Тогда жди дорогая моя!

С того момента как Юля призналась Кароль прошёл месяц. Мучительно долгий и сложный для обоих девушек. Тина как бы это больно не было прекрасно понимала, что о серьёзных отношениях речи идти не могло, потому что у Саниной растёт прекрасный малыш и каждый вечер дома ждёт муж, и рушить эту идиллию было преступлением против нравственности. «Дура! Какая же я дура!» — срывалась на себя Тина не в силах простить собственную слабость. Она позволила в тот вечер коснуться Саниной её тела. Позволила целовать себя, утопая в чужих объятьях. Она позволила. слишком много. Точка невозврата была достигнута и жить дальше только воспоминаниями той ночи невозможно. Тина хотела написать, позвонить, случайно встретить на улице, сделать всё что угодно, но закончить это молчание. Но нужные слова не приходили в голову, а что вообще можно сказать в этой ситуации? А если это был просто опыт Саниной, которая не наигралась в юности? В голове была ещё сто одна отговорка с постоянным «если» чтобы не делать такой сложный шаг на встречу Время уже было за полночь, но Тина никак не могла окунуться в невозможно нужный сон, как телефон засветился ярким светом. Это было сообщение от Неё. «Мне кажется нам нужно поговорить» — Юля без сомнений отправила сообщение, она была уверена в том что Кароль точно не спит. Она это чувствовала. «Когда?» — Руки сжимали телефон с такой силой, будто сейчас кто то подойдёт и заберёт его не дав шанса ответить рок — диве «Я могу приехать.» «Жду.» Тина не до конца осознавала что сейчас сделала. Может это будет не спасением, а самой большой ошибкой в жизни обоих? Она любила Юлю, находя даже в недостатках плюсы и утопала в девушке сильнее, но в голове как мантра крутилось " муж, семья, ребёнок «. Юля мчалась по ночным дорогам Киева. В голове было совершенно пусто, что она собралась обсуждать? То что жизни месяц не видела от ноющего чувства в груди? То что не подпускала к себе мужа, потому что думала что Тина всё чувствует? О какая глупость! Руки сжимали руль так сильно, что кажется на кожаном чехле останутся следы от ногтей. Нормальный человек в жизни не сел в таком состоянии за руль, но Юля не все, сейчас она была похожа на наркомана в ломке. Присутствие Тины рядом действительно действовало куда сильнее разного рода веществ. Подъезжая к дому Санина не могла спокойно дышать, а руки которые только перестали мучать руль сильно тряслись. «Как институтка трясусь, ей богу сумасшествие, не иначе!» — Юля прекрасно понимала что это только начало «сумасшествия» и дальше легче не будет. На звук заглушенного мотора, на крыльцо дома вышла Тина закутанная в тот самый плед, на котором умирала от рук подруги. Разряд неуверенности прошёлся по телам обеих, но отступать сейчас было бы глупостью. — Тина. Санина непроизвольно улыбнулась, как только увидела лицо Кароль при свете небольшого фонаря над дверью. — Мне не хватало тебя. Резко сократив расстояние Юля прижала Кароль к себе зарываясь в светлые волосы носом. Сильнее прижимаясь к рок — диве, Тина утопала в подруге или. Кем они теперь являлись? Кароль хоть и не имела близких подруг уже давно, но ясно понимала что когда она кричала имя Саниной и прижималась к ней обнажённым телом их дружба превратилось во что то иное. — Пошли в дом. Тина аккуратно взяла Санину за руку переплетая их пальцы, повела в гостиную к тёплому камину и бутылке красного-полусладкого. — Если ты собираешься уезжать, я могу заварить тебе чай… Тина боялась взглянуть в небесно-голубые напротив, боялась не увидеть нежности, как в ту ночь. — Я была бы не против остаться с тобой. Последние слова Юля произнесла шепотом боясь напугать Кароль. — Тина, я сейчас много чего тебе наговорю, поэтому пожалуйста выслушай, это важно. Юля сделала глубокий вдох собираясь с мыслями. — Я тебя люблю, это самое главное что тебе нужно знать сейчас. Но я совершенно не знаю что делать с этими чувствами, у меня в первый раз такое. За этот месяц не было ни секунды чтобы мои мысли, не были заполнены тобой. Мне уже плевать на всех, включая мужа, я.я просто хочу быть рядом с тобой каждое мгновение. — Юленька… Тина аккуратно прикоснулась к щеке Саниной разворачивая её лицо к себе. — Я люблю тебя. Кароль понимала что этот разговор закончится компромиссом, где Юля будет метаться между семьёй и так называемой «любовницей». И как бы это не было унизительно, другого варианта не существовало, помимо того как забыть всё и вычеркнуть имена из сердец, но это казалось чем то невозможным для Тины. Забираясь на колени к рок — диве, Тина прекрасно осознавала каждое своё действие. И руки под чужой футболкой, и когда усыпала поцелуями шею, лицо — прекрасно понимала какие последствия могут быть. Но «попробовав» однажды Санину, отказать в этой эйфории собственному разуму было нереально. Но Юля сама всё понимала и чтобы не унижать Кароль, присуждаю ей титул любовницы, Санина принимала правила игры, впиваясь ногтями в бёдра девушки что сидела на ней. — Пошли. Схватив за запястье рок-диву Кароль быстрым шагом повела её на второй этаж в святая — святых. Спальню. Их первый раз в перимешку с признанием и температурой был на непозволительно маленьком, неудобном диванчике. Это нужно исправить. Тина испытывала неудобство за должок с прошлой встречи и кажется пришло время его отплатить. Бутылка вина так и осталась на столе не тронута.