Жутко, чудаковато, фатально: Семейка Аддамс АУ

Пран по-прежнему игнорирует его в школе. Пат занимается регби и почти 3 года ходит в тренажерку: он набрал мышечную массу. Ростом он тоже не подкачал. Парни в школе восхищаются им и хотят с ним дружить, девчонки дарят ему сладости и поджидают у шкафчиков, чтобы попросить Line ID. Пат популярен. --- Пат карабкается по плющу к окну Прана и коротко стучит в стекло. Пран выныривает из своей рабочей зоны и поднимает для него ставни. — Я слышал, ты уже сдал финальную работу по алгебре? — оказавшись в комнате, говорит Пат. — Мн, — отвечает Пран, возвращаясь к своим проводам и штуковинам. — Раньше всех! — восхищается Пат. — Что ты будешь делать оставшиеся две недели? — В понедельник я улетаю во Францию, — говорит Пран. Улыбка на лице Пата застывает и становится резиновой. — Снова на все лето? — Мн. Сегодня пятница, и это значит, что в следующий раз Пат увидит Прана только в сентябре. Сегодня они не играют. Пат смотрит, как Пран работает, и периодически тот просит его передать какой-нибудь инструмент или подержать рулетку. Когда настенные часы с кукушкой бьют 10, и Пату нужно возвращаться домой, он долго мнется у окна. — Хорошо тебе съездить, — говорит он. — Увидимся в сентябре. — Мн, — говорит Пран, не поднимая головы. — Я... — во рту Пата все пересохло, и он тяжело сглатывает, — ...буду ждать тебя, знаешь. --- Когда 2-го сентября в комнате Прана снова загорается свет, Пату приходится задействовать весь здравый смысл и силу воли, чтобы уговорить себя не пойти туда немедленно. Уже полночь, и Пран, наверное, устал с дороги. Пат пробирается к Прану на следующий вечер. Пран открывает для него окно и указывает в сторону стула с ремнями. — Сними обувь. Садись. Времени мало. Пат скидывает кеды, забирается на стул и самостоятельно пристегивает ремнями обе ноги и левую руку. Пран проверяет, достаточно ли туго он затянул крепления, затем пристегивает правую руку. Пран изменился за лето. Он подрос, а его меланхоличность стала будто бы более взрослой. Его большие грустные глаза теперь еще выразительнее на чуть исхудавшем, бледном лице. Пран прижимает два пальца к шее Пата и ждет. — Учащенный, — наконец, говорит он, и вопросительно приподнимает бровь. — Я бежал, — врет Пат. Пран бросает на него нечитаемый взгляд, затем отворачивается, чтобы что-то взять. У Пата ощущение, что тот ему не верит. — У меня готов только пробный образец. Я сделал его по подобию орудия пыток испанской инквизиции, но с моими модификациями. Нужно поэкспериментировать и понять, насколько это работает и какие улучшения нужны. Пран больше не зовет их затеи играми. Теперь это эксперименты. Пран надевает ему на ногу железную штуковину и защелкивает ее вокруг голени. Он берется за рычаг сбоку и крутит. Что-то щелкает, и в ногу Пата впиваются десятки тупых гвоздей. Пат стискивает зубы и царапает ногтями деревянный поручень стула. Пран крутит дальше, и боль усиливается. Пат часто дышит, перед глазами плывут цветные пятна. Он сосредотачивает внимание на Пране, которого не видел почти 3 месяца. Пран поднялся на ноги и стоит напротив него. В свете лампы его лицо выглядит мягким, домашним. Он фиксирует что-то в блокноте, затем бросает на Пата внимательный взгляд. Он задает такие вопросы, как: «Что ты чувствуешь?» «Как бы ты описал боль?» «Насколько она сильна по шкале от 1 до 10?» «Где еще по телу есть отзвуки боли из ноги?» Сделав заметки, он снова склоняется над аппаратом и активирует другой рычаг. Вся конструкция начинает медленно вращаться по спирали вокруг голени Пата. В этот раз боль невыносимая. Пат кричит. --- Когда они заканчивают, Пат вымотан и покрыт тремя слоями пота. Пран снимает устройство с его ноги, и Пат свешивает голову, чтобы оценить повреждения. Кожа покраснела, видны отпечатавшиеся вмятины зубчиков и зацветающие синяки, но разрывов нет. — Я смогу ходить? — спрашивает он. — Это имеет значение? — говорит Пран, распутывая ремень на его левом запястье. Пат глядит на его сосредоточенное лицо и понимает, что это действительно не имеет значения. Даже если этот эксперимент будет стоить ему жизни, он все равно придет и займет место на этом стуле. Потому что это его место. Распутывание ремня занимает больше времени: Пат как обычно дергал со всей силы и перетянул крепления. Лицо Прана совсем рядом. Пат думает, что Пран красивый. Его лицо светится интеллектом и взрослым спокойствием. Пран такой загадочный, непонятный и далекий. Пат всего лишь хочет... Пат всего лишь хочет быть чуть ближе к нему. Пат сам не понимает, как подается вперед и прижимается губами к щеке Прана. Только отстранившись он осознает, что произошло и какие последствия у этого могут быть. Он старается не паниковать слишком заметно. Он снова сделал что-то не подумав. Пран окидывает его серьезным взглядом. — В моей комнате ты делаешь то, что я тебе говорю. Если ты хочешь сделать что-то кроме этого, ты спрашиваешь разрешение, — говорит он. Пат выдыхает. По крайней мере, Пран не зол и не выгоняет его. — Извини, — искренне говорит Пат. — Я не должен целовать людей, не спросив разрешения, — он сглатывает нервозность и облизывает пересохшие губы. — Можно тебя поцеловать? Пран отходит на пару шагов и скрещивает руки на груди, разглядывая Пата. — Зачем мне это? — скучающим тоном спрашивает он. Теперь обе руки Пата свободны, и он наклоняется, чтобы быстро распутать ноги. Его мозг лихорадочно перебирает идеи. Вот бы он так думал на контрольных по алгебре. Пат соскальзывает со стула и проверяет, держат ли его ноги. Поврежденная голень ощущается болезненно, но в целом сносно. Он встает напротив Прана. — Я омерзительный, — заявляет Пат. — Ты любишь омерзительные вещи, — он кивает на небольшой аквариум с тарантулом на прикроватной тумбочке и на плакат с личинками колорадского жука рядом с книжными полками. — Поцелуй будет омерзительным, как ты любишь. Несколько секунд Пран размышляет. — Мн, — говорит он и поворачивает голову, подставляя щеку. Пат делает шаг вперед, останавливаясь вплотную к Прану. Сердце уходит в пятки. Он ощущает знакомый запах Прана: древесные нотки, земля, старые книги. Кожа Прана такая бледная, почти прозрачная. Он как будто не принадлежит этому миру, словно существо из таинственного потустороннего царства. Опасное и привлекательное существо. Пат целует щеку Прана, задерживается губами на несколько секунд. Щека прохладная и гладкая, и в груди Пата так горячо, так трепетно. Ему хочется стоять так вечно: чувствуя кожу Прана под своими губами, слушая его ровное дыхание. Он заставляет себя отстраниться. Вылезая тем вечером из окна комнаты, Пат понимает, что подсел на Прана уже давно, и только что увеличил дозу.