Поттер и Реддл. Альтернатива

На оставшуюся часть зимних каникул Сириус Блэк взял меня к себе.# … В доме 12 хозяин сказал, что там живёт со времён побега, но до сих пор не прибирался в большинстве комнат, поэтому пока не хочет показывать дом Нарциссе, которая, по идее, должна помнить, как тут было раньше, хотя благодарен её мужу за организацию процесса. На вопрос, почему после побега не обращался к Альбусу Дамблдору, ответ был следующий «Глава ордена феникса*, став председателем Визенгамота, если бы хотел, давно уже мог бы провести пересмотр дела.» — А тайна гибели Регулуса известна? — Меня она никогда не интересовала. А ты почему хочешь узнать? — Родственников не выбирают. Кроме того, мне кажется странным условный вариант направлять выпускника школы, не достигшего восемнадцати лет, против прошедших трёхлетнюю послешкольную подготовку мракоборцев. Вдруг слово взял Кикимер, услышавший меня: У гибели Регулуса совсем другая причина, но её смогу рассказать только в том случае, если хозяин Сириус отменит приказ о молчании хозяина Регулуса. — Я, Сириус Орион Блэк, являясь твоим нынешним хозяином, отменяю приказ о молчании, отданный Регулусом Арктурусом Блэком. Если честно, меня рассказ эльфа-домовика удивил. И это не говоря вид самого медальона, на котором обе буквы S были в форме змеи. — Медальон, по логике, является вещью подобной дневнику того, кого нельзя называть, а именно, Томаса Мярволо Реддла, который был, по его словам, сыном магла Томаса Реддла. — Как же плохо, что мне не пришло в голову, что потомок Салазара Слизерина может быть наполовину маглом — произнёс чей-то женский голос — Кто вы? — спросил я — Вальбурга Ирма Блэк. Несчастная волшебница, вынужденная видеть конец своего рода. Причём именно своего, так как я была Блэк ещё до того, как родители решили, что я должна выйти замуж за своего троюродного брата Ориона. — Откуда известны полные имя и фамилия того, кого нельзя называть? — Тот, кто считает себя и, возможно, на самом деле, является потомком Салазара Слизерина, оказался в облике полупризрачного пятикурсника то ли слишком болтливым, то ли слишком уверенным в себе, а точнее, в василиске первого декана факультета, на котором данный ученик когда-то был старостой. Сейчас я покажу анаграмму. Кроме того, были произнесены слова «я не мог оставить себе имя и фамилию отца-магла, бросившую чистокровную жену ещё до рождения сына». —  Понятно, но данный факт не поможет решить проблему. Эльф-домовик сказал, что не смог обезвредить вещицу. — У меня есть мысль. Может быть, по аналогии с Тайной комнатой, паролем явлется откройся на змеином языке. Я смогу произнести. — Надо проверить. На этот раз, в отличие от Тайной комнаты, проблем не возникло. Едва медальон открылся, Кикимер обезвредил его. Сириус произнёс: я слышал только шипение. Способность говорить со змеями очень редка. — Не совсем. Я живу у маглов со своим ровесником Томом Мярволо Реддлом. Он, хотя и змееуст, учится на Гриффиндоре, а до шести лет у нас внешность отличалась только направлением шрама. — И ты его не опасаешься? Он же родственник того, кого нельзя называть. — Даже у братьев может быть разный характер, как показывает случай тебя и Регулуса. И кто знает, насколько опасным пожирателем смерти он бы стал, не узнай о расколотой душе того, кого нельзя?!