Твой Муж

— Идешь? — Позов терпеливо топчется на школьной стоянке. Солнце печет, однако холодный ветер умудряется проникнуть на каждый плохо закрытый участок кожи. — Еще секунду. — я делаю короткие не вдумчивые шаги по серому тротуару. Один раз нажимаю на боковую кнопку не отстраняя динамик телефона от уха. Он такой громкий всегда был? — Просто сделай по-новой. — на той стороне тяжелый выдох и мой взгляд цепляется за пожелтевшие листья деревьев. — По-новой? То есть, все? Хочешь чтобы я сделал полностью весь проект заново? — Ты ведь знал что предприниматель не хотел правок и сделал все совершенно наоборот. Это очень прибыльный и хороший контракт, я не могу рисковать и ты должен был просто сделать легкий заказ. Зачем ты все усложняешь? «Я не могу рисковать» — но ведь управляющий это я, нет? Оксана ничем не рискует. Просто слишком ответственная чтобы оставить все как есть и халатно отнестись к работе. Она хороший заместитель. — Прости, я подумал что несколько исправлений не на что не повлияет, а даже наоборот станут приятным сюрпризом. — Ты только из больницы, даже в рабочую форму еще не пришел. Ты уверен что импровизация это сейчас хороший выбор? — Ты права, не знаю… я просто… в общем я сделаю как нужно, не переживай. К завтрашнему утру будет готово. — Спасибо, поверь для меня это так же важно. Завтра на девять. — Хорошо. Мы прощаемся, уже через пару секунд и я все не могу выкинуть этот проект из головы. Я правда хорошо поработал над ним и думаю что он понравится предпринимателю. Жаль что его не увидит мир. А только будет еще один обычный, невзрачный ресторан. Ну если этот человек закоренелых принципов и устоев наверное ему и правда не понравится своевольство в работе. Интерес чертить как-то отпадает после таких примитивных заказов. И старался зря. — Блять, Антон, давай уже. — Дима уже поднялся по ступенькам к центральному входу в школу. Он махает мне рукой и я направляюсь к нему, засовывая руки в карманы. — И нахуй ты меня сюда притащил? Старые стены бело зеленых коридоров вызывают смешанные эмоции ностальгии с радостью. Мне больше не нужно учиться, но было столько приключений на пятую точку в этом месте. На лице появляется невольная улыбка. — Я тебе друг? — Ну. — Именно здесь твоё последнее воспоминание и как человек с двумя высшими я уверен ты должен здесь побывать чтобы вернуть себя прежнего. — А такой я уже не устраивает? — Да не в этом дело, просто ты разве не хочешь вспомнить пол жизни? С Арсом хуйню творишь и опять начал курить. — Ты за нас с Оксаной не рад? — Шутишь? Та мы все в ахуи. Старый ты бы никогда не бросил Арсения. Я честно думал что у тебя эта хуйня за пару дней пройдет. Но прошла уже неделя и ты подал на развод, какого-то хера… — Только не начинай, не снова. — Хотя бы присмотрись, посидим на его уроке, попытайся вспомнить какую-то часть. — Я то посижу, но ведь я не виноват что нихера не помню. Позов смотрит с такой надеждой, как никто из остальных. Мне кажется он единственный кто так сильно хочет вернуть меня прежнего. Даже в Арсении я не чувствовал подобного. Он требует от меня то поведение как раньше в некоторых вещах, смотрит задерживаясь подолгу, но не похоже что пытается меня вернуть. Арсений не говорил что хочет чтобы я стал прежним. Это странно? *** — В любом живом организме необходимо, чтобы состав внутренней среды был постоянным, чтобы поддерживался гомеостаз. — брюнет поправляет очки и делает медленные шаги между рядов по классу. — Так кто мне перефразирует и подскажет, что же такое гомеостаз? Пара рук от все тех же немногих учеников и несколько новых, чтобы прочитать с учебника и впечатлить преподавателя. — Егор. — Гомеостаз — постоянство внутренней среды биологических систем. — Верно, гомеостаз обеспечивается двумя противоположными типами химических реакций: реакциями синтеза сложных органических веществ — ассимиляцией, или анаболизмом, — дверь в класс открывается и отвлекает как самого учителя так и учащихся. Двое взрослых мужчин занимают место за последней партой и Арсений не может перестать смотреть на них как на восьмое чудо света. Особенно на высокого шатена. О внезапном визите его конечно же никто не предупреждал. Брюнет растерянно заканчивает предложение по новой теме: — И-и реакциями расщепления этих веществ — диссимиляцией, или катаболизмом. Так, класс, прочитайте пока первый абзац… — Арсений берет в руки книгу перелистывая страницы пока не находит необходимый материал: — …на сорок восьмой странице. После этого будет небольшой опрос. Позов усмехается, пока Антон неловко наблюдает серьезного и нервного Арсения. Он никогда не носит очки дома. Они с черной оправой и придают ему какие-то слишком строгие черты лица. Должно быть мы мешаем и Арсений Сергеевич теперь будет злится. Мы и так с ним нормально не ладим. Зачем я вообще согласился сюда прийти? Челку от нервов по привычке поправляю и совсем забыл что она слишком короткая. Арсений проходит к задней части класса и вопросительно смотрит то на потерянный взгляд Антона, то на самодовольного Позова. — Что вы здесь делаете? — брюнет над партой склоняется в ожидании объяснений. — Вот, экскурсию провожу, Арсений Сергеевич. — с гордостью Дима расслабленно откидывается на спинку стула. Однако я так напряжен что не могу поддержать его настроение. Арс и правда выглядит как учитель из кино. А вот там моя парта. Теперь за ней какая-то девочка. Интересно а мои инициалы выцарапанные на ножке стула еще сохранились? Столько воспоминаний но не тех что от меня ждут. — Тох, ну что? — Позов вытаскивает меня из этой паутины из школьных времен, но мне нечего ему ответить и я отрицательно верчу головой. Брови у Арсения поднялись и между ними образовалась складка, даже он внимательно следил за моей реакцией, но не вышло. — Следовало позвонить или написать что вы приедете. — угрюмо выдыхает брюнет, поправляя спадающие на нос очки. Мне не нравится этот тон. Что я ему сделал? — Я вообще не хотел идти. Идем уже. — так же грубо отвечаю я, но Дима за плечо меня останавливает и терпеливо начинает снова свой монолог почему это так важно. Я не слушаю. Мне просто не нравится чувство что я здесь лишний и докучаю Арсению на работе. Он так вписывается на фоне кабинета со скелетом, ватманами с человеческими органами и огромной лежащей указке на учительском столе, что мы слишком выделяемся. Хотя может для остальных учеников мы выглядим как внеплановая проверка. Наверное они привыкли к открытым урокам, потому что на нас никто не обращает внимания. — Хорошая идея. Думаю вы и так все увидели. — безразлично и холодно. Да что я ему такого сделал? Ах, да, подал на развод… но он все равно ведет себя как мудак. Дима громко цокает. А у меня начинает кружится голова. — Арсений Сергеевич, я бы хотел записаться к вам на дополнительные. — Шастун, я не веду внеклассные занятия. — брюнет расписывается в журнале не поднимая взгляд. — А сколько стоит урок как репетитора? — шатен лямку рюкзака сжимает и облизывает сухие губы. — И не занимаюсь репетиторством. — беспристрастно и совсем не заинтересовано педагог закрывает журнал и передает ученику. Теперь хотя бы в глаза смотрит. От синего цвета по коже бегут мурашки. — Зачем ты так усердно учишь биологию? Ты стараешься, но знаешь, как бы сказать помягче, не то чтобы у тебя есть к этому задатки. Прости, слишком резко, да? Только не обижайся. Я просто вижу что тебе это не интересно. Смущенно топчась на месте, Антон не знает чем возразить. Эта наука и правда сложно ему дается. — Я буду поступать на медицинский. — только это и важно. — Боже мой, ты ведь не серьезно или Серьезно? — Антон кивает и Попов неодобрительно косится на стопку последней контрольной что его ученик едва вытянул до трех. — Не стоит делать поспешный выбор, котенок. Подумай и над другими профессиями. — Я уже решил. Так ты позанимаешься со мной? — «Ты»? — «Котенок»? — Само вырвалось, забудь. И тебе уже пора. — Вам уже пора — тот же взгляд, укладка, очки и такой знакомый голос. Попов упрямо намерен освободить класс, это же в конце концов его работа, а не место для посиделок с друзьями. Так внезапно возвращаюсь в реальность и всплывшие обрывки из прошлого совсем сбивают с толку. — Я хочу остаться. — теперь я останавливаю Диму. Арсений смотрит мне в глаза с вызовом, но больше не выпроваживает. Возвращается к теме урока. — Ты что-то вспомнил? — уже через пару минут доносится от Позова и я впервые могу ответить на этот ебучий вопрос утвердительно. — Угу. То что этот кретин и правда был нашим учителем. Может для кого-то это мелочь, но я почувствовал как ко мне вернулась какая-то частичка давно потерянного образа. Такое приятное чувство дежавю, как когда ты забыл слово и вот проходит минута, час, день, а то и хуева туча дней и наконец осенило. Казалось теперь что этот момент был в моей голове всегда и я давно знал Арсения как своего учителя биологии. Дима прав, прийти сюда было хорошей идеей. Больше я не отвлекался. Сидел смирно и внимательно слушал лекцию Арсения Сергеевича. Прямо как раньше. Попов то и дело возвращался взглядом ко мне и снова углублялся в опрос учеников. Мне казалось я его отвлекаю. Дима залип в телефон, а я следил за процессом обучения. Хотелось словить хотя бы еще один флэшбэк, поэтому я старался ничего не упустить. — Арсений Сергеевич, вы можете мне помочь с четвертым? — мило улыбнувшись харизматичная брюнетка подошла к учителю чтобы показать свою тетрадь. Она склонилась и пытливо закусила уголок какой-то эксклюзивной ручки. Флирт в чистом виде и у нее как раз таки точно твердая четверка. Какие же взрослые нынче дети, просто пиздец. Мне было все равно на то что делала ученица, но я не мог спокойно смотреть на то что Арсений кокетничал в ответ. Улыбается и на непонятном языке терминов с ней общается. А я и не видел ранее такую его улыбку. — Это блять урок или порно началось? — не выдерживаю. Позов давится смешком и таки отрывается от переписки с Катей. — Смотри-смотри! — в бок меня тыкает показывая на розовую ручку в руках Арсения. — Он взял ее у девушки? — Да, ну и что? Последнее что мне было интересно в этом фарсе это канцелярия дамы. — Из рук? — выглядит таким удивленным и озадачивает меня своим поведением. — Да. — Ты видел как он ее взял?! — Да, из рук в руки, какая нахуй разница? — Ты и этого не помнишь?! — Позов все больше похож на психа, я даже начинаю волноваться. — Нет? — Арсений никогда ничего не берет из чужих рук. Цитирую: «Потому что на каждом сантиметре кожи находится примерно тысяча бактерий и все чего мы касаемся, автоматически становится переносчиком микробов.» Я еще спорил с ним что не все микроорганизмы являются паразитами и у них много полезных функций, но он же биолог его не переспорить, особенно когда половину из аргументов не понимаешь. Знаю звучит как хуйня но поверь это его фобия или заморочка, не важно в общем как это называть. Он всегда таким был, сколько его помню. Мы тетрадки не вели поэтому, он все задания на листочках проверял. Может святой водой их поливал дома, не ебу. Мы сдавали и собирали контрольные сами, тряпку для доски нельзя было трогать никому кроме учителя и еще хуева туча подобного. Даже руки при встрече не жмет. А теперь посмотри еще раз внимательно на розовую ручку и скажи мне он правда взял ее из рук брюнетки? — Д-да, но не похоже что ему противно. Может он изменился? — для меня это в диковинку. К тому же сильный загон если Арсений и правда беспокоиться о подобном. Такие люди вообще в нормальной цивилизации могут существовать? Еще и в каждодневной коммуникации с людьми. Просто нонсенс. Не сильно верится. Ко мне он прикасался без проблем, даже мои вещи складывал, да что там, мы спали на одной кровати. Но не контактировали! Блять, зачем я об этом? — Теперь понятно почему он расстался с тобой той ночью. Хотя разве он не гей? — Что сделал? Когда? — Он тебе не говорил? Может и мне не стоило… прости это ваши отношения и я не должен был лезть. — Во-первых нет никаких отношений. Во-вторых как ты сказал… расстались? Мы уже расходились? — Вы поссорились в ту ночь когда на тебя напали. Ты собрал вещи, хотел переночевать у меня. И почему я блять узнаю это только сейчас? А что произошло? А хули Арсений нихуя не рассказал? У него другая на стороне, а он во всем меня винит! Значит мы не были такой уж счастливой семьей как он притворяется. — Что ж, значит я совсем ему и не нужен. Хорошие новости, получается? Меня предали. В отношениях которые я совсем не помню и не хотел. Что я должен чувствовать? Пустота. Ничего. Может только слегка разочарован. Или нечто похожее. Ведь Арсений плохой человек, а не такой невинный как может показаться со своей заботой. Хорошие люди не изменяют. Хотя я делаю тоже самое. Нет, это не одно и тоже. Я не скрывал наши с Оксаной намерения. Все иначе. Раздается звонок. Радостные возгласы и шум заполняют кабинет. Кучка подростков со скоростью света покидают храм знаний. В коридоре смех и громкие шаги вываливающихся на свободу детей. Конец восьмого урока. Больше занятий нет. Можно поговорить с Арсением наедине. Я бы хотел знать правду. Когда мы остаемся втроем, первым кто налетает с вопросами был именно Позов. Мне некомфортно спрашивать, а при Диме так тем более. Было в этом нечто личное, что я хочу обсудить только наедине. — Ты с ней встречаешься? Давно? Она же несовершеннолетняя! Мне нечего добавить, поэтому я остаюсь наблюдателем. Арсений отстраненно пожимает плечами, ему тоже нечего сказать? Мы встречаемся глазами. Он смотрит на меня надменно и я не знаю что именно он ненавидит во мне, раз одаривает таким приземленным взглядом. Ждет моей реакции? Если он правда в отношениях, то зачем скрывал? Думал что меня это заденет? — Мне все равно. — голос ведь не дрожал? Я просто хотел чтобы он знал. Мне нет до этого дела. — Погоди, пусть объясниться. — Дима в сотый раз матерится и кажется даже выходит из себя от спокойного и равнодушного Попова. — Ты же слышал, ему плевать. — брюнет так и не отвел от меня внимания, казалось продолжал обращаться ко мне, но ведь отвечал точно Диме. У меня едет крыша от этого человека. К нему невозможно относиться спокойно, даже когда тебе фиолетово! Он так и хочет эмоций и похуй каких: злость, радость, ненависть, стыд! Выводит из себя! Мне бы его самоуверенность! Я закатываю глаза проиграв в гляделки. — Поз, идем уже. Я не дам ему то чего он так явно добивается. Ревность ведь? У него все равно не вышло. Я не ревную. — Сколько ей лет?! Ты совсем охерел уже Попов! — Позов почти на грани. Его это и правда зацепило. — Да господи, полегче, просто шутки, ничего не было. — Арсений усмехается и сумку с папкой собирать начинает, будто совсем потерял интерес играть. Красный Позов готов метать праведными молниями, но для меня провокация теперь становиться полностью очевидна. Однако вопрос о расставании все еще висит в воздухе. — Ну разводитесь вы и что теперь из крайности в крайность с головой нырять?! Найди себе тогда парня взрослого, раз Антону и правда все равно! Детей не развращай! — Невинный детский флирт, ты же знаешь, я востребованный учитель, не более, не переживай. — наконец-то слышны отголоски разума мужчины. Может он и не совсем тронулся. Я видел как на него смотрели половина женской династии, он похоже и правда популярен. Если бы только ему нравились девушки… Они должно быть считают его красавчиком. Эх, разочаруются когда узнают что он играет за другую команду, хоть и перенасыщен брутальными нотками. — Ну а как же ручка? — Точно, забыл помыть руки. — в подтверждение своих слов, Арсений как раз таки подходит к небольшой раковине с тумбочкой на которой стоят сухие полотенца и остальные принадлежности. — Идиот. — выдыхает Дима, смирившись что смысла продолжать этот разговор нет. Может теперь мы наконец уйдем прочь. *** Если бы я вел дневник худших дней этот бы стоял в списке на первом месте. Я бы все обвел жирно красным фломастером! А если бы мог вернуться назад в прошлое всего на пятнадцать минут, с осознанием что мне придется пережить, то никогда бы не переступил порог этой квартиры. А главное я в душе не ебу как оказался в безвыходном положении. Столько всего, но я попробую сначала…. Вот Дима зовет меня на ужин знакомиться с Катей, вот я узнаю что Арсения тоже позвали, вот я прихожу и понимаю что в гостях и сама Оксана Суркова. Какое же неприятное чувство. Херня какая-та. Если вы думаете что это все, нет, нихуя. Справа с кем меня посадили, конечно же с Арсением, а слева? Ну кто бы вы могли подумать? Оксана в коротком нарядном платье, которое ей очень кстати идет, но я даже комплимент приятный сделать не могу так как чувствую себя каким-то мудаком играющим на чувствах. Сурковой неловко, зато Арсений общается с Матвиенко будто ничего не происходит. Прилично накидавшийся Позов подсаживается за столик. Может хоть разговор с ним разрядит обстоятельства. — Хєй, чего вы такие кислые? Тох, ты же чувствуешь, как вас с Арсом тянет к друг другу? — Прекрати двигать мой стул, придурок! Или нет. Получится грубо если просто уйти но и на этих пружинах больше невозможно оставаться. Это катастрофа. У меня был только один вариант как выйти из ситуации… — Прошу уходи, — на ухо шепнул пока никто не обращает внимание и вижу недобрый блеск в синих глазах. Наивно было полагать что это будет просто. Да, я выбрал меньшее из зол. Выгнать Арсения. Ему же и самому должно быть сложно здесь находиться. Зачем все усугублять? — Зачем? Нет, он не может о таком спрашивать. Хорошо хоть скандал не закатывает. Просто издевается и веселиться похоже. Так и хочет испортить наше с Оксаной будущее. Всем было бы проще не будь его на этом вечере. — Итак, народ, у меня есть тост! — Дима поднимает бокал. Его ведет в сторону, он уже достаточно пьян и Катя рядом смеется. Берет его под руку, сцепляя пальцы и поддерживая. Они такие счастливые вместе. Я улыбаюсь и смотрю на Оксану. Ловлю строгий взгляд Арсения и снова хмурюсь. — У меня… нас, хах. не думал что буду так волноваться, …в общем будет ребенок. — Позов переживая и обнимая Катю залпом осушил стакан и все подымают радостный галдеж. Поверить не могу! Я-я в ахуе! Я так рад за него! По моим воспоминаниям он неделю назад еще школу не окончил, а теперь вот оно что…. Я бы кардинально поменял красные круги фломастера — на сердечки для этого чудесного дня. Будь у меня и правда собственный дневник. Подхожу к Диме чтобы обнять и поздравить. Мельком слышу как Арсений что-то желает про богатыря. Хотелось взять свою девушку за руку. К черту. Я внезапно так опьянел от всеобщей радости что именно это и сделал. Мне тоже хотелось чтобы у нас когда-нибудь были дети. Не сейчас и точно не в ближайшие пять лет. Но я бы хотел девочку. Странно ведь отец обычно хочет наследника, а я мечтал стать героем и суперменом для родной маленькой принцессы. Она точно будет похожа на маму. Такая же красивая. У Оксаны сияющая улыбка и нежная рука. Я бы спросил, а кого она хочет если бы рядом снова не оказался Арсений. Неужели он не видит что лишний на этом празднике? — Иди домой. — я отстранился от блондинки. Не хочу чтобы его гнев перешел на нее. А еще нам не стоит устраивать драму в такой важный день для моего лучшего друга. — О, прости, я вам мешаю? — специально громче спрашивает, чтобы услышала Оксана. Козел. — Отойдем поговорить. — рычу выходя на балкон. Попов последовал за мной, я знал что он пойдет. А теперь снова смотрит на меня нечитаемым упреком и это бесит. Здесь нас не услышат, и я могу заставить его уйти и не портить нам ужин. — Ты чего добиваешься? Хочешь навязать мне чувство вины? — А получается? — Нет. Мы расстались еще той ночью или и у тебя с памятью беда? — Т-так как ты…. — наконец я выбиваю у него землю из-под ног. Отлично. — Мне Дима рассказал. Мы с тобой расстались еще в тот день! Значит у нас было не все в порядке, но даже Позов не знает почему… так что давай скажи мне! Неужто все дело во мне?! Все это началось оказывается еще до того как я попал в больницу. И еще я видел что мы уже давно перестали переписываться, ты даже не звонишь мне, я проверял журнал звонков, я с Оксаной всегда на связи, а от тебя никаких входящих. И поэтому не стоит винить во всем Оксану! Скажи что было между нами на самом деле! Арсений взволнован всего пару секунд, а дальше он снова выглядит как чертова скульптура и я не знаю можно ли теперь рассчитывать на ответ. Почему он просто не будет открытым со мной?! Зачем все усложняет? Или это я все так запутал, хер его… — Почему мы расстались? Отстранился. Мыслями старший Попов уже не здесь. Он к краю балкона подходит, двумя руками за металлический ободок берется и молчаливо смотрит вниз. На улице промерзлая осень, и холодный ветер неприятно пробегается по спине. — Скажи наконе- — Я изменил тебе. — коротко, перебивая меня. Что, прости…? И как я должен реагировать? Теперь уже я хочу словить его взгляд, но Арсений совершенно на меня не смотрит. — С той… Из школы? — В баре, с незнакомым парнем. Я сильно напился, а ты…. был в очередной поездке. Мы не виделись с ним не до ни после случившегося. Я хотел тебе сказать, но не знал как. — тяжелый выдох комом и у меня слов не остается. Должно быть ужасно, но это не про мой случай. Так что я просто не знаю что ответить. Я в шоке? Мне жаль? Почему он позволил этому случиться? Такой бы я задал вопрос если б меня волновал человек. А сейчас… это совсем неуместно. Неужели взрослый мужчина не может себя контролировать? — Ты мудак. — я поднимаю голову вверх к звездам и больше сил нет на понимания того как я должен себя вести, как это воспринимать. Видимо у нас все не как у обычных людей. Мы очень странные. — Хахх — смеется. Белые зубы, такие яркие под тусклым светом от уличного фонаря. Я поверить не могу. Его правда смешит такой момент? Это из-за того как я отреагировал? Из-за моего безразличия? Я хотел его стукнуть, накричать, но повернувшись увидел совсем не радость в этих синих грезах. И я просто замолк. Ему было больно. Очень. Не знаю почему. Может из-за того что я прежний не накричал на него за такой большой проступок. А может из-за чувства распирающей вины. Или ещё чего-то что мне даже не понять… Я молчал, чтобы не сделать все хуже. Это нормально, что мне его жаль? Он же изменил мне, я не должен его жалеть. Сука, почему я вообще об этом так волнуюсь! Я оставил его. Там, на свежем воздухе, одного. Так ярко все ещё стоял образ полного отчаяния и синих глаз. Я боялся что он спрыгнет с балкона. Он точно не в себе. Но разве я могу помочь? Может позвать Матвиенко? Или стоит самому вернуться? Оксана берет меня за руку. И только тогда я понимаю что простоял так смотря в одну точку уже больше пяти минут. Ее ладонь теплая на контрасте с моей. Я насилу улыбаюсь. Мне хочется просто зачеркнуть этот момент из жизни и не думать о проблемах. Но я всё ещё не уверен как быть дальше. А ещё вопрос который меня никак не оставляет в покое: Как бы чувствовал себя сейчас «старый Антон»? На самом деле я не хочу знать ответ. И память чтоб вернулась все больше не хочу. — Что такое? — блондинка сухие губы кусает, а я не в состоянии ей ответить. — Я с ним поговорю. — мою руку отпускают, а я не успеваю понять о чем она, как силуэт девушки исчезает на балконе. Может и к лучшему, если они поговорят, я уже ничего не понимаю. Арсений не оборачивается на шум открытых дверей, блондинка мнется на пороге и проходит к перилам. — Я знаю как ты любишь его. — голос девушки дрожит, ей страшно, а Попов выглядит и вовсе поникшим отчего Оксана запинается и нервничает только больше. — Поверь я люблю его не меньше. — Береги его. — руки в замок складывает и шумно выдыхает через нос. — Хорошо. — Прости, меня. За всё. Я знаю он действительно будет счастлив с тобой. Арсений замыкается. Те короткие мгновения что он открылся снова так же закрываются под замок за семью печатями и садят сердце на цепь. Он не уходит с вечера не прощаясь, не отмалчивается и больше не ведет себя как стерва. Он просто существует вокруг остальных. Но в нем что-то сломалось окончательно. Антон больше не может это развидеть и перестать об этом думать тоже. После затянувшегося праздника наша компания побрела на улицу. Мы просто пили, общались, гуляли и смотрели на ночное небо. Было довольно холодно. Я накинул кожанку на плечи Оксаны, а она благодарно кивнула. Арсений тогда остановился и снял пальто, вручив мне. Мне показалось это таким забавным, что я от души рассмеялся, а он покраснел и затих. Все были уже так пьяны что никому не было до этого дела. Мы продолжили ходить по округе и смеяться над глупыми шутками и эстафеты «скрепка на дом» от Матвиенко. — Арс, ты как? — Серега с Поповым идут позади всех остальных. Они уже прилично отстали от толпы. — Кажется до конца своих дней в депрессии. — брюнет продолжает бесцельно брести вперед и делает еще один глоток пива. — Какого быть в депрессии? — Ну не знаю… — Арсений пожимает плечами. — Как будто… Ты не помнишь каково это, когда хорошо. И ты делаешь то… что должно тебя взбодрить, но нет. Становится хуже… Матвиенко по плечу хлопает, а Арсений снова пьет и от большого вдоха ноздри широко раздуваются. Холодный озябший воздух колется. Арсений не умеет и не любит объяснять свое состояние. Он предпочел бы тихо уйти на дно до тех пор пока все не уляжется. *** Мне нравилось держать Оксану за руку и слушать ее смех. Вечер заканчивался как никогда лучше. Я не хотел с ней расставаться и от предложения заночевать у нее не отказался. Я и раньше в школьные годы, ходил к ней на ночевку. Мы устраивали ночь фильмов и смеялись до самого утра. Это было великолепное время. Мы всегда с ней ладили, у нас было много общих интересов, совпадали вкусы, привычки, планы на жизнь… даже сейчас во взрослой жизни мы работаем вместе по одной специальности. Я дорожу ей всем сердцем. Нашей дружбой. И хочу чтобы наша связь становилась только крепче. — Тебе лучше вернуться домой. — Арсений как всегда так не вовремя обрывает и рушит все мои планы, но я смотрю на него и не хочу снова ссориться. — Зачем ты… снова цепляешься? Отпусти уже меня. Тогда все стало бы проще. — у меня больше нет к нему злости. Странно но его признание сегодня помогло мне принять тот факт что я не виноват в том что ухожу от Арсения. Я не мог бы оставаться но все равно чувствовал какую-то тяжесть и вину за то что сделал ему больно и разбил сердце. Теперь этого чувства нет. Мы оба в полной мере загубили те отношения. Ошибку которой и не должно было произойти. — Месяц. Ты обещал. И к тому же сейчас уже ночь. — у Арсения на лбу написано пожалуйста останься, но я не обязан потакать его прихотям. Если ему трудно сейчас то и потом легче не станет. — Не начинай. Оксана живет в пяти минутах отсюда. Все будет нормально. — когда зрачки Попова сужаются, по спине пробегает холодок. Наверное раз просьба не подействовала он хочет попытать удачу в более тяжелой артиллерии. — Мы еще не развелись! — на меня повышают голос и я без какой-либо охоты принимаюсь скалится в ответ. — Неужели тебе все еще не ясно, что это конец?! Его брови сведены к переносице, а у меня внезапно прилив крови к голове. И адреналин по венам скачет. Я здесь если он хочет скандала. Я колко отвечаю на его хамство, а потом и вовсе отгораживаюсь. — Антон, может и правда не стоит? Я сглупила, предложила не подумав. — встрепенувшись Оксана сильнее кутается в мою куртку. — Ты не виновата. Уж точно не в том что он мне изменял. И тогда ему не мешал штамп в паспорте. — Чт-то??? — девушка приоткрыла рот, а я бережно приобнял ее. Арсений больше не кричал, только смотрел с обидой в глазах. Он первым начал и мне не стыдно что я растрепал об этом. Пусть Оксана тоже знает что он совсем не святой, каким притворяется. — Ты вся продрогла. Идем скорее домой, я знаю пару способов согреться. — ухмыльнувшись я был доволен тем как отреагировал Попов. Сколько эмоций промелькнуло на его лице. Это все в отместку за его стервозное поведение. Я и не думал об этой ночи с Оксаной в интимном смысле. В моей голове не было пошлых мыслей, я просто не хотел возвращаться в квартиру с Арсением. Я уже собираюсь с почестями развернуться и уйти, но Попов хватает меня за локоть и тянет на себя так чтобы прошипеть на самое ухо: — Ты сейчас же поедешь домой или клянусь, я сожгу все ватманы, чертежи, шмотье и твои блядские проекты, все что принадлежит тебе! Да всю гребанную квартиру, если потребуется! У меня сухость во рту и сказать ничего не могу. Смотрю на Арсения и понимаю что блять: этот человек не лжет. Он и правда сделает это! Псих! Сумасшедший! У меня там уже два готовых наброска хранятся! Еблан! Сомневаясь, я застыл от количества потока мыслей пролетающих в сознании. Ситуация была критическая и я отступил. — Окс, прости… Созвонимся завтра, хорошо? — я стараюсь говорить без напряжения, и Суркова только хлопает пышными ресницами и кивает. Я был сам не свой. Растерянный и глупый раз угроза Арсения сработала. Но я не хотел заново начинать полностью снимать замеры для объекта и пустить все труды на самотек. Мы молча добрались домой. Так и хотелось спросить доволен ли Арсений собой. И чего он добился? Ничего. Арс теперь играет со мной в обиженную суку, а я все больше злюсь ведь это шантажирование в чистом виде! Разъяренный Арсений весь как на иголках, его муж при нем же заигрывает с другой и мозг настоятельно просит «принять меры». В конце долгого, изматывающего дня не обошлось и без криков на кухне. — Да я заигрывал с Оксаной! Мы взрослые люди и ты не вправе меня стыдить. — Я все еще твой муж, Антон! — Ну и что теперь? Что ты мне сделаешь? Накажешь? — Антон усмехается: привык, что ему всё сходит с рук. Арс прощает ему очень многое, хоть Антон давно уже напрашивается на домашний арест. Раньше Антон относился к нему серьезно. Он ценил и никогда бы не посмел посмотреть на кого-то. А теперь ему все кажется игрой. Шуткой. — А что, если так? — Арсений старается, чтобы его голос звучал твёрдо. Антон изгибает бровь в насмешке. — Ну вперёд, мой строгий и суровый муженек. — это искренне меня повеселило и я встал прямо перед ним, раскинув руки в сторону. Я ростом выше и если придется драться, постараюсь воспользоваться тем что я проворный. Думает, у меня духу не хватит дать отпор. Вот же засранец. Арс знает, что на Антона так сильно злиться нельзя и что он, возможно, перебарщивает, но больше не может удержаться: — Хорошо, ты сам напросился! Внезапно хватают за руку, стискивают до боли и тянут в комнату. Шатен моргает и оживает запоздало и предпринимает попытку вырваться уже когда его отбрасывают на кровать. Ему приходится вздохнуть от удивления и сглотнуть по неизвестной причине скопившуюся слюну: Арсений заломил ему руки и поставил задом к верху на обозрение с непреклонной миной на лице. — Арсений! Я-я… Ты не имеешь право! Прекрати, прекрати уже! Антон пытается повернуть голову, чтобы видеть что там происходит, он в ярости и он ждёт, когда же Арс сдастся. Придет в себя. Ведь до этого он ни разу не пытался его принудить к чему-то, не поднимал на него руку и казался самой праведной святошей. Антон — тот ещё провокатор, но сегодня он переходит все границы. Арсения почему-то трясёт и ему уже не хочется наказывать Антона, но ревность подливает масла в огонь и если он что-то не предпримет, его малыш совсем оборзеет. Будет считать, что никто ему не указ. — Ты мой и у меня есть полное право. Быстро вытащив ремень из петель и сложив его вдвое, Арсений замахивается и с силой опускает его на беззащитный зад. Антон вздрагивает, приоткрывает рот и смотрит на простынь широко распахнутыми от возмущения глазами, и мужчина бьёт ещё раз. Потом ещё и ещё. Он понимает в тот момент, что одно из больших удовольствий в сексе с Антоном это чувство власти над ним. Контроль над Антоном опьяняет и возбуждает. Антон пока не понимает этого чувства, но знает, что это что-то сродни ненормальное. Он горит, а его сердце колотиться как сумасшедшее. Арсения хватает только на десять ударов, потом руки опускаются, и приходит осознание того, что что-то неуловимо-извращённое присутствовало в этом процессе. Впрочем, Антону более чем достаточно. Он плачет, уткнувшись лицом в простыню, и от него исходят волны ненависти и обиды. — Тош? Тош, всё, всё закончилось, — Арс встаёт на колени рядом с кроватью и гладит по голове. Тот поворачивает голову и смотрит на него, как на последнего гнусного предателя. Попов стирает слезы с его щёк и насилу улыбается: — Вот что бывает когда ты заставляешь меня ревновать. Извини. Переборщил. Вдруг Антон подрывается, быстро собираясь с духом, но Арсения не отталкивает. — Сам виноват. Я не буду больше, я все понял, — говорит он, натягивая штаны и глядя в пол. Такого послушного, кроткого и тихого Антона хочется прижать к себе и не отпускать. Извиниться еще раз, погладить по спине. Поцеловать. В такой момент Попов понимает как сильно нуждается в самоконтроле и что их отношения с Антоном похоже и правда потеряны навсегда. Шатен на диване под одеяло прячется и все еще стирает стекающие редкие слезы. Подушка покрывается солеными каплями, даже несмотря на то, что глаза крепко зажмурены. Спи. Просто засыпай. Завтра это уже будет в прошлом. Пытаясь успокоиться забываю дышать. Арсений остается в проеме чтобы следить за закутанным в кокон парнем. Засыпает Антон уже спустя несколько минут. То ли от состояния шока, то ли помогло повторение мантры, но он наконец пережил этот день. *** — Уже выезжаю. — меня разбудил официальный тон Арсения Сергеевича, но я не спешил открывать глаза. События вчерашнего вспышками всплывали в голове. — Нет, без меня не начинать. — доносится металлический звук ключей и покачивающейся пустой вешалки. — Я разберусь с этим лично. — Попов накидывает пальто и уходит. Уже с утра не в духе? Куда он? Зато можно не боятся столкнуться с ним. Я пока точно к этому не готов. Утро начинается не с кофе, а с саднящей красной задницы. Я кое-как разлепил глаза и отправился в холодный душ. И как быть? Я сам довел его. Практически попросил его об этом. Блять… приключений мне на жопу всегда хватало но главное даже не это. У вас когда нибудь случалось такое что вы попробовали что-то новое, необычное, что никогда не ели до этого определенного момента ранее и вам неожиданно так, чертовски сильно, понравилось? А вы даже не знали, что это настолько вкусно! Не то чтобы вы никогда не видели реклам или не ели эти продукты по отдельности, но впервые осознали как в совершенстве вам нравится есть их вместе. В такой пропорции, в таком порядке, в таком-то заведении, в такое-то время. И после этого открытия вы хочете есть это в безграничных количествах, как можно чаще. Так появляются «любимые блюда». Представляете, мы не сразу их находим, а только в тот самый «особый» первый раз, осознаем что это бесподобно. И да, как бы смешно это не звучало потому что мы все еще говорим о еде, но мы влюбляемся. Вас могут угостить или вы сами решили поэкспериментировать и обнаружили это чудо. У каждого своя история, но мы даже не спрашиваем порой: где попробовал? Почему нравиться? Тебе просто нравиться и всё… это даже не объяснить. Хотя может совсем не нравится остальным и они даже будут называть вас странными, с экзотическими вкусами, но от этого ваша любимая еда не станет вам нравится меньше, верно? Вы конечно можете перестать ее есть, если вы слишком мнительный и зависимый от чужого осуждения, но вы будете сами себя мучать, ведь вам то все равно хочется. И вы все равно любите. Будете есть ночью пока остальные спят и не видят бесшумно прокравшись к холодильнику или тайнику. Смешно… А представь где-то в мире есть тот салат, или пирожное, а может редкий вкус мороженого, сорт мяса, дорогой хлеб, вино или не выпускаемый в твоей стране вид доширака, что ты еще никогда не пробовал и поэтому так до сих пор даже и не знаешь насколько сильно обожаешь его! Еще не открытая и неизведанная тобой еда. Она ведь еще наверняка есть. А люди иногда боятся изменить своим привычкам и попробовать что-то новое. Сами лишают себя удовольствия и радости от такой вкусноты. Великое упущение на самом деле… Я слегка углубился пока визуализировал что-то издалека похожее на то что чувствую. Но теперь о серьезном. Я только что кажись нашел свое «любимое». Нет речь далеко не о еде, но сравнение и попадание по-моему стопроцентное, ведь раньше я и не знал что схожу с ума от жесткого секса… Меня выпороли и я захотел подчиняться. И да, блядь это тебе не вишневые пироги любить, но черт не пробовал же раньше, а теперь вот сижу и думаю как жил без этого и отрицать не могу и не рассказать никому. А сука, Попов, знал и нагло воспользовался, показал как много он может! И это… как быть с рождения вегетарианцем и попробовать впервые мясо. Арсений в таком случае мой запретных кусок мяса, а Оксана… боже…она полезные фрукты. А я не то чтобы привык сидеть на диете. Я вообще никогда на ней не сидел. Черт, черт, черт… Мне понравилось. Так сильно что и оправдать себя даже не стараюсь. Когда он брал грубо, без разрешения, вжимая в матрас и стискивая до синяков запястье, я чувствовал желание угодить и хер знает откуда оно появилось в тот момент я готов был следовать приказам и это невозможно стыдно и совершенно логически необъяснимо. Я просто больной. Людям обычно не нравится когда им указывают. А я получил от этого эйфорию. И я не знаю что с этим делать. И теперь я просто сижу в ванне и не знаю как с таким открытием дальше быть. А я девственник в душе. И может когда-то у меня и был секс, но я же не помню ни черта и теперь для меня это все впервые. Может мне и нежно понравится. Не пробовал ведь. Но то что я ощутил когда меня взяли под контроль, до жути пугает своей притягательностью. Кажется у меня фетиш… ещё и такой. Ну какого хера, Антон?! Будто у тебя и так проблем было мало. А болит до сих пор. Дьявол.