Мальчик-лампочка

— Мам, я отойду недалеко, — шепнул матери на ухо Тэхен, и, получив в ответ кивок, вышел из пышного зала в коридор. Тут поменьше людей и дышится как-то спокойнее и легче. Парень прошел немного дальше, смотря на немногие группы взрослых людей, что стояли и болтали о чем-то. Насколько он понял, дальше по коридору есть развилка, что ведёт в курилку и куда—то ещё. Ким не курит, так что пошел налево. Коридорные стены вывели его к широкой арке, за которой был большой балкон. Белые резные перила выглядели необычно и очень красиво извивались плавными формами. Небо было темным, усеяно мелкой бриллиантовой крошкой звезд, что сияли, отбрасывая вместе с луной мягкое освещение на фигуру парня, что стоял у перегородки. — Чонгук? – парень обернулся на голос и удивился. Откуда он тут? – Не ожидал тебя тут увидеть. — Привет Тэхён-хён, рад тебя встретить. Ты тоже сюда приехал? — Да, мы тут из-за мамы. Но мне не очень нравится тут быть, и я захотел уединиться. Думал, что тут побуду один, но оказалось даже лучше, — Ким подошел к нему ближе и встал рядом. Чонгук сцепил руки за спиной, стоя ровно с поднятой головой, но при этом выглядя безумно зажато. Ким заметил это и покосился на руки парня, сцепленные за его спиной. – Кстати, нужно тебе кое-что вернуть, раз уж мы встретились. — Я тебе что-то отдавал? — Чон удивился и повернулся к нему, Тэхён достал из кармана белую перчатку. — Ты её оставил тогда, это ведь твоё, — Чонгук со страхом взял вещь в руку и посмотрел на неё. — Я понимаю, дело личное, так что настаивать на том, чтобы ты всё мне рассказал, не буду. Но я всё сохраню в секрете, обещаю. Никто не узнает о том, что тогда случилось. — Обещаешь? — у парня взгляд такой несчастный, загнанные звери в клетках не так жалко смотрят на всё вокруг себя как он. Тэхёну искренне жаль его, и теперь стало понятно, почему он такой не общительный и неконтактный, почему от касаний людей он словно от огня дергается. Ким не может не ответить положительно и уже хотел протянуть руку чтобы пожать, но в последний момент одернул себя и опустил руку. Чон выдохнул спокойно и повернулся в сторону, перчатку он засунул в карман пиджака. — Не подскажешь, который сейчас час? — Да, конечно, — Тэ достал свой телефон и назвал время. — Самое время, мне скоро выступать. — Ты будешь тут выступать? — Ким вспомнил о том, что ему говорила мать про сегодняшний вечер, и закивал сам себе. — Понятно. Ну, удачи тебе. Уверен, ты будешь лучшим. — Спасибо. Мы можем после выступления немного поболтать? Не очень хочу сейчас общаться с какими-то знакомыми родителей, — Тэхён кивнул в ответ и Чон, сделав небольшой наклон головы, ушёл с балкона. Он быстро пошёл в сторону зала, и уже там подошёл к родителям. Мать, как всегда шикарна в белом брючном костюме, волосы лежат аккуратными локонами на плечах, а губы, окрашенные красной помадой, расплываются в легкой улыбке. Увидев сына возле себя, она взяла его легонько за плечи и подтолкнула вперёд, чтобы показать кому-то из очередных партнёров или коллег, кому это важно вообще. Отец тоже улыбается гостям, но это всё так фальшиво и неискренне, что Чонгуку от этого даже плохо становится. Взрослые говорят о чем-то, Чон слышит среди их речи своё имя и ещё какие-то имена, но парень их не слышал, а просто стоял рядом с родителями и улыбался, поддерживая идеальную картинку для других людей. Они должны быть идеальными в глазах других людей. — Простите, но нашему сыну как раз пора идти выступать, так что он нас покинет, — мама взяла сына за край рукава и повела ближе к сцене, поправила его пиджак и волосы. — Господи, нужно было придти пораньше, где ты был? — Прости. Мне было нехорошо, и я вышел подышать, — в его руках быстро оказалась скрипка, Женщина вздохнула и стряхнула невидимую пыль с плеча пиджака Чонгука. — В следующий раз хотя бы предупреди, чтобы я знала где тебя искать. Господи, какой же позор, — мать поправила свой наряд и повернула сына лицом к сцене. — Иди, и пожалуйста, не подведи нас всех. Чонгук кивнул маме и поднялся на сцену. Все взгляды направлены на него, ему не привыкать. Мать и отец стоят среди людей и смотрят на него особенно внимательно, чтобы потом подметить все его недочёты и высказать это. Чонгуку не привыкать к этому, но всегда каждый раз страшно выступать перед толпой людей. Он быстро пробегается взглядом ещё раз по залу и видит почти у самой стенки Тэхёна. Парень стоял там и держал бокал с чем-то в руках, и увидев Чонгука на сцене кивнул ему и широко улыбнулся. Чону стало полегче, когда он увидел улыбку Кима, выдохнул, и поставил скрипку на плечо, поднял смычок и провёл им по струнам. В голове сразу появился стройный ряд нот, и с каждым новым движением он проходит от одной точки к другой. Он смотрит на пальцы, а люди смотрят на него. Мать краем глаза наблюдает за публикой и замечает их восхищение её сыном, отчего довольно улыбается. Чонгук выполнил своё задание на отлично — их семья ещё раз доказала, что они идеальны. Осталось ещё немного, и всё это закончится очередными статьями в сети и СМИ о том, как чета Чонов и их ребёнок превзошли себя в очередной раз. Мисс Чон немного расслабляется и слушает музыку. Рука парня двигается легко, кажется, что он вообще не касается струн, но та мелодия что следует от его движений просто завораживает всех. Кажется, он играет вечность, завороженные люди стоят и не могут отвести взгляда от парня со сцены. Когда произведение закончилось, парень опустил инструмент и поклонился зрителям под их бурные аплодисменты. Люди хлопали довольно долго, Чонгук улыбнулся им и сошел со сцены. К нему сразу подскочили несколько людей и окружили его, говоря ему кучу комплиментов и пытаясь что-то спросить, но парень лишь учтиво отвечал, что не хочет сейчас что-либо обсуждать и он устал. Он подошёл к родителям, те улыбнулись ему и сказали, что гордятся его проделанной работой. Фальшь. Тут всё так фальшиво и неправдиво, что Чона это просто душит. Стало нехорошо, бросило как-то в жар резко. Он наклонился к матери и попросил выйти, она согласилась и отпустила, но ненадолго. Парень кивнул ей, кивнул отцу и вышел из зала. Ноги сами быстро понесли куда-то далеко, чтобы было как можно меньше людей. Поворот за поворотом, лестница, ещё несколько каких-то дверей и вот он стоит на улице со стороны чёрного входа. Ночной воздух кажется таким свежим и чистым, в отличии от того, что внутри. Щеки обдало вечерней прохладой, парень оттянул немного вниз галстук, чтобы стало легче дышать. Парень прошёл немного дальше и сел на лавку у деревьев, поднял голову и засмотрелся на небо, пытаясь придти в себя. Через пару минут он услышал возле себя шаги и выпрямился, повернулся в сторону звука. Из-за кустов показался Ким, в руках у него были два бокала с чем-то, и он шел в сторону Чона. — Ты был очень хорош, все смотрели только на тебя, — парень с улыбкой сказал это и сел возле него, поставил бокалы между ними. Чонгук кивнул ему в знак благодарности и поднял взгляд на небо, Тэхён сделал тоже самое. — Что ты играл? Мне понравилась музыка. — Шопен, ноктюрн до-диез минор. В сопровождении фортепиано звучит как по мне лучше, но мама настояла на сольном выступлении. Надеюсь я не облажался. — Ты шутишь? Да кроме твоей игры никто ничего и слушать больше не хотел тогда, ты не мог облажаться никак. Я в восторге с того, как ты сыграл, честно, — от услышанного в свою сторону Чонгук улыбнулся и смутился, ощутив, как покраснели уши. От Кима слышать похвалу было как-то особенно приятно, в отличии от того, что он получал обычно. Парень расплылся в улыбке. Тэхён заметил, что ему стало полегче, и сунул в руки один из принесённых бокалов. — Прости, но я не пью. — Будто я тут пью. Не бойся, это просто какая-то фигня которую мне дали заместо алкоголя. Я настолько молодо выгляжу, что мне его не дали. — А ничего что ты школьник? — Мне нравится думать что я просто настолько молодо выгляжу, — Ким взял свой бокал в руки и поднял его. — За вечер. — За вечер, — звук стука стекла друг о друга и парни выпили немного. В бокалах был обычный сок, но это и не важно как-то особо. Парни сидели и смотрели на небо и дальше, пока Тэхён не достал из кармана телефон и начал в нём что-то искать. — Что-то случилось? — Хочу дать тебе кое-что послушать. Думаю, тебе понравится, — сказал он, листая свой список плейлиста. Чон лишь пожал плечами и отпил ещё немного, страраясь не занимать голову ничем и отвлечься от всего. Сейчас, когда он не обременён тяжелым взглядом родителей на себе и может посидеть спокойно подышать воздухом со своим— а кто они с Тэхёном друг другу? Они не друзья, так как общались ничтожно мало друг с другом. Знакомые? Это звучит правильнее. Тэхён громко агакает и нажимает на нужную строку в списке, делает звук погромче и кладёт телефон себе на бедро. Из динамика сначала послышались странные слова, а потом женщина на непонятном иностранном языке начала петь. Странно, звучит очень странно, но что-то в этом есть. Ким даже что-то пытается подпевать, но удаётся с трудом. Уж очень её язык кажется жестким и четким, в отличии от корейского. На припеве парень начинает хлопать в ритм, и Чону забавно на это смотреть. Ким выглядит спокойный и расслабленным, но в тоже время в нём столько энергии, что только бери и питай им какую-нибудь станцию. Песня правда неплохая, но Чонгука она не привлекает так же сильно как сидящий рядом человек. Причёска его немного растрепалась за весь вечер, рубашка помялась, а пиджак давно лежит на лавке рядом, вместо того чтобы прикрывать собой широкие и крепкие плечи. От того, что они сидят довольно близко друг к другу, Чон замечает мелкие родинки на лице парня, и то, что у него очень длинные ресницы, и пухлые губы. Когда мелодия заканчивается, парень выключает телефон и поворачивается к нему лицом. — Ну как? — Звучит странно, но неплохо. А что это за язык на котором она пела? — Сербский. Без понятия где находится Сербия, но музыка у них классная, — парень убирает девайс обратно в карман, пока Чонгук старается вспомнить примерное расположение названной страны и кивает сам себе, когда в памяти всплывает нужное. — Сербия находится на юго-востоке Европы в центре Балканского полуострова, — Чон хотел что-то ещё сказал но его губы накрыла чужая большая ладонь. Парень испугано отодвинулся назад так резко, что он начал падать назад. Но его вовремя поймал Тэхён, так что белый пиджак оказался в безопасности и чистым. Чонгук был очень напуган от всего что сейчас проижошло и просто замер, пока Ким пытался вернуть его обратно на лавочку, и при этом не обронить на землю. — Ты как, цел? — Чон кивнул ему в ответ и сел поудобнее. Только сейчас он понял, что места, где были руки Кима, начали светиться, поэтому начал прикрывать эти места руками. Ким это заметил, но постарался не смотреть на это, хоть и очень хотелось. — Прости, знаю ты не любишь. — Н-ничего, спасибо, — Чонгук отвернулся от него и спрятал лицо от парня, но свечение почему-то всё не проходило. — Чёрт, да что такое… — Что-то не так? — Тэхён хотел коснуться его плеча, но одёрнул себя, и положил руки на колени. Чонгук выглядел очень растеряно и нервно, а свечение под кожей всё не прекращалось. — Может позвать твоих родителей? — Тэхён встал с лавки и уже хотел отойти, как парень взял его за руку. — НЕТ! Пожалуйста, не надо их звать. Иначе нам двоим будет нехорошо, — Тэхён кивнул и сел обратно, на парня он сомтрел краем глаза, чтобы не смущать его. Чонгук не знал что делать, но почему-то от того, что он взял Тэхёна за руку, стало как-то спокойнее. — А есть что-то, отчего ты мог бы, не знаю, прекратить светиться? — Оно обычно само по себе проходит спустя время, правда обычно это происходит намного быстрее. Если через полчаса не пройдёт, когда уже, наверное, позову родителей. Прости, что ты увидел меня в таком виде. — Ты серьёзно извиняешься? Президент студсовета с которым я мечтал подружиться с того момента как перешёл в эту школу сначала со мной и друзьями сходил на ужин, а потом я оказался на званом вечере его семьи и лично слушал как он играет на скрипке, а потом мы сидели в саду и слушали песню на сербском. Да это самый крутой вечер на свете! — заулыбался парень так ярко, что свечения кожи Чонгука казалось совсем блеклым на его фоне. Ким хотел сейчас взять его за руки и обнять, но подумал, что он этого может стать только хуже, так что просто сидел и улыбался во все тридцать два. — Чувак, если бы не то, что с тобой происходит, я бы уже давно тебя украл отсюда и позвал ребят, чтобы мы пошли куда-то гулять. При всём уважении, но подобные мероприятия не для меня. — Могу понять, я и сам не люблю их. У меня просто нет выбора, так как я обязан зачастую там быть рядом с родителями. Чета Чон и их сын — идеал семьи, к которому нужно стремиться всей стране, — с натянутой широкой улыбкой сказал парень, показывая пальцами кавычки. Ким заметил, что ладонь парня не светилась от того, что он сам коснулся руки Тэхёна. Интересно. — Я там нужен просто как красивая побрякушка на фоне, не более. Всё равно мне мало с кем там удаётся поболтать, а стоять постоянно возле родителей изматывает. — Понимаю. А можно вопрос? — Давай. — Раз у нас есть время, пока твоё свечение ещё не прошло, можешь рассказать про это? Обещаю, ни одна живая душа про это не узнает, — Чонгук был готов к этому вопросу, так что просто вздохнул и посмотрел на свои руки. Он закатал рукав пиджака и рубашки повыше, открыв небольшой участок кожи. — Коснись, — Тэхён сделал сказанное, и место куда он тронул засветилось маленькой желтоватой точкой на коже. Будто крохотный светлячок сел Чону на руку, вот только это был не жучок. — Это началось с самого рождения. Когда меня касался кто-либо, места прикосновений начинали светиться. Родители назвали это проклятьем, поэтому никому нельзя было меня трогать, даже они это делали очень редко. Отчасти из-за этого я так же редко с кем общаюсь или завожу дружбу, потому что это может очень напугать, а ещё подорвать репутацию безупречной семьи Чон. Я их надежда, так что я должен скрывать это под светлой одеждой, так как под ней свет менее заметен днём, а вечером я никуда не хожу. — И перчатки тоже из-за этого? — Да. Руки можно очень легко коснуться и заметить, что что-то не так с кожей, так что приходится ходить так. Все думают, что я очень брезгливый, но на самом деле я не имею выбора носить или нет. До тебя про это всё знала только моя семья и наш семейный врач. Родители пытались когда-то найти способ вылечить меня, узнавали у самых лучших врачей, что можно сделать, даже думали отправить меня в монастырь куда-то далеко в горы, но потом подумали, что это будет уж чересчур. — Не могу не согласиться. Монастырь это уже капец. Но и всё остальное тоже не могу назвать суперской идеей. Лишать ребёнка простых радостей как объятья или держание за руку из-за того что он светится? Ты ведь не заразный, чего бояться? — Чон неловко пожал плечами и посмотрел вниз на свои туфли. От травы в саду они стали не такими чистыми и блестящими как были, но всё ещё их качество было на голову выше старых туфлей Тэхёна, даже на вид было очень легко заметна разница. Но что кроется за туфлями, костюмами? У кого из этих ребят судьба оказалась получше другого? У того у кого туфли дороже? Разве? Чон устало обидно за то, что он не такой как все остальные дети, что у него не было того же, что было у них. Он тоже хотел, чтобы мама его обняла, или папа потрепал по голове за хорошую работу. Но нет, он максимум от них получал взгляд и одобрительный кивок вместо этого. Обидно ужасно, но что он может блин поделать? Тэхён заметил изменение в лице и взгляде Чона, и, не придумав ничего лучше, подсел ближе к нему и обнял, стараясь не касаться открытых мест. Чонгук сначала замер от шока, не зная, что ему стоит делать сейчас. Но от объятий стало так тепло и хорошо, спокойно. От Тэхёна пахло чем-то приятным и теплым, уютным. Тэхём уютный. Чонгук, на свой страх и риск, обнял парня в ответ, и стало так хорошо. Он чувствовал под руками крепкую спину парня, скрытую под белой рубашкой, а от волос пахло сладкой карамелью. Приятно, надо бы узнать что за шампунем он пользуется. Ему стало плевать на то, что от касаний парня он только сильнее будет светиться, и чёрт знает сколько должно уйти времени на то, чтобы это всё прошло. Плевать. Сейчас Чон Чонгук смог ненадолго стать маленьким мальчиком, получившим свои самые первые и крепкие объятья в жизни. Отвлёк их звонок телефона Кима. Парень поднял трубку и принял вызов, мама уже закончила все свои дела и ждала его, чтобы поехать домой. Тэ сказал, что сейчас придёт, только попрощается с другом, и сбросил звонок. Чонгук отпустил его и теперь смотрел вниз, так как ему стало неловко. Тэхён улыбнулся ему. — Прости, мама начнёт волноваться, если я не приду. Но мы можем ещё поболтать в школе, если ты не против, — Чон хотел было кивнуть ему в ответ, но вспомнил о словах матери про запрет ходить в школу, и прикусил губу. — Что-то не так? — После нашего с твоими хёнами ужина я вернулся слишком поздно домой и меня наказали. Скорее всего в ближайшее время я не появлюсь в школе, прости, — на лице Кима выразилось вмиг столько негодования, сколько не было за всю его жизнь наверное. Серьёзно? Он ведь даже пришёл не после полуночи, а ему запрещают ходить в школу? Что за бред? Парень уже было подумал почти к родителям друга и разобраться со всем, но вспомнил, что от этого может стать только хуже, так что достал свой телефон и протянул его другу. — Запиши мне свой номер, будем так общаться. Если что, можем созвониться, и я к тебе прибегу, — Чонгук усмехнулся с него но взял телефон в руки и быстро записал свой номер. Девайс вернули законному владельцу, парень ещё раз улыбнулся Чону и, пожелав доброй ночи, ушёл. Чон остался один на лавочке, с двумя пустыми бокалами от сока и следами от чужого тела под одеждой, от которых было очень тепло.