Трудно быть человеком

       — Что? — переспросил Шэнь Цинцю, надеясь, что ослышался. — Контакт с кем?!        Ли Хуай тоже только вздохнул, понимая, что это не его повысили, а у начальника крыша поехала. Убийство есть убийство, за такое не награждают.        — С демонами! — повторил Павлов терпеливо. — Нужен контакт и срочно. Ни на одной планете я не видел такого ужаса. Это же полное отсутствие своих ресурсов, все приходится приносить. Неудивительно, что они жрут друг друга и людей. Легко быть гуманистом, когда у тебя все есть, но в такой ситуации… нет, мы срочно должны им дать все, что им нужно.        — Жадность демонов бесконечна, — заметил Ло Бинхэ. — Так говорят мудрецы. Сколько ни дай, им всегда нужно больше.        — А больше у нас тоже есть. Посмотрим, хватит ли у них желаний на наши возможности! У нас на Марсе яблони таки зацвели, так что в том мире тоже как-нибудь бамбук вырастим. Ли, возьметесь?        Ли Хуай посмотрел на Павлова, потом — на медика рядом с собой.        — Товарищ Павлов, вы уверены? Я же все-таки действительно куратора Чжао отравил. И не раскаиваюсь, заметьте. Сейчас бы точно так же поступил.        — Сейчас вам убивать и не нужно, — отмахнулся Павлов, и Шэнь Цинцю снова захотелось предложить ему снотворного и успокоительного — и лучше одновременно. — В смысле, плохо, что вы убили, и вы обязательно пройдете лечение. Позже. А сейчас нам нужны ваши связи и… как бы это сказать? Ваши личные качества, которые позволяют вам контактировать с демонами и понимать их. Как мне кажется, остальные агенты этот уровень не вытянут.        Ло Бинхэ только головой покачал, но ничего не сказал. Он явно был невысокого мнения ни о демонах, ни об их готовности к инопланетным контактам. Шэнь Цинцю тоже не нашел, что возразить. Конечно, Ли Хуая надо было лечить, а мир демонов можно было и не спасать так срочно… Существовали же они как-то тысячу лет до этого! Но, возможно, он просто чего-то не понимал.        — Простите, Ло, мы бы привлекли к этому вас, — продолжал Павлов тем временем, — но мне показалось, что вы хотите на Землю с товарищем Шэнем. Может быть, вы оставите кому-нибудь меч, чтобы мы могли перемещаться к демонам, когда будет нужно?        — Конечно, я понимаю, — вежливо согласился Ло Бинхэ. — Я был в том мире всего несколько дней, и меня бесполезно спрашивать о том, как там все устроено. Да, мои знания охватывают почти тысячу лет, но они обрывочны и бессистемны, я вряд ли могу вам пригодиться. Но Синьмо вы сможете забрать только с моего трупа.        — Ло Бинхэ! — Шэнь Цинцю все-таки стукнул ученика веером по плечу. — Разве я тебя так учил разговаривать?! Где твои манеры?!        — Но разве это не самый короткий путь объяснить, что меч они не получат? — улыбнулся Ло Бинхэ, ничуть не пристыженный.        — Нет! Ты мог просто сказать про восемьдесят восемь демонов, которых придется убить, чтобы мечом смог воспользоваться кто-то другой!        — Да, действительно. И это тоже.        — Оба аргумента одинаково убедительны, — согласился Павлов. — Как я понимаю, других способов попасть в тот мир нет?        — Нет, — сказал Шэнь Цинцю. — Раньше были стихийные порталы, но потом мы забрали кольцо, и теперь остался только Синьмо.        — Вообще-то я их вернул, — признался Ло Бинхэ.        Шэнь Цинцю вспомнил ворона, даже близко не похожего на живое существо, нетленную руку небожителя и понял, что не хочет знать подробности. Не мог же Ло Бинхэ снова собрать того кадавра? Или мог? Нет, Шэнь Цинцю совершенно точно не собирался об этом думать в ближайшее время!        — К тому же, — продолжил Ло Бинхэ, — мне не сложно будет открыть портал и с вашей планеты. Для перемещения между мирами расстояние не имеет значения.        — Тогда предварительно договоримся так! — кивнул Павлов. — Ли, свяжитесь с вашими друзьями, а мы… Ада, дай нам карту. Скажите, Ло, где нам нужно вести раскопки?        Ло Бинхэ шагнул к развернувшейся во всю столовую проекции, пригляделся, потом ткнул в горную гряду.        — Здесь. Ада, можешь приблизить или дать панораму?        Павлов подтолкнул Шэнь Цинцю локтем:        — Сколько-сколько дней назад он познакомился с техникой?        — Очень талантливый, — согласился Шэнь Цинцю совершенно не в духе местной педагогики, но не признавать способности Ло Бинхэ было бы глупо. Он одинаково легко использовал и возможности Ады, и возможности Синьмо, и, казалось, даже не замечает, что делает что-то необычное.        Тем временем Ло Бинхэ выбрал место. Каменная осыпь выглядела ненадежной и какой-то неприятной, даже трава, казалось, брезговала на ней расти. От мысли, что там уже восемнадцать лет лежит и не может ни выбраться, ни умереть живое существо, Шэнь Цинцю стало не по себе.        — Отправляемся, — сказал Павлов. — Можно, конечно, отправить комплекс и без нас, но думаю, тому демону будет приятнее увидеть рядом живое существо, а не машину. Ло, вы со мной?        — А вы собираетесь делать это лично? — обреченно, но без удивления спросил Шэнь Цинцю.        — Во-первых, чем вам не нравится эта идея? Во-вторых, я устал от кабинетной работы. В-третьих, я проходил курсы первой помощи и у меня с собой криокамера. В-четвертых… Нет, чего вам еще нужно, Шэнь?!        — Да ничего, — Шэнь Цинцю вздохнул. — Я с вами.        — Учитель, — Ло Бинхэ склонился перед ним в почтительном поклоне, — этот ученик умоляет вас позаботиться о себе и отдохнуть. Я сам пойду с господином Павловым и, если что, помогу ему справиться с тем демоном.        — Я в полном порядке, — отказался Шэнь Цинцю. Конечно, мысль о том, что сейчас придется куда-то лететь — хорошо хоть не на мече! — ни капли не радовала, но он должен был. Нельзя же отпустить главу Службы развития одного со своим нестабильным учеником?! — И я пойду с вами.        — Учитель, — Ло Бинхэ словно читал его мысли, — я клянусь, что не сделаю ничего, что может вас огорчить. Я прослежу, чтобы с господином Павловым ничего не случилось.        «Лишь бы ты сам с ним ничего не сделал!» — мог бы ответить Шэнь Цинцю, но удержал этот ответ за зубами.        — Всё-таки там демон. Мне будет спокойнее, если я буду с вами.        Ло Бинхэ задумался, закусил губу, и Шэнь Цинцю как-то очень ярко вспомнил, как ощущается, когда Бинхэ активирует свою кровь. Если он снова заставит его потерять сознание и просто унесет в каюту, как бревно…        — Товарищ Павлов, — внезапно развернулся Ло Бинхэ, — я должен сказать вам, что Учитель недавно потратил все духовные силы, спасая меня, и сейчас нуждается в отдыхе и медитации. Вы можете убедить его остаться на корабле?        Шэнь Цинцю в очередной раз убедился, что его ученик… ладно, какой он уже ученик! Словом, Ло Бинхэ умел пользоваться любыми подвернувшимся возможностями и обходиться вовсе без своих демонических сил, если надо. И это ничуть не делало его лучше!        — Вот как? — ожидаемо заинтересовался Павлов. — Их можно даже потратить? Насколько это вредно вам, Шэнь? И почему вы до сих пор об этом молчали?        Шэнь Цинцю снова только покачал головой. Искренний интерес Доминика Павлова был хуже любого неодобрения или выговора. Почему молчал… может, потому, что сам Павлов пытался убиться то об Бинхэ, то об Синьмо, и кто-то должен был его останавливать?!        — Слишком важные вопросы. До отдыха ли тут.        — И всё-таки ваш ученик прав. Если вы плохо себя чувствуете, вам нужно отдохнуть, а не таскаться по горам. В общем, с нами вы не летите.        — А вы слишком рискуете! — напомнил Шэнь Цинцю. — Вы не готовились к работе на этой планете, и мало ли в каком состоянии будет Тяньлан-цзюнь? Вдруг как раз в том, чтобы убивать все живое рядом?!        — Я обещаю, что товарищ Павлов вернётся живым, — возразил Ло Бинхэ. — Пожалуйста, отдохните, учитель. Я вас очень прошу.        — В самом деле, — поддержал и Павлов. — Я же не один иду. Со мной вот, местный специалист по демоническому вопросу. Как я понимаю, более компетентного найти сложно. Что вообще может быть безопаснее?        — Как пожелаете, — сдался Шэнь Цинцю и вышел, не дожидаясь ответа.        Он всего лишь хотел, чтобы эта операция прошла хорошо, но если Павлов собирался рисковать… ну и ладно. Не ребенок, сам разберется.               В этот раз на Землю они отправлялись не одни, и все равно Шэнь Цинцю волновался, когда за ними закрылась дверь телепортационной камеры. Бинхэ тоже подобрался, встал рядом, касаясь рукой рукава Шэнь Цинцю. Вряд ли полудемон переживал. Скорее готовился ловить, если вдруг опять случатся непредвиденные порталы.        Но теперь все прошло ровно так, как и должно было. Дверь снова отодвинулась, и за ней был уже не корабль, а зал прибытия в главном здании Службы развития.        Несмотря на поздний час, там было людно. И если дежурных техников ещё как-то можно было понять, то вот практически очередь из людей с планшетами наводила на подозрения. Например, что начальник Службы просто сбежал, сказав подчинённым, чтобы они как-нибудь тут разбирались сами, а у него выезд на полевую работу.        — Товарищ Павлов! — к нему наперегонки бросились сразу трое. — А по поводу нового мира… А насчёт экспедиции на Волчанку… А мне только подписать!        — Через полчаса у меня в кабинете, — бодро распорядился Павлов, явно ничуть не уставший после длинного дня. — Яцек, сначала ты, остальные по очереди. Шэнь, вы можете идти. Завтра позвоните и получите расписание ваших сеансов у психолога. Ло, вам завтра на тестирование, как мы с вами договаривались. А теперь оставьте, пожалуйста, Синьмо здесь и можете идти.        Шэнь Цинцю замер. Кажется, Павлов так ничего и не понял.        — Почему? — спросил Ло Бинхэ.        Это прозвучало на редкость мирно, словно не он несколько часов назад говорил, что такое — только через его труп.        — Слишком опасная вещь. Вы же говорили, что он еще и на других влияет, — объяснил Павлов. — Так что я придумал выход. У нас есть экранированные камеры для телепатов, туда ни одно излучение не проникает, и обратно, думаю, тоже. Если вы оставите там меч, это будет лучшим выходом.        — Что же… — Ло Бинхэ задумчиво погладил Синьмо вдоль клинка. — Вы предупредите только, чтобы его никто не трогал — для их же безопасности. Цепочка будет стандартной: безумие — мир демонов — смерть. Хотя я могу узнать раньше, и тогда будет ещё короче.        — На Земле убивать нельзя, — напомнил Павлов так, словно тема была не важнее погоды. Во сколько сегодня дождь обещали? В три? Отлично, кстати, нельзя убивать людей.        — Понятно, — кивнул Ло Бинхэ. — У нас, в смысле, у людей с той планеты тоже не принято — если совсем уж без причины. Так что я буду держать себя в руках, и Учитель за мной присмотрит.        «Да как же! — хотелось сказать Шэнь Цинцю. — Ты же опять все сделаешь, как сам захочешь, а Павлов тебя поддержит — уж не знаю, чем ты ему так понравился!»        Впрочем, все Шэнь Цинцю отлично знал. Ло Бинхэ мог быть очень милым, если хотел, да и его искренний интерес к новому был приятным и понятным. Доминик Павлов успел научить его управлять флаером и геологоразведочным комплексом, и вообще они отлично провели время, в то время как сам Шэнь Цинцю пытался медитировать у себя в каюте. Наверно, получалось бы лучше, если бы Ада сказала, что не может подключиться к камерам флаера.        Но увы, она могла, поэтому смотреть ничто не мешало, а вот медитировать — еще как.        — Разумеется, — согласился Шэнь Цинцю вслух.        — Тогда идите, — кивнул Павлов. — Выберете камеру, а Гриша… Кстати, где Гриша? А, вот он. Для тебя есть задание. Проводишь Шэня и Ло на квартиру, потом сам иди домой и выспись! Выглядишь ходячим трупом, уж поверь, я теперь разбираюсь…        Шэнь Цинцю вот не мог такое о себе сказать. С камер демона было не видно, просто сначала на поверхность кротом выкопался комплекс, потом в тоннель нырнул Бинхэ — и вылез тоже один.        Как потом выяснилось, Тяньлан-цзюня пришлось отправить к Мобэй-цзюню для поправки здоровья.        «Кажется, теперь мне придется звать Мобэй-цзюня не старшим братом, а дядюшкой», — пошутил Ло Бинхэ, когда они вернулись. Шэнь Цинцю шутку не поддержал.        — Да я просто конца опыта ждал! — обиделся Гриша. Ему было лет семнадцать, и ему совершенно точно нечего было делать в лабораториях Службы развития и прогресса по ночам.        — Никуда он от тебя не денется. Марш спать! — распорядился Доминик Павлов и развернулся к коллегам. — Ну, давайте посмотрим, что тут у нас нового!        Ло Бинхэ только улыбался, глядя на него с каким-то странным умилением, как будто взрослым был он, а Павлов не дотягивал и до четырех годиков.        «Ты просто обиделся, вот и придумываешь всякое, — сказал себе Шэнь Цинцю. — Или ещё хуже — ревнуешь!»        Он попытался представить себе, что Бинхэ решит уйти от него к Павлову, но в голове это не укладывалось. Вряд ли Павлов интересовался хоть кем-то не по работе.        — Ладно, — Шэнь Цинцю повернулся к Грише, который топтался рядом с ними, хотя явно хотел бежать к своему эксперименту, — покажешь нам эти ваши камеры для телепатов?        — Конечно, — согласился Гриша, взлохматив и без того растрёпанные волосы. — Раз уж товарищ Павлов сказал. Идёмте.        Эти комнаты были в том же главном здании, просто на несколько этажей выше. Поднимались на стеклянном лифте по шахте вдоль наружной стены, и Шэнь Цинцю смотрел вовсе не на темный парк с редкими огоньками фонарей вдоль дорожек. Он смотрел на Ло Бинхэ, поразительно спокойного для человека, которого только что оторвали от всего привычного и забросили так далеко от дома, и немного, совершенно нерационально беспокоился за свою планету.        — Сюда, — Гриша вывел их в коридор, к ряду одинаковых дверей, открыл ближайшую. Она оказалась неожиданно толстой, но на петлях повернулась легко и бесшумно. — Вот здесь можно ваше оружие оставить.        — Не слишком роскошно, — отметил Ло Бинхэ. — Думаю, вашим телепатам тут не нравится.        Он положил Синьмо на стол, напоследок снова скользнув по клинку длинными пальцами. Задел лезвие — и словно не заметил ни пореза, ни остающейся на мече кровавой полосы. Впрочем, ее меч быстро заставил исчезнуть.        Шэнь Цинцю отвёл взгляд, хотя отвлечься в комнате было совершено не на что. Из всей обстановки — только стол, стул и пачка бумаги с карандашом. Видимо, прерываться от слушания эфира телепатам было можно разве что на рисование.        — Они сами согласились на этот опыт, — легко повелся Гриша. — И тем более, теперь товарищ Павлов точно доказал, что другие миры есть.        — Кажется, ты очень им восхищаешься, — заметил Ло Бинхэ вроде бы и нейтрально, но это все равно почему-то звучало неприличным намеком.        — А кто нет?! — возмутился Гриша и выскочил в коридор. — Ну, идёмте уже! Не всю же ночь тут гулять будем.        Уходя от своего меча, Ло Бинхэ даже не обернулся и ни на миг не замедлил шаг. Шэнь Цинцю готов был поспорить, что это значило, что камера для Синьмо вовсе не была преградой.        — Да, с господином… то есть с товарищем Павловым приятно иметь дело, — согласился Ло Бинхэ. — Мне тоже понравилось.        Шэнь Цинцю обогнал мальчишек и вернулся в лифт первым. Бинхэ был так доволен Павловым… А тот так заинтересован новым миром, и Ло Бинхэ — единственный, кто может провести туда землян. Им придется часто видеться.        — Подождите, товарищ Шэнь! — Гриша догнал его уже в лифте. — Куда вы? Я же должен вас проводить!        — Вряд ли я способен здесь заблудиться даже сейчас, — отозвался Шэнь Цинцю.        Ло Бинхэ зашёл в лифт и сам нажал кнопку первого этажа. Не то чтобы Шэнь Цинцю специально за ним следил, просто интересно было отметить, что это сделал не Гриша.        — На память я не жалуюсь.        Парень кивнул, потом заговорил, быстро, словно загораживая неловкость:        — Да я и не хотел сказать, что жалуетесь. Просто столько лет на Земле не были, здесь, наверно, и изменилось все.        Шэнь Цинцю предпочел понять вопрос по-своему.        — Да, плитку в коридоре явно поменяли.        Раньше она была сероватой, словно припорошенной пылью — или потемневшей от времени. Теперь пол был блестящим, глянцево-черным, — словно кусочки космоса в отдельных квадратах.        — Как раз в прошлом году сделали, ага.        В этот раз лифт привез их к входу. Можно было выйти в вестибюль или через другую дверь сразу оказаться на улице. Шэнь Цинцю выбрал ее, и вышел в теплую летнюю ночь.        Что же… он точно совсем отвык от Земли.        Запахи казались чужими и незнакомыми, тишина настораживала. Слишком уж она была мирной для крупного города рядом.        — Жилой комплекс все там же? Ничего нового не построили?        — Нет, — Гриша поправил рубашку, словно ему было холодно. А вот нечего было игнорировать универсальные комбезы с регулированием всего, чего угодно, — хоть температуры, хоть влажности, хоть поддержки мышц. Впрочем, во время учёбы Шэнь Цинцю умную одежду тоже особо не любили. Мол, зачем она нам, если потом без таких удобств предстоит выживать. — Все там же.        — Хорошо, — Шэнь Цинцю уверенно свернул от главного входа направо. Песчаная дорожка в свете фонарей казалась серебристой. Светящиеся окна главного здания скрылись за кронами деревьев, и начало казаться, что прошлого вовсе не было, и просто Шэнь Юань возвращается в общежитие после очередного погружения в симуляцию.        — А ты тоже агент? — спросил Ло Бинхэ за спиной.        — Обязательно стану, — горячо подтвердил Гриша. Он говорил громче — и в отличие от Бинхэ мешал. — Что может быть лучше, чем помогать людям? У нас-то помогать уже никому не надо, у всех все хорошо. А вот на других планетах ещё осталось.        — Но зачем?        — В смысле — зачем?! Нельзя же их так бросить?        — Почему нельзя?        Шэнь Цинцю понятия не имел, что бы он сам ответил на такой вопрос во время своей учёбы. Ладно, все они хотели нести свет прогресса, и вот — Катя умерла, Хуай и Хэйши достигли взаимопонимания с демонами, а сам Шэнь Цинцю… В общем, тоже проявил себя не лучшим образом. Пожалуй, правы были те, кто уходил, не выдержав обучения.        — Да потому что нельзя! — вскинулся Гриша. — Ты же знаешь, сейчас с каким миром работать будем?! Там даже растения не выживают! Люди друг друга едят!        Стоило догадаться, что информация о новом мире уже разошлась по службе. Шэнь Цинцю, пожалуй, хотел бы знать, что сейчас происходит в лабораториях Службы развития. Модифицируют растения? Сразу делают портативные гидрофермы? Можно было с утра позвонить и узнать, никто скрывать не станет.        — Не люди, — поправил Ло Бинхэ мягко. — Они умеют так жить.        — Да, но зачем им страдать зря?        — Потому что такова их судьба. В следующем рождении получат что-то получше.        Шэнь Цинцю обернулся, не слыша больше шагов за спиной. Гриша стоял, уперев руки в бока, Ло Бинхэ маячил перед ним черной тенью.        — Вот ты это сейчас серьезно сказал?! Совсем там поехал на полевой работе?!        — Бинхэ не агент, — напомнил Шэнь Цинцю и положил руку ученику на плечо, чтобы удержать, если что. Удивительно, но тот вовсе не злился, наоборот, развлекался спором, как когда-то с соучениками, до всего этого. Видимо, что-то от прежнего себя в нем оставалось — и больше, чем Шэнь Цинцю надеялся.        — В смысле? — Гриша похлопал глазами и посмотрел на Ло Бинхэ уже не с раздражением, а с пониманием. — Что же вы сразу не сказали! Спорить не буду, раз так, но ты все равно не прав. Никто не должен страдать.        Ло Бинхэ только фыркнул:        — Он же поймет потом, да, Учитель?        — Любой человек может изменить свои взгляды со временем, — отозвался Шэнь Цинцю дипломатично. — И ты, и он, и мало ли кто ещё.              До квартиры было недалеко. Всего-то парк пройти, а дальше уже громоздился семиэтажный жилой комплекс Службы развития и прогресса. Справа раньше располагалось общежитие для студентов — квартиры человека на четыре, но большими или меньшими компаниями жить никто не запрещал. Слева были квартиры для сотрудников, традиционно — на двоих, но нетрадиционные варианты тоже бывали. Вот разве что никаких детей. Потому что хотите детей — вот вам частный дом, там и вам удобнее, и им, и ближе потом к школе, а не к работе. Такие правила, что тут сделаешь.        Гриша свернул налево, к раздвигающимся стеклянным дверям.        — Привет, Кос, какие квартиры свободны?        — Привет, Григорий, — тут же отозвался искусственный интеллект здания. Из-за позднего времени — негромко и чуточку сонно. — С возвращением, Юань. И тебе привет, новенький, давай знакомиться.        — Привет, — Ло Бинхэ ожидаемо отреагировал совершенно спокойно, чем очень разочаровал Гришу. — Меня зовут Ло Бинхэ, я тут, видимо, останусь на какое-то время.        — Очень тебе рад, — заверил Кос. — На каком этаже хочешь жить?        — Учитель? — Бинхэ обернулся к Шэнь Цинцю. — У вас есть пожелания?        — Все равно.        Говорить спокойно было сложно, да еще этот взгляд Бинхэ… как будто ничего не изменилось и он все тот же почтительный ученик. И самое главное, глупо было на него за это сердиться, когда Шэнь Цинцю сам этого просил!        — Тогда чем выше, тем лучше.        — Квартиры 703, 704, 721, — тут же предложил Кос. — Седьмой этаж, выше просто некуда.        — Благодарю.        Гриша снова лишний раз поправил рубашку.        — Ну, я тогда пошел. Вы тут явно и без меня справитесь, а если что — Кос подскажет, да?        Шэнь Цинцю пожелал ему спокойной ночи и посмотрел, как парень выходит на улицу, через двор перебегает ко входу в студенческое крыло — и как-то очень ясно ощутил, что они с Ло Бинхэ остались только вдвоем. Впервые за весь этот суматошный день.        — Пойдемте, Учитель, вам нужно отдохнуть, — сказал Ло Бинхэ. Он подошел почти вплотную, не оставляя даже видимости дистанции, но не дотрагивался. Не хотел? Чего-то ждал? Играл в какую-то свою игру? С ним было сложно, и вряд ли когда-то могло стать легче.        Разве что если уничтожить Синьмо?        — Идем, — Шэнь Цинцю развернулся, задев Ло Бинхэ широкими рукавами, и пошел к лифту.        В квартире все было примерно так же, как ему и запомнилось. Две спальни и одна общая комната — она же гостиная, она же столовая, совмещенная с терминалом линии доставки. В этих квартирах сами обычно не готовили, так что вода была подведена только в ванной, а кухонной техники и вовсе не было. Кому хотелось — заказывали отдельно. На Земле вообще все можно было заказать.        Объяснять это Ло Бинхэ было куда проще, чем пытаться разобраться в своих чувствах. Так что Шэнь Цинцю быстро провел экскурсию, убедился, что теперь Ло Бинхэ с этим миром справится — и без насилия! — и собрался спать.        Дверь он за собой даже и прикрыть не успел, как Ло Бинхэ уже был в его комнате.        — Разве Учитель не позволит мне помочь ему раздеться?        — Я слишком устал для этих игр. Давай все завтра.       И снова — Шэнь Цинцю ждал злости, стремительно проступающей на лбу метки, но Ло Бинхэ только кивнул.       — Могу я расчесать учителю волосы? Только это, и я тут же уйду в свою комнату, обещаю.        Ло Бинхэ говорил таким тоном, словно не сомневался — ему сейчас откажут и отправят спать. Шэнь Цинцю, конечно, не был настолько жестоким.        — Что же, если ты действительно хочешь, то расчеши. Но, правда, на большее я сегодня не способен.        Не то чтобы Шэнь Цинцю устал. Просто в их первый раз стоило уделить Бинхэ больше внимания, а к этому ещё надо было подготовиться. Все-таки не абы с кем спать собрался, а с самым настоящим демоном. Сейчас на это моральных сил не было.        Но и прогонять юношу тоже было бы жестоко.        — Благодарю Учителя, — кивнул Ло Бинхэ и выключил свет.        — Зачем?        Шэнь Цинцю сел на край кровати, ощутив, как самую каплю прогибается жёсткий матрас. Совсем темно в комнате не стало. Окна, без штор, настежь открытые, выходили во внутренний двор с фонарями, и света хватало, чтобы ориентироваться в комнате.        Ло Бинхэ тоже забрался на кровать, устроился за спиной, и Шэнь Цинцю пришлось лишний раз напомнить себе, что он ему доверяет.        Бинхэ не сделает ему ничего плохого, ведь так?        Он и не делал. Вынул из волос шпильку, распустил пучок — и запустил пальцы в волосы, массируя голову.        Шэнь Цинцю молча позволил ему это, заставляя себя не дёргаться. Они партнёры, конечно, и это нормально, что Ло Бинхэ хочет его трогать. Шэнь Цинцю теоретически и сам был не против. Завтра вечером, наверно, и начав с парной медитации, как и следовало.        Ло Бинхэ перебросил его волосы через плечо, открывая шею, и внезапно притянул Шэнь Цинцю к себе.        — Снова?        Шэнь Цинцю прижался спиной к его груди, горячей, по сравнению с приятной прохладой комнаты, и лишний раз напомнил себе, что все у них нормально.        — Бинхэ, нехорошо обманывать своего старого учителя. Ты обещал всего лишь расчесать мне волосы.        — Я обещал. А Учитель вовсе не стар, не говорите так о себе, — согласился Ло Бинхэ и положил палец ему на губы. Просто прикосновение, ничего больше, но Шэнь Цинцю чувствовал щекой тепло его руки.        — И как это мне понимать?        Стоило заговорить, и губы задевали палец. Это было щекотно и, ладно, действительно хотелось понять, к чему бы это все. Ло Бинхэ просто хотел обниматься? Заниматься сексом? Контролировать?        — Мне показалось, вы не будете против, — сказал Ло Бинхэ ему в затылок, и это тоже оказалось приятно.        — Хотел бы я знать, кто даёт тебе советы сейчас.        — Никто, даю слово. Этот ученик делает всё исключительно в меру своего скромного разумения. Учителю нравится?        Вместо ответа Шэнь Цинцю тронул языком подушечку его пальца. Он собирался только подразнить, как обычно, а потом всё-таки отправить Ло Бинхэ спать. Но тот расценил его прикосновение как согласие.        — Мне так хочется, чтобы Учитель был только моим, — выдохнул Ло Бинхэ ему в шею и укусил. Не больно, но ощутимо сжал кожу зубами, одновременно крепче прижал к себе. Шэнь Цинцю чувствовал его вставший член, но все равно собирался отослать Ло Бинхэ в его комнату.        Но все же… знать, что Бинхэ его так хочет, было приятно, очень, даже более чем. Это не было возбуждением, это был голод, такой, что требовал утолить его любым способом и прямо сейчас. Шэнь Цинцю прихватил зубами палец Ло Бинхэ, но и этого было мало. Надо было не один, надо было хоть четыре, чтобы рот забить полностью, и сжать — крепче, пока не брызнет кровь.        Он со стоном развернулся в руках Бинхэ, почти упал на него лицом к лицу и сразу прижался к губам. Мало. Шэнь Цинцю втянул в рот нижнюю губу Бинхэ, прикусил — и тот ответил таким же укусом.        Шэнь Цинцю дёрнул его за ворот одежд, обрывая завязки, прижался ртом к обнажившемуся плечу. Снова укусил — так, как хотелось, до соленого вкуса на языке. И Ло Бинхэ сам от него отшатнулся.        — Я прошу прощения! Я не хотел…        — Что?        Шэнь Цинцю словно окатили холодной водой, и он сам уже не понимал, чего ему так хотелось только что. Кусать? Что за дикость?!        Бинхэ был совершенно прав, что остановил его.        — Прости! Я…        — Я не хотел…        Они заговорили одновременно, но только Бинхэ продолжил:        — Я не хотел активировать свою кровь в вас, оно само получилось. Я прошу прощения!        — Твоя кровь?        — Я сожалею, — опустил голову Ло Бинхэ. — Я не смог удержать контроль, и вы случайно ощутили то же, что и я. Я действительно не собирался так делать.        — Вот как… — проговорил Шэнь Цинцю, чтобы сказать хоть что-то. Ошарашенное молчание точно было бы хуже.        Значит, Бинхэ хотел — вот так? И все это время умудрялся ничем это не показать?!        — Я точно был неправ насчёт твоего самоконтроля, — признал Шэнь Цинцю. — Он просто отличный.        — Вам не противно?        — Ложись, — вместо ответа сказал Шэнь Цинцю. — Куда пошел? Здесь, на спину.        Он не знал, что будет думать об этом утром. Но сейчас казалось очень правильным лечь на Бинхэ сверху, придавливая всем собой к кровати, а ещё — прижаться лбом ко лбу, чтобы распущенные волосы закрывали их со всех сторон, не давая даже воздуху к ним проникнуть.        — Учитель?        — Ты уже можешь называть меня как-нибудь иначе, — сказал Шэнь Цинцю ему в губы. — В некоторых вопросах мне тебя учить больше ничему.              Проснулся он поздно. В открытые окна вовсю светило солнце, но кровати оно ещё не добралось, хотя это было только вопросом времени. Сброшенные одежды сейчас лежали аккуратной стопкой, лёгкое одеяло благопристойно прикрывало Шэнь Цинцю по самые плечи.        Ясно было, что Ло Бинхэ уже проснулся и поспешил ликвидировать все следы прошедшей ночи. Неужели хотел поскорее забыть?        С одной стороны, вряд ли. Если ночью Шэнь Цинцю действительно поймал его ощущения, Бинхэ очень его хотел. С другой стороны, мог и передумать. Не стоило удивляться, если он захотел бы все забыть и сделать вид, что ничего не произошло.        — Учитель проснулся? — Ло Бинхэ заглянул в комнату. Судя по сияющим глазам и губам, которые так и норовили расползтись в улыбке, о прошлой ночи он не жалел ни капельки.        Шэнь Цинцю невольно улыбнулся в ответ.        — Как видишь. А почему ты встал так рано?        — Выспался. Жаль, что я не могу приготовить Учителю завтрак здесь.        — Ещё успеешь, — Шэнь Цинцю потянулся, и Бинхэ стал выглядеть ещё довольнее. Оказалось, ещё было куда. — Что тебя так радует?        — Прошлой ночью я был неосторожен и оставил на Учителе много следов. Рад видеть, что они ещё не зажили.        — Ну, так вылечи сам? — предложил Шэнь Цинцю. — Я рассчитывал сегодня надеть футболку, так что ни к чему сообщать всем, насколько хорошо я провел время.        Взгляд Ло Бинхэ на миг стал нечитаемым, улыбка осталась — как ширма из театра теней, за которой ещё не зажгли свет.        Шэнь Цинцю утешил себя тем, что хотя бы он успел морально отдохнуть и может считать себя готовым к новому раунду общения.        Бинхэ мог повести себя непредсказуемо. Он мог быть опасен. Шэнь Цинцю вспомнил прошлую ночь и загнал эти мысли подальше. Глупости. Бинхэ мог справиться со своими инстинктами.        — Учитель не хочет, чтобы кто-то знал?        Шэнь Цинцю перекатился на бок, подпирая голову ладонью.        — Я не собираюсь скрывать, просто хочу, чтобы не возникало вопросов. Зачем кому-то знать, что я делал?        — Зачем кому-то знать, что вы мой? — перефразировал Ло Бинхэ.       Да, это следовало учитывать. Демоны и право собственности.        — Надеюсь, ты не считаешь меня своим имуществом?        Теперь Ло Бинхэ озадаченно хлопнул длинными ресницами и потер лоб.        — Вы не имущество, но… Мой человек. Я вас защищаю и никто не может причинять вам вред, если не желает задеть меня.        — Принимается, — согласился Шэнь Цинцю. — Во мне уже твоя кровь. Для всех, кто захочет причинить вред, достаточно этого, чтобы понять… чей я?        Он запнулся перед последними словами. Говорить это вслух было странно. Да, это всего лишь отражало ощущения Ло Бинхэ, и Шэнь Цинцю не собирался записывать себя в чьи-то вещи, но все равно, казалось, словно он расписался в акте купли-продажи. Вот и Ло Бинхэ шагнул ближе.        — Другие демоны? Да, они почувствуют. А люди здесь совершенно безопасны, Учитель снова прав.        Шэнь Цинцю прижал руку к шее, почувствовав, как кровь полудемона быстрее побежала под кожей. Это было тепло и даже приятно, куда лучше, чем когда Ло Бинхэ применял свои способности для чего-нибудь вредного.        «Ни капли не страшно», — напомнил себе Шэнь Цинцю и спросил:        — И всё-таки ты мог бы уже звать меня по имени?        — Юань? — Бинхэ пожал плечами. — Это звучит непривычно, и как-то неправильно.        — Да, у нас не принято добавлять суффиксы, да и обращения вроде «дядюшка» уже почти не используют, — кивнул Шэнь Цинцю. — Поэтому по имени — самый правильный вариант для близких людей.        — А для остальных — по фамилии? — Ло Бинхэ сел на край кровати, глядя сверху вниз так, что казалось, Шэнь Цинцю плавится, как мороженое под солнцем.        — По фамилии, — согласился он вслух и потянул Бинхэ к себе. — Поваляйся со мной ещё пару минут, мы же никуда не опаздываем.