чимин и Мин гуляли в парке, на телефон альфы не поступило сообщение от того самого неизвестного номера с пугающим содержанием: «Я хочу, чтобы ты узнал всю правду сегодня. 20:00, казино «Blue&Grey». Если не появишься в указанное время твой горячо любимый омега пострадает. Надеюсь ты сделаешь правильный выбор. Не хочется пачкать его прекрасное пальто коричневого цвета с чёрными пуговками кровью…» Юнги встревожено начал осматривать местность, но ничего подозрительного не обнаружил. Напряжение нарастало с каждой секундой и Чимин это почувствовал. — Всё хорошо? Юн, ты бледный… — омега встал напротив тревожно осматривая его лицо. — Если тебе не хорошо, давай пойдём домой. — Да, пошли… — в горле пересохло, нервы били по вискам, сердце танцевало дикий танец, излучая волнение и чуя опасность, но не зная откуда может прийти этот болезненный удар. Мин постоянно думал о сообщении, слова врезались в память причиняя боль. Во что бы то ни стало он должен защитить свое сокровище, своего единственного — немедля ни секунды он так решил и не смотря ни на что Юнги сдержит обещание, данное самому себе. Злость, гнев и страх сковали сердце юноши. Неизвестность играла злую шутку, перебирая тонкие нити нервов. Удушающие мысли не давали покоя: «Что я должен знать? Кто этот человек, что угрожает мне таким паршивым образом? Кто он такой? Кто?..»