Осторожно, здесь водятся волки.

В княжеских палатах от бревенчатых стен отражались гомон, звон кубков и весёлый смех. Люди ели, пили, ругались, мирились, целовались. Все жители соседних селений слышали отдаленный шум разгульного празднества. Многие из них мечтали быть на этом празднике, пить и плясать с молодым и красивым князем, а иные думали, что князь – мот и транжира, легкомысленный юнец, который приведёт их всех к неминуемой гибели. Князь был человеком очень ярким. Лет двадцати от роду, он был очень хорош собой. Он был высок и строен и его спина всегда была прямой и ровной. У него были прекрасные длинные волосы цвета огня, которые он очень любил и считал своим главным достоинством. Его лицо было очень красивым, многие сказали бы, даже слишком красивым для мужчины, тем более для князя, но это была страшная ловушка. За огромными глазами и трепетными губами скрывался отчаянный воин и удивительно хитрый стратег. Когда его отца-князя убили, многие хотели и его смерти, но он бросил врагам вызов и победил. Никто толком не понимал, как так вышло, что он, напуганный юнец, смог удержать в своих руках власть, за которую грызлись люди вдвое старше и прожжённее его, готовые пойти на всё. Ходили слухи, что он связан с колдовством, что он приносит кровавые жертвы богу, который делится с ним своей силой. Говорили, что он повелевает огнем и может любого живьем сжечь, что у него на служении есть настоящий оборотень, который убивает всех, на кого князь укажет. Но, конечно, никто не мог ничего доказать, а тех, кто осмеливался спросить князя об этих слухах, он поднимал на смех. «Такой здоровый детина, а все в бабкины сказки веришь. Не стыдно тебе?» - Говорил он, искренне заливаясь смехом, ни единым движением не выдавая внутреннего страха быть облеченным. Они убьют его, если узнают правду. Да, это не так уж просто, но все знают, что одной искры достаточно, чтобы разжечь пламя. Князь знал это, но он не был готов бежать, поджав хвост, как какая-то ведьма-грязноподолка. Он князь крови, его судьба править этими людьми жёстко, но справедливо, защищать их от врагов, жаждущих сжечь их дома и сделать их рабами. От этих мыслей становилось грустно, а грустить сегодня он точно не собирался. Как никак пир был в его честь: это были его двадцатые именины. Он сидел на высоком резном троне во главе стола, в нарядной шелковой рубахе тёмно-красного цвета и черных шароварах. Руки его были увешаны золотыми браслетами с выбитыми на них замысловатыми узорами, а на шее висело немыслимой красоты ожерелье в несколько рядов из золотых, серебряных и медных бляшек. Издалека его можно было спутать с восточной царицей, что, к слову, совершенно его не смущало. Откровенно заскучав, он лениво потягивал вино из красивого золотого кубка, щедро украшенного разноцветными камнями, и слушал музыку, которую исполняли в его честь лучшие музыканты, стараясь отогнать дурные мысли. Шумное застолье изрядно утомило его душу. Вино заговорило в нём, и ему захотелось сбежать. Князь оглядел гостей: все они были заняты пьянством, набиванием животов и бесконечными спорами - никто и не заметил бы его исчезновения. Сергей встал с трона и вышел из дома в ночь, позволяя холодной свежести немного привести его в чувство. Холодный ветер бил князю в лицо. Снег наконец-то растаял, оставляя за собой только воспоминание о холоде и серой зимней тоске. Князь стоял на крыльце и жадно вдыхал свежий воздух. Воздух счастливой спокойной жизни, без голода и войн. Все было хорошо и ему хотелось, чтобы это продлилось как можно дольше. Он понимал, что у него много врагов, но он с этим обязательно разберётся. Всему своё время. - Все в порядке? Негоже сбегать с собственных именин. – встревоженно поинтересовался Олег. - Они скалят свои мерзкие зубы в дружелюбной улыбке, желают мне здоровья и долгих лет княжения, но сами не прочь воткнуть мне нож в спину – с досадой выпалил Сергей. – Они всё ещё не приняли меня. Считают, что я ухватил кусок больше, чем могу проглотить. Я слышал, как кто-то сказал, что возможно я сам убил своих родителей ради власти... Они просто кучка ожиревших ублюдков, мне противны их рожи. Я хочу видеть только тебя. – князь развернулся и посмотрел на Олега как будто бы увидел его впервые. Ночь была Олегу к лицу – подсвеченные лунным светом, его глаза сверкали. Темнота подчеркнула его скулы, и лицо казалось высеченным из куска белоснежного мрамора. Сережа потянулся вперед и, опьяненный вином и красотой Волкова, страстно поцеловал любимые губы. Олег крепко прижал его к себе, нежно лаская губы, шею, плечи. Разумовский не сразу заметил, как его прижали спиной к стене. Они целовались, жестко, больно, кусая друг другу губы. Их страсть граничила с одержимостью, любовь сладким ядом растекалась по венам обоих, отравляя разум, убеждая что остановиться значит умереть на месте. Олег любил оставлять следы, любил Серёжино недовольное шипение, любил слизывать красные капли с разгоряченной кожи и то, как каждое утро после Сергей пытался скрыть засосы, ворча и огрызаясь, угрожая, что это был последний раз. Но для них каждый раз как последний. Давно наступила глубокая ночь, их так никто не заметил, они проскользнули мимо гостей, как две тени. Вдруг Олег почувствовал на спине чей-то взгляд, но, осмотревшись, ничего не увидел. Пара минут, и Серёжа прижат к стене у входа в опочивальню. Больших трудов им стоило отцепиться друг от друга, чтобы зайти в комнату и запереть дверь. Олег толкнул Сергея на кровать, а сам забрался сверху. Нарядная одежда, разодранная в нетерпении и заморские побрякушки валялись на полу бесформенной кучей. Олег вошел жёстко, так жёстко, что Сережа не смог сдержать громкий стон. Они слились в единый организм, Волков вбивался агрессивно, больно, на полную длину так, чтобы эта ночь запомнилась надолго. Пространство вдруг перестало существовать для них: вся их вселенная помещалась на княжьей кровати, а воздух стал густым и горячим. Князь был на грани оргазма, отдаваясь без остатка, он перестал контролировать свое тело, раздирая спину любовника ногтями, как дикий зверь. Разумовский стонал так громко, что Олегу пришлось заткнуть его своей большой и тёплой ладонью. Они кончили одновременно. Разгоряченные и липкие от пота они лежали, обнявшись, и пытались отдышаться. Это изморило их обоих, и, положив голову на грудь Олега, Серёжа заснул. Первые лучи утреннего солнца прорезали тёмное ночное небо. Князь спал, разметавшись по постели. Ему снился странный сон. В нём он был двухголовым красным драконом, летящим над миром. Он был покрыт чешуёй, крепкой как броня, а его перепончатые крылья наводили ужас на людей внизу. Князь-дракон видел, как они бегут в свои смешные маленькие домики. Он чувствовал горячий огонь внутри, он знал, что если захочет, он может сжечь что угодно и кого угодно. Он мог бы стать королём мира, но это не радовало его душу. Разумовский осознавал, что в его царстве не будет цветов и плодов, девы в платьях не будут там петь свои песни. Всё, чем он будет править, - это зола и пепел. Пустынная долина смерти. Он чувствовал горячий огонь внутри, он знал, что если захочет, он может сжечь что угодно и кого угодно. Он мог бы стать королём мира, но это не радовало его душу. Разумовский осознавал, что в его царстве не будет цветов и плодов, девы в платьях не будут там петь свои песни. Всё, чем он будет править, - это зола и пепел. Пустынная долина смерти. Князь проснулся в постели один. Он не понимал, что чувствует: с одной стороны он расстроен, ведь больше всего на свете он хотел бы просыпаться и видеть родное лицо Олега, а с другой он счастлив знать, что, просыпаясь с первыми лучами солнца, начальник его стражи подает пример всем своим подчиненным, а значит он может спать спокойно. Князь лениво потянулся в постели и потер заспанные глаза кулаком - это заставило его окончательно проснуться и стряхнуть с себя странный сон. Гости разъехались, и пришло время позаботиться о насущных делах. После завтрака был назначен совет. Сергей советов очень не любил, потому что в окружении своих умудренных годами советников он чувствовал себя маленьким мальчиком. Совет прошёл относительно хорошо: дела в княжестве шли неплохо, щедрый урожай прошлой зимы спас людей от голода, погода благоволила, болезни обходили стороной. Соглядатаи из соседних княжеств докладывали о том, что всё спокойно и войны не предвидится. Добрый год. Не в духе был только воевода. В мирное время он был как сапожник без сапог, что можно сказать и о его солдатах - без дела в дружине царил хаос, который, как известно, порождает смуту. Когда все уже высказались, он взял слово: - Обезображенные трупы трех ваших солдат были найдены вчера в лесу, мой князь. Какой-то страшный зверь вырвал их сердца. Их не спасли ни мечи, ни кулаки, ни быстрые ноги. - Мне горько слышать это. – ответил Сергей и тяжело вздохнул. - Несчастные воины, подлый зверь застал их врасплох. Поймайте тварь и посадите в клетку, я хочу расправиться с ней самостоятельно.