Ты — лучшее, что было у меня

Наступил день решающего испытания. За гриффиндорским столом было особенно шумно. Все обсуждали предстоящее событие, предполагая что именно могли заготовить для чемпионов организаторы. Исключением были, разве что, чемпионы, которые днями напролет до этого тренировались, а сейчас всячески старались скрыть растущее напряжение. Луна видела это своими глазами, Гарри пустым взглядом пялился на свою тарелку с картофелем и куриной сосиской, во время обеда, тогда как, Гермиона и Рон пытались взбодрить друга, заставляя поддерживать с ними беседу. Фред и Джордж, наоборот, были воодушевлены предстоящим испытанием, и уже подготовили все необходимое для продажи, сложив товары в огромную деревянную коробку, Джинни с блеском в глазах слушала разговоры братьев о планах на заработанные деньги. Ребята очень удивились, когда на пороге Большого зала появилась миссис Уизли в сопровождении Билла. Заметив ребят, она радостно замахала им рукой, и двинулась к их столу, Билл в этот момент остановился, завязав разговор с Флер Делакур. — Это наш сюрприз! — взволнованно воскликнула миссис Уизли, приближаясь к Гриффиндорскому столу, — Мы при­ехали болеть за Гарри! После, миссис Уизли поприветствовала всех своих детей, по очереди целуя и обнимая. — Здравствуй, Луна, — улыбнулась женщина, присаживаясь рядом. — Здравствуйте, миссис Уизли. — Как твои дела? — спросила она, с интересом глядя на когтевранку. — А.. Нормально, — ответила девушка, и заметила как миссис Уизли по очереди подглядывает на неё, и на семейство Диггори, которые стояли в дверях Большого зала, — А у вас? Не успела миссис Уизли в ответ и слова молвить, как в их поле зрения появилась профессор Макгонагалл, объявившая, что чемпионы обязаны явиться в тренировочный отсек сразу после обеда. — Пойду, пожелаю удачи Седрику, — сказала Луна, соскакивая со скамьи. — Конечно, конечно, — закивала Молли Уизли, — Обязательно пожелай, ему будет приятно. Луна озадачено взглянула на взволнованную миссис Уизли и двинулась прямиком к семейству Диггори. Невысокая стройная женщина, заметив Луну, замолкла и улыбнулась девушке, осматривая ее с ног до головы. — Здравствуйте, — улыбнулась когтевранка, обращаясь к родителям Седрика. — Здравствуй, — улыбнулась миссис Диггори, протянула Луне руку, и принялась с силой жать ее. — Привет, — сказал Седрик, обращаясь к подруге, и с недоумением наблюдая за приветствием матери. — Мы с тобой встречались на Чемпионате по квиддичу, верно? — спросил Амос, пожимая руку девушки, Луна кивнула. — Хотела пожелать тебе удачи на предстоящем испытании. Помнишь мои слова? — заговорила когтевранка, улыбнувшись Седрику. — О том что у меня плохое чувство юмора? — Вообще-то ты сам назвал своё чувство юмора плохим! — рассмеялась девушка, — Я о другом. — Конечно, — улыбнулся парень, демонстрируя кулон из-под своей футболки. — И то, что с тебя сливочное пиво в случае победы, — напомнила подруга. — Я помню, — улыбаясь, ответил он. — Отлично, — сказала Луна, крепко обнимая Седрика, — Тогда до вечера! И тут, словно из воздуха перед ними возникла Чжоу Чанг. — Здравствуйте, — улыбнулась она мистеру и миссис Диггори, — Привет, Луна. К счастью, Луна и Седрик смогли донести до Чжоу лживость статей Скитер. К тому же, Диггори уговорил подругу рассказать его девушке о том, что у Луны есть чувства к Фреду, чтобы Чанг окончательно успокоилась. Седрик, конечно, взял с Чжоу слово, что она не проболтается даже своим подругам. Однако, несколько раз Луна ловила заинтересованные взгляды от подружек Чанг, проходя мимо них. — Ладно, мне пора. Всего доброго, — сказала Луна, повернувшись к родителям Седрика, они одарили ее дружелюбной улыбкой, и она направилась обратно к столу Гриффиндора. — Каков наглец! — возмутилась Молли Уизли, когда Луна присаживалась за стол. — В чем дело? — спросила она, глядя на рассерженное лицо миссис Уизли. — Ты только посмотри на этого Диггори! Обернувшись, Луна увидела как Чжоу привычно поцеловала Седрика, и двинулась дальше в Большой зал. Его родители застыли с озадаченными лицами, сначала поглядев на сына, а затем проводив Чанг удивленным взглядом. — Милая, как ты? — ласково спросила миссис Уизли, обращаясь к Луне. — Вы о чем? — удивилась девушка. — Ну как же.. — растерялась женщина, — Не говори, что считаешь это нормальным! Его смазливая мордашка не должна закрыть глаза на такое.. Фред и Джордж синхронно пшикнули от смеха, глядя на свою мать, а миссис Уизли обернулась на них, одарив недобрым взглядом. — Они не встречаются, мам, — не выдержав, сказал Фред, — Статья в «пророке» наглая ложь. Миссис Уизли задумалась, будто переваривая новую информацию, и еле слышно заговорила: — Ох, а я то думала.. и его родители, они тоже были уверены.. — Не стоит верить статьям Скитер, ма, — сказал Джордж, — Уж кому как не тебе это знать. — Я, конечно, не поверила словам Скитер о том, что ты угрожала их репортеру..— заговорила она. — Зря, — улыбнулась Луна, — Как раз это было правдой. Фред и Джордж рассмеялись, глядя на реакцию своей матери. *** Приближалось начало третьего испытания, Фред, Джордж и Луна отошли от остальной компании для продажи вредилок близнецов. Поле для квиддича изме­нилось до неузнаваемости. По всему периметру поднялась плотная живая изгородь. Пря­мо перед зрителями, в изгороди чернеет проем — вход в лаби­ринт. Коридор внутри него, образованный густым кустарником, уходит в черноту. Когда они продали почти всю коробку с вредилками, то уселись на места болельщиков, рядом с остальными. Незаметно для миссис Уизли, Фред и Джордж продемонстрировали Джинни мешочек, наполненный галеонами, их младшая сестра громко хихикнула, и они еле-как успели спрятать добычу в карман, когда Молли на них обернулась. — Леди и джентльмены, третье и последнее состяза­ние Турнира Трех Волшебников начинается! — начал свою речь Дамблдор, — Разрешите мне напомнить вам турнирное положение участников на сегодняшний день! Первое место делят между собой ми­стер Седрик Диггори и мистер Гарри Поттер, оба — шко­ла «Хогвартс», у каждого восемьдесят пять очков! По трибунам болельщиков пробежали возгласы, крики и аплодисменты. Дамблдор поднёс к губам волшебную палочку, сделав свой голос громче и продолжил: — Итак, первыми в лабиринт заходят Гарри Поттер и Седрик Диггори, они бегут по свистку нашего беспристрастного судьи — мистера Бэгмена. Дамблдор обернулся на Бэгмена и махнул рукой. — Три! Два! Один! — прокричал Бэгмен. Он резко свистнул, и Гарри с Седриком первыми устремились внутрь лабиринта. Когда Флер Делакур вместе с Виктором Крамом исчезли в темноте изгороди, вход за ними затянулся. Все болельщики замерли в ожидании, возле трибун раздавалась громкая музыка, поддерживающая волнующую атмосферу в рядах наблюдателей. Спустя время, близнецы принялись громко спорить о том, кто же все таки одержит победу. С другой стороны миссис Уизли рассказывала Джинни и Гермионе о своих школьных годах в Хогвартсе. К слову, весь сегодняшний день, компания слушала ностальгические рассказы Молли Уизли о временах молодости и знакомстве с Артуром во время обучения в школе. Однако, Луна не могла поддержать ни один из диалогов, происходящих вокруг. Внутри, с каждой секундой, все больше росла необъяснимая тревожность. Она как зачарованная смотрела на лабиринт, пытаясь обнаружить там хоть какое-то движение. Трудно сказать, сколько времени прошло в напряжённом ожидании, но первой из турнира выбыла Флёр, девушка была без сознания. К ней сразу кинулась небольшая кучка организаторов, погрузив ее на волшебные носилки, которые отнесли француженку в больничное крыло. Затем из лабиринта появилось бессознательное тело Виктора Крама, повторившего судьбу Флер Делакур: парень, точно так же отправился в больничное крыло к мадам Помфри. Все сильнее Луну затягивало в пучину тревожности, она сама не заметила, как крепко сжала руку Фреда, сидевшего от неё по правую сторону. Казалось бы, что может произойти? Но девушку не покидало ужасное предчувствие. Болельщики Гарри и Седрика застыли, наблюдая за зелёной изгородью огромного лабиринта, а зрители, болеющие за выбывших чемпионов, в это время обменивались короткими фразами. Закусив губу, Луна посмотрела на лабиринт, сердце начало биться быстрее. Глубоко вздохнув, она постаралась посчитать в уме до десяти, но тревога даже после этого никуда не уходила. — Ты как? — спросил Фред, почувствовав дрожь девушки. — Очень тревожно, — ответила Луна, взглянув на него, — Сколько прошло времени? Фред взглянул на наручные часы и ответил: — Где-то часа полтора. В воздухе все больше ощущалось напряжение, все в один миг замолкли, будто вот-вот что-то произойдёт.. И это что-то произошло. Вдруг раздался звук, заставивший некоторых зрителей вскочить. И на поле появились Гарри и Седрик, завалившиеся прямо на траву. Толпа принялась радостно аплодировать, часть болельщиков воскликнули, увидев Кубок рядом с парнями. — Что с ними? — спросила напуганная Луна, глядя на то, как Поттер крепко вцепился в рубашку неподвижного Седрика. Все молчали, наблюдая за происходящим. К тому моменту, возле чемпионов собрались Бэгмен, Дамблдор и министр магии — Корнелиус Фадж. — Диггори! — закричал Фадж, склонившись над обездвиженным пуффендуйцем, — Дамблдор, он мёртв! До Луны не сразу дошёл смысл слов министра, она с минуту продолжала наблюдать как возле, лежащего на траве друга, образовывается толпа. Когда к ней пришло осознание, ее обуял всепоглощающий, рушащий все внутри, ужас. — Он просто оглушён.. Так же как Флер и Виктор, да?! — дрожащим голосом спросила она, поворачиваясь к остальным. Все вокруг молчали, со страхом глядя туда, где лежал Седрик. Внутри все похолодело. Этого просто не может быть, это какая-то затянувшаяся шутка. — Бедный мальчик, — тихо всхлипывая, произнесла миссис Уизли. — Пропустите, это мой сын! — раздался, чей-то крик, больше похожий, на вопль раненого зверя. Повернувшись на вопль, Луна увидела как к Седрику несётся Амос Диггори, расталкивая толпу на своём пути. На ватных ногах, не осознавая что делает, она поднялась со своего места и поплелась к другу, пробираясь сквозь оглушающие крики, топот ног и гул множества голосов. Вот он, лежит на траве прямо перед ней и почему-то не двигается. Почему никто не применил контрзаклятие? Почему он до сих пор лежит с широко распахнутыми глазами, устремив пустой взгляд в небо? — Седрик? — еле произнесла Луна, опускаясь не колени рядом с ним, — Пожалуйста, поднимайся. Ты же простудишься. Она коснулась его лба, убирая с него прядь русых волос. Холодная, мертвенно-бледная кожа, подтвердила самое страшное. Он мёртв. Это казалась невозможным, ведь буквально пару часов назад он улыбался, разговаривал, дышал.. Почему сейчас он лежит, надев на себя неподвижную маску? Ее глаза тут же заслонила пелена слез. — Седрик, посмотри, ты выиграл Кубок.. Вставай, ты же обещал.. — умоляла подруга, гладя его ледяную щеку. Она молила его о том, чтобы он вновь открыл глаза, улыбнулся и поднялся земли. Но мертвые не могут двигаться. Он заснул вечным сном, держа в одной руке волшебную палочку, а другой вцепился в этот чертов кулон, висящий на шее. Безделушку, которая должна была принести ему удачу. В один миг все вокруг исчезло, больше не был слышен истошный рев мистера и миссис Диггори, напуганный голос Фаджа и рыдания Чжоу Чанг. Единственное, что сейчас существовало — бездыханный друг, распластавшийся на земле. — Вставай! — закричала Луна изо всех сил, сама не узнавая свой голос. Ей хотелось, чтобы все это было страшным сном, розыгрышем.. Перед глазами замелькали воспоминания, нанося новые удары, причиняя очередную порцию боли. Девушка почувствовала, как сотрясается в рыданиях, и рухнула на землю, закрыв лицо ладонями. Голос сорвался от рыданий, казалось, что он вовсе не принадлежит ей, что кто-то другой копирует слова, которые вырываются из ее рта. Вдруг кто-то подхватил ее под руки, все дальше отдаляя от Седрика. Того самого друга, которого она уверяла, что все будет хорошо.. Того, кто даже не успел вдоволь насладиться жизнью.. Кого смерть разлучила с родителями слишком рано.. — Отпусти меня! — закричала она, пытаясь вырваться из крепкой хватки сзади. — Луна, солнышко, — прошептал родной голос, — Прошу, успокойся. На миг придя в себя, она увидела, убитых горем родителей Седрика. И осознала, что им сейчас тяжелее всех.. Она не поняла как ее усадили на скамью. Мимо начали мелькать неразборчивые лица, бессмысленно слоняющиеся по полю. Но одно лицо, на долю секунды, заставило ее прийти в себя. Лицо Грюма. В выражении не было ни печали, ни сожаления, только лишь предвкушение чего-то. Протерев с глаз пелену слез, она увидела, что Грюм уводит потерянного Гарри Поттера, вслед за собой. Она медленно поднялась со скамьи, и сама не зная как, бежала до замка, пытаясь нагнать Грюма и Гарри. Вбежав через дубовые двери в холл, она огляделась, их нигде не было. Мысли путались и девушка безуспешно старалась прислушаться к посторонним звукам. Внутри снова все сжалось от боли, она вспомнила пустые глаза Седрика, его руку, сжимающую подарок, который обязан был принести ему удачу, и самое страшное — бледную, ледяную, почти прозрачную кожу. «Сейчас ты нужна Гарри» — возникло в ее голове, будто какой-то посторонний голос привёл ее в чувства. К ней снова пришло осознание происходящего. Вдруг ее осенило. Что, если, он увёл Поттера в свой кабинет? Когда она наконец добежала до кабинета, то прижала ухо к двери, прослушиваясь к голосу Грюма: — Кто вложил твое имя в Кубок? Я. Кто отпугивал каждого, кто, по моему мнению, мог повредить тебе или помешать выиграть Турнир? Я. Кто навел Хагрида на мысль показать тебе драконов? Я. Кто по­мог тебе найти единственно возможный для тебя способ победить дракона? Я. Луна достала из кармана волшебную палочку, готовясь отбиваться, и открыв дверь, вылетела внутрь. — Беги! — раздался истошный вопль Гарри. Девушка резко развернулась, направив палочку на Грюма, нависшего над Гарри, но он был быстрее. — Экспеллиармус! — гаркнул он, да с такой силой, что девушка отлетела прямо к стене. Ее палочка с громким стуком шлепнулась на пол в другой стороне кабинета. Луна застыла от страха, наблюдая за безумным лицом Грюма. — А вот и ты, Луна, — улыбнулся Грюм, — Неожиданно, но очень к месту. — Зачем вы увели Гарри? — спросила она, вздрагивая от каждого слова профессора, — Что происходит? — Ты задаёшь слишком много вопросов, — ответил Грюм, приближаясь к ней. Когда он подошёл достаточно близко, Луна увидела как Гарри бесшумно сполз со стула и медленно пополз к ее волшебной палочке, откинутой заклинанием. Поттер почти коснулся ее рукой, как вдруг, Грюм, будто чувствующий движение сзади, мгновенно развернулся, кинув в Гарри невербальное заклинание. Гарри за долю секунды обмяк на полу. Страх парализовал, она смогла только взглянуть на Грюма, и еле слышно шепнуть: — Он мёртв? — Нет, я оглушил его. Тёмный лорд очень расстроится, если узнает, что я убил Поттера собственноручно. Луна закрыла глаза ладонью, облегченно выдохнув. Хоть расклад был не из лучших, радовало одно — Гарри Поттер жив. — Тёмный лорд?! — Луна вдруг осознала слова Грюма. — Да, но об этом позже, — на его лице появилась мерзкая улыбка, он снова двинулся в ее сторону. Секунда, и он неожиданно скорчился, будто испытывал ужаснейшую боль, прижав к лицу ладони. Он, как раненное животное, кинулся к фляге, стоящей на столе, открыв ее, он хотел было сделать глоток, но, вероятнее всего, она была пуста. Луна решила, что сейчас самое подходящее время преодолеть расстояние и схватить палочку. Но Грюм, одним движением, даже не глядя на палочку Луны, притянул ее к себе, закинув во внутренний карман кожаного плаща. Когда он отбросил руки от своего лица, то оно менялось прямо на глазах. Шрамы стирались, кожа становилась гладкой, нос уменьшался, а седеющие патлы укорачивались, пока не превратилась в коротко стриженые, темного цвета волосы. Искусственный глаз, сам собой выскочил из глазницы, и его тут же заменил нормальный. Когда изменения в его внешности закончились, Луна закрыла рот рукой, тихо пискнув в ладонь от ужаса. Перед ней стоял тот самый тёмный силуэт из снов. Тот самый ночной кошмар. Она, отчаянно, сама от себя не ожидая, кинулась через него к выходу из кабинета. Однако, он одним быстрым взмахом палочки остановил ее, откинув обратно к стене. — Успокойся и поговорим как взрослые люди, — спокойно произнёс он, подступая к ней словно к загнанному в угол зверю, — Теперь мы можем не скрываться под масками, Луна. Пожалуй, начнём с самого начала. Ты, должно быть, не помнишь меня. Отец хорошо подтер твою память. Она абсолютно не понимала о чем он говорит, но теперь ей стало совершенно ясно — он, точно тот, кто находился в их доме. — Кто ты? — спросила она, вглядываясь в его бледное лицо, покрытое веснушками. — Я — Барти Крауч, но не тот о котором ты подумала, — он нервно рассмеялся, — Младший. — Н-но как.. — шептала она, — Ты ведь должен быть мёртв? — Как видишь, я жив! Живее всех живых! — он вскинул руки, — Слушай дальше, на протяжении шести лет мы с тобой встречались каждый раз, когда отец уходил в министерство. Я видел как ты растёшь, учил тебя разговаривать, играл с тобой, и самое важное — пытался привить правильное мировоззрение. Все это происходило благодаря старухе Винки, которая смогла убедить отца, чтобы он хоть на короткое время снимал с меня «Империус». Девушка не верила своим ушам, его слова могли бы быть ложью, если бы не одно НО.. Она своими глазами видела его, когда пробиралась в запретную часть замка. Луна совершено не осознавала что сейчас делать, поэтому, застыв в страхе, уставилась на темноволосого мужчину. Резким движением он преодолел расстояние между ними, и схватил Луну за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. Девушка попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал ее лицо в своей руке. — Как же ты похожа на свою мать! Волосы, губы, нос, даже взгляд.. — произнёс он, внимательно разглядывая ее. «О чем он говорит?» — подумалось Луне, ведь все вокруг говорили, что она абсолютно не похожа на миссис Крауч. — Мои родители были против твоего рождения, говорили, что мы слишком молоды, — продолжил он, — Да и наши увлечения, они, мягко говоря, не поддерживали. Как бы отец не отрицал, но он догадывался, что я вступил в ряд Пожирателей смерти. — Что ты несёшь?! — вырвалось у девушки. — Ты что, до сих пор не поняла? Ты моя дочь. Моя плоть и кровь, — он вновь приблизился к ней, на этот раз так близко, что она ощущала его дыхание, — Я так любил твою мать.. Превосходная волшебница, умная, безумно красивая, благородная.. Наблюдая за тобой в этот год, я изо дня в день, видел ее в тебе. Луна сильнее вжалась спиной в холодную стену, со страхом глядя на него как на сумасшедшего. — Ну же, Луна, пораскинь мозгами, ты же учишься на Когтевране! — воскликнул он, понимая, что она не верит ни единому его слову, — Подумай почему ты так не похожа на остальных Краучей? А моя матушка! Ей на тот момент, было далеко за пятьдесят. Или ты знаешь много волшебниц, рожавших детей в таком возрасте? К тому же, она была тяжело больна в тот момент.. Он потянулся к внутреннему карману своего черного плаща, Луна замерла, ожидая, что сейчас сумасшедший бросит в неё заклинание, но он лишь достал из кармана золотой медальон овальной формы. Открыв его, Крауч протянул украшение девушке. Когтевранка дрожащими руками, взяла медальон, и увидела внутри колдографию. Ее ужасу не было предела. На изображении была девушка, как две капли воды, похожая на неё саму. Волосы незнакомки, такие же белокурые, она улыбалась такой же улыбкой, и смотрела в кадр, такими же зелёными глазами. Только выглядела она на несколько лет старше Луны, на вид ей было лет семнадцать. — Убедилась? — улыбнулся он, глядя на застывшее у Луны выражение ужаса, — Я, конечно, предполагал, что для начала ты окончишь школу, но раз, так удачно сложились все обстоятельства, думаю, Тёмный лорд только обрадуется твоему появлению в наших рядах. Крауч вдруг двинулся к столу, салфеткой доставая из него золотые наручные часы. — Пора, — сказал он, поворачиваясь обратно к Луне. Но не успел он и шага сделать, как дверь буквально выбили заклинанием, на пороге появились Дамболдор, Макгонагалл и Снегг. Ослепительная алая вспышка, выпущенная из их палочек, и Крауч, с оглушительным грохотом свалился прямо на каменный пол. — Крауч! — остолбенел от изумления Снегг, — Барти Крауч! —Боже мой! — профессор МакГонагалл замерла в две­рях и не сводила глаз с лежащего на полу мужчины. Но заметив Поттера, лежащего на полу без сознания, Профессор МакГонагалл отвлеклась от Крауча, с дрожью во всем теле, подошла прямо к Гарри, наклонилась к нему и приложила руку к его шее. — Жив! — воскликнула она, приводя парня в чувства. Гарри приподнялся с пола, держась за голову и облегченно осмотрел всех присутствующих. Макгонагалл взглянула на него, затем на Луну, и произнесла: — Мисс Крауч, мистер Поттер, пройдемте в больничное крыло... — Нет, — ответил Дамблдор. — Но, Альбус, они должны.. посмотрите на них... —Они останутся, Минерва, потому что им нужно по­нять, — прервал ее Дамблдор. — Понимание — это пер­вый шаг к тому, чтобы принять случившееся, и только пос­ле этого они смогут прийти в себя. Дамблдор склонился над неподвижным Краучем, запустил руку во внутренний карман его плаща, вытащил оттуда палочки Луны и Гарри, а следом и медальон. Он открыл его, заметил фотографию девушки и обернулся на Луну. — Он показал мне его, — еле слышно сказала Луна. Дамблдор кивнул. Обернувшись к профессору Снеггу, он сказал: — Северус, достаньте, пожалуйста, зелье правды. Директор открыл рот Крауча и влил ему три капли сы­воротки. Затем указал палочкой на его грудь и произнёс: — Оживи! Он открыл глаза. На лице его не было никакого выражения, глаза смотрели в одну точку. Дамблдор опустился на колени, так чтобы их лица находились на од­ном уровне. —Ты слышишь меня? — тихо спросил Дамблдор. —Да, — так же тихо ответил он. — Я хотел бы, чтобы ты рассказал нам, — начал Дам­блдор, — Кто ты такой? Как ты оказался здесь? И каким образом бежал из Азкабана? Крауч судорожно вздохнул и заговорил: — Я — Барти Крауч младший. Меня спасла мать. Она знала, что умирает, тогда мать упросила отца спасти меня ради нее, и он согласился. Они пришли навес­тить меня, дали мне оборотное зелье, выпив его мы обменялись внешностью. Дементоры были слепы, они не ощутили замены, когда мы с отцом покидали Азкабан. Мать умерла вскоре после этого, она принимала оборотное зелье до самой смерти, и была похоронена под моим име­нем, с моей внешностью. — А что сделал отец, когда доставил тебя домой? — спро­сил Дамблдор. —Инсценировал смерть матери, могила была пуста. Наш эльф выходила меня. Отец применял на мне заклятие «Империус», подавив мою волю. —Стало ли кому-нибудь известно, что ты жив? — тихо спросил Дамблдор, — Знал ли об этом кто-нибудь, кроме твоего отца и домашнего эльфа? — Да, — ответил Крауч, и взглянул на когтевранку, — Знала моя дочь — Луна. Она при­ходила ко мне каждый раз, когда отец уходил в министерство. Но в один момент, Винки проболталась о наших тайных встречах и отец наложил на мою дочь мощное заклятие памяти. Луна заметила как Гарри с непониманием уставился сначала на неё, затем на Крауча. —Расскажи мне о Чемпионате мира по квиддичу, — продолжил Дамблдор. —Это Винки уговорила отца, — все так же монотонно продолжал он, — Она убеждала его полгода, что моя мать хотела бы этого. Пусть он посмотрит, говорила она, он будет в мантии-невидимке. В конце концов он согласился. Все было тщательно спланировано, отец с самого утра отвел меня и Винки в верхнюю ложу, эльф должна была говорить, что держит место для моего отца. Я, неви­димый, должен был сидеть на нем. Мы собирались уйти после того, как все покинут ложу. Но Винки не знала, что ко мне возвращается сознание, и я сопротивляюсь «империусу» отца. Я будто очнулся от долгого сна, оказавшись в толпе после матча. Увидев волшебную палочку, которая торчала из кармана какого-то мальчишки. Я взял ее, Винки об этом не знала. —И что ты сделал с этой палочкой? — продолжил Дамблдор. —Мы пошли обратно в палатку, — ответил Крауч, — Потом мы услышали их. Мы услышали Пожирателей смер­ти. Тех, кто никогда не был в Азкабане. Тех, кто ни минуты не страдал ради моего хозяина. Я был разъярен. Винки испугалась, увидев, как я разгневан. Она исполь­зовала свою собственную, эльфовскую магию, чтобы при­вязать меня к себе. Она вытащила меня из палатки и уволокла в лес, подальше от Пожирателей смерти. Я старался задержать ее, и использо­вал украденную палочку, чтобы запустить в небо Черную Метку. Появились волшебники из Министерства, они кинули оглушающие заклятия. Одно из заклятий прошло между деревьями, за которыми прятались мы с Вин­ки. Связь между нами была разорвана. Мы оба были оглу­шены. Когда Винки нашли, отец не знал, что я был неподалёку, укрытый мантией-невидимкой. Он уво­лил Винки. Она подвела его. Она дала мне возможность убежать, — голова Крауча качнулась, и по его лицу расползлась безумная улыбка, — Когда я нашёл хозяина, мы прибыли в дом к моему отцу около полуночи. Улыбка на лице Крауча стала еще шире, будто бы он вспомнил самый приятный момент своей жизни. — Все случилось быстро. Хозяин наложил заклятие Империус на моего отца. Теперь под контролем оказался отец. — И что Волан-де-Морт велел тебе сделать? — продолжал допрос Дамблдор. — Он спросил меня, готов ли я рискнуть всем ради него. Я мечтал, я больше всего на свете хотел послужить ему, доказать, чего я достоин. Он сказал, что ему нужен верный слуга в Хогвартсе. Слуга, который незамет­но проведет Гарри Поттера через Турнир Трёх Волшебников. Обеспечит его победу и превратит Кубок в портал, который отнесет первого, кто его коснется, к моему хозяину. Но сна­чала... — Вам нужен был Аластор Грюм, — прервал его Дамбл­дор. Голос его был спокоен, хотя глаза метали молнии. — Я заранее приготовил Оборотное зелье, пробрался к нему в дом. Грюм сопротивлялся, но мне удалось одолеть его. Выдернув пару волосков, я добавил его в зелье, выпил, и стал двойником Грюма. Затем я заточил его в сундук и отправился в Хогвартс. Я дер­жал его живым, под заклятием «Империус». Мне были нужны его волосы, чтобы делать обо­ротное зелье, добыть остальные ингредиенты было легко. — Что стало с твоим отцом? — спросил Дамблдор. Сердце Луны сжалось, больше всего на свете она боялась узнать страшные подробности о своём отце.. точнее, о том, кого она считала отцом на протяжении пятнадцати лет. — Он ускользнул. Через некоторое время он стал сопротивляться заклятию Империус, точно так же как и я. Были мо­менты, когда он прекрасно понимал, что происходит. Хозяин решил, что отец больше не должен выходить из дома. Вместо этого он заставил его писать письма в Министерство. Он заставил его написать, что он бо­лен. В один момент отец бежал. Хозяин догадался, что он направ­ляется в Хогвартс. Отец собирался рассказать обо всем. Признаться. Хозяин сообщил мне о по­беге отца, приказал остановить его любой це­ной. Я ждал и наблюдал. Наконец, однажды вечером, я наблюдал за Луной, одевшись в мантию-невидимку, я знал что отец первым делом попытается связаться с ней, и к моему счастью, так и вышло. Я был рядом, когда моя дочь и Диггори сидели возле озера, тогда-то и появился отец. Как только Диггори убежал в замок, я должен был избавиться от отца. Но я не хотел причинять вред Луне, поэтому оглушил ее. А после, убил своего отца. —Нет.. — еле слышно произнесла Луна. Глаза наполнилось слезами, она с ненавистью смотрела на Крауча, готовая прямо сейчас использовать на нем непростительное заклинание. Внутри все кипело от ненависти к нему. —Ты убил своего отца, — тихо повторил Дамблдор, — И что ты сделал с телом? — Отнес его в лес. Трансфигурировал тело и превратил его в кость, зарыв в земле. В комнате повисла гробовая тишина, которую, нарушила Луна, рухнувшая на каменный пол без сознания.