Наёмная рота "Светлые головы". Трилогия одним томом.

Вдали, за нейтральной полосой, громыхнуло. Якоб вжался в земляную стенку окопа, мысленно считая секунды, однако свиста снарядов так и не услышал. Значит, метили не по их траншеям. - Юго-западный сектор равняют, – спокойно сказала командир взвода, сидевшая на патронном ящике. Она достала из кармана гимнастёрки мятую папиросу, прикурила от спички. Тусклый огонёк на мгновенье выхватил из мрака её красивое бледное лицо в обрамлении коротких светлых волос. – Но ты не расслабляйся. Два шанса из четырёх, что артподготовка ложная, и прорываться будут у нас. Луны нет, звёзды за тучами, а вы, люди, в темноте видите хуже куриц. Раскаты артиллерийских залпов продолжали нестись над укутанной в сумрак равниной, а командир пыхтела сигаретой, прикрывая огонёк ладонью. Якоб поёжился, чувствуя нарастающее напряжение, и полушёпотом спросил: - Товарищ комвзвода, разрешите обратиться? Женщина глянула на него исподлобья: - Ты мне это брось, боец. Я тебе что, офицер, что ли? - Простите, товарищ… - Солдат прочистил горло. – Я вот спросить хотел… - Ну, спрашивай, – подбодрила его командир. - Почему вы здесь? - В смысле? - Ну… - Якоб погладил кончиками пальцев цевье прислонённой к стене винтовки. – Вы же эльф. Товарищ Шульц писал, что все эльфы консерваторы. Эти… как их… - Реакционные элементы, – подсказала комвзвода. - Ага. «Сто веков без социального развития», ну, понимаете. Вы же читали… Так почему? Вам ведь сколько лет? И сколько прожить можете? А пуля вас убьёт как меня, запросто. Зачем вам тут быть? - Ну и вопросы у тебя в такую ночь, боец. – Женщина перекинула папиросу в угол рта, шевельнула длинными острыми ушами. – Может, у меня личные причины, а не идейные. - Это вы сейчас сказали, чтоб я дальше не спрашивал? – предположил Якоб. – Потому что про личное спрашивать неприлично? - Да нет, почему, – хмыкнула комвзвода. – Ну вот тебе три моих причины. Во-первых, помнишь, кого товарищ Шульц называл «матерью северных демократий»? Чьи статуи Комитет запретил сносить? - Помню, конечно. - Ну вот. Мы с ней дружили когда-то. Недолго, но всё равно. - Четыреста лет назад? - Да, а что? Сам про мой возраст говорил. – Комвзвода выпустила безупречной формы колечко дыма. - Интервенты покушаются на наследие моей подруги. Чего бы мне с ними не воевать? - А во-вторых, товарищ командир? - Во-вторых… - Женщина пожала плечами, опустила одно ухо. – Ну, тут может и идеология замешана. Учение товарища Шульца – это что-то новое. Сколько веков живу, а такого прежде не было. Стоит попробовать, считаю. Вдруг это выход из тупика? А то короли, герцоги, канцлеры, штатгальтеры все эти… Не то, чтобы все одинаковые, но видеть их век за веком… Будто и не меняется ничего. Или меняется слишком медленно. Даже для эльфа. Артиллерийская канонада стихла минуту или две назад. Потому винтовочный выстрел, хлестнувший над нейтральной полосой, заставил Якоба вздрогнуть. - Так и знала. – Командир затушила окурок папиросы о стену окопа. – Пытались подобраться в темноте, пока пушки отвлекают, да напоролись на секрет. Не зря их расставляла. Новые выстрелы, сухой разрыв ручной гранаты. По левую руку застрочил пулемёт, вслепую «причёсывая» свой сектор огня свинцом. Запоздало взмыли в небо белые осветительные ракеты. Комвзвода подхватила драгунский карабин без штыка, рявкнула во весь голос: - Бойцы, к атаке стройся! Цепью, ползком до приказа! Держа карабин под ремень, у самой антабки, женщина первой полезла на бруствер. Якоб поспешил за ней. Торопливо спросил: - А третья причина, товарищ командир? - Третья? – Комвзвода на секунду замерла, оглянулась через плечо. – А её ты сам назвал, боец. Пуле без разницы, эльф или человек. Уравнивает шансы. Привносит справедливости в нашу жизнь. Мне это нравится. Теперь кончай болтать, и держись рядом со мной. Ночь только что перестала быть скучной…