Сохранить, дабы не потерять

Уступит? Враг. В душе же нет обмана. Он сам сказал, Что жить ему не надо. Он сам зашил В душе сквозную рану. Зашил изгнанием За счёт своих оскалов. Он врал о родине, О маме, о фингале. Он дрался так, как будто мы не знали. Он воровал и жил Благодаря сысканьям. Он клялся верным быть, Но ни во что не ставил. Его слова светились Пылью чужих раскаяний. А говорил тот так, Что все в него играли. Герой без званий, Муженек без дамы. Король с домишкой Возле серых зданий. Ломились мысли в нём, Но зов души с краями, Так и не дал им жизни, В свой узкий путь направив. А было всё. Хороший дом, признание. Трухлявый вид старухи, Что матерью назвали. Отца схронили, лет так 7 прошло. Но не запомнить им не суждено, Как в злополучный день ушёл тот в реку мутну. Ловить там рыб сквозь льдину с у́тра. Манящий ветер всё к нему стремился. Весну он гнал, гнал сегó утопиться. Пошёл чуть дальше. Треск. Не быть ему ловцом. Закончилась надежда Стать правильным отцом. Затопит серостью она воспоминания, Как утопили воды мирное создание. А мать, не в силах с ним проститься, Звала всех в гости. Им бы веселиться. Не так уж сильно дама влюблена, Вышла замуж: тогда почти что родила. Ей нравились книжонки, Сериалы под вино. Красивые дороги, Мужчины лет под 100. Меняла, как перчатки, Надеясь отыскать Того, кто будет сладко Её лапшу съедать. А маме ведь под 70, Надежда все же есть. Найти тупого кренделя, Без мук чтоб умереть... Сын ей был лишь бременем. Работать не хотел. Прожил уж 40 лет, но Ведь не поседел. Мечтал тот о рассказах. О мире, о любви. Любил он безотказно, О чем слагал стихи. Всё в жизни шло так гладко, Что чёрные мешки. Ни разу даже в планах Явиться не могли. Но время то прошло. Зашло его молчание. Та дама умерла, Оставив завещание. Шикарная квартира, вид- море, Что за диво, Машина, гроб с венком. Часть клубов на Мальдивах- Ушло всё покрыть долг. За карты, за веселье. За тихое жильё. Оставили лишь время, Лишив всего.. Всего. Скитался по районам, Где милости просил. Дрался с каждым вором, Чью долю попросил. Надеялся вернуться, Чтоб снова всё писать. Но только стал бездушным. И мозг обрёл края. Он чтения лишился, Манеры потерял. Фантазия утратила Уж все свои цвета. Вся гниль, что излевал он Пролезла сквозь него. Заполнила пустоты, Оставленные в нём. От матери, отца, Да даже от вина. Желаемая жизнь, Всё вырвала до дна. Прогнившее создание Не может написать. Его очарование Не в силах опьянять. Теперь кривые строчки Исходят от него. Могли ведь быть росточки, Пойдя другим путём... Но нет, он сделал выбор. Решение истекло. Закончится уныло Печальное житье.