Любимые герои.

Сентябрь на дворе, и листья летят, раскрашивая серую погоду в свои багряные и золотистые цвета. И бесцветный дождь гуляет по оживленным улицам шумящего Нью-Йорка. А люди прячутся под черными зонтами, закрываясь от капель, безрассудно летящих на грязный асфальт. Шныряют желтые такси, периодически сигналя друг другу и случайный прохожий замрет, заглядевшись на какую-нибудь пеструю вывеску. Весь город погрузился в осень, настала ветров пора. И тут и там мелькают лужи, в которые ненароком кто-нибудь наступит. И парк сбрасывает остатки листьев, они убегают вслед за ветром, оставляя деревья стоять голыми и почерневшими. Курт не любит осень. Холодный ветер портит его идеальную прическу и он хмурится, поднимая воротник своего любимого кремово-бежевого пальто с большими коричневыми пуговицами и поправляет пестрый шарфик, что повязан вокруг шеи. Он бросит торопливый взгляд на часы и в который раз удрученно вздохнет, посмотрев в даль. И вот в толпе, среди серый, однотипных фигур, что так же прячутся под большим черными зонтами-куполами, покажется яркий силуэт, как взрывной ураган. Она покрутит разноцветным своим зонтиком и он будто радугой станет, чередуя цвета. На ней кислотно-зеленые колготки, под коротенькие джинсовые шоры и ее любимая толстовка с большущим горлышком, которое она обвязала длиннющим пяти-цветным шарфом. Ее волосы немного намокли и чуть закудрявились, она недовольно отбросила челку, что спадала на серо-голубые глаза, скрывающиеся за вишнево-бордовой оправой очков, чуть съехавших на нос, закрывая обзор. Ее любимые кеды - привычная обувь, сменились на желтые резиновые сапоги с белой подошвой и она спокойно шлепает по лужам, не обращая внимание на недовольных прохожих. Она - яркое пятно в посеревшем городе. На лице Хаммела появляется улыбка, сегодня он видит ее впервые, после долгой разлуки и хоть он немного зол, что Винчестер опоздала снова, он рад видеть ее. - Привет, любимый. - Улыбается она ему так искренне и тут же обнимает, приподнявшись на цыпочки, так крепко. Она скучала, наверное, в тысячу раз больше, чем Курт. - Здравствуй, милая. - Отвечает Хаммел, пытаясь равновесие сохранить. Но кажется, Алексия никогда его не отпустит. И ветер все так же кружит вокруг них. Курт не любит осень, он бы сказал сейчас об этом, но не хочется портить момент.  - Боги, я так скучала. - Шепчет она самое очевидное, что могла сказать. И юноша про себя отмечает, что угадал. Она будет снова болтать без умолку, рассказывая, как дела в Академии, что они делали на последней охоте. Она вспомнит смешную историю и так и не сможет рассказать ее, не сумев прекратить смеяться. Она выпьет литр чая с лимоном и съест целую плитку шоколада. Она споет что-нибудь своим осипшим голосом и непременно попросит Курта петь с ней. Она будет бегать, шурша листьями, потому что она любит осень. Алексия захочет купить абсолютно ненужную вещь, а потом будет танцевать под ливнем и они оба, непременно, промокнут до нитки и будут греться, сняв номер в отеле. Она будет читать в слух, забравшись к нему на кровать с ногами и попросит ей спеть на ночь, а потом попросит уснуть с ней, потому что она боится приведений. А всю ночь на пролет она будет писать Греллю или Дину, а может быть Локи и тихо смеяться. Она поцелует Курта в лоб и пожелает ему сладких снов, а утром она тихо выйдет из комнаты и уедет на встречу новому дню, обратно - к братьям и они будут колесить по Америке. Когда-нибудь она будет счастлива, а Курт будет гордиться ей. Жаль, что это всего лишь выдумка. Реальность не так благосклонна.