Bad company: black out days

– Ты как? – Спросил Хван, пытаясь помочь еле соображающему Феликсу сесть. Последние события размытой картинкой отображались в голове. Феликс помнил только сильный удар головой о дверь автомобиля, шум покрышек и падение в объятия темноты. Сейчас он сидел в незнакомой ему комнате, которая была наполовину пуста. Здесь было только самое необходимое: жёсткая кровать, стол, на котором стояло несколько предметов, которые он не мог разглядеть, и маленькая потрескавшаяся тумбочка из тёмного дерева. Стены были выкрашены в какой-то невзрачный оттенок, придавая комнате ещё более тусклый вид. Вместо люстры на потолке одиноко висела маленькая, пожелтевшая люминесцентная лампочка, которая при полной темноте вряд ли смогла бы осветить всю комнату. На окне не было ни занавесок, ни штор, поэтому яркий свет солнца беспрепятственно проникал в помещение. Перед ним стоял Хёнджин и проверял его состояние. Чёрной бейсболки, скрывающей длинные волосы, не было, и они падали ему на лицо. Постепенно парень начал приходить в себя и осознавать, что происходит вокруг. Изображение становилось чётче, а тело начинало реагировать на команды. Должно быть, Ликс провалялся в кровати намного дольше, чем он думал. Он проспал здесь всю ночь. – Похоже, ты неплохо так головой ударился, – сделал вывод Хван. Ли вздрогнул от прикосновения к ране на лбу и посмотрел на парня испуганными глазами. Он вдруг вспомнил вчерашние события. – Спасибо, что вернулся ко мне, а то я уже начинал думать, куда буду прятать твой труп, – отшутился он в своей манере. – Где я нахожусь? Настало время вопросов. – Ты так и не назвал адреса, поэтому я привез тебя сюда, к тому же обстоятельства бы не позволили поступить как-то иначе, – он снова смочил чем-то ватный диск и потянулся к Феликсу. – Не трогай меня! Ты чертов вор, который украл чью-то машину! – От эмоций перехватывало дыхание. – Ты хоть понимаешь, что сделал меня соучастником в твоём преступлении?! Моя жизнь и так катится к чертям! – Его голос надрывался из-за крика. Феликс был так напуган, что сердце вот-вот было готово выпрыгнуть из грудной клетки. – Успокойся, я всё объясню, – его рука снова потянулась к Ли. – Нет! Хватит! – Закричал он, резко отталкивая руку Хвана от себя. – Я хочу домой! Я даже не знаю, где я сейчас! Феликс держался до последнего, только бы не показывать ему свою слабость, не выглядеть перед ним испуганным. Но дело в том, что он никогда не был сильным, поэтому эмоции вырвались сами собой. Ли подтянул рукав толстовки, чтобы вытереть подступающие слезы. – Все будет нормально, – спокойным тоном сказал Хван. Да что блин с тобой не так? Они совсем не знали друг друга, но Ли заметил, что у парня явная проблема с выражением эмоций. Он сделал вывод, что тот и не знал как их показывать. Казалось, что Хван вообще не умел сочувствовать. Хёнджин повернулся к столу, смачивая ватный бинт в какой-то жидкости, и затем вновь посмотрел на Феликса. Он, вероятно, выжидал, когда Ли позволит. И тот все-таки разрешил себя коснуться. А какой смысл теперь отказываться от помощи? Ли был зол, но прекрасно осознавал, что ему не угрожала опасность. В противном случае, Хенджин не привез бы его сюда, не пытался бы ему помочь. Он аккуратно коснулся его ссадины ватным диском. Висок Феликса снова загудел от боли. Хёнджин бережно обрабатывал повреждение, точечно нанося лекарство. Оно сильно щипало, из-за чего Ли сощурился. Он терпел, хоть было и неприятно. Должно быть, Хван заметил это, потому придвинулся поближе, чтобы подуть на рану. Мурашки пробежали по коже. Хватит что-то чувствовать. Он сделал это с тобой. Он и должен это исправить. Феликс позволил себе разглядеть его лицо. Тёмные глаза, как бездонное море, совершенно ничего не выражали, не то, чтобы Ли умел читать человека по его глазам, но они были пустыми. В них словно не горел свет. Ни радости, ни страха, ни надежды — ничего. Только маленькая родинка придавала его холодному взгляду какую-то нежность. Феликс опустился глазами ниже и остановился на его губах, которые, наверное, пробовали ни один поцелуй. А потом скользнул по его чётко очерченной линии скул, заметив у него крохотную сережку на правом ухе. Его внешность была холодной, соответствуя его темпераменту. Но, однако, это не отталкивало. Разглядывая Хвана, парень даже ненадолго забыл о боли. Может, ему и не удавалось помочь словами, но зато помогал действиями. Место удара теперь не гудело так сильно, всего лишь слегка пощипывало. Хёнджин ещё раз обработал повреждения, вытирая остатки кровотечения. Тот наконец взглянул ему в глаза, встречаясь с Феликсом взглядом. – Ну что, нагляделся? Чертовски неловко. Феликсу захотелось провалиться под землю. – Можешь смотреть сколько угодно, я знаю, что красив, – улыбнулся он уголком губ. Вот это самомнение. – Спасибо за то, что помог с этим, – выдавил Ли, указывая пальцем на рану. Хёнджин посмотрел на него, уже собирая свои вещи в портфель, и кивнул. – Так… ты украл ту машину, да? – Все же рискнул спросить Ли. – Ага, но не потому, что захотел, – Хенджин разочаровано выдохнул, застегивая сумку. – Нужно было кое-кого проучить, не думал, что попадусь. Могли быть последствия, ведь я не совсем волен в своих действиях, – объяснил он. Не совсем волен в своих действиях? Что это значит? Хенджина и так было тяжело понять, но сейчас Феликс окончательно запутался. – Эм… ясно, значит, я просто был не в том месте, не в то время, – решил для себя Ликс и поджал губы. – Ладно, мне пора. Если меня не будет слишком долго, мой отец начнёт бить тревогу. Ложь. Хоть и вероятно, что Хёнджину было абсолютно всё равно, кто там ждёт Феликса дома. – Ладно, но лучше переоденься, а то вся твоя кофта заляпана каплями крови, – сказал тот, кидая Феликсу серую толстовку. Ли было почему-то неловко переодеваться перед ним, но отказаться было бы глупостью. Парню безумно хотелось сделать две вещи: принять душ и надеть чистую одежду. Феликс снял с себя свое грязное и порванное на локтях худи, надевая чужую толстовку. Та пахла каким-то странным порошком. Ли нахмурился. Этот запах напоминал горькую мяту – притягивал и отталкивал одновременно. Как и сам хозяин этой вещи. – Тебя подвезти? – Спросил тот, даже не смотря в сторону Ликса. – Нет, спасибо. С тобой я уже покатался, на всю жизнь хватило. Зато честно. Его фобия точно никуда не делась, если только все не стало хуже. – Держи. – Хёнджин протянул ему маленькую бумажку с номером телефона. – Можешь позвонить, если вдруг вляпаешься в неприятности. – Он замолк, а затем добавил: – Ну, или в стену с ярким граффити. – Спасибо… Феликс задумался о том, чтобы дать ему свой номер в ответ, но в один момент передумал. Он ведь и не попросил. – Надеюсь, что больше без подобных происшествий, – сказал он напоследок.

***

      Феликс шёл по улицам утреннего прохладного Сеула, направляясь к себе домой. Тело немного ломило после вчерашнего, но зато он выспался. Парень вспомнил, как вчера неплохо справился с преодолением своего страха. Стоило попробовать раньше. Хотя, закончилось всё плачевно. Он всё равно запаниковал. Даже хорошо, что Ли ударился головой из-за манёвра Хёнджина, иначе бы тот просто выкинул его из машины, учитывая его неспособность к самообладанию. Но сейчас все, чем была заполнена его голова – это Хёнджин. Парень, который не умеет проявлять эмоции, не знает страха, не слышал о сочувствии и, наверное, даже не подозревает о такой вещи как скромность. Непредсказуемый и скрытный. Феликсу отчего-то безумно хотелось узнать все его тайны, порыться в его сознании и разгадать все его мысли. Настолько ли он холоден, каким себя показывал? Забавно, ведь Хван чуть не довёл его до инфаркта, но Ли всё равно думал о нём. Добравшись до дома, Феликс открыл дверь своим ключом после игнорирования отцом его стуков и пошёл к себе в комнату, уже представляя, как заваливается на свою кровать. Как же он мечтал добраться до дома, даже если тебя никто там не ждёт. Если нет человека, то хотя бы есть место. – Пап! Я дома! – Крикнул Феликс, заходя в ванную, чтобы бросить грязные вещи в стирку. Тишина. Неужели он опять выпил на ночь и уснул в своём кресле перед телевизором. – Пап, ты опять пропустишь работу, просыпайся! И вновь молчание. Обычно он хоть что-то отвечал. Ли был готов услышать его пьяные бредни или выговор за то, что он не ночевал дома, да всё что угодно, только не эту долбанную тишину. Феликс тяжело выдохнул и вместо того, чтобы подняться к себе в спальню, прошёл в гостиную. Тогда Ли с ужасом понял. Его отец ничего бы ему не ответил. Его глаза начали наполняться слезами, а всё тело затрясло. Он упал на колени рядом с его телом и, проверив пульс, который еще раз убедил его, что отец мертв, начал трясти его за плечи, словно надеясь, что он просто спит. Заметив растекающуюся кровь под телом отца после попытки сдвинуть того с места, Ликс зажмурился и в испуге отшатнулся к кухонному столику, ударившись об него затылком и в ужасе распахивая глаза. Грудную клетку пронзила невыносимая боль, парализующая всё тело. Было больно дышать, Ли словно не мог пошевелиться. Ощущение пустоты разрывало на части. На ещё не зажившее ранение нанесли новое. – Нет, нет, нет, нет, нет, нет, – твердил себе он, хватаясь руками за голову. Ли задыхался. Сердце колотилось как бешеное, воздуха не хватало, а осознание происходящего душило его. Он заслонил ладонями глаза, бормоча себе под нос: – Это просто твой очередной кошмар, сейчас ты проснёшься. Просто успокойся, дыши. Попытайся открыть глаза. Феликс медленно убрал ладони от лица, и сердце сдавила новая порция боли, обрушиваясь на него и не оставляя места для надежды. Это не сон, это твоя реальность. Эта жестокая реальность убивала Феликса. Всепоглощающие чувство утраты и горе от потери действовали как тысячи ударов ножом. Он не мог понять, за что ему эти страдания. Разве он недостаточно мучился? Недостаточно плакал по ночам? Почему снова он? Плевать, каким стал его отец, главное, что он у него был, и Ли его любил. Сейчас же не осталось никого. Феликс полез дрожащей рукой в карман за телефоном, чтобы вызвать полицию и скорую, которая здесь уже ничем не поможет. Руки не слушались. Пальцы тряслись, он с трудом смог набрать нужные цифры. – Возьми себя в руки, ты, чертова тряпка! – Он ударил себя по щеке, чтобы хоть немного привезти себя в чувства. Тогда он закончил набирать номер. Говорить слаженно совершенно не получалось, слова складывались в невнятные предложения, но у него вышло, и уже через пятнадцать минут полиция и скорая были на месте происшествия.       Когда Феликсу задавали вопросы, он сильно терялся, кое-как отвечая на некоторые из них. Когда отца положили на носилки, чтобы увезти тело, Ли старался не смотреть и не думать о том, что потерял последнего родного человека. А когда его везли в полицейский участок для выяснения подробностей преступления и дальнейших действий, он опять плакал, щипая себя за кожу на руках, потому что всё ещё в глубине души верил, что это просто страшный сон. Веки тяжелели, безумно хотелось спать. Он просидел в отделении полиции целые сутки и ни на минуту не смог сомкнуть опухших от слёз глаз. Ему задали достаточно вопросов, на которые он не дал ответов: – То есть, вы последний раз видели его вечером, а тело обнаружили только утром? – Да. – Тогда где вы были всю ночь? Кто-то может подтвердить ваше алиби? – Кто мог стоять за этим преступлением? – У вашего отца были враги? – У вашего отца были нежелательные связи во время разбирательств, когда судили виновных в аварии? Один за другим. И каждый оставлен без ответов. Он бы и сам хотел знать, кому нужно было убийство пьяницы, который не представлял никакой угрозы. И это было не самое страшное. Описать ситуацию о том, как он нашёл тело отца в подробных деталях – вот, что заставило Ли невыносимо страдать. Ему вновь и вновь приходилось восстанавливать эти трагические воспоминания в своей голове, как пазл из отдельных кусочков картинок, которые он помнил, но мечтал забыть. После долгих мучений они позволили ему передохнуть. Феликс долго смотрел в одну точку в стене напротив, совершенно потерявшись в реальности. Вдруг его телефон завибрировал. Он полез за ним в карман и обнаружил там скомканную бумажку. Ли вытащил ее, взглянув на номер того самого Хенджина. Больше без подобных происшествий. Как же он отчаялся, что хотел просить о помощи незнакомца. Голову посетила одна безумная мысль. Ничего хуже уже точно не будет. Он взял телефон и набрал номер со скомканной бумажки, найденую в кармане толстовки. – Привет, это Феликс, – промямлил он, шмыгая носом. Тот поднял трубку. – Странно, ты всё время плачешь. Я начинаю думаю, что это твоё обычное состояние. Так и было. Последний год именно так и было. Кто-то громко кричал на той стороне телефонного звонка. Феликс расслышал лишь часть диалога: – Давай ещё один раз, клянусь, в этот раз я точно отыграюсь! – Ты проигрываешь мне уже третий раз! – Крикнул другой парень. – Ты сказал, что мне можно звонить, если будет нужна помощь. Ты оказался прав. Она мне необходима. – Так скоро? У тебя какой-то дар влипать в неприятности, – пошутил он. И Феликс бы посмеялся, не будь ему не до смеха. – И в чём именно тебе нужна моя помощь? – Я в полиции. Ты сможешь забрать меня? Просить о таком было слишком, особенно, когда вы только познакомились. Но выбор у него был небольшой: остаться в участке или вернуться домой, куда он, мог поклясться, не вернулся бы никогда. – На самом деле, я бы никогда не попросил о таком, но моего отца убили… – Он сглотнул комок в горле и продолжил: – Они думают… – Ли не знал даже с чего начать. Он потер уставшие глаза. На этот раз он конкретно вляпался в неприятности. Следовало все–таки влететь в ту стену с граффити. – У них никаких наводок, ни улик, и я ни черта не знаю, поэтому они так решили… – Ли сбавил тон и сказал в трубку чуть слышно: – Они думают, что это сделал я.