Operation getting back Craig

Иллюзия Крейг снова был в своей комнате. Твик протер глаза рукавом своей оливково-зеленой расстегнутой рубашки. Он был еще трезв,но его разум уже создавал иллюзию Крейга. Он заметил, что иллюзия снова делает то же, что и в прошлый раз. Он печально смотрел на фотографию в рамке наверху коробки, одиноко опустив глаза. Он отмахнулся от галлюцинации выгоняя своего бывшего парня и первым приземлился лицом на кровать. Он застонал, когда его тело растеклось по матрасу. Он был эмоционально и ментально утомлен, и он страстно желал того темного небытия, которое мог принести ему сон. Его план на день провалился. Он все еще не имел четкого представления о том, чем хочет заниматься. Должен ли он добиваться возвращения Крейга или отпустить его без сопротивления? Последний явно не нравился. Если бы вы действительно любили кого-то, вы бы так просто отпустили его? Можешь ли ты по-прежнему называть это любовью, если собираешься легко сдаться? Любовь должна быть бескорыстной, и он давно осознал тот факт, что ему нужно пожертвовать несколькими вещами, чтобы сделать Крейга счастливым, но… но это другое . Он был готов на все ради Крейга, лишь бы Крейг был в его объятиях, а не наоборот. Кто то провел рукой по его волосам, прервав ход мыслей Твика. Его руки покрылись мурашками, волосы встали дыбом от неожиданного прикосновения. — Ты коротко постригся, — донесся до его уха хриплый голос Крейга. Растерянные зеленые глаза Твика столкнулись с его любимой парой океанских синих, мурашки пробежали по всему его телу, как будто он увидел мертвеца, восставшего из могилы. Твик пару раз моргнул, не веря своим ушам, особенно глазам. Он потянулся к левой щеке Крейга и почувствовал несомненное тепло от нее и легкую шероховатость, вызванную щетиной Крейга. Иллюзия Крейг не чувствовал бы эту реальность под своим прикосновением. Словно поняв, что он делает, Твик резко отдернул руку, словно огонь прожег ее насквозь. — Я подумал, что у меня галлюцинации, когда впервые увидел тебя, — объяснил он себе чуть громче шепота. Нервный смех вырвался у Крейга после мягкого «оу...» сорвавшегося с его губ. Крейг прочистил горло, убирая руку с волос Твика. Он позволил себе опуститься на кровать спиной к Твику. Он снял чулло с головы и поиграл с его клапанами. «Разве ты не читал моё сообщение?» он спросил. Твик мог слышать легкую боль и обвинение. Он чувствовал необходимость защищаться, но решил ничего не говорить и просто смотрел Крейгу в спину. Он не мог сейчас сбежать , не так ли? Неловкое молчание заполнило пространство между ними. Ни на минуту никто не удосужился поговорить. Руки Крейга все еще были заняты взмахами его чулло, а Твик отвел взгляд от широкого плеча Крейга. Его глаза были пусты, когда он смотрел на голую стену напротив своей кровати. Её кремовый цвет убаюкивал его разум в опустошенном состоянии. Он никогда не думал, что созерцание бесцветной стены может дать ему такое душевное спокойствие. Твик закрыл глаза, чтобы подумать. Крейг уже был здесь, так что не было никакого смысла продлевать неловкую атмосферу. — Говори, — прохрипел Твик. Он украдкой взглянул в сторону Крейга. Он видел, как напрягся Крейг и как более высокий мужчина сжимал чулло между руками. — Я… мне жаль. Твик поднял бровь. Он ждал, пока Крейг скажет что-то еще, продолжая смотреть на стену, уделяя Крейгу лишь половину своего внимания. Однако, похоже, Крейг не собирался больше ничего говорить, пока хранил молчание. Твик вздохнул. Он устал от этих пустых извинений. Если бы Крейг действительно сожалел, он бы не причинил ему боли, верно? Он должен иметь хоть малейшее представление о том, как расставание повредит Твику. Ведь это был не первый их разрыв. — Это единственное, что ты собираешься сказать? Крейг, наконец, оторвал свое внимание от своего оскорбленного чулло. Боковым зрением Твик видел, как за ним наблюдает Крейг. Он не мог видеть этого до конца, но боль и сожаление были видны в его глазах. Эти глаза никогда не лгали. У Крейга самое бесстрастное лицо, которое он когда-либо знал, но его голубые глаза всегда выражают эмоции, которые Крейг никогда в жизни не посмел бы показать на своем лице. — Мне искренне жаль, хотя я знаю, что ты мне не веришь, — Крейг изменил свою позу и теперь полностью смотрел на Твика. — Тебе нечего мне сказать? Это было странно, но Твик находил это почти очаровательным. Крэйг выглядел так, будто собирался расплакаться. Никогда еще он не видел Крейга таким. Крэйг всегда контролировал свои эмоции. Он никогда не терял того спокойного и нейтрального выражения лица, в отличие от Твика. Было неправильным, что на его лице было слишком много эмоций, которых Твик никогда раньше не видел. — Ты просто ведешь себя глупо, — ответил Твик, пытаясь казаться равнодушным, как будто на него не повлияло то количество эмоций, которое Крэйг проявлял к нему. — Ты тот, кто хотел поговорить. Тогда поговори, — ответил он в ответ. Копируя Крейга, он изменил свою позу и теперь сидел, скрестив ноги, лицом к Крейгу. Его глаза были вызывающими, в них горел неожиданный огонь. Крейг усмехнулся, закатив глаза, и все следы эмоций на его лице исчезли, как будто их и не было вовсе. — Ты ведешь себя очень сложно. — И ты ведешь себя очень глупо. Тебя гораздо труднее понять, чем меня. Крейг фыркнул на возврат Твика, как будто ожидал от Твика именно этой реплики. Ну, может быть, он был с Твиком в течение долгого времени, чтобы иметь представление о том, что должен был сказать Твик. — Я знаю, — признал Крейг, подняв обе руки в знак капитуляции, не утруждая себя защитой. — Ты этого не ожидал? — спросил Крейг, слегка ухмыляясь. Он выглядел слишком самодовольным для человека, который утверждал, что ведет себя глупо и сложно. Было почти ощущение, что все в порядке, и они просто ежедневно подшучивали. Твик учил, что это несправедливо, его глаза скользнули в пол, избегая взгляда Крейга. Как Крейг мог говорить с ним, как будто все в порядке? Как бы он не расстался с Твиком вчера. — По крайней мере, ты знаешь, как тяжело с тобой мириться, — пробормотал Твик себе под нос настолько низким голосом, что он был уверен, что Крейг не сможет разобрать, что он сказал. Неловкое молчание снова повисло на двоих. Твик подтягивает колени к груди. Он мягко покачивался, как ребенок, утешающий себя. — Куда ты положил свой пушистый ковер? — Твик проследил за взглядом Крейга и понял, что другой человек, должно быть, оглядывается в поисках своего любимого ковра, чтобы разложить его. — Вон там, — пожал плечами Твик, указывая на большую коробку посреди своей комнаты. — Теперь это все твое. Ты можешь взять его с собой позже. — Твик… — Я возвращаюсь в Южный парк после церемонии вручения дипломов. Ты можешь это забрать, — он во второй раз пожалел, что подстригся коротко, чтобы скрыть свое лицо от Крейга. — Мои родители оценят, что я перенесу лишь несколько вещей назад. — Ты возвращаешься в Южный Парк!? По крайней мере, Твик ожидал такого взрыва. — Да. Твик смотрел, как Крейг хмуро смотрит на него. Он поднял бровь, призывая Крейга высказать свое мнение. — Что ты собираешься там делать? — Запустить кофе Tweak Bros. Что-же еще? — Хм?— Поняв, что он только что сказал, Крейг попытался уточнить: — Почему ты собираешься управлять этой кофейней? — Потому что, что еще я должен делать там? Выращивать марихуану и управлять лабораторией по производству метамфетамина? — саркастически спросил Твик. — Кажется, это более соответствует твоему образованию , чем управление кофейней, — ехидно ответил Крейг, не пропуская ни секунды. Твик недоверчиво посмотрел на Крейга. Его челюсть сжалась, когда он посмотрел на мужчину. — В чем твоя гребаная проблема? — отрезал он. — Ты возвращаешься в Южный парк и снова работаешь рабом на своих родителей — это моя гребаная проблема! Взгляд Крейга чуть не обжег Твика. Он почувствовал, что отдирается от мужчины, как та дикая трава, которую он видел в Интернете, которая закрывается от прикосновения. Он обнаружил, что его собственные руки обнимают его тощий торс, неосознанно защищая себя от Крейга. Он знал, что Крейг никогда не навредит ему физически, но у него просто возникло желание сделать это. Слабым голосом Твик защищался. — В любом случае я не могу следовать своему жизненному плану. Поверь мне, я никогда не собирался возвращаться туда, во-первых, но теперь я потерял причину не возвращаться, - чувствуя злость, он добавил больше, чем должен был сказать, глядя на Крейга. — Я больше не твоя проблема, Такер . Резкий вздох Крейга достиг его ушей. Это было хорошо в извращенном смысле. Твик никогда не думал, что ему понравится видеть, как Крейг обижается из-за его собственных слов. Он чувствовал себя мерзко, но не мог отрицать, что это было так, так хорошо . Ему казалось, что он в какой-то степени поквитался с Крейгом, и он был в этом уверен. — Я расстался с тобой не потому, что мне все равно, — Крейг притянул Твика к себе, удивив блондина. Более крупная фигура Крейга заключила Твика в крепкие объятия. — Господи, черт возьми, Христос! Что, черт возьми, с тобой не так, Крейг? Твик оттолкнул Крейга от себя, в уголках его глаз стояли злые слезы. — Ты, блять, слепой!? — Твик указал на себя. — Мне чертовски больно, потому что ты порвал со мной! И ты говоришь, что тебе все еще не все равно?!— Твик сделал паузу, истерически смеясь. — Я заставил тебя пообещать, Крейг. Ты уже забыл об этом ? — Я расстаюсь с тобой, потому что я больше не знаю, что испытываю к тебе. Я… я не знаю, люблю ли я тебя до сих пор. Но я был с тобой достаточно долго, поэтому мне всегда будет не все равно. Твик почувствовал, как его мир остановился. В ушах звенело, он не мог поверить в то, что только что услышал. — Ты меня больше не любишь? Твик никогда не слышал, чтобы его собственный голос звучал так тихо, как теперь он слышал самого себя. Он никогда по-настоящему не принимал во внимание тот факт, что Крейг, возможно, больше не любит его. Ну, он сделал это некоторое время назад в кафе, но успокоил себя, думая, что должна быть другая причина, кроме этой . — Я… я не знаю, Твик. — Значит, ты все-таки нарушил своего обещания, — сказал Твик больше себе, чем Крейгу. — По крайней мере, я все еще могу дать тебе это, Такер. Всегда верен своим словам до ошибки, — прибавил он, горько смеясь. Твик рухнул на Крейга, горячие слезы покатились по его щекам к рубашке Крейга. Он попытался остановить их, но они продолжал свободно течь вниз, и его зрение начало расплываться. Он почувствовал, как ткань начала пропитываться его слезами. Крейг прижал его к себе. Он думал, что было бы неправильно находиться в объятиях Крейга, когда он знал, что Крейг больше его не любит, но… это было приятно. Это было неправильно. И, черт возьми, он просто хотел, чтобы Крейг в последний раз перегрузил его чувства. Быть окруженным им до того, как они расстанутся. Твик подавился собственными слезами. Он уже хотел умереть. По крайней мере, его последнее воспоминание будет прямо здесь, в руке Крейга. Он мог бы умереть спокойно, если бы действительно умер прямо сейчас. — Твик? — ...да? — Я... Твик протянул руку и прижал указательный палец к губам Крейга, его губы растянулись в грустной улыбке. Он собирался снова, блядь, извиниться. — Перестань извиняться. Со мной все будет в порядке. Не сейчас… но когда-нибудь, — пробормотал он, глядя вверх, чтобы встретиться взглядом с Крейгом, слезы все еще текли из его глаз. Он почувствовал, как его сердце сжалось, когда он понял, что Крэйг тоже плачет. Он убрал палец с губ Крейга и вытер пальцами слезы с лица Крейга. — Эй, ты не должен плакать, болван! Это ты порвал со мной, не делай из меня плохого парня, чувак. Пожалуйста, не плачь, — пытается пошутить Твик, его голос дрожит и ломается. Он не мог переварить вид Крейга, плачущего перед ним. От этого все внутри него болело. — Я обещаю... со мной все будет в порядке. Тебе не зачем беспокоиться обо мне, — прошептал он. Твик почувствовал, как его глаза стали тяжелее, он прижался к груди Крейга, спрятав голову под его подбородок. — Можешь обнять меня в последний раз?