Амур и с драндулета не промажет

Субин и Сонхун — парни очень прилежные. Они хорошо учатся, успевают даже подрабатывать в магазинчике недалеко от дома и очень пунктуальны, но… В это утро что-то резко идёт не так. — Хун, вставай, чёрт тебя подери, мы проспали, — выбежав из ванной, голосит Субин, принимаясь расталкивать ногой ещё наполовину спящего младшего брата и параллельно застёгивая пуговицы на накинутой наспех рубашке. — Из-за чего вставай, зачем проспали, — тянет Сонхун, путая слова, и сползает со своей кровати. — Учёба, брат, учёба, — качает головой Субин, на ходу закидывая в сумку стопку тетрадей со стола и делая то же самое с шоппером брата. — Не тормози, у нас всего полчаса до начала пары. Проснулись, улыбнулись, себя в порядок привели, хоп, хоп! — воодушевлённо восклицает старший, хлопая в ладоши, и Сонхун, морщась от слишком громкого голоса, наконец оживает и ускоряется, убегая в ванную. — У тебя пять минут! — кричит ему вслед Субин. А сам в спешке набирает на телефоне нужный номер и вызывает такси, на что ему отвечают, что машина будет через три минуты. — Три минуты, Сонхун! — кричит Субин, обуваясь. Младший тут же вылетает в коридор, став теперь хотя бы похожим на человека, одевается со скоростью Флэша — благо, что на улице май — и успевает как раз к звонку о поданной к подъезду машине. Субин, правда, несколько удивляется, услышав только цифры номера, когда обычно называют ещё и марку машины, но сейчас не до этого. Однако стоит только им спуститься вниз и выйти на улицу, как он понимает, почему. Потому что то, что их ждёт… Парни не знают, что это. С одной стороны, это похоже на машину, а с другой — на драндулет-мутант, оттюнингованный явно от души, ибо выглядит одновременно внушительно и странно до чёртиков. Выйдя из кратковременного ступора, Субин обходит такси и садится спереди, а Сонхун, разглядывая красный кузов на контрасте с чёрным корпусом и длинные металлические трубы, идущие вверх по бокам машины, тихо присвистывает и садится на заднее сиденье, сразу пристёгиваясь от греха подальше и кидая на соседнее сиденье свой кардиган. Субину же не до ремня — он малость подвисает, увидев за рулём простого парня, такого же, судя по всему, студента, и примерно их с Сонхуном возраста. Тот сидит более чем расслабленно, поправляя чёрную футболку и повязку на голове и бегло оглядывая пассажиров, и задерживает взгляд на Субине, отчего тому становится неловко. — Доброе утро, — радостно здоровается он, бодро тряхнув длинными тёмными волосами до плеч. Сонхун морщится — для него «утро» и «доброе» всегда были антонимами. — Доброе, — отвечает Субин, тоже наконец пристёгиваясь. — До аграрной академии, пожалуйста. — Без проблем, но возможности оплаты по карте сейчас нет, — пожимает плечами таксист, заводя драндулет с рычащим звуком, от которого у братьев мурашки по спине бегут. — Друг ночью таксовал, устал как псина и сослепу раздавил терминал утром — такого лося, как он, не выдержишь. Сзади слышится тихий хрюк Сонхуна. — Всё в порядке, у нас наличка, — отвечает Субин, пока парень выезжает со двора на дорогу. — А почему лось? — интересуется он у таксиста. — Потому что почти два метра ростом, — хохочет тот, и Субин отчего-то даже находит это забавным — не одному же только негативу случаться по утрам. — Я тоже похож на лося? — смеётся Субин. — Я без малого метр девяносто… — Вы? Вовсе нет, — быстро мотает головой парень, отчего его волосы так и взлетают. — Это он — лось, а вы скорее лань. Или олень… — он замолкает, когда до него доходит сказанное. — Чёрт, не подумайте! Я не про то! Просто лось — он некрасивый, неуклюжий, а вы совсем не такой, — оправдывается парень, слушая непрекращающийся тихий смех двух парней и решая сменить тему. — Я Чхве Бомгю, кстати. Можно на «ты», — улыбается тот ярко, и Субин оценивает эту улыбку на все десять из десяти. — Чхве Субин, — кивает он. — И Чхве Сонхун. — О, вы братья? — восклицает Бомгю. — А вы чем-то похожи. — Да, только младший посимпатичнее, в мать пошёл, — лыбится втихую Сонхун, но от следующей фразы улыбка буквально слетает с его лица. — О, а я думал, ты старший, — кидает Бомгю виноватый взгляд на Субина, и тот давится воздухом, приоткрывая окно. — Я старше, да. — Блять. То есть… Прости, — неловко смеётся Бомгю. На минуту в салоне воцаряется тишина — но ровно до того момента, пока их не решает подрезать какой-то лихач на лексусе. — Эээээ, — возмущённо кричит Бомгю, сдвинув брови, выжимает педаль газа и ловко выруливает вперёд наглеца, затем резко дёргая влево. Сзади слышится крик недовольного водителя, но таксист только шустро высовывается в открытое окно и показывает тому в ответ конфигурацию из пальцев с чётким и ясным «Катись нахуй!». — Извиняюсь, — мило улыбается он пассажирам, возвращаясь за руль, и давит по газам снова, проскакивая через перекрёсток на последних секундах зелёного. Субин и Сонхун вжимаются в сиденья, всё ещё пребывая в немом шоке, и испуганно смотрят на Бомгю. — Прости, а… Что за марка у твоей машины? — наконец тихо спрашивает Субин, когда на время сбежавшая душа возвращается в тело. — Джип моего отца, древнее мамонта, — отвечает Бомгю. — Но от него почти ничего и не осталось — мы с другом в мастерской нашего колледжа ещё на прошлом курсе всё перебрали и оттюнинговали, от подвесок до кузова. Теперь это не машина — монстр! Мощная, как зверь, и не ездит, а летает, хотя и выглядит на первый взгляд, как ведро. Субин тихо смеётся в ответ, а Сонхун, кажется, ещё не воскрес после дорожных манёвров таксиста. — Кстати про монстров, — вспоминает Бомгю, решив разрядить обстановку. — Знаете, как называют ленивого динозавра? Субин отрицательно мотает головой, Сонхун чувствует приближение катастрофы. — Вялоцераптор, — смеётся таксист, на что Субин тихо хихикает, а Сонхун закатывает глаза — он не любит дурацкие каламбуры, чего не скажешь о старшем. — А вы знали, что белка-летяга с рождения хочет научиться летать, но всю жизнь только планирует? Субин ещё сильнее прыскает со смеху, прикрывая лицо ладонью. — А что один скелет сказал другому, когда тот ему соврал? — спрашивает Бомгю, сам уже еле сдерживая смех. — Не пытайся меня обмануть… Я тебя насквозь вижу? — отвечает Субин от балды, и таксист взрывается смехом. — Бинго! — хохочет он от души, заставляя Субина смеяться ещё больше, и с нескрываемым восторгом поглядывает на того человека, что впервые так оценивает его каламбуры и даже отвечает на них. А Сонхун смотрит на двух дураков спереди нечитаемым взглядом, не зная, посмеяться ему или посочувствовать — встретились, юмористы, а ему теперь слушать дурацкие шутки всю дорогу. Потому что Бомгю оказывается на редкость болтливым и действительно всю дорогу что-то рассказывает и шутит, и Сонхун, честно говоря, удивлён, почему Субина, такого же интроверта, как и он, это нисколько не утомляет. — Прибыли, — вещает Бомгю, останавливаясь недалеко от входа в академию, и Субин расплачивается, пока Сонхун выскакивает из машины и всё ещё испуганно косится на железного монстра. — Спасибо, — благодарит Субин, улыбаясь и забирая сдачу, и, глянув на время, тоже спешит выйти. — Не за что, — улыбается в ответ Бомгю, думая о том, что если бы работал не на компанию такси, а сам на себя, то вполне принял бы одну только эту улыбку вместо оплаты. Махнув рукой на прощание, Субин разворачивается и убегает следом за Сонхуном, а Бомгю, заводя свой угрожающе рычащий драндулет, уезжает. Но не успевает он проехать и одной улицы, как через зеркало замечает лежащий на заднем сиденье тёмный кардиган. — Да мать твою мартышку, — вздыхает Бомгю, понимая, что обратно ехать уже бессмысленно, потому что ждать братьев придётся долго, а время и заказы терять очень не хочется. Тем более, что на телефон в это время приходит ещё один. Задумавшись на минуту, он останавливается у обочины, аккуратно складывает потеряшку и убирает её назад, за сиденья — больше некуда, а затем едет на очередной вызов.

***

Спустя несколько часов, около двух дня, Бомгю заканчивает очередную поездку и мчит к своему автомеханическому колледжу, пока его телефон разрывается от звонков друга. И тот, едва завидев подъехавшее ко входу знакомое чудо на колёсах, тут же вываливается ему навстречу в состоянии квашеной медузы. — Гю, задница, где тебя носит, — хнычет парень, падая на заднее сиденье и пристёгиваясь. — Я опять один за нас двоих учился. Меня преподы чуть с дерьмом не сожрали. — Как это? — удивлённо тянет Бомгю. — Преподы? Самого Нишимуру Рики?! — восклицает он. — Должно быть, ебанут страшные заморозки прямо в конце мая, иначе я не могу найти этому разумных объяснений. — Иди ты… Поршу под капот, — бурчит сонный, как муха, Рики, расплываясь на сиденье и едва находя силы пристегнуться. — Надо замутить этим уродцам, вырывающим на смены в неоговоренное время, какую-нибудь подляну, — задумывается он, всё ещё сердясь на сервис такси, в котором они с Бомгю подрабатывают по очереди на своём драндулете в свободные после учёбы часы четыре раза в неделю. Но накануне начальство поступило по-свински, выставив им ненормированную смену почти на всю ночь и утро, и Рики пришлось таксовать до пяти часов, спать жалкие три и ещё тащиться на учёбу, потому что Бомгю поехал на утренние часы. — Есть одна идея, — ухмыляется Бомгю. — Наткнулся случайно на прошлой неделе на один сайт… Неприятный такой, с рекламой изо всех щелей. Может, помнишь, я бомбил ещё весь вечер, — говорит он, и Рики тихо угукает сзади, припоминая. — Так вот. Там один из основных сервисов — доска объявлений… — Ты хочешь оставить там номер босса, чтобы его заваливали звонками? — ловит мысль Рики, оживляясь и улыбаясь хитро. — Да, причём с какой-нибудь максимально дурацкой формулировкой, — смеётся Бомгю. — Что-то вроде «Продаю породистого, но лысого попугая» или «Ищу заплатки для валенок»… — Как насчёт «Дорого куплю старые покрышки»? — предлагает Рики, хохоча и уже вбивая сайт в поисковик. — Отбоя не будет, отвечаю. — Идеально, — вовсю хохочет Бомгю, показывая одной рукой палец вверх другу, и тот принимается строчить идиотское объявление, не забывая оставить в нём номер босса и щёлкнуть галочку напротив анонимности пользователя. — Отлично, теперь ждём ядерный гриб на горизонте от разрыва его бомбящей задницы, — довольно улыбается Рики, убрав телефон и откидываясь на сиденье, чтобы немного вздремнуть по пути домой. Только вот забывает, с кем едет, а потому с покоем и сном приходится быстро попрощаться. — Я тут, кстати, сегодня утром двух красавчиков подвозил, — вспоминает Бомгю. — Два брата из аграрной академии… Блядский блин! — ругается он, резко тормозя и разворачивая машину, отчего Рики дёргается в испуге. — Совсем шарики за ролики уехали, что ли? Чего так резко? — в шоке голосит Рики, пока Бомгю вжимает педаль газа в пол и гонит по уже известному адресу. — Забыл совсем, — качает тот головой. — Один из них сегодня свой кардиган в машине оставил, нужно вернуть. — Забей хер, — машет рукой Рики. — Ты думаешь, ты его там найдёшь? — Его — нет, — отвечает Бомгю, а друг сзади строит охуевающее лицо. — Но его старшего брата — да. Такого Аполлона я точно не прогляжу даже в толпе. Он, кстати, даже выше тебя, — бесшумно смеётся он. — Высокий и, блять его возьми, красивый, как бог. Он даже смеялся над моими каламбурами, Ри! — восклицает Бомгю. — Бля, ну тогда точно судьба, — закатывает глаза Рики с короткой усмешкой. — О, ты просто его не видел, — тянет Бомгю. — У него даже улыбка идеальная… — Ой, хорош, меня сейчас стошнит, — ржёт Рики, стуча по его сиденью. — Только попробуй, я чехлы недавно менял, — угрожающе отвечает Бомгю, наблюдая за окном знакомую улицу. Несколько минут — и он заворачивает ко входу в академию, откуда медленно, кучками выходят студенты. — Эй, вон он! — радостно вопит Бомгю, снова дав по газам, и проезжает дальше, догоняя братьев и сигналя им. Оба резко оборачиваются и замирают, в шоке таращась на драндулет, который, увидев однажды, забыть просто невозможно. — Субин! — зовёт Бомгю, останавливаясь и опуская окно. — Твой брат… Сан… Сон… — Сонхун, — добавляет Субин, отмирая и шагая ближе к странному таксисту. — Что случилось? — удивлённо спрашивает он. — Точно, Сонхун! Он кардиган свой забыл сегодня утром, я обратно привёз, — улыбается Бомгю, а у Субина брови наверх ползут. — Серьёзно?! — спрашивает тот. — Это так заботливо с твоей стороны. — Ты чего застрял? — спрашивает Сонхун, подходя к брату. — Мы зря искали твой кардиган в аудиториях, — улыбается Субин. — Ты его в такси оставил, а Бомгю назад привёз. Брови Сонхуна тоже взмывают вверх — один в один как у Субина. — Рики, достань там сзади кардиган за сиденьями по-братски, — просит Бомгю, заглядывая за спину и показывая другу в нужное место. Тот шарит несколько секунд и находит аккуратно сложенную вещь, а потом опускает окно, чтобы вернуть её хозяину, но замирает, едва только взгляд его падает на стоящего рядом Сонхуна. — Молодой человек, ваши родители случайно не веточки клубники? — выпаливает Рики, пялясь на Чхве-младшего, а Бомгю жмурится и задерживает дыхание, чтобы не заржать, чувствуя наступление пиздеца. — Тогда откуда у них такая ягодка? Сонхун моментально каменеет, заливаясь краской и выпучив глаза, Субин давит вырывающийся наружу смешок, поджимая губы, а Бомгю задыхается от беззвучного смеха, согнувшись пополам на сиденье. — Клубника — травянистое растение, у неё нет веток, — холодно отвечает Сонхун, забирая свой кардиган, что остался на полпути к нему в руках у замершего остряка-пикапера. — Проёбушек, — тихо шепчет Бомгю, не переставая ржать, а его реплику краем уха слышит Субин и тоже не может сдержать смеха. А покрасневший и ставший действительно похожим на клубнику Сонхун только кидает угрюмый взгляд на брата и цепляет его под локоть, подрываясь с места и таща за собой, бурча что-то вроде «Валим от этих дебилов». — Ты прожужжал мне все уши про своего Субина, но ни словом не обмолвился про этого красавчика? — возмущённо восклицает Рики, отмирая и провожая взглядом удаляющихся братьев. — Серьёзно? Ты молчал? Он же чёртов, блять, принц! Давай их догоним? — Чтобы ты снова сморозил дурь? — всё ещё от души хохочет Бомгю, ещё не слышавший подката нелепее его. — Пощади Сонхуна и мой болящий от смеха живот, я прошу тебя. В ответ Рики начинает возмущаться ещё больше и успокаивается только дома, когда падает на кровать и засыпает после бессонной ночи, а Бомгю садится за чертежи, что должны быть готовы к завтрашней паре. Время за ними тянется медленно и нудно, и хотя Бомгю понимает, что может просто забить — делать это себе не позволяет, потому что работа эта у них с Рики на двоих, и подставлять друга из-за своего пофигизма не хочется. Да и тот постоянно выручает его с домашками, которые они делают или сообща, или друг за друга — всё равно учатся вместе. Преподы, правда, это не жалуют, но к ним у парней особый подход. В черчении, например, Бомгю шарит очень даже неплохо, и преподаватель относится к нему лояльно, хотя и не понимает, почему тот каждый раз соглашается на тройку вместо пятёрки в обмен на точно такой же балл для своего раздолбая-друга, которому этот предмет не даётся от слова «совсем». Зато раздолбай в черчении Рики — гений в профильной экономике отраслей, которую всей душой ненавидит Бомгю. И здесь ситуация меняется с точностью до наоборот — уже Рики каждый раз выпрашивает баллы для друга, таская преподше чай и конфеты и строя щенячьи глазки. Идентичная картина и по некоторым другим предметам, в том числе и по бесконечно появляющимся новым дисциплинам, а вот оставшимся преподавателям, откровенно говоря, не повезло. Потому что если с преподавателем нельзя договориться — надо идти на крайние меры. Споить физика, например, зашугать профессора по электротехнике, потому что самим учиться впадлу, или шантажировать преподавателя по праву, как было ещё на первом курсе. Благодаря ему, кстати, парни и подружились — Рики на второй день учёбы застукал препода за не совсем легальным косячком прямо в кабинете, а Бомгю так удачно появился рядом, сняв короткое, но содержательное видео в поддержку слов одногруппника, и студенты пообещали не сдавать его, если тот согласится на автоматы. Выбора у него, конечно, не было. Да и парни сразу нашли общий язык, а позже Бомгю помог приехавшему из Японии другу освоиться в незнакомом городе и предложил снимать с ним квартиру, потому что так и дешевле, и удобнее. А за три года учёбы парни сдружились окончательно, превратившись в странный и сумасбродный дуэт а-ля крошу-всё-что-вижу, которого стали бояться не только некоторые студенты, но и преподаватели, и даже в четыре руки перебрали старый и давно сдохший джип отца Бомгю и создали новую, мощную машину — ну и что, что она похожа на мутанта? Этот драндулет дал бы фору многим тачкам из салона, и парни нереально гордились своим творением, умудрившись даже устроиться работать в такси, где платили куда больше и уже не нужно было работать обоим сразу и почти каждый день где-нибудь в подсобке супермаркета или на заправке, чтобы хватило на квартиру и еду. Теперь же в обоих, кажется, попали стрелы Амура — всё-то у этих оболдуев одновременно и одинаково. — Жрать как охота, господи, — хнычет Бомгю, потягиваясь и разминая затёкшую от долгого сидения за столом спину, пока живот косплеит умирающего кита. Он с трудом встаёт и на ватных ногах ползёт к холодильнику в надежде перехватить чего-нибудь более-менее сытного, но его настигает великое разочарование: если по полкам покатить шаром, он заденет лапки висячей мыши. — Ёб твою мышь, — разочарованно ругается Бомгю, представив повесившееся животное мысленно, и ему очень хочется сделать то же самое. С грустью во взгляде он ставит чайник, достаёт чашку и насыпает туда кофе, потому что остался недоделанным ещё один чертёж, и грызёт последнюю корку хлеба, которую нашёл в ящике. А после, запив сухомятку обжигающим свежезаваренным кофе, понимает, что ситуация зашла в тупик. Более того, он не просыпается даже от крепкого напитка, задача которого, по идее, бодрить. Проклиная свою шарагу и учебную программу, Бомгю неохотно натягивает ветровку поверх домашней футболки, закидывает за плечи рюкзак и, обувшись, идёт в круглосуточный магазин, что за углом их дома — потому что на часах, как оказалось, уже давно за полночь. Но и тут Бомгю ждёт одно сплошное расстройство — здание временно закрыто на ремонт, и по улице разносится тихий отчаянный вой, которого пугаются редкие прохожие. — Ну и где справедливость? — чуть не плачет парень, вбивая в поисковик запрос на ближайший круглосуточный. Тот выдаёт, на удивление, не такой удручающий результат — дальше по улице, в минутах десяти-пятнадцати, есть ещё один магазин, и Бомгю облегчённо вздыхает, надеясь, что хотя бы тот работает. А когда добирается до него — понимает, что, хотя он и меньше, выглядит даже посимпатичнее, чем тот, что у них с Рики за домом. Зайдя внутрь, Бомгю немного жмурится от яркого света. Он оглядывается, ища тележки, прихватывает одну, катит в первый же отдел, заворачивая за угол, и едва не врезается в зазевавшегося продавца, расставляющего банки с консервами. — Извините, я не… Субин?! — удивлённо поднимает брови Бомгю, когда они сталкиваются взглядами. — Добрейший вечерочек. — Я бы сказал, ночь, — отвечает Субин, убедившись, что все банки целы, и долго смотрит на тележку Бомгю. — Я боюсь спросить, зачем тебе тележка… Ты же не закупаешься кучей продуктов в час ночи? — Ну… — тянет Бомгю неловко и чешет голову. — Вроде того? — Боже, ты ещё страннее, чем я думал, — тихо усмехается Субин, заканчивая с консервами и убирая руки в карманы тонкой форменной жилетки. — А ты, получается, здесь подрабатываешь? — спрашивает Бомгю, сгребая с полки пять банок консервированного тунца. — Ну… Вроде того? — отвечает Субин в той же манере, что и он, и слегка тушуется из-за своей стеснительности, потупив взгляд. — Эй, а у нас много общего! — с довольной моськой говорит Бомгю, двигаясь дальше и кидая в тележку пару банок тушёнки и упаковку паштета. — Да ты смеёшься, — неловко улыбается Субин. — Что у нас может быть общего? — Ну мы оба студенты, например, — логично отвечает Бомгю, направляясь в соседний ряд и кидая в тележку добрую половину упаковок рамёна с полки. — Это не считается, — отнекивается Субин. — Ладно… Мы оба подрабатываем вне учёбы, — тут же предлагает другой вариант Бомгю. — Почти все студенты так делают, — с усмешкой качает головой Субин, не без удивления глядя на парня, который затаривается словно для бункера на апокалипсис. — Хорошо, — кивает Бомгю, беря несколько пачек риса и макарон. — Мы оба считаем нашу с Рики машину драндулетом. Признайся, это так! — хитро щурится он, глядя на смеющегося Субина. — Ну допустим… — признаёт тот, поправляя волосы. — Но этого мало. — Мы оба идём сейчас по магазину и оба в шоке с того, что я набираю полную тележку продуктов посреди ночи, — разводит руками Бомгю, мол, очевидный факт же. — Ты невыносим, — хнычет Субин сквозь смех, пока Бомгю пополняет тележку хлебом и яйцами. — Зато ты смеёшься. Я, кстати, тоже, — довольно хихикает Бомгю. — Придумай что-нибудь пооригинальнее, — говорит Субин, пытаясь состроить недовольное лицо, но ничего не выходит. — Пф, не вопрос, — отвечает Бомгю. — Мы оба красавчики и могли бы с лёгкостью стать крутыми моделями, — в лоб выдаёт парень, глядя на Субина, и тут же качает головой. — Ох, нет… Пожалуй, только ты. Снова не подходит… Субин не выдерживает и взрывается изнутри, пряча покрасневшее лицо в воротнике водолазки, резко отворачивается и зажмуривается, только чтобы не видеть этого настойчивого засранца. Который с невозмутимым, но довольным лицом кладёт в тележку курицу с говядиной и косится на Субина. Тот выдыхает, вернувшись в норму, и поворачивается обратно, натыкаясь на изучающий взгляд, и ему снова становится неловко. — Ладно, ты меня убедил, победил, уделал, хорошо, только прекрати, Христа ради, я тебя умоляю, — просит Субин, уже едва не плача — он никогда в жизни не испытывал такого дикого стеснения и смущения, как сейчас. — Хорошо, — соглашается Бомгю, издав тихий смешок. — А как продавца могу тебя спросить? — Можешь, — выдыхает Субин, но расслабляться не спешит. — Посоветуй энергетик какой помощнее, пожалуйста, — просит Бомгю, окидывая взглядом показавшуюся из-за угла полку с напитками. — Дедлайн горит, а меня даже чистейший чёрный кофе не берёт. — Ну… — задумчиво тянет Субин, пробегаясь глазами по аккуратным рядам банок. — Если с сердцем проблем нет — можешь какой-нибудь из этих взять, — предлагает он, показывая на банки двух марок. — Я, конечно, к такому отношусь без одобрения, но Сонхун иногда балуется, когда точно так же прижмут сроки на что-нибудь… И вот с этих не только ему, но даже мне не до сна, потому что малой после них как собака бешеная носится, а потом плачется, что умирает, потому что пульс зашкаливает. Бомба, в общем, — подытоживает Субин. — Идеально, — отвечает Бомгю, беря сразу оба. — Не боишься? — опасливо спрашивает Субин. — Боюсь только, что не хватит, — усмехается Бомгю. — Меня почти ничего не берёт, но если с этих торкнет — обязательно возьму ещё. А если хватит одного — второй Рики выпьет, у него не залежится. Он сегодня утром все остатки еды в холодильнике подточил, а я ничего и не ел толком, вот и пришлось сейчас сюда ночью тащиться. — Оу, это… Твой парень? — несколько отстранённо интересуется Субин. — Мой… Погоди, что? Боже, — звонко хохочет Бомгю, запрокинув голову. — Нет, Рики не мой парень! Это мой одногруппник и друг, он же — тот лось, который таксовал ночью и про которого я рассказывал. Субин, кажется, выдыхает. — Надо про лося запомнить, — смеётся он, глядя под ноги. — И всё же… С энергетиками вы там осторожнее. — Волнуешься? — улыбается Бомгю. — Вот ещё, — фыркает Субин, снова отворачиваясь, но на этот раз уходя на кассу. Туда же спустя пару минут подходит и Бомгю. — Только не говори мне, что ты собираешься впихнуть всё в этот рюкзак, — немного нервно усмехается Субин, пробивая продукты, занявшие целую ленту, которой, кажется, даже стало тяжелее двигаться. — Ну… — поджимает губы Бомгю задумчиво, на секунду пугая Субина. — Да ладно, расслабься, не собираюсь, — смеётся он. Субин только качает головой в ответ, молча делая свою работу, пока Бомгю раскладывает продукты по пакетам, вытащенным из рюкзака, не забывая сложить и в него что-нибудь потяжелее. Субин озвучивает сумму, и Бомгю расплачивается смартфоном, ликуя, что уложился в бюджет, а потом отходит чуть дальше, к столику. Порывшись немного в рюкзаке и выудив оттуда ручку, парень что-то на чём-то пишет, но когда оборачивается — видит Субина уже не на кассе, а в торговом зале, где он снова что-то перекладывает на полках. — Ладненько, — улыбается Бомгю, оставляя на кассе большую шоколадку с орешками в бумажной обёртке, и по-тихому уходит, заставляя продавца обернуться только на звук закрывающихся за ним автоматических дверей. Субин подходит ближе к выходу, замечая сквозь стекло двери тающий в темноте силуэт, а потом его взгляд падает на кассовую стойку… Точнее, на то, что на ней лежит. Подойдя ближе, Субин замечает шоколад и от души смеётся, увидев на нём улыбающийся смайлик с подписью «Заряд хорошего настроения», а когда переворачивает — обречённо вздыхает, потому что на другой стороне размашистым почерком выведен номер мобильного с припиской в виде буквы Б. — Невыносимый, ну, — цокает Субин, но шоколадку всё-таки забирает, чтобы позже съесть её дома. А Бомгю, просидев до шести утра с чертежами и уже собираясь ложиться спать, получает сообщение в телеграме с неизвестного номера, отчего внутри всё сжимается.

Шоколадка вкусная, настроением зарядился.

Спасибо)

С.

Едва не разбудив Рики и прочитав сообщение раз десять, Бомгю улыбается победно, забивает номер в контакты и с довольным видом засыпает на оставшиеся до будильника два часа.