Без обид, ладно?

— Здравствуйте, — улыбнулась Женя, как только Ольга Пятифан открыла дверь. — Женя? Сегодня-же нет занятия, — нахмурила брови женщина, пропуская Сокольникову в дом. — Я думаю, дополнительные уроки не будут лишними, — вполне убедительно проговорила девушка, разувшись, и проходя в комнату Ромы. — Сокольникова? Ты чё тут делаешь? Сегодня вторник, а не среда, — хмыкнул Пятифан, вскинув бровь. — И без тебя знаю, умник. Чем чаще будут проводиться занятия, тем быстрее мы с этим закончим. У меня на лето были свои планы, и репетиторство в них явно не входило, — осклабилась Евгения, вытаскивая из рюкзака тетради и надевая очки. — Может у меня сейчас свои планы, — чуть повысив голос, проговорил парень. — Ой, да какие там планы. У мелких конфеты тырить и целой компанией на одного пацана нападать? Тоже мне, грандиозные планы. Садись давай. Всего час, и ты будешь свободен. — Бесишь меня, — буркнул Роман, садясь рядом с Сокольниковой. — "Сегодня он не в духе даже больше, чем обычно. Так, главное - держать себя в руках. Интересно вот только, куда я пойду через этот всего один час."

***

— Рома, к тебе друзья пришли! — крикнула с кухни Ольга. — Блять, — выругался Пятифан, откидывая тетрадь девушки в сторону. — Эй, осторожнее. — Заткнись. Заткнись и сваливай. Если они тебя тут увидят... — он не успел договорить. В комнату, толкнув дверь ногой, зашёл Бяша. — Опа. Это чё у вас тут за шуры муры, на? — усмехнулся бурят, потирая руки. — Заткнись, Бяша. А ты, — он обратился к Сокольниковой. — Съёбывай. — Что, боишься авторитет подпортить? — усмехнулась Женя, собирая тетради в сумку. Очки оказались в футляре, который впоследствии отправился за тетрадями. — Не забывай, что занятие ещё и завтра. В это-же время я приду. Протиснувшись мимо Саши и Семёна, девушка наскоро обулась и вышла. Теперь ей было некуда идти. Остаётся только шататься по окрестностям.

***

По прошествии полутора часов, выбившаяся из сил Женя присела на поляне возле озера. Она обожала сюда приходить, даже не смотря на то, что сейчас было холодно, Сокольникова лишь сильнее укуталась в тонкую ветровку, сжимаясь в маленький комок. — Так-так. Сокольникова, снова ты. Уже начинаю подозревать, что ты влюбилась в меня, поэтому преследуешь, — холодный голос Пятифана донёсся до слуха девушки, заставив поёжиться. — Иди куда шёл, Пятифан, — хмыкнула она, нахмурив светлые брови. Руки самопроизвольно сжались в кулаки. — Опять грубит, — гоготнул Бабурин, останавливаясь напротив Жени. — Надо её хорошенько проучить. — Отвали, — буркнула в ответ Сокольникова. — Слыш, сука приезжая, не на того рамсишь, — гаркнул Семён, отчего девушка вздрогнула. — Боишься? Правильно делаешь. — Слушайте, я вас не трогала. Я просто сидела. Что вам от меня надо?! — взвилась Женя, прыская ядом. Затёкшие от долгого сидения ноги слегка побаливали, отчего непродолжительное время она нетвёрдо стояла. — Воу, мы походу её разозлили. Ну и что-же ты сделаешь, на? — усмехнулся Булгаков. — Свалю, — чуть ли не рыкнула Сокольникова, поднимая с травы сумку и быстрым шагом устремляясь к дому. Выхода не оставалось. Шайка Пятифана найдёт её везде, куда-бы она не пошла.

***

Хлопок входной двери оповестил Кирилла о том, что Женя вернулась. Она старалась передвигаться тихо, надеясь на чудо, но... — Приветик, Геша, — ухмыльнувшись, протянул парень. — Ага... — Какая ты сегодня не приветливая, — хмыкнул он, сложив руки на груди. — Отвали, — буркнула девушка, пытаясь протиснуться мимо Кирилла в комнату. Резкое движение с его стороны и встреча спины со стеной сопроводились вскриком со стороны Жени. — Ну тише, — шепнул парень, сжимая её запястья и прижимая их к холодной вертикальной поверхности над рыжей макушкой. — Отпусти, придурок! — брыкалась Сокольникова, всеми силами стараясь ударить его хоть куда нибудь. — Успокойся, а-то хуже будет, — до боли сжимая кисти девушки, Кирилл наклонился к её шее, проходясь по ней носом. Резкая боль, с которой его зубы вонзаются в чувствительную плоть, вновь выбивает из глотки выкрик. Слёзы льются по щекам уже от боли. Его вторая рука потянулась к краю футболки, после чего рёбер коснулись холодные пальцы. — "Дура, кричи!" — лихорадочно твердил внутренний голос, пока мурашки бегали по телу от столь неприятных прикосновений и холода. — Помогите! Пожалуйста, помогите! — что есть мочи завопила Женя, но её заткнули звонкой пощёчиной. — Заткнись, идиотка. Не ори, — рыкнул Кирилл, чьи глаза словно потемнели. Глянув на время, он тяжело вздохнул. — Сестрёнка твоя скоро придёт. Твоё счастье. Почувствовав свободу, Сокольникова схватила сумку и прошмыгнула в свою комнату, закрывая дверь на щеколду. Укус на шее болезненно пульсировал, а запястья ныли. Осев на пол, Женя зарылась пальцами в волосы и беззвучно заплакала. Говорить Маше бесполезно - не поверит. Надо справляться самой.