пристрастия, о которых лучше не говорить вслух

      В его прекрасных поцелуях всегда скрывалось что-то еще, но ты никак не могла понять, что именно. Иногда он действительно увлекался, — даже в своем кабинете в бюро «Ваншэн» — хватал за бедра и усаживал на рабочий стол, утягивая в сладкие поцелуи, которые дурманили и кружили голову. Эти моменты всегда ощущались особенно остро: Чжун Ли нарушал собственные правила, запрещающие подобного рода близость на рабочем месте, а госпожа Ху Тао могла внезапно заявиться в его кабинет, хоть и не делала этого без необходимости. Однако самое обидное то, что бывший архонт никогда не доходил до конца в таких обстоятельствах. Он быстро приходил в себя и просил у разгоряченной и желающей его всем телом тебя прощение за доставленные неудобства, но давал обещание, что как только вы вернетесь домой — он закончит начатое. И всегда исправно его выполнял. Стоило тебе перешагнуть порог вашего дома, мужчина подхватывал на руки и утаскивал в спальню, не забывая одаривать тебя поцелуями, которых тебе всегда было и будет мало. Он был нежен, осторожен и очень мягок, иногда даже излишне, и ты слишком стеснялась каждый раз, оказываясь перед ним абсолютно обнаженной. Но бархатный голос всегда давал тебе понять, что Чжун Ли видит в лежащем перед ним теле произведение искусства, достойное самого лучшего отношения. Однако в этот раз что-то было не так. Поцелуи Чжун Ли все еще кружили голову, вызывали ноющее чувство внизу живота и… И было что-то еще, что-то доселе неизвестное. Нечто, зарождающееся глубоко в грудной клетке, и такое жгучее, что становилось плохо. Но ты еще не понимала, приятное это «плохо» или нет. Мужчина на этот раз был нетерпелив: от губ он перешел к шее, а затем, расстегнув и приспустив верхнюю часть твоего платья, принялся покрывать ключицу и плечи влажными поцелуями, изредка покусывая чувствительную кожу, на которой спустя мгновения образовывались то пока еще еле заметные отметины, то яркие следы от клыков. Ты же старалась помалкивать, хоть и от таких простых прелюдий хотелось стонать во весь голос. Когда губы Чжун Ли коснулись твоей груди, ты вздрогнула, хватаясь за рубашку возлюбленного — ноги внезапно подкосились. Заметив такую слабость, Моракс рассмеялся, а затем сел в свое кресло, утягивая тебя за собой. — Неужто нечто подобное способно так повлиять на тебя? Одно лишь легкое прикосновение моих губ, и ты не можешь стоять на ногах? — он определенно дразнил тебя, надеялся, что ты поддашься на его провокацию, дабы игра пошла своим чередом. И ты опять почувствовала этот жгучий ком в груди, жар от которого отдавался по всему телу, и не будь ты в такой ситуации, то была бы уверена, что у тебя лихорадка. — Не веришь своим глазам, Моракс? — Он поднял голову и теперь смотрел сверху вниз на тебя, сидящую на его коленях. Конечно, ты знала о том, какую бурю эмоций он испытывает, когда ты называешь его настоящее имя, вы не раз это обсуждали, но каждый раз щеки древнего архонта смущенно розовели, и он отводил взгляд, будто бы стыдился этого приятного чувства, согревающего сердце. — Хотел удостовериться, — он вновь приник к твоей на этот раз уже правой груди, лаская ее своим длинным языком, очерчивая им ореол, а затем мягко укусил сосок, чуть оттягивая его зубами. Ты протяжно застонала, но быстро осознала свою ошибку: директор «Ваншэн» может быть неподалеку — потому ты закрыла рот ладонью, после чего услышала смех. — Тебе не стоит бояться, что нас засекут, госпожи Ху Тао сейчас нет на месте, прошу, не стесняйся, — взгляд его янтарных глаз был затуманеным как никогда, ты ранее не видела такого взора на себя, в нем не было той присущей нежности, была лишь одна жгучая страсть, желание, которое… Ты вздрогнула, осознав, что именно было не так в его поцелуях — он сдерживался. Сдерживался и не рисковал спрашивать, можно ли ему проявить чуть больше чувств, можно ли ему быть не таким мягким, можно ли ему… Что бы ни было там еще, ты бы все разрешила. Поэтому, резко стянув платье ниже талии, ты утянула Чжун Ли в поцелуй, стараясь через него дать Мораксу понять, что вовсе не против воплотить все его самые потаенные желания, которые, определенно, в большинстве своем у вас совпадали. Мужчина притянул тебя ближе и, подхватив за бедра, поднял и усадил на стол, предварительно смахнув ненужные вещи в сторону. Бывший архонт вновь принялся покрывать поцелуями твое тело, но сначала помог полностью избавить тебя от платья и нижнего белья. Его поцелуи не стали грубее, однако в них появилось нечто новое, приятное, то, чего так не хватало. — Разведи ноги, пожалуйста, — галантен как всегда, даже в такой момент. Особенно в такой момент. Ты, разумеется, послушалась и в следующий миг громко вскрикнула, так как язык возлюбленного оказался обвивающим клитор. Моракс всегда был хорош в сексе, чего-чего, а опыта у него было достаточно, и в такие моменты ты чувствовала себя очень наивной в таких делах, ведь не могла дать ему всего, чего он заслуживал, но мужчина был терпелив и постоянно направлял тебя, помогая достичь желаемого. — Ты чудесная, — его язык нырнул глубже, и ты зажмурилась, тяжело дыша. Эти несколько мгновений пролетели быстро, но тебе хотелось бы остаться в них навсегда. Когда же ты привыкла к ощущениям, то Чжун Ли отстранился, с улыбкой облизываясь, и от этого вида ты, должно быть, покраснела до кончиков ушей, ибо почувствовала, как их начало жечь. Твое смущение лишь порадовало мужчину. Но останавливаться он не планировал, чуть помассировав клитор пальцами, он скользнул ими в тебя, не прекращая соблазнительно улыбаться. Ты стонала; пальцы Моракса были длинными и тонкими, а также невероятно умелыми, потому он мог доставить тебе неземное удовольствие одной лишь рукой, как бы глупо это не звучало. Уже ощущая приближающуюся развязку, ты сжала зубы и… Мужчина, хитро глядя на тебя, осторожно вынул пальцы и, не отводя взгляда, облизал их, чем смутил ещё больше; тебя радовала его абсолютная увлеченность тобой, но расстраивало то, что все ласки были дразнящими, не дающими получить истинного удовольствия. — Верни-и-и, — захныкала ты, уже начиная было сводить ноги, дабы мышцы не так ныли от неудовлетворенности, как Чжун Ли вновь осторожно развел их. — Я постараюсь дать тебе кое-что получше, — промурлыкал он на ухо, лизнув его. — Тебе нужно лишь пообещать мне, что ты не будешь сдерживать себя, хорошо? Я очень хочу слышать твой голос: как ты стонешь мое имя, как просишь продолжить, как кричишь от удовольствия. Ты слабо кивнула, предвкушая один из самых лучших моментов в своей жизни. — Вот и славно, — он неторопливо, но тем не менее очень скоро расстегнул брюки и, спустив их с бельем, позволил тебе смущенно взглянуть на его эрегированный член, головка которого была покрыта предэякулятом. Затем, он с присущей ему нежностью и осторожностью поцеловал, входя в тебя. Это всегда ощущалось невероятно: он заполнял тебя полностью, но больно никогда не было, даже в первый раз, наоборот, ты абсолютно всегда ощущала эти моменты так, словно бы вы предназначались друг другу судьбой, и никто другой не мог бы занять ваши места. Движения Чжун Ли медленные, но постепенно ускоряющиеся, он целовал твое лицо и губы, кусал шею и плечи, а ладонями сжимал бока до красных отметин, за которые он позже будет извиняться. Ты же задыхалась в своих собственных стонах, не успевая нормально дышать, цеплялась за его крепкие плечи, стараясь удержаться в этих моментах как можно дольше, но с каждым толчком все больше понимала, как сильно тебя уносит из реальности. Мужчина ускорился до максимума, — хотя ты была уверена, что дай ему возможность, то он бы с большей страстью вдалбливался в твое тело — пальцами лаская клитор, поцелуями ловил стоны, не стеснялся стонать сам — обычно он обходился лишь тяжелым дыханием — и даже немного рычал. Звуки, слетавшие с его уст, были усладой для ушей, и ты готова была отдать добрую половину своего состояния, дабы возлюбленный позволял себе подобные вольности как можно чаще. Ты вновь приближалась к кульминации, но на сей раз тебе хотелось оттянуть ее как можно дальше, ты молила срывающимся голосом своего единственного бога, но он не внимал твоим мольбам в этот миг, делал так, как считал нужным, да и тем более ты ведь разрешила, потому ты через пару мгновений почувствовала, как по телу словно прошел заряд, а затем оно расслабилось в сильных руках бывшего архонта. Чжун Ли не заставил себя долго ждать: он зарычал, собираясь покинуть твое лоно, однако в последний момент остановился, наполнив тебя своим семенем. Ты усмехнулась, утыкаясь носом в шею возлюбленного, принявшегося поглаживать тебя по спине. — Ты была прекрасна, любовь моя, — Моракс аккуратно чмокнул тебя в губы. — Но будет ли честно просить тебя о втором раунде прямо здесь и сейчас, если я чувствую, как твое тело все еще трясется, отходя от оргазма? — ты лишь кивнула, влюбленно глядя на своего единственного бога. — Вот и славно. Обещаю, ты не забудешь этот день. — мужчина улыбнулся, вновь утягивая тебя в страстный поцелуй.