Исчезнуть

Тому, что мне сделали предложение руки и сердца от души была рада не только я. Мои приёмные родители также были несказанно счастливы этой новости и уже даже решили начать готовить меня к свадьбе. Новость о нашей с майором помолвке быстро достигла моих коллег. Гилберт приходил к Директору Ходжинсу, чтобы "отпраздновать" это дело и поделиться своей радостью. Разумеется, кто-то мог услышать это краем уха. Я не была против, чтобы кто-то об этом знал, а даже наоборот - сообщила Каттлее и остальным о предстоящей свадьбе. К слову, этот день был назначен на 21-й день следующего месяца - июня*, а значит, оставалось не так много времени на подготовку. На помощь я позвала автозапоминающих кукол, с которыми ладила больше всего - Эрику, Айрис и Каттлею. Их же и пригласила на свадьбу со своей стороны. Остальных сотрудниц назвать "подругами" я не могла, тем более - действительно близко я контактировала только с последней. Чтобы мой жених не видел платья, выбирать его пришлось в отсутствии Гилберта. Честно говоря, мне было немного грустно, но составившие компанию девушки здорово смогли разрядить обстановку. На поиски и обдумывание всех возможных вариантов ушло более недели. В свадебном магазине было множество различных платьев и даже костюмов: цвет их варьировался от белоснежного до ярко - красного. Они были и в пол, и чуть ниже колена. С открытыми плечами, без рукавов; обтягивающие, свободные и просто - приталенные. Одним словом, выбора было неисчислимое множество. Мне пришлось поперепримерять более половины всего ассортимента. Я хотела выглядеть как можно более женственно и утонченно, чтобы по-настоящему походить на невесту. Протезы мне хотелось скрыть, потому к платью я решила подобрать длинные белые перчатки. Спустя тяготы и муки, я остановила свой выбор на длинном платье со втачными* рукавами - фонариками. Оно не было пышным и многослойным, но и не утягивало меня в ноль. Следом за платьем были присмотрены аккуратные белые туфельки и брошь на волосы, имеющая форму цветка гардении. Расплатившись за мой наряд деньгами, которые отдал мне Гилберт, я испытала небольшую неловкость: сумма показалась мне несколько крупной, но назад пути уже не было. Мы с куклами успешно подобрали мне причёску. На самом деле, ничего сложного в ней не было - волосы были слегка прибраны сзади, а бо́льшая их часть оставалась в распущенном виде. Мы стали чаще видеться с майором Гилбертом и обсуждать детали свадебной церемонии: гостей, меню, место проведения и прочие мелочи. В самом деле, для меня это не было настолько важной деталью. Главное - то, что мы сможем закрепить узы нашей любви в браке и нас уже точно ничего и никогда не сможет разлучить. Главное - то, что он всегда будет рядом со мной, а я - с ним. И возможно, сны, так часто пугающие меня, наконец смогут исчезнуть из моей жизни. До дня заключения брака оставалось меньше недели, но мы уже обо всем договорились. Военная дисциплина: что поделать. Оставалась только постановка первого танца. Её мы как-то упустили из виду. Но я бы не сказала, что была абсолютно готова. Остаться навсегда с любимым человеком - очень радостное и замечательное событие, но и кроме того - до ужаса волнительное. Мне было немного страшно, я часто думала о том, чтобы случайно не сделать что-то не так в этот ответственный день. Всё это случилось так неожиданно...можно не заметить, но я уже порядка двух лет живу в семье Эвергарден. И по сей день я не знаю своего возраста, хотя когда меня выписывали из госпиталя после окончания межконтинентальной войны, мне прикинули 14 - 15 лет. Значит, сейчас мне около 16. Или...даже 17 лет. В любом случае, за столь короткий срок произошло множество различных событий и потрясений. Я не беру в счёт свою солдатскую деятельность, о которой мне не очень - то хочется теперь вспоминать, да и не относится она к моей жизни в приёмной семье. Просто я не могу поверить, что за такой маленький промежуток времени можно успеть стать настоящей автозапоминающей куклой, уйти на больничный на несколько месяцев из-за эмоциональных потрясений, а потом и вовсе - выйти замуж. Мне даже кажется, что возможно, мне рано вступать в брак. Я ведь даже не королевских кровей. Но на самом деле, в наше время это привычное дело. Сейчас мне просто нужно перестать переживать и думать о хорошем. Впереди ещё много лет счастливой совместной жизни с любимым человеком. В самом деле, я несказанно рада, что мы с майором Гилбертом видимся уже в мирное время безо всяких обязательств, приказов и прочего. Война закончилась...уже 2 года назад. С майором я вижусь и примерно половину этого времени. Всего год "новая" я знаю "нового" майора. Моя семья и друзья приняли большое участие в подготовке торжественного события и моей жизни в целом. Список гостей состоял из моих родителей, нескольких сотрудников "СН" и пары других знакомых с моей стороны и некоторых людей со стороны Гилберта. Безо всяких условий там будут члены семьи Бугенвиллия. Мама Гилберта - с ней я уже познакомилась; и его брат - капитан Дитфрид... Моё знакомство с семьёй жениха прошло гладко... На следующий день после предложения, меня пригласили на семейный ужин в поместье Бугенвиллея. Если не брать в счёт время моего лечения под опекой Гилберта, то я заходила в гости всего несколько раз. Постоянно я была в работе и торопилась, поэтому знала госпожу Бугенвиллия мельком. Что касается капитана - от него я боялась какого-то упрёка или презрения в свой адрес, поэтому старалась его избегать. Этим вечером мне было необходимо проявить себя с хорошей стороны, показать, что я действительно достойна выйти замуж за подполковника Гилберта Бугенвиллию, продолжавшего военное дело своей семьи. Гилберт забрал меня из и довёз до места проведения ужина. Всё это время я очень волновалась, но изо всех сил старалась не подавать и виду и сохранять хладнокровие хотя бы на лице, но что-то мне подсказывает, что получалось плохо. Пока мы ехали, мой жених заботливо положил руку поверх моей. Он постоянно спрашивал, всё ли в порядке и заботливо улыбался. Ах, как бы я хотела почувствовать тепло его руки на своем запястье...очень жаль, что адамантин не способен "почувствовать" его. Значит, это тепло мне суждено только представлять. Добравшись наконец до поместья, мы вышли из автомобиля. Гилберт продолжал держать меня за руку и стал придерживать за талию, будто бы боясь уронить. Я почувствовала себя хрустальной куклой. Это было приятное, но в то же время странное ощущение. Как только мы вошли, нас разумеется пригласили за стол. Я любезно поблагодарила служанку и прошла в столовую вместе с возлюбленным. Первой поприветствовала госпожу Бугенвиллея и капитана я. Затем - Гилберт. После поступили ответные приветствия. Всё начиналось довольно неплохо. Мама Гилберта спрашивала о моих увлечениях и деятельности, которой я занимаюсь. Как бы я ни старалась перестать волноваться, дрожь пробивалась в моем голосе, а мысли бесконтрольно путались в голове. Единственное, что хоть немного оказывало положительное воздействие на мое волнение - рука Гилберта, державшая мою под столом. Самым часто употребляемым мной словом за этот вечер смело можно было назвать "работа". Ну, во всяком случае, когда я говорила об увлечениях... Как мне показалось, я сумела произвести неплохое впечатление. Госпожа задавала много вопросов о моей профессии, на которые мне нравилось отвечать. Но и я задавала вопросы ответ. Я всё ещё боялась смотреть в сторону капитана. Через некоторое время он перестал сидеть в стороне и тоже начал разговор. Он знал оружие "Вайолет", но не знал человека. Мне показалось, что после этого ужина лёд в его глазах подтаял и он стал лучше ко мне относиться. Как только настала пора идти домой, я услышала от капитана Дитфрида слова, на которые и не надеялась никогда. — Вайолет. Живи без сожалений. Будь счастлива с моим братом... Кроме этого я услышала слово "прости". В ответ мне осталось улыбнуться и поклониться перед тем, как покинуть поместье Бугенвиллия. Таким образом, отношения были налажены. До дня свадьбы оставалось все меньше и меньше времени, каждый день мы учились и тренировались танцевать свадебный вальс. Наконец, у нас действительно стало получаться. Остался всего день.