Я ненавижу тебя, лето

Начну с того, что с Сашей мне порой было труднее всего. Она казалась слишком бурной и эмоциональной. А я предпочитала более мягкое и спокойное взаимодействие. Поэтому тот факт, что этот знаменательный день я начала в компании Саши, уже говорит о многом. Я должна была дежурить на кухне. Ну а точнее намывать посуду после обеда. Работа трудная и монотонная, но мне нравилась такая механика, когда не надо особо утруждать мозги. За натиранием тарелок, даже немного впала в некий транс. Из которого меня выловила Саша, резко дёрнув за рукав. — Ты чего? — нахмурилась. — А если бы я разбила? — потрясла перед её носом кружкой. — Да никто их не считает, — закатила глаза Саша. — А у меня к тебе важное дельце. По озорному блеску тёмно-карих глаз я понимала, что добром это не кончится — М, какое? Отвернулась, чтобы поставить вымытую кружку в сушилку. — Я видела, что сегодня была поставка продуктов, — заговорчески начала Саша, — а у тебя, Саммер, должны быть ключики от кладовки. Интуицией я уже понимала, к чему она ведёт, но не любила намёки. — Так, говори, что тебе нужно. — Ничего ведь не случится, если ты дашь мне их на пару минут? — её игривый шёпот скользнул по моей шее, и я резко обернулась. Наверное, мои глаза выражали слишком много возмущения, и Саша тут же испуганно отступила. — Я туда-сюда. Мигом! — Нет! — взмахнула рукой, — даже слышать о таком не хочу. Ты же не думала, что я просто отдам тебе ключи, которые мне доверили, прекрасно зная, что в итоге меня ждёт наказание? — я усмехнулась. — Забудь об этом! — Э, ладно, — замотала головой Саша и снова шагнула назад. — Ты только нож опусти. — Чего?.. — я моргнула и посмотрела на свои руки. Ой, и правда, в правой крепко сжимаю влажный нож. — Извини. Отвернулась, чтобы продолжить мытьё, а Саша быстро пришла в себя. — Если не доверяешь мне, то пошли вместе. Я рассмеялась, вскинув голову. — Ну уж нет. — Брось, Саммер, разве тебе самой не хочется отведать чего-то вкусненького? — принялась соблазнять Саша. — Когда ты в последний раз ела мясо? Не ту странную волокнистую кашицу, что давали нам в столовой, а настоящее? Сочное мясцо, из которого течёт ароматный сок? «Дома», — подумала я и застыла. Это было слишком давно. Подняла голову, понимая, что происшествие в Шиганшине случилось аж 5 лет назад. Бурная учебная жизнь и попытки выжить мешали мне предаваться воспоминаниям. А тут Саша и её мясо, вот я и расслабилась. Сразу, будто во сне, увидела наш длинный стол, за котором собиралась вся семья. Папа всегда садился во главе, а мама рядом с ним. Иногда он нежно брал её за руку. Напротив отца стула не было, и открывался чудесный вид на распахнутое окно. Рядом с мамой сидел братец Лео, а я была с другой стороны возле Джины. Я обычно уплетала за обе щеки, а сестра жевала тщательно, бросая на меня странные взгляды. «Ешь как в последний раз», — говорила она, улыбаясь. Мне бы очень хотелось снова оказаться за тем столом. Попробовать мамину стряпню и посмотреть на то, как отец, взяв здоровенный нож, разделывает мясо. — Да только представь, как обрадуются ребята, — продолжала болтать Саша. — Ладно, — кивнула я. — Только, если нас поймают, я тебе задушу. — Да мы будем тише мышек, — довольно засмеялась Саша и, схватив меня под руку, потащила из кухни. В общем, так я и оказалась в кладовке. Саша была права и нам доставили много отличных продуктов. Едва мы открыли дверь, как я застыла в немом восторге и очнулась, когда Саша уже набросилась на продовольствие. — А ну кыш! — воскликнула я, с трудом оттаскивая её от сарделек. — Бери только одно и сваливаем. Сглотнув слюну, Саша быстро обошла заставленные полки и схватила отличный свиной окорок. От него так восхитительно пахло, что я едва не предложила слопать его прямо здесь. Но вовремя пришла в себя и толкнула Сашу к двери. — Смываемся! Мне ещё надо было закрыть дверь, поэтому я немного затормозила. Когда Саша была уже у лестницы, расслышала чьи-то голоса и застыла с ключом в скважине, боясь издать хотя бы скрип. Подняла голову и увидела испуганный взгляд Браус. — Кто-то идёт, — сказала она одними губами. — Сама знаю, — кивнула я и махнула рукой, давая понять, что Саша может валить, а я сама как-то справлюсь. Не в первой выкручиваться. — Разберусь. Я медленно открыла дверь, надеясь, что она не скрипнет, и вернулась в кладовку. Кто бы это не был, нет смысла шарить здесь. Доставку уже проверили и описали. А повар уже сделал нужные отметки. Уверенна, за закрытой дверью я в безопасности. Надо будет просто немного подождать, пока все уйдут. Выдохнула, прислоняясь к двери, и тут же вздрогнула, потому что до меня дошла вся красота моей тупости. Я ж оставила ключи в замочной скважине! Чёрт! Закусила губу, надеясь, что этого никто не заметит. Но мне на зло раздался голос: — Эй, а ты разве не запер двери? — Запер, — отозвался повар. Его голос я узнала сразу. — Хмм, может, и забыл. Сегодня слишком устал. — И добавил то, отчего у меня затряслись поджилки. — Закрой, будь добр. — Не вопрос! — радостно сказал первый голос и ключ повернулся. Я отошла от двери и закрыла глаза. Положение дерьмо. Я заперта в кладовке. Ключи хрен знает у кого. И это добавляло остроты моим переживаниям. Ведь завтра, сдавая отчёт о дежурстве, мне придётся признать, что я потеряла их. И это всё Саша и её любовь к еде! Вот увижу и правда придушу её. Стоп, Саша! От озарения моё сердце застучало сильнее. Саша ведь знает, что я здесь. Надо просто чуть подождать и она придёт. Волноваться не о чем. Посижу немного. От голода тут мне смерть точно не грозит. Но прошло не меньше получаса, а Саши не было. Я уже раз двадцать обошла кладовку, рассмотрела все продукты словно ревизор, пытаясь занять чем-то время, но Саша так и не пришла. Может, за уплетанием окорока забыла обо мне? Но мясо ж не бесконечное! Сколько ей надо времени? Я вздохнула и уселась на пол, поджав ноги. Вдруг поняла, что за последние годы впервые осталась наедине с собой. Там, в прошлой жизни, я часто была в таком положении, когда пасла овечек. Мы поднимались на самый зелёный холм, чтобы они полакомились сочной травкой, а я садилась так же, как и сейчас, и смотрела на облака. Но сейчас передо мной были только полки с едой. Может, Сашин рай так и выглядит. Я встала и взяла с полки банку с солёными огурцами. Воровать плохо, но должна ж я как-то себя баловать при таких-то страданиях. Крышка с лёгким щелчком открутилась и только я опустила пальцы в рассол, как раздался оглушительный грохот. «Саша, наконец-то», — пронеслось в моей голове, но я тут же отбросила эту мысль. Слишком громко даже для Саши. Всё же достав огурчик, я подошла к двери и прислушалась. Ни шагов, ни голосов. Я захрустела огурцом, и вдруг шум повторился. А за ним — шаги по ступенькам. — Саша? — нервно спросила я, проглотив огурец. — Кто здесь? — завопили с той стороны. — А вы кого спрашиваете? — снова кусая огурчик, отозвалась я. — Идиотка, — рявкнул голос. — Ты какого чёрта там сидишь? Дезертир что ли? Я удивлённо уставилась на двери. Ну не домыла немного посуды, чего сразу дезертир? — Я случайно тут застряла, — призналась, понимая, что ни минуты больше не выдержу. — Откройте, пожалуйста. Человек немного помолчал, и я услышала, как он прижался к двери с той стороны. — Лучше сиди в безопасности. — Почему? — моргнула я, облизывая солёные пальцы. — Титаны, — выдохнул мужик. — Сомневаюсь, что за покушение на запасы меня сошлют за стены, — хихикнула я и в дверь тут же ударили, кажется, кулаком. — Идиотка! — повторялся он. — В Тросте титаны. Это снова случилось! Я так и застыла. В одной руке банка, в другой надкусанный огурец. Неужели… Как это могло произойти? Почему?! Я невольно подняла голову наверх. Выходит, прямо сейчас в городе творится тот же ужас, что и тогда в Шиганшине. Вот почему Саша не пришла… И тут меня по-настоящему осенило. Она там вместе с остальными кадетами сражается против титанов. А я торчу здесь! Мои товарищи бьются с чудовищами, пока я скучаю в безопасности. — Немедленно помогите мне выйти, — закричала я, ударив в дверь носком сапога. — Зачем? Ты ничем не поможешь. Грустный голос вернул меня к реальности. Верно, я не такая, как Микаса или Энни, и вряд ли смогу оказать посильную помощь. Но я же кадет, меня учили сражаться. Да и как я могу бросить товарищей в беде?! — Ложь! Я — обученный солдат, — нервно сглотнула. — Если от меня не будет совсем никакой пользы, значит, вся учёба здесь — ерунда. Человек немного помолчал. Наверное, давал мне шанс остыть и передумать, а потом сказал: — Отойди от двери. Сразу поняла, что он собрался сделать, поэтому дважды просить не пришлось. Раздался выстрел и замок рухнул на пол. Я толкнула дверь и едва не влетела в незнакомца в форме. Это был полицейский, и я удивлённо вскинула брови. — Я искал где спрятаться, — честно сказал он, возвращая пистолет в кобуру. — И не смотри на меня так! Я не разведчик, чтобы бросаться на этих монстров. Мне моя жизнь дорога. — Я вас не осуждаю, — кивнула, пробегая мимо. — Но прятаться не собираюсь, — сказав это, я всучила ему банку с огурцами. — Посторожите их для меня. Только поднявшись по лестнице, я поняла, как комичная вся моя смелость. На словах я вся такая крутая, а на деле вспоминается та позорная драка с Браус. Может полицейский был прав, мне стоило остаться в безопасности? Я нерешительно остановилась, крепче сжимая пальцами перила. Посижу немного здесь. Никто не заметит, что меня не было. Соблазн был слишком велик, но я тряхнула головой. Разве отец воспитывал меня такой? Он учил меня, что нельзя бросать друзей в беде и надо смотреть в лицо ответственности. Да, я пришла в кадеты, чтобы иметь крышу над головой, но ведь меня никто об этом не просил. Это был мой выбор, и пришла пора за него ответить. Решительно нахмурив брови, я толкнула тяжёлую дверь и застыла, желая тут же развернуться назад. То, что я увидела, можно было смело назвать адом. Трост было не узнать. По городу словно промчался ураган. Многие дома рухнули. Всюду валялись камни, в воздухе стояли пары пыли. Я сделала шаг и едва не закричала, увидев, что всюду лежали окровавленные ошмётки человеческих тел. Всё было так же, как и в Шиганшине… Я вернулась в деревню и увидела этот кошмар. Пыль, обломки домов, кровавые ручьи. Этот ад не просто повторился, он щёлкнул по носу всех тех, кто был уверен в силе человечества. Мы ни хрена не были готовы к титанам! Вообще никто! Мне очень хотелось вернуться в кладовку. Я понимала благоразумную трусость полицейского, но сейчас всем мои мысли были только: найти друзей и не допустить повторения того кошмара. Я уже потеряла всех, кого любила, и не хочу испытать это снова. У меня есть Армин, который долгое время был моим единственным другом, есть Микаса, которая мне всегда помогала, и Марко. Едва подумала о милом парне, моё сердце дрогнуло. Да, я отвергла его и не сомневаюсь в том решении, но если с ним что-то случится, то я не вынесу. Ради своих друзей я обязана быть сильной и не прятаться. Посмотрела на небо, что было прекрасного голубого цвета. Мам, пап, я вас не подведу! Но стоило мне сделать пару шагов, как я снова остановилась. Я дежурила в столовой и там мне привод не нужен. И сейчас стояла в разрушенном титанами городе лишь в брюках и белой рубашке с закатанными по локоть рукавами. Ни УПМ, ни оружия. И надо было думать об этом раньше! Снова возникли мысли о кладовке, но я их яростно оттолкнула. Даже не думай, Саммер, о том, чтобы сбежать. Надо просто активнее соображать. Где мой привод? В комнате. Оглянулась на корпус, стоявший чуть в стороне. Он, к счастью, был цел, но бежать надо было по открытой местности. А это верная смерть. Думай дальше! Где другие УПМ? Я почесала щеку. Склад был совсем рядом, я могла бы быстро до него добежать. Это, конечно, огромный риск, потому что на складе может не оказаться газа. Но выбора не было. Я побежала по дороге, стараясь не смотреть по сторонам. Иногда до меня доносились крики. Пару раз всё же оглядывалась, боясь увидеть титана, но улица была пуста. Завернула за угол и едва не закричала от бессилия и злости. Склад был разрушен в пыль! Ничего не осталось! Я гневно отфутболила камень. Надо думать! Ну же, Саммер, где взять привод? И тут я услышала чей-то стон. Напрягая слух, согнулась и, прижимаясь к развалинам, добралась до небольшого тёмного пятна. В пыли это казалось просто горой какого-то мусора, но, приблизившись, увидела человека. Он лежал, зажимая рукой огромную брызжущую кровью рану в животе. Ещё кровь стекала по его шее. Это было жестоко, но из-за того, что я думала только про УПМ, в первую очередь посмотрела на привод. Выглядит целым. Когда парень снова застонал, я сжала его руку. — Ты ангел? — спросил он, смотря мне в глаза. На его лбу выступил крупный пот. — Ты пришла забрать меня? — Что ты, — я попыталась улыбнуться. — Никто никуда тебя не заберёт. Вот увидишь: уже завтра будешь здоров. Парень, который судя по форме был из Гарнизона, засмеялся и тут же кашлянул кровью. — Я упал и сломал себе, кажется, всё. Чёрт, — он зашипел. — Знаешь, я не чувствую ног. Не будешь ли ты так добра, и не посмотришь ли, на месте ли они? — Да, — ответила я и сразу же поняла ужас происходящего. Он сломал себе позвоночник! Вот почему он ничего не чувствует. На мои глаза выступили слёзы. — Твои ноги целы. — Хорошо, — он вздохнул и закрыл глаза. Несколько секунд мы молчали. Я слышала, как он хрипит, и боялась разжать руку. Но с каждым мгновением это было всё бессмысленнее. Я не смогу оттащить его в безопасное место. И даже если бы могла, в этом нет смысла. На курсах первой помощи нам говорили, что при таких травмах опасно двигать человека. Стоит признаться себе, что парню не помочь. И он, больше не открывая глаза, кажется, сам это понимал. — Ты солдат? — вдруг спросил он, еле ворочая языком. — Кадет. — И где твой привод, кадет? Я не ответила. Мне было трудно говорить из-за подступивших слёз. — Если надо, возьми мой. Мне он всё равно уже не нужен. Хотела поспорить. Просто, чтобы не соглашаться с этой жестокой правдой. Но давать ему надежду было бы ещё ужаснее. Я просто кивнула и принялась за работу. Хорошо, что ремни были на мне, иначе пришлось бы возиться куда дольше. Привод сам по себе тяжёлая ноша, но снимать его с крупного парня, что никак тебе не помогает, ещё тяжелее. Вздыхая, кое-как я справилась с задачей. И, когда привод оказался на земле, я вдруг заметила, что хрип прекратился. Ахнув, прижалась головой к груди парня. Он больше не дышал. Втянув в себя воздух, я встала и торопливо надела привод. Надеюсь, сегодня это последняя смерть, которую я увижу.