Зеркало Салазара

— Нет! Нет, нет и ещё раз нет! Малфой застонал, откинувшись на кожаный диван, стоявший перед камином в гостиной факультета Слизерин. — Издевательство какое-то! Блейз, твою горгулью, нет! — Ты проиграл, мой белобрысый друг, — смеялся шатен. — А я говорил, не садись с ним играть. Эти итальяшки — шулеры! — ухмыльнулся Нотт. — Вот вспомните, что этот шоколадный заяц загадал мне в ту субботу, когда я проиграл? — Спеть серенаду Лавгуд, — припомнила Дафна. — Это было феерично, любовь моя. — Это был пиздец, потому что на следующий день она села возле меня на Чарах! Это был ужас! Пришлось наврать ей, что я был под зельем. — И она поверила? — спросила Пэнси, забросив ножки на колени Забини, который сразу начал водить по ним пальцами. — Да! — ужаснулся Нотт. — Нельзя быть такой доверчивой. — А по-моему, это было мило, — улыбнулась Гринграсс, целуя Тео в щёку. — Согласен на Лавгуд! — Нет, Драко, я загадал тебе другое. Исполняй! Не умеешь играть в покер, не садись! — ухмылялся Блейз. — Мы учимся последний год, нужно, чтобы он чем-то запомнился. — Я его возненавижу из-за тебя, придурок! — рычал блондин. —Блейз, последний раз прошу. — Нет, — самодовольно прошептал Забини. — Ты сделаешь это! Смотри на всё это, как на испытание судьбы. — Если мой отец узнает, меня отправят в Дурмстранг! — А мы расскажем, что это спор, — напомнила Паркинсон. — Докажи, что ты действительно слизеринский принц! Вперёд, Драко! Малфой проклинал тот день, когда заявил, что играет лучше Забини в покер. Нотт хотя бы просто хотел силы свои проверить, поэтому проигранное желание было не таким ужасным, как у Драко. Нельзя было насмехаться над мулатом. Проклиная братьев Гримм и Мерлина с его титулами, блондин встал с дивана и направился туда, где можно найти Поттера. Да, Забини загадал другу пригласить Гарри Поттера на бал, который состоится за неделю до Рождественских каникул, то есть через пять дней.

***

— Послушай, Гарри, а может, пойдём вместе? — спросила неуверенно Гермиона. — Хочешь, чтобы Джинни тебе волосы повырывала? Извини, но я тобой дорожу. Проверь зелья, — он протянул подруге свиток. — Вы расстались ещё в мае прошлого года. Несмотря на то, что они говорили тихо, в библиотеке было такое эхо, что пришлось ставить заглушку. — Вся семейка Уизли считает, что мы идеальная пара. Вспомни, как меня заставили участвовать в конкурсе поцелуев на свадьбе Билла и Флёр! — шипел гриффиндорец. — Ты навлечёшь на себя беду. — Какая беда, Гарри? Мы друзья! — Ага, которые оба бросили двух Уизли в одно время. — Неправда, мы с Роном расстались в августе. — Я не хочу вообще ни с кем идти, кроме… — гриффиндорец умолк. — Ты знаешь… — Гарри, ты и Драко Малфой как небо и земля: между вами слишком много пространства. — Знаю… А я до сих пор мечтаю о нём. Надо же было запасть на него… — Ага, ты ради него Чанг бросил. Она до сих пор не понимает, почему вы расстались. — Добрый вечерок! Малфой вырос буквально из ниоткуда. Гермиона удивилась, но продолжила проверять домашнее задание друга по Зельеварению. — Поттер, я тут подумал… Хотя нет, врать не буду! — Драко сел рядом и уставился в удивлённый изумрудный взгляд. — Я Блейзу проиграл желание. Он загадал, чтобы мы с тобой вместе пошли на бал и станцевали первый танец. Гермиона перестала писать, удивлённо вытаращившись на слизеринца, который нервно постукивал пальцами по столешнице. У Гарри на мгновение остановилось сердце от переизбытка эмоций. — Я понимаю, что это абсурд! Правда, понимаю! Но слушай, я слизеринский принц! Лучший студент Хогвартса… — Чего? — спросила Гермиона. — После Грейнджер, — девушка ухмыльнулась, а лицо блондина исказилось. — Я выполню твою любую просьбу, только… — Идёт! — перебил Малфоя Поттер, улыбаясь, будто ему предложили лучший аттракцион мира установить во дворе. — У меня будет ответная просьба. Меня Уизли достали. Никак не успокоятся, что я бросил Джинни. Ты мог бы сделать так, чтобы от меня отстали? — Я могу тебя поцеловать, — заявил Драко. — В губы. С языком. На балу. Гарри не знал, что ответить на это, а Малфоя, кажется, ничего не смущало. Гермиона перестала писать и уставилась на двух идиотов, которые друг другу, видимо, давно нравятся, но из-за характеров и войны факультетов не собирались уступать. — Ты гей? — Какая разница, — коротко ответил Малфой. — Согласен? — По рукам. — Отлично. Только Блейзу ни слова, что я рассказал о споре, —гриффиндорец согласно кивнул. Драко поднялся со стула и оставил библиотеку. Гарри посмотрел на подругу, пытаясь понять, что произошло минуту назад. Даже Гермиона пребывала в шоке, но была рада за друга. — Ты ему нравишься. — Это спор, но я запомню этот поцелуй. — Гарри, — Гермиона ухватила свиток и стукнула им по голове друга. — Ты ему нравишься. Он смотрит на тебя с обожанием. Пора ломать систему. — А вдруг ты ошиблась? — Не ошиблась. Можете начать тайно встречаться. До бала ещё пять дней, взаимодействуй с ним. Он подыграет тебе «ради Джинни», — девушка показала пальцами кавычки. — Вот увидишь, я права. И тогда с тебя тот фолиант Блэков! — Это к Сириусу. — Хорошо! — ухмыльнулась ведьма. — Если я его вытащу из постели Ремуса. Гарри громко засмеялся. Его крёстный в этой жизни имел две слабости: Гарри и Ремуса. Точка. Да и после Азкабана соскучился по тому, что раньше имел в достатке.

***

Драко шёл на ватных ногах, а когда сошёл в подземелья, спрятался в нишу, осев на пол. Его руки дрожали, а на лице образовалась глупая улыбка. Он мечтал о дружбе с Гарри с первого курса. С третьего курса мечтал о губах гриффиндорца и теперь получит их. Этот поцелуй не спасёт его от женитьбы на Астории, но послужит светлым лучиком в его дальнейшей подневольной судьбе. Войдя в гостиную Слизерина, Малфой ухмыльнулся. Блейз, не веря, что блондин выполнил условие спора, вопросительно смотрел на друга. — Он согласен. — Вот так просто? Не может быть! — выпалил Забини. — Взамен поцелуй, чтобы отстала Уизли. Но о споре ему знать не нужно, так? — И ты согласился поцеловать парня? — удивилась Пэнси. — Я проиграл спор и выполню его условия. Любой ценой. Спокойной ночи. Драко вошёл в свою комнату старосты, закрыл её и выдохнул. Никому не нужно знать, что в душе он радуется как ребёнок, что у него будет шанс прикоснуться к Поттеру, потанцевать с ним, поцеловать… Последнее видение вызывало табун мурашек по коже. Именно табун! Даже стаю! Но он готов признать, что желание Блейза великолепно.

***

Гермиона возвращалась с Гарри в башню Гриффиндора молча. Поттер светился, как гирлянда на Рождество, а девушка думала, с кем пойти на бал. Рон снова будет выдвигать свою кандидатуру, и ей совсем не хотелось давать ему шанс. Она скорее бы снова переспала с Виктором, чем с Роном пошла в паре. Тот хоть не был настойчивым до ужаса. — Мисс Грейнджер! — Профессор Снейп? — За мной! Отдайте вещи Поттеру! У нас драка двух гриффиндорцев. Девушка застонала, понимая, что всё закончится поливанием грязью и снятием очков. Отлично. Игра в квиддич только помогла оказаться львам на третьем месте по очкам, так малолетние придурки решили всё испортить. Войдя в класс профессора Зельеварения в подземельях, увидела двух первокурсников. Форма мальчишек была порвана, а лица украшены ссадинами. — Великолепно! Что на этот раз? — хмурилась староста. — Кейси — моя подруга. — Вот именно — подруга! А я ей конфеты буду дарить, чтобы жениться через десять лет. — Не смей! — Стоп! Вы издеваетесь? Это Кейси Диггори? — парни кивнули. — Профессор, что Вы решили? — Отработка у лесничего и минус пятьдесят очков за драку. — Это… меньше, чем я ожидала услышать, — призналась гриффиндорка. — Так будет, если Вы согласитесь на мои условия. Марш отсюда! Первогодки быстро убежали, а Снейп сел за учительский стол. Он осматривал гриффиндорку с ног до головы, пока девушка нервно кусала нижнюю губу, ожидая вердикта. — Я собирался снять сто очков и устроить им отработки у себя, но если Вы соизволите выполнить условие, то я стану более лояльным преподавателем для Вас. — Хорошо. Слушаю. — Пойдите на бал с Крэббом. — Что? — удивилась девушка. — Вы подруга Мальчика-убившего-Волдеморта-в-годовалом-возрасте. Пусть и магглорождённая. Его нужно как-то поднять в глазах профессора МакГонагалл. Он тупой! Я признаю. Ему нужно как-нибудь доучиться, а она просто валит его. Вот моё условие. — И всё? — И всё. — Я согласна! — выпалила девушка, выдохнув. — Я так не хотела идти с Роном! — Спасибо, — прошептал Винсент за спиной девушки. — О! Привет! Не видела тебя. А что мне ответить, если спросят? — Скажите, что пожалели его, когда ему отказала мисс Булстроуд. Так и было с утра, — заявил Снейп. — И, мисс Грейнджер, — он подошёл к ней впритык и склонился к уху, — ещё раз увижу, что Вы помогаете Поттеру с зельями, выпорю! Я не шучу. Глаза гриффиндорки округлились второй раз за вечер. Она согласно угукнула и быстро ушла, не попрощавшись. Слова профессора выбили её из колеи, а мужчина был доволен поставить заучку на место.

***

Гарри не решался войти в башню без Гермионы, поэтому ждал её у портрета Полной Дамы. Ведьма вернулась обескураженной, но пересказала другу требования. — Выпорет? — засмеялся Поттер. — Да он извращенец! Прав был крёстный. Когда Гермиона пересказала историю факультету, опустив некоторые детали, то все недовольно посмотрели на первый курс. От Рона виновники вообще заработали по подзатыльнику. — Она должна была идти со мной! — В смысле «должна»? Я не собиралась вообще идти! Извини, друг, — Гермиона сделала акцент на последнем слове, — но с тобой я бы не пошла. — Гарри, а ты с кем идёшь? — спросил Невилл. — С Малфоем. — С кем? — в ужасе спросила Джинни. — О! Это весьма интересная история. Сидим мы с Гермионой в библиотеке, и тут заходит Малфой, приглашает на бал, а я согласился. — Почему? — не понимал Рон. — Он мне нравится. Гарри поиграл бровями перед обоими Уизли и пошёл в комнату. Гермиона под суматоху быстро ретировалась, чтобы вернуться в башню старост. Конечно, всем стало интересно, насколько врёт Гарри. Хотя была вероятность, что он попросту рехнулся. Но никто не смел сомневаться в том, что он говорил с удовольствием о белобрысом засранце. — Но мы ведь лучше слизеринцев? — спросила шёпотом Джинни. — Лучше, — ответил Рон. — Что-то тут нечисто. Брат и сестра решили, что утром обо всём узнают, а сейчас их больше волновало то, что слизеринцы заинтересовались, какого-то соплохвоста, гриффиндорцами.

***

— Нет! Молю! Только не Гарри! Даже я этого не знала! — Так нужно, милая. Прости! — Джеймс, это наш сын! — Ты неверно меня поняла, жёнушка. От тебя я тоже избавлюсь! Лили выхватила палочку и вступила в схватку с Джеймсом прямо в детской. Ударив его Экспеллиармусом, вырубила мужа, который упал со второго этажа, ломая руку. — Сука… Убью! Лили подбежала к Гарри и начала шептать под нос на парселтанге. Малыш плакал, видя слёзы матери. — Авада Кедавра! Женщина едва успела прикоснуться ко лбу сына, когда в неё попала Авада. Жизненная сила вышла из рыжеволосой волшебницы, а Джеймс оскалился. — Там вам обоим и место, выродки! Авада Кедавра! Но заклинание отскочило. На лбу появилась молния, а Джеймса магия выбросила на первый этаж, снося половину крыши дома. Гарри в ужасе открыл глаза, закричав во сне. Рон, Невилл, Симус и Дин проснулись от криков друга, который пытался отдышаться. — Гарри? — обеспокоенно спросил Рон. — Извините… Кошмар приснился… Гриффиндорец желал понять, что с ним произошло в прошлом. Он знал, что это не сон, а правда. Его собственный отец пытался убить его, мать говорила на парселтанге. Смысл был тогда давать жизнь Гарри? Почему не убили его мать сразу? И куда пропал на самом деле Волдеморт?

***

— Звёздочка моя, мы подарили тебе защиту нашей семьи. Если с нами что-то случится, то ритуал скроет твою настоящую кровь, — из глаз женщины потекли слёзы. И пока не закончится его действие, ты будешь в безопасности. — Белла, — просил Рудольфус, — отдай её. Мы ещё воссоединимся с нашей дочерью. — Руди, а если что-то пойдёт не так? Регулус пропал… Тёмный Лорд пропал… Поттеры мертвы… — Белла, мы вернёмся за Гермионой. — Мы будем хорошими родителями, — заявила Джейн. — Вы только сотрите нам память о себе. На всякий случай. Как её зовут? — Гермиона Кассиопея Лестрейндж, — ответил Рудольфус. — Второе имя нужно заменить. У нас, магглов, не принято такими именами разбрасываться, — ответил Джонатан. — Пусть будет Гермиона Джин Грейнджер. Заклинание скроет её чистую кровь? — Не беспокойтесь, — ответил Рудольфус, пока Белла целовала спящую дочь. — Белла, отдай. Однажды ты обнимешь её снова. Дамблдор наступает. Джонатан, Джейн, вашу кровь я тоже скрыл. Вы не сквибы из Америки, а по документам магглы из Британии. — Мы любим тебя, малышка. Любим! — шептала Белла, передавая дочь в руки Джейн Грейнджер. — Надеюсь, ты подружишься с Гарри Поттером, где бы он ни был. Надеюсь, мальчик выжил… — А что с Поттерами? — Лили оказалась не грязнокровкой, а полукровкой — дочерью Тёмного Лорда. Он искал её. Пропал. Лили мертва. Гарри исчез. Лонгботтомы — личные псы Дамблдора. Мы допросим их, — ответил Джонатану Рудольфус. — Надеюсь, увидимся в скором времени. — Удачи, друзья, — прошептал Грейнджер, садясь в машину и увозя Гермиону вдаль. Гермиона открыла глаза, из которых текли струйки слёз. Она чувствовала, что это не сон. Нужно поговорить с родителями. Пока не наступили каникулы, она должна поговорить с Гарри. Всё, что они знали о ночи, когда погибли его родители, по всей видимости, враньё.