полоса неудач

– Шин?! Божечки, сколько времени мы не виделись! – Девушка сорвалась с места, оставляя своего спутника в недоумении. Пять секунд назад Тсукими старательно делал вид, что не видит её, стоя за кассой. Он в который раз жалел, что выбрал такую работу. – О, Сара, не узнал тебя. – Лжёт, как дышит. – Тебя так долго не было ни здесь, ни в городе, мы волновались, между прочим! Шин поднял бровь, не отрываясь от пачки яблочного сока, которая никак не хотела пробиваться. Кто "мы"? – Были некоторые... Дела. – Да, верно... Прости, я понимаю. – Сара посерьёзнела. Тсукими понятия не имел, почему не встретил её ещё тогда, на похоронах, но списывал всё на работу, другие дела... Да, впрочем, и не важно. Банально могла испугаться. Шин закончил с продуктами, протягивая девушке пакет. Та кивнула и вдруг снова засветилась. – Слушай, мы ведь скоро хотели устроить небольшую встречу одноклассников. Может, придёшь? Развеешься, отдохнёшь. Компания хорошая, верно, Ранмару? – Паренёк с зефиром вместо волос – по крайней мере, так сначала показалось Шину – согласно кивнул и тут же засмущался. Тсукими никогда не переставал удивляться умению Сары плодить вокруг себя кавалеров. Ходить никуда желания не было. Какой бы хорошей компания ни являлась, Шин всегда был обречён на одинокое сидение в углу, так как его навыки общения стремились к нулю, а то и в минус. С другой стороны, когда-нибудь же нужно заканчивать это дело. Почти все внезапные перемены одних людей были связаны с другими. Новые встречи, новые знакомства. Шин бы соврал, если бы сказал, что раз в год вечером, лежа в кровати и представляя, насколько его жизнь была бы проще, имей он надёжных друзей, ему не хотелось поменять свою натуру и историю, начиная со средней школы. – Я не знаю, я могу работать. – Мы думали насчёт воскресенья, ты вроде выходной. В пять соберёмся у Реко – ты знаешь, где она живёт? – Тсукими отрицательно махнул головой, принимая деньги из рук парня и отдавая ему чек. – Ух, ладно, тогда я пришлю тебе смс с адресом! Если вдруг решишь, то знай, что мы будем рады твоей компании. – Сара мило улыбнулась, уже собираясь выходить. Шин мысленно подметил тёмные круги под её глазами. Стоять за кассой весь день было занятием скучным и утомительным. Шин не пытался обмануть себя и найти какие-то плюсы в своей работе, как это делали некоторые его коллеги. В добавок ко всему, парню ещё и приходилось сталкиваться со своими знакомыми, хотел он этого или нет. Как сейчас с Сарой, например. Любой согласится, наблюдать своих одноклассников или приятелей из детства, богато одетых, с жёнами, мужьями, детьми и прочим, стоя за кассой и предлагая им взять лишний пакет, было не самым приятным занятием. По самооценке било так уж точно. Когда-то Тсукими мечтал работать в кофейне барменом. Слушать тихую, лёгкую музыку, вдыхать аромат кофейных зёрен и мило беседовать со своими редкими посетителями. Одно удовольствие. Он мог бы чувствовать себя второстепенным персонажем старинного детектива, а стал кляксой из-под пера. Покупателей в последнее время было не так много, поэтому Шин старался втюхать им всё, что только находил глазами. Чем больше продаст, тем больше получит. Девушка, закидывая продукты в сумку, неловко и раздражительно отнекивалась от товаров, стараясь уйти как можно быстрее. Она взяла только пачку молока и сыр. Зачем-то парень запоминал все покупки, которые проделывали люди. Чтобы заполнить пустоту? Или унять скуку? Однако, при всём при этом, была вещь, которая продолжала будоражить сознание Шина, и это даже не была смерть Канны или угроза попасть под следствие. Насчёт последнего Тсукими и думать перестал, так как вопреки предсказаниям Соу никаких проблем не возникало. Тетрадка, которую вручил Шину Хиёри продолжала лежать на столе и мозолить глаза яркой красной обложкой. Для себя Тсукими объяснял свою заинтересованность в деле как что-то, за что он смог зацепиться после смерти Канны, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься от горя. Ложась спать, он по обыкновению переворачивался на бок, глядел с минуту на пятно на столе и снова открывал исписанные страницы, перечитывая, сопоставляя, ломая голову над мотивами. Шарф он так и не вернул, вообще встречаться не хотел. Неловко было бы объявляться спустя месяц с предложением отдать вещь. Тем более, как он успел убедиться с прошлой встречи, у Соу этих дурацких шарфов целый шкаф, раз он даже на похороны пришёл в таком же. Шин перестал ездить на автобусах. Магазин был в двадцати минутах ходьбы от дома, поэтому Тсукими выбрал меньшую из двух зол и предпочёл вставать раньше, чем продолжать свою вечную нервотрёпку. "Зато прогуляюсь" – твердил он себе, сжимаясь в комок от пронизывающего ветра. На улицах было совсем темно, фонарь мигал и качался из стороны в сторону, из-за чего казалось, что он живой и сейчас уйдёт куда-то за угол. Но туда шёл только Шин. Мысли плавно перетекали от одного дела к другому, Тсукими старался разложить всё по полкам в своей голове, хоть и удавалось это с трудом. Всюду его преследовала тревожность, непонятно откуда взявшаяся. Предложение Сары о вечеринке уже не казалось такой дикостью в данный момент, лишь бы побыть в обществе, хотя Шин и понимал, что просто бежит от своей нерешённой проблемы, которую он так старательно пытается нащупать последние недели. Дверь встретила хозяина добрым скрипом, тут же бахая из-за сквозняка. По крайней мере, Шин мог чувствовать себя в безопасности в своей квартире. Из-за инцидента с убийством соседи полностью перестали устраивать попойки в доме, или делали это так тихо, что Тсукими со своим чутким слухом не мог услышать чужие голоса, проходя по лестнице. Диктор на радиостанции тараторила что-то о последних новостях, и Шин терпеливо ждал, когда же наконец начнётся музыка, заваривая себе чай. – ...и таким образом наш гость утверждает, что нужно избавляться от источников волнения! – Тсукими обернулся, вслушиваясь в фонящий голос. – Верно. Даже взять ваш дом. Абсолютно точно ведь есть такая вещь, которая заставляет вас думать о плохом или нервничать? Выбросите её! Это источник зла, плохая энергия будет расползаться по единственному вашему пристанищу, по вам! Очернять всё вокруг, губить... Шин затаил дыхание и медленно, как будто боясь, что вещи услышат его, вышел из кухни в комнату. Тетрадь так и лежала на столе, совершенно спокойно и даже как-то подозрительно. Она выбивалась из общей массы остального хлама, быть может, из-за ненавистного Шину красного цвета. Если подумать, и чужой шарф в шкафу выглядел точно также. Парень подцепил обложку пальцем, с облегчением подмечая, что голос мужчины, исходящий из радио, сменился на весёлую музыку. Ровные, чёрные слова на бумаге выглядели зловеще. Не кусается, уже хорошо. – Выбросить?... – Шин зачем-то задал вопрос вслух, то ли ища ответа у мебели, то ли советуясь с отражением в зеркале. Нет, кладезь информации однозначно выкидывать нельзя. Даже если Тсукими почти наизусть заучил текст внутри, он может с лёгкостью забыть его завтра и потом всю жизнь кусать локти. В доме стало как-то чересчур светло. Должно быть, погасшая лампочка в коридоре наконец соизволила включиться. Шин прошмыгнул в ванную, уже настраивая воду в кране. Процедура довольно сложная, найти баланс между горячей и холодной водой никогда не получалось быстро. Наконец Тсукими смог залезть на кафель, пытаясь согреть его и себя тёплой водой. Столько всего навалилось. Шин закрыл глаза и почти почувствовал, как прирастает ногами к полу и становится камнем. Странное, но приятное ощущение. Из комнаты раздался громкий звук, парень распахнул глаза, сквозь тепло воды чувствуя, как до тела доходят порывы ветра. Замотавшись в полотенце, аккуратно вышел в коридор. В дверном проёме валялась раскрытая тетрадка с подрагивающими от ветра листами. Окно было настежь распахнуто. Сквозняк. Шин простоял бы так, в тесном тёмном коридоре, закутавшись в полотенце и глупо глядя на мнущиеся страницы, подольше, если бы не собственные мурашки на спине.