Ты — лучшее, что было у меня

Луна почувствовала, что виски придало ей уверенности и заговорила: — Я знаю, что вы встречались с Ривер Питерс. Блэк нахмурил брови, вновь отпил большой глоток из своего стакана и внимательно посмотрел на Луну. — Крауч младший, — продолжила она. Лицо Блэка скривилось, будто кто-то сказал что-то оскорбительное в его присутствии, — Он рассказал мне о том, что я его дочь. — И что?! — рявкнул Блэк, — Что ты хочешь услышать? — Дамблдор показал мне часть воспоминаний Крауча. Лицо Блэка утратило всякую схожесть со своей беззаботной молодой версией, приобретая задумчивое выражение. Он одним глотком осушил содержимое своего стакана. — Я хотела бы узнать больше о матери, — неуверенно произнесла девушка, — Я не понимаю ее истинных мотивов, возможно, я что-то упустила. Это съедает меня изнутри. — Нет, — отрезал Сириус. Затем взглянул на Луну, будто на секунду увидев в ней другого человека, — Мы не будем говорить с тобой на эту тему. — Почему вы не хотите рассказать мне о ней? — Это явно не твоё дело. — А по-моему, мое, — возразила девушка, — Я пятнадцать лет жила в неведении, а сейчас мне сообщают, что мои настоящие родители были Пожирателями смерти. Я видела момент, когда мой отец и Регулус Блэк ещё не стали прислужниками Темного лорда, мать, с которой вы сидели за одним столом и мило беседовали. Я лишь хочу понять каким образом она превратилась в бледную копию себя, трясущуюся от страха и умоляющую об отмене задания от Волан-де-Морта. — Что ты сказала? — удивился Сириус, уставившись на неё, — Что с ней стало? — А вы не знали? — Конечно не знал! Мы перестали общаться как только она вступила в ряды Пожирателей! — В последнем воспоминании Крауча она умоляла отца отказаться от задания, — Луна сделала короткую паузу, взглянув в чёрные глаза Блэка, — Пожалуйста, я не прошу о многом, просто расскажите часть того, что осталось в ваших воспоминаниях. В память о той девушке, которую вы знали. Сириус уставился в пустоту задумчивым взглядом, тяжело вздохнул и начал: — Мы начали общаться, когда она была на четвёртом курсе. Признаюсь, я и до этого обращал на неё внимание, но меня всегда отталкивали ее слизеринские подружки и манера общения. Хотя, в этом мы были с ней похожи, — улыбнулся он, — Я предлагал ей прогуляться, но раз за разом получал отказы, пока в один момент, она сама не подошла ко мне после тренировки по квиддичу, — Сириус серьезно взглянул на Луну, — Ты безумно на неё похожа. Сначала, я даже не поверил своим глазам, увидев тебя впервые. — Какой она была? — Она была словно искра, разжигающая внутри пожар. Безумно талантливая, активная, весёлая.. Думаю, именно поэтому, она сводила с ума парней одним только взглядом. Я долго не хотел признавать, но она была первой и единственной в кого я по-настоящему влюбился.. — Почему вы расстались? — Я мог бы соврать тебе, и сказать, что мы не сошлись характерами, но на самом деле это было необходимо и на это была тысяча причин. Главная — мировоззрение, как раз из-за этого я покинул этот самый дом, — он вскинул руки, — Она, как и мои родственнички, была убеждена в превосходстве чистоты крови. — Из-за этого вы не общались с Регулусом? — Вся моя семейка считала, что Волан-де-Морт прав в идейном отношении. Они всей душой были за очищение расы волшебников, за избавление от магловской примеси, за то, чтобы у руля стояли чистокровные. И они не были в этом одиноки. Очень многие до того, как Волан-де-Морт показал себя во всей красе, полагали, что у него очень даже здравые идеи... Но когда родители увидели, на что он готов пойти ради власти, они струсили. Впрочем, я уверен, что они считали Регулуса, который сразу встал под его знамена, настоящим героем. — Что с ним стало? — Его уничтожил Волан-де-Морт. Или, скорее, его уничтожили по приказу Волан-де-Морта. Вряд ли Регулус был такой важной персоной, чтобы Волан-де-Морт стал лично им заниматься. Насколько мне удалось выяснить после его гибели, Регулус ввязался в какую-то игру, а потом запаниковал из-за того, на какие дела его хотели послать, и попытался пойти на попятный. Но Волан-де-Морту ведь не подашь прошение об отставке. Либо пожизненная служба, либо смерть. Луна прижала руку ко рту, вспоминая того кудрявого темноволосого паренька, восхищающегося темными искусствами и Волан-де-Мортом. — Выходит, мою мать тоже уничтожили? — Это мне неизвестно.. — произнёс Блэк, судорожно вздыхая. — Дамблдор сказал, что воспоминания Крауча о том дне изменены или подтерты, — еле слышно сказала Луна, — Но я не могу поверить, чтобы он убил ее.. — Поверь, он был способен на это. Для преданных сторонников Волан-де-Морта его слово — закон. — Надеюсь, что узнаю это, — вырвалось у девушки. — Не хочу расстраивать, но тебе вряд ли удасться узнать это. Крауча казнят в ближайшее время. Луна промолчала, глядя в чёрные глаза Блэка. Недолгое молчание прервали громкие шаги, разносящиеся по коридору, ведущему на кухню. Луна быстро поднялась со стула, Сириус встал вслед за ней, и оба двинулись к выходу. Секунда, и на пороге стояла разъярённая миссис Уизли, поставив руки в боки. — Спокойной ночи, миссис Уизли, — сказала Луна, пробегая мимо женщины. Она лишь ошарашенно наблюдала за тем как Луна и Блэк, прихвативший бутылку огневого виски покидают кухню. Поднявшись по лестнице, Луна обернулась на Блэка, улыбнулась и шепнула: — Спокойной ночи, спасибо за разговор. Блэк слабо улыбнулся в ответ, кивнул и Луна несколько секунд наблюдала за тем, как мужчина скрываться за дверью, ведущей в его комнату, а затем направилась к своей. Войдя внутрь, она тут же улеглась на кровать и только коснулась головой подушки, сон поглотил ее. Следующим утром Луна проснулась от звука открывающейся двери, девушка приложила руку ко лбу и села на край кровати, не поднимая глаз на вошедшего. После пробуждения она во всю силу испытала на себе последствия огненного виски, выпитого прошлой ночью. Казалось, что ещё никогда в жизни ее голова так сильно не раскалывалась. — Ты не избежишь уборки, если будешь спать до обеда, — громко произнёс голос Фреда. — Можно потише, — прошипела Луна, поднимая взгляд на дверь. В проходе стояли Фред и Джордж, с улыбками наблюдая за подругой. — Чего это с тобой? — спросил Джордж, вскинув одну бровь. — Я хочу воды, — сказала Луна, вставая с кровати, и до сих пор держась за голову. Выйдя в коридор, слева от неё открылась дверь, и из-за неё тут же показался хозяин дома. Сириус вышел в таком же положении, прижав руку к голове. — Чего расшумелись? — разозлился он, — Я убью Наземникуса! Он клялся, что это качественное виски. — Доброе утро, старина, — сказал Джордж, наблюдая за Луной и Сириусом. — Если бы оно было добрым.. — прошетал мужчина, направляясь вниз по лестнице, — Идём, Луна, есть одно средство, чтобы сейчас стало легче. Луна молча последовала за Блэком. Зайдя на кухню, он подошёл к кухонному шкафчику и достал из него коробку. Покопавшись в ней несколько секунд, он вынул из неё пакетик с шипучим персиковым чаем. — Сейчас смешаем его с лимонным соком, — сказал он, доставая баночку сока, — И головной боли как не бывало. — Это точно поможет? — Поверь, мне часто приходится прибегать к такому методу лечения, — улыбнулся он. Мужчина с минуту возился над стаканами, а после протянул один девушке. Луна взяла в руки стакан, рассматривая желтый пузырящийся напиток, и понюхав, буквально одним глотком выпила содержимое. — Ага! — послышался женский голос откуда-то сзади, — Так и знала! Вот вы и попались. — Боже, Молли, прошу тебя, тише, — зашипел Сириус, прижимая руку к голове. Обернувшись, Луна увидела стоящую в дверях миссис Уизли, она была не в самом лучшем расположении духа. А сзади, в коридоре, девушка заметила ещё один приближающийся силуэт. Присмотревшись, она узнала в нем Дамблдора. Чуйка сразу подсказала, что сегодня он посетил дом Блэка явно не для собрания «ордена феникса». — Доброго дня, — произнёс Дамблдор, — Луна, можно тебя на минутку? — Здравствуйте, конечно. Луна поставила пустой стакан на кухонную столешницу и вышла в коридор вслед за директором. Даже из гостиной слышались возмущения миссис Уизли, обращенные к Сириусу Блэку, однако как только Дамблдор достал волшебную палочку и кинул невербальное заклинание, голос Молли стих. — Теперь нас не услышат. Помнишь наш уговор? — он слабо улыбнулся. Луна кивнула, — Так вот, сегодня у нас единственный шанс произвести задуманное. Поэтому, собирайся и мы отправимся в Азкабан. — Сейчас? — Да. Точная дата казни неизвестна, поэтому действовать нужно как можно скорее. Луна молча вышла из гостиной и направилась в их с Джинни комнату. Быстро собравшись, она взглянула в старинное зеркало с золотой рамой и застыла. Вроде бы ничего не изменилось, но она чувствовала странную тоску, видя в отражении сходство со своей матерью. Чтобы придать своему виду хоть немного различия с матерью, Луна быстро собрала волосы в высокий хвост и направилась к выходу из комнаты. — Ты куда-то собралась? — удивился Фред, встретив Луну, бегущую по лестнице. — Да, — сухо ответила она, стараясь не смотреть на Уизли, — Нужно помочь Дамблдору кое с чем. — Будь осторожна, — сказал парень, подходя ближе. Луна остановилась, и все таки подняла взгляд на Фреда. Когда он приблизился к ней на достаточно близкое расстояние, то взглянул ей в глаза и нежно провёл рукой по ее подбородку. — Мне пора, — сказала Луна, мягко отстраняясь от парня. Когда она вошла в гостиную, то увидела Дамблдора, устроившегося на одно из кресел. Директор моментально поднялся, взглянул на Луну и направился к выходу, девушка последовала за ним. *** Все время, пока они добирались до острова, Луна перебирала в голове всевозможные варианты развития разговора с Краучем младшим, пытаясь придать себе решимости. Она и сама не поняла сколько времени ушло на дорогу до устрашавшего острова, находящегося в центре Северного моря. Однако, девушка и думать забыла о прежней головной боли, после того, как на горизонте появилась мрачная треугольная башня. Вся решимость мигом испарилась. Волны бушующего моря, казалось, сами донесли их лодку к берегу. Луна поправила свой плащ, вымокший от непрекращающегося дождя, и высадилась на сушу вслед за директором. Как только она почувствовала землю под ногами, по телу пробежал ужасающий холодок. — Давай обсудим то, что ты попытаешься выведать у Крауча, — заговорил Дамблдор, привлекая внимание Луны, уставившейся на дьявольскую постройку. Девушка обернулась, внимательно глядя на директора, — Первый и главный вопрос, который нужно задать ему — что сказал Волан-де-Морт при последней встрече. Второе — пропажа Регулуса Блэка. И последнее — что именно произошло с твоей матерью. Будь осторожна и ни при каких обстоятельствах не расставайся со своей волшебной палочкой. Луна кивнула, и они двинулись к массивным дубовым дверям, возле которых их уже ожидал полноватый седовласый волшебник. — Здравствуй, Олаф, — произнёс Дамблдор, когда они с Луной практически подошли к дверям, — Спасибо за то, что вызвался сопроводить нас в столь злополучное место. — Здравствуй, Альбус, — поздоровался встревоженный мужчина, оглядывая Луну и директора по очереди, — В министерстве не должны узнать о том, что я решил помочь вам в этом вопросе. Если бы я не уважал вас, — он внимательно посмотрел в синие глаза Дамблдора, — Вряд ли согласился бы на такое. — Поверь мне, Олаф, все останется в строжайшем секрете. Ты знаешь отношение министерства к моей персоне, поэтому, должен понимать, что ни при каких обстоятельствах, я не поделюсь информацией о нашем визите. — Ох, очень на это надеюсь, — пробормотал Олаф, — Ну что, вперёд. Олаф отворил массивную дверь и все трое вошли внутрь. Как только Луна перешагнула порог Азкабана, сердце сжалось. Внутри стоял сырой затхлый воздух, стены были скудно увешаны небольшими мерцающими свечами, освещающими лишь часть того ужаса, что может скрываться в замке. Отовсюду слышалось жуткое шептание, отчаянные вопли и истерический смех заключённых, но страшнее всего было присутствие дементоров. Как и в прежние моменты встреч с этими ужасающими существами, внутри все поледенело, оставшиеся счастливые воспоминая, будто окончательно стёрлись из памяти девушки, руки начали дрожать. Луна молча двигалась по коридорам вслед за директором и проводником, стараясь не смотреть на дементоров, охраняющих камеры. Когда они наконец дошли до нужной камеры, охраняемой одним из мерзких существ в капюшонах, сопровождающий приказал дементору освободить проход и обернулся к девушке. — Ни при каких обстоятельствах не приближайся к нему ближе, чем на метр. Будь бдительна и зови нас, если почувствуешь неладное. Договорились? — Да, — дрожащим голосом ответила девушка, глядя в открытый проход. — Тогда можешь заходить. Луна глубоко вдохнула сырой воздух и сделала шаг в камеру. Как только она зашла, услышала как железная дверь вновь закрылась, по спине тут же прокатился неприятный холодок, и девушка почувствовала — дементор встал на своё место. Все тело дрожало не только от адского холода, но и от страха. Луна обомлела, и дело было далеко не в тяжёлом сыром воздухе, холоде, исходящем от каменных стен или чувстве всепоглощающего кошмара. Она увидела Крауча младшего, сидящего прямо на ледяном полу, пустым взглядом глядевшего куда-то перед собой. Исхудавшее серое лицо утратило былое безумие, теперь оно не излучало ничего, кроме отчаяния, страха и безысходности. Глядя, скорее, на что-то, напоминающее человека, Луна изо всех сил сжала кулаки, стараясь подавить ужас, перевела дыхание и заговорила: — Привет, вижу, тяжело тебе тут приходится. Девушка склонилась на колени, чтобы быть на одном уровне с сидящим Краучем. Он моментально перевёл на неё свой пустой взгляд, и глаза в одну секунду обрели какое-то осознанное выражение. — Ривер, — прошептал он, с надеждой глядя на лицо Луны, — Ты наконец-то пришла, я так скучал. Мне снился кошмар.. В этом сне с тобой что-то случилось.. Луна растеряно уставилась на Крауча, стараясь привести его в чувства своим взглядом, однако он, будто продолжал видеть в ней Ривер. Девушка, конечно, знала — заключённые довольно быстро сходят с ума в магической тюрьме, но даже не думала, что за месяц сознание может полностью помутиться. — Как думаешь, какой сейчас год? — Тысяча девятьсот восемьдесят первый, — без раздумий ответил он, — Что за странный вопрос? — Что тебе ещё снилось? Что стало во сне с Ривер? — Ты.. ты.. — зашептал он, — Я не могу вспомнить.. Я не знаю.. Крауч крепко вцепился в свои волосы, оттягивая их руками, Луна машинально дернулась к нему, пытаясь остановить это безумие. Как только она коснулась его руки, он вдруг отпустил свои волосы и резким движением преодолел расстояние между ними, крепко обняв Луну, от чего она едва не повалилась на каменный пол позади себя. — Отпусти меня! — от неожиданности закричала девушка, пытаясь высвободиться из объятий отца. Дверь в ту же секунду отворилась, Луна повернула голову и увидела, что на пороге стоят Дамблдор и их сопровождающий, направив палочки прямо на Крауча. Складывалось такое впечатление, что секунды было бы достаточно для применениями мужчинами заклинаний. — Нет! — закричала она, обращаясь к директору и его компаньону, — Все в порядке! Он не хочет причинить вреда. — Что я говорил тебе о дистанции?! — возмутился Олаф. Луна повернулась обратно к Краучу. — Отпусти меня, пожалуйста, — спокойно произнесла девушка, глядя на Крауча. Он тут же ослабил хватку и отстранился, присев на прежнее место, — Теперь можем поговорить как взрослые люди, пап? — Прости, Луна, я не узнал тебя, — Крауч с удивлением наблюдал за ее дальнейшими действиями. — Все нормально, только не прикасайся ко мне, иначе, я вынуждена буду прервать посещение, — сказала она, поправляя свой плащ, — Хотелось бы узнать, что ты помнишь о последней встрече с Регулосом Блэком? — Он предал Темного лорда! — закричал он. Затем нервно облизнул губы и взглянул на Луну, — Блэк предатель! — Куда он пропал? Его убили? — Не знаю.. Но даже если так, он это заслужил! — Ладно, переходим к следующему вопросу. Что стало с моей матерью? — уверено спросила девушка, глядя прямо в глаза отца. — Я ничего с ней не делал.. — пробормотал он, — Как ты не понимаешь?! Я бы скорее сам умер, чем позволил ей покинуть этот мир! Если бы я мог изменить прошлое.. — Что сказал тебе Тёмный лорд при последней встрече? Можешь поделиться воспоминаниями об этом? — спросила Луна, Крауч задумался, запустив руку в свои каштановые волосы, — Пожалуйста, я хочу знать что произошло с моей матерью. — Я не предам Тёмного лорда, — зашептал Крауч, — Не стану как чертов Блэк, отказывающийся от милости Господина! — Это не предательство, отец, — еле слышно начала Луна, — Ты ведь должен понимать, что я хочу узнать больше о вас с мамой. Хочу понять истинные мотивы Тёмного лорда. Неожиданно, но манипуляция сработала, он кивнул, Луна тут же подскочила к нему, достала свою волшебную палочку и колбочку для воспоминаний. Когда она поднесла палочку к виску мужчины, синеватое свечение пронеслось мимо и в один миг переместилось в колбу. — Спасибо, мне жаль, что все так вышло, — сказала она, глядя на отчаянное лицо мужчины. Он смотрел на неё несколько секунд, и из его глаз покатились слёзы, он прижал руки к глазам, вытирая их. — Ну вот, я снова как маленькая сопливая девочка, — Луне сразу вспоминалась сцена в омуте памяти. Прошло так много лет, а Крауч младший до сих пор помнит ужасные слова своего отца. Сама от себя не ожидая, она двинулась вперёд и обняла мужчину. — Прости меня, — дрожащим голосом шептал он. Луна отстранилась, поднялась с пола и взглянула на Крауча. Сердце разрывалось от боли, даже при осознании всех его убийств и чудовищных преступлений, ее ужасали условия содержания заключённых. По щеке скатилась скупая слеза, она развернулась и направилась к выходу. Как только Луна покинула камеру, увидела взволнованное лицо Олафа, и совершенно непроницаемое выражение у Дамблдора. Олаф открыл рот, словно хотел что-то сказать, но слова так и не сорвались с его губ, мужчина молча развернулся и двинулся в сторону выхода из магической тюрьмы. Выйдя на улицу, сопровождающий остановился, набрал свежего морского воздуха и развернулся на Дамблдора и Луну. — Премного благодарен, Олаф, — произнёс директор, глядя на мужчину, — Ты отправишься с нами? — Да, пожалуй. Еле как передвигая ноги, Луна дошагала до лодки вслед за мужчинами, переодически оборачиваясь на самое кошмарное место, которое ей доводилось видеть в своей жизни. Дамблдор улучил минутку для разговора с Луной, пока Олаф отвязывал лодку и заговорил: — Получилось? Луна молча залезла во внутренний карман своего плаща и достала из него колбочку, протягивая Дамблдору. — Его точно ждёт казнь? — Казнь — это не выход, но он совершил слишком много кошмарных вещей, к тому же, министерство ужасно боится последователей Волан-де-Морта, поэтому, боюсь, что это неизбежно. — Когда я смогу увидеть эти воспоминания? — Как только вернёшься в Хогвартс. *** Всю дорогу до площади Гриммо девушка не могла прийти в себя после посещения Азкабана. Луна слышала рассказы об этом ужасном месте, однако даже не предполагала насколько отвратительным оно окажется на самом деле. Проведя там меньше часа, она чувствовала моральное истощение, казалось, что радость навсегда покинула ее жизнь. К своему ужасу она осознала, что ей стало жаль Крауча, в ее голове всплывало его изнеможённое лицо, дрожащий голос и чувство отчаяния, излучаемое пустым взглядом. Он безусловно был виновен по всем пунктам, но заслуживает ли кто-то, даже такой ужасный человек как Крауч, настолько кошмарного существования и казни от «поцелуя дементора»? Войдя внутрь дома на площади Гриммо 12, тревога понемного утихла после того, как до Луны донеслись голоса друзей. — Могу ли я рассказать Фреду и Джорджу про наше посещение? — спросила Луна, обернувшись на директора. — Думаю, что это возможно. Девушка тут же двинулась на голоса друзей, преодолевая прихожую и гостиную. Разговоры доносились с кухни, войдя внутрь, Луна удивилась. Весь стол был переполнен обитателями дома Блэка и членами ордена феникса. — Наконец-то! — воскликнула миссис Уизли, — Как ты, милая? Проголодалась? Только сейчас Луна осознала, что ее до сих пор подташнивает от воспоминаний видов Азкабана. Заметив выражение лица подруги, близнецы тут же встали со своих мест, прекращая разговор с Тонкс. — Мы пойдём, — сказал Фред, пока они пробирались через сидящих за столом. — Куда?! Мы только сели! — возмутилась миссис Уизли. Фред и Джордж, молча двинулись к выходу из кухни, Луна развернулась вслед за ними и они покинули помещение, направляясь в комнату близнецов. Войдя внутрь, она тут же села на кровать Фреда, пустым взглядом пялясь на трещину, украшающую собой стену. — Где ты была? — спросил Джордж, присаживаясь рядом с подругой. — В Азкабане. — Что?! — синхронно ужаснулись парни. — Навещала Крауча младшего, удалось даже добыть его воспоминания. — Как ты? — спросил Фред, присаживаясь рядом с братом и Луной. — Если отвечать честно — ужасно. Это самое кошмарное место, которое вообще могло существовать в нашем мире. Повезло, что мы провели там меньше часа. Но можете не переживать, как только я переступила порог этого дома, на душе стало легче. Близнецы молчали, шокировано наблюдая за подругой. Луна развернулась, осматривая друзей по очереди, впервые за долгое время она почувствовала себя в безопасности, чувствовала себя нужной кому-то. — Простите, что закрылась от вас этим летом. Я ценю то, что вы есть в моей жизни и очень люблю вас. — У всех бывают тяжёлые моменты, но ты должна открываться для того, чтобы тебе было легче, — сказал Джордж, приобняв Луну за плечи. — Давайте отвлечемся от всего этого? Мы так давно не разговаривали о ваших изобретениях и сто лет не рассказывали друг другу историй! Пусть этот вечер будет только нашим. Согласны? Фред и Джордж заметно воодушевились, услышав слова подруги. — У нас есть кое-что! — воскликнул Джордж, вскакивая с кровати. Затем быстрыми шагами направился к шкафу и достал из него коробку. — Это все, что мы сделали за этот месяц, — улыбаясь, произнёс Фред. Джордж открыл коробку и Луна увидела, что она наполнена всевозможными изобретениями близнецов. — Вау! — восхитилась она, доставая пачку блевотных конфет, — Хоть бери и продавай! — Этим мы и займёмся в последний год своей учебы, — подмигнул Джордж, — Это ещё не все, смотри! — парень достал из коробки яркую упаковку, выглядящую в точности как известная магическая жвачка с тыквой. — И что в ней особенного? — А то, что если тянешь одну из пластинок, она взрывается, — Фред ехидно улыбнулся, но не решился продемонстрировать вредилку в действии. — Подсмотрели у папы, он часто приносит магловские вещи. В один день, сам того не зная, он подтолкнул нас на создание этого. — У маглов есть жвачка-шокер, она слабо бьет током, а наша взрывается. Здорово, правда? — Просто восхитительно! Вы оба гении! Весь вечер друзья провели за привычными разговорами и девушка совсем расслабилась. Казалось, что на короткое время Луна совсем забыла о ужасающих воспоминаниях и увиденном в Азкабане. Просидев до поздней ночи, Джордж устал быстрее всех и уснул прямо с коробкой в руках, Луна аккуратно накрыла его тёплым пуховым одеялом и продолжила разговоры с Фредом. Они просидели около часа, строя планы на предстоящий учебный год. — Что-то я проголодался, — сказал Фред, вставая с кровати, — Пойдёшь со мной на кухню? — Я бы тоже не отказалась от перекуса, — улыбнулась Луна. Когда они спустились на первый этаж, то их внимание тут же привлекла музыка, доносившаяся из гостиной. Это было неудивительно, ведь миссис Уизли часто включала магическое радио во время вязания, но войдя в гостиную, ребята увидели, что она совершено пуста. — Потанцуем? — спросила Луна, глядя на Фреда. — Боюсь, что ты мне все ноги оттопчешь, — усмехнулся Фред. Девушка молча взяла его за руку и потащила за собой в центр комнаты. Как только они оказались в центре гостиной, Луна положила руку на плечо Фреда. Парень обхватил талию когтевранки, чуть сильнее прижимая к себе, Луна совершенно не возражала и сама двинулась ещё ближе, прижимаясь головой к груди Фреда. Мелодия несла их по гостиной, девушка полностью растворилась в танце, шаг за шагом двигаясь в такт спокойной мелодии. В один момент Луна остановилась, они взглянули друг на другу в глаза, Фред улыбнулся, и наклонив голову, поцеловал ее в макушку. Она тут же подняла голову, закрыла глаза и еле заметно коснулась губ Фреда своими. Однако, в эту же секунду, сзади раздался грохот. Обернувшись, Луна увидела ошарашенную миссис Уизли, выронившую спицы для вязания, ребята дёрнулись по разным сторонам, будто их застукали за чем-то непристойным. — Простите, — защебетала миссис Уизли, с улыбкой глядя на Фреда и Луну, — Не хотела вам помешать, мои дорогие, — Луна почувствовала как краснеют ее щеки, взглянула на Фреда, он рассмеялся и заразил своим смехом девушку, — Милые, уже поздно, думаю вам пора идти по своим комнатам. Луна кивнула и они с Фредом двинулись на выход из гостиной. Поднимаясь по лестнице, Фред взял Луну за руку, заставляя остановиться, девушка, которая стояла выше Уизли на одну ступень, двинулась ближе. Их лица были так близко, что Луна ощущала его горячее дыхание, Фред улыбнулся и убрал прядь волос когтевранки за ухо. Глядя на Фреда, она наконец-то, начала ощущать хоть что-то, кроме боли. Ее сердце стало биться быстрее, Луна почувствовала как от дыхания парня по спине пробежали приятные мурашки и она сократила расстояние между их лицами, впиваясь своими губами в губы парня. Через мгновение она запустила руку в его мягкие волосы, подвигаясь ещё ближе, парень нежно убрал белокурые локоны с ее шеи. Затем отстранился от ее губ и поцеловал в шею, от чего Луна прикусила нижнюю губу. — А теперь спать, — Фред хитро улыбнулся, отстраняясь от Луны. — Да, — прошептала девушка, — Теперь точно спать. Дойдя до дверей в комнату Луны и Джинни, Фред еле заметно коснулся губами лба когтевранки, улыбнулся и направился в свою комнату. Уже лёжа в своей кровати, Луна улыбнулась, вспомнив, что они с Фредом совсем забыли зачем спускались на первый этаж. *** Оставшиеся каникулы в доме Блэка прошли без происшествий. Изо дня в день все обитатели этого дома во главе с миссис Уизли драили комнату за комнатой, стараясь привести все вокруг в пригодное состояние. Гарри и Гермиона приехали на площадь Гриммо 12 в середине августа, проведя в доме Блэка две недели. Сириус заметно оживился после того, как Гарри переступил порог его дома, проводя все больше времени вне своей комнаты. Во взгляде Блэка появилось что-то, чего Луна раньше не замечала, он смотрел на него совсем как родитель, хотя это было совсем неудивительным, ведь Сириус был лучшим другом Джеймса Поттера и являлся крестным Гарри. В конце августа школьникам пришли письма из Хогвартса. Помимо ежегодного письма с приглашением и списком необходимого к школе, Гермионе и Рону сообщили, что с этого учебного года они оба назначены старостами своего факультета. Нельзя сказать, что Луна сильно расстроилась отсутствием назначения себя старостой, однако в душе появилась небольшая обида на Хогвартс, ведь она была одной из отличниц школы. Все лето Луна ждала, что в один из дней ее сопроводят к дому Краучей, надеясь забрать свои вещи, однако вместо этого она посетила косой переулок вместе с остальными и закупилась всем необходимым. Теперь она беспрепятственно могла пользоваться банковской ячейкой Крауча старшего, ведь все наследство после его смерти перешло ей. Что касается Крауча младшего, по информации, полученной от Дамблдора, он жив и по сей день, казнь то и дело переносят, ведь адвокат активно отстаивает его права в суде. В день отправки с самого утра все обитатели дома галдели и носились, слоняясь из комнаты в комнату в поисках потерянных вещей. Луна встала последней, так как ещё с вечера собрала все необходимое в своей чемодан. — Луна, — ее разбудил знакомый голос. Луна протерла глаза, зевнула и повернулась на источник звука. Над ней навис Фред, держа в руках деревянную коробку. — Спрячь ее в своём чемодане, мама не позволит взять нам все это в школу, — Луна взглянула на взволнованное лицо Уизли и взяла коробку в свои руки. И действительно, чуть позже опасения близнецов оправлялись, миссис Уизли перепроверила их чемоданы несколько раз в поисках вредилок. Когда все были готовы, компания двинулась на Кингс-Кросс своим ходом. По дороге Луна ни раз становилась свидетелем нотаций миссис Уизли, обращённых к близнецам, на что парни кивали и соглашались с каждым ее словом. Но когтевранка прекрасно помнила о коробочке с вредилками, которая лежала у неё в чемодане. — Луна, присматривай за ними в школе, — сказала миссис Уизли, обнимая девушку на прощание, — И береги себя. — Постараюсь, — улыбнулась когтевранка, выныривая из объятий женщины. Полностью попрощавшись, Фред, Джордж и Луна двинулись к поезду, преодолевая огромную толпу из школьников и провожающих. Зайдя в пустое купе, трое друзей разложили свои вещи и уселись на сиденья. К обеду по вагонам как и в прошлые годы стала разъезжать тележка со сладостями, поэтому Луна вышла из купе для того, чтобы закупиться чем-то вкусным. Выбрав лакричные палочки, тыквенное печенье и шоколадные котелки, девушка расплатилась и двинулась обратно к купе, однако, когда она заметила знакомое лицо, остановилась. Прямо к ней приближался Драко Малфой. Слизринец заметно вырос за прошедшие каникулы: на его остром лице все отчётливее стали проявляться скулы, ростом он заметно обогнал Луну, единственное, что оставалось неизменным — его хитрые серые глаза и безупречное чувство стиля в одежде. — Привет, — заговорил он, подойдя ближе, — Как ты? Мне жаль, что тебе пришлось пережить все это. — Уже лучше, — ответила Луна, слабо улыбнувшись слизеринцу. — Если захочется с кем-то поговорить, я буду рядом. Я писал тебе письма, но так и не получил ответа. — Спасибо, Драко. Этим летом я жила у семейства Уизли, поэтому не могла ответить на твои письма, тетя Кассандра до сих пор не дала ответа руководству школы о моем опекунстве, думаю она лишь оттягивает время. А как прошли твои каникулы? — Драко передернуло, лицо в миг погрустнело, — Что-то не так? — Нет, все в порядке, — отмахнулся Драко. Но Луна слишком хорошо знала блондина и отлично понимала, что он врет, — Я, наверное, пойду, — сказал он, выдавив из себя улыбку. — Да, встретимся в школе, — растерялась Луна, провожая блондина взглядом. Девушка шла обратно в смешанных чувствах, ведь Драко впервые открыто выражает свои переживания, но она не понимала почему он так расстроился от вопроса о каникулах. Войдя внутрь купе, Луна раздала сладости друзьям и села на привычное место. Спустя время, она даже не заметила как Фред лёг на сиденье, положив голову на ее колени. Девушка долгое время смотрела на его огненные волосы, нежно перебирая их пальцами. Почти вся дорога прошла за разговорами и рассуждениями друзей о успешности продаж их товаров. Как только они переоделись в школьные мантии и поезд остановился, троица похватала свои чемоданы и двинулась на выход. — Фред, Джордж, — окликнул их женский голос. Трое друзей синхронно развернулись, перед ними стояла Анджелина Джонсон и ее подруга — Алисия Спиннет, — Хотите поехать с нами? — А, — растерялся Фред, — Нет, спасибо. Мы уже договорились с Луной, но если хотите можете поехать с нами. Ты не против? — Да, конечно, — ответила когтевранка. Когда компания приблизилась к привычным каретам, Луна обомлела, каждая из них была запряжена существами, едва ли похожими на лошадей. Их черная шкура облегала скелет, видимый до мельчайшей косточки, головы были похожи на драконьи, а белые, без зрачков, глаза вселяли ужас. И вдобавок ко всему, у них были большие, растущие из холки черные крылья. — Кто это такие? — спросила Луна, оборачиваясь на свою компанию. — Ты о чем? — удивился Джордж. — Почему кареты в этот раз запряжены странными существами? Вся компания с недоумением взглянула на кареты, а затем перевела взгляд на Луну, пытаясь понять о чем она говорит. — Это фестралы, — послышался знакомый девчачий голос. Когтевранка тут же обернулась и увидела приближающуюся Полумну Лавгуд, — Привет. — Привет, Полумна. Ты тоже их видишь? — Со второго курса. Их видят люди, которые познали смерть. Твои друзья не видят их, потому что ещё не испытали боль утраты. Поэтому, ты такая же нормальная как я, — улыбнулась Полумна. Подойдя к одной из карет, Лавгуд погрузила в неё свой чемодан, Луна последовала ее примеру и закинула свой багаж внутрь. Когда все уселись, то Анджелина сообщила, что в этом году она назначена капитаном команды по квиддичу. Это была одна из самых интересных тем для близнецов, поэтому они быстро подключились к разговору гриффиндорок, а Луна и Полумна принялись обсуждать летние каникулы. Подъехав к огромным дубовым дверям, карета с треском остановилась. Вся компания вышла из карет и двинулась к замку, прихватив свой багаж. В Большом зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Сверху, над учениками, простирался беззвездный черный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Все вокруг оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов и разглядывали изменения друг в друге, произошедшие за лето. Луна и Полумна сели за стол Гриффиндора, заняв места рядом с Фредом и Джорджем. Почти сразу Крауч заметила новое лицо за преподавательским столом — женщина со странной пышной прической и костюме гадкого розового цвета, посматривала на учеников неприятным взглядом. Когда распределение первокурсников было окончено и ученики наелись до отвала, Дамблдор поднялся на ноги. Все мгновенно умолкли, повернувшись к директору. — Прошу вашего внимания к нескольким кратким сообщениям, — сказал Дамблдор, — Мистер Филч, наш школьный смотритель, попросил меня напомнить вам, что в коридорах Хогвартса не разрешается применять волшебство, — Фред, Джордж и Луна синхронно хихикнули, — Но главное — изменение в преподавательском составе. Мы рады приветствовать в Хогвартса профессора Амбридж — нашего нового преподавателя защиты от Темных искусств. Прозвучали вежливые, но довольно вялые аплодисменты, во время которых Фред, Джордж и Луна обменялись взглядами, выражавшими недоумение. — Отбор в команды факультетов по квиддичу будет происходить... Директор умолк с недоумением глядя на профессора Амбридж, которая в это время поднялась со своего места. — Благодарю вас, директор, — наиграно улыбаясь, начала Амбридж. Голосок у нее был высокий и писклявый, Луна моментально почувствовала необъяснимую неприязнь к новому преподавателю. — Как приятно, доложу я вам, снова оказаться в Хогвартсе! — она улыбнулась, обнажив зубы, — И увидеть столько обращенных ко мне счастливых маленьких лиц! Я с нетерпением жду знакомства с каждым из вас и убеждена, что мы станем очень хорошими друзьями! Министерство магии неизменно считало обучение юных волшебников и волшебниц делом чрезвычайной важности. Однако прогресс ради прогресса поощрять не следует, ибо большая часть наших проверенных временем традиций в пересмотре не нуждается. Сделаем же шаг в новую эру — в эру открытости, эффективности и ответственности, сохраняя то, что заслуживает сохранения, совершенствуя то, что должно быть усовершенствовано, искореняя то, чему нет места в нашей жизни. Она села. Дамблдор похлопал, остальные преподаватели последовали его примеру, однако со столов учеников едва ли кто-то аплодировал. — А теперь, прошу наших старост проводить первогодок в их спальни. Спокойной ночи! — закончил вечер директор. Ученики начали вставать и двигаться к выходу. Попрощавшись с друзьями, Луна и Полумна направились в сторону башни Когтеврана. Вернувшись в любимую комнату, когтевранки проложили разговор, начатый в карете, проболтав так до поздней ночи. Крауч и сама не заметила как заснула от приятного монотонного голоса подруги. *** Следующим утром, направляясь на первый в этом году урок по защите от темных искусств, Луну нагнали Фред и Джордж. — Привет, — улыбнулся Джордж, — У нас будет к тебе просьба.. — Совсем маленькая.. — подхватил Фред. — Незначительная.. — Пустяковая.. — Выдавайте, что задумали, — заговорила девушка, недоверчиво глядя на друзей. — Можешь повесить это в гостиной своего факультета? — Фред протянул Луне пергамент. Девушка взяла его в руки и принялась читать: — «ГРЕБИ ГАЛЕОНЫ ГРАБЛЯМИ! Приток карманных денег отстает от твоих расходов? Хочешь маленько разжиться золотишком? Свяжись через общую гостиную Гриффиндора с Фредом и Джорджем Уизли, готовыми предложить нетрудную и почти безболезненную работу с неполным рабочим днем (всю ответственность, однако, несет нанимающийся)», — дочитав, она взглянула на друзей по очереди, — Вы ведь шутите?! — Нисколько, — улыбнулся Фред. — Нельзя использовать учеников как подопытных в ваших испытаниях! — С чего это? — удивился Джордж. — С того, что они не подопытные кролики! — возмутилась Луна, — Гермиона в курсе? Она ведь староста вашего факультета. — Так.. — сказал Джордж, — Значит, ты отказываешься нам помогать? — Конечно! Это ведь неправ.. — не успела договорить Луна как друзья уже скрылись из ее поля зрения. Несколько секунд она простояла в недоумении от быстрого исчезновения Фреда и Джорджа, а затем двинулась на урок. Когда она вошла в класс защиты от Темных искусств, профессор Амбридж уже сидела за учительским столом, одетая в ту же, что и вчера вечером, мерзкую розовую кофточку. — Здравствуйте! — сказала профессор, когда ученики расселись по местам. Несколько человек пробормотали в ответ: — Здравствуйте. — Стоп-стоп-стоп, — сказала профессор Амбридж, — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз, пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся! — Здравствуйте, профессор Амбридж! — проскандировал класс. — Вот и хорошо, — сладким голосом пропела профессор Амбридж, — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберем, перья вынем. Услышав это, многие обменялись угрюмыми взглядами. — Отмечу для начала, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. Не правда ли? — сказала профессор Амбридж, аккуратно сложив руки на животе, — Постоянно менялись учителя, и не все они считали нужным следовать какой-либо одобренной Министерством программе. Результатом, к сожалению, явилось то, что вы находитесь гораздо ниже уровня, которого мы вправе ожидать от вас в год, предшествующий сдаче СОВ. В нынешнем учебном году вы будете изучать защитную магию по тщательно составленной, и одобренной Министерством программе. Теперь попрошу вас открыть пятую страницу и прочесть первую главу «основы для начинающих». Профессор Амбридж стала наблюдать за классом своими выпуклыми глазами. Спустя несколько минут, Гермиона, сидящая за одной партой с Луной, вскинула руку. — Вы хотите задать вопрос по поводу главы, милая моя? — спросила она Гермиону. — Вопрос, но не по поводу главы, — ответила Гермиона. — Видите ли, сейчас мы читаем, — сказала профессор Амбридж, обнажив зубы, — Все прочие неясности мы можем разрешить с вами в конце урока. — Мне неясны цели вашего курса, — сказала Гермиона. Профессор Амбридж вскинула брови. — Ваше имя, будьте добры. — Гермиона Грейнджер. — Видите ли, мисс Грейнджер, цели курса, как мне кажется, должны быть совершенно понятны, если прочесть их внимательно, — нарочито ласковым голосом сказала профессор Амбридж. — Но там ничего не говорится об использовании защитных заклинаний. — Об использовании защитных заклинаний? — повторила профессор Амбридж с малюсеньким смешком, — Что-то я не могу представить себе ситуацию в этом классе, мисс Грейнджер, когда вам понадобилось бы прибегнуть к защитному заклинанию. Или вы думаете, что во время урока на вас кто-то может напасть? — Мы что, не будем применять магию? — громко спросил Рон. — На моих уроках желающие что-либо сказать поднимают руку, мистер... — Уизли, — сказал Рон, выбрасывая руку в воздух. Мигом Луна и Гермиона вскинули руки. На секунду задержав на Крауч взгляд, профессор Амбридж обратилась к Грейнджер: — Да, мисс Грейнджер. Вы хотите еще что-нибудь спросить? — Хочу, — сказала Гермиона, — Не в том ли весь смысл защиты от Темных искусств, чтобы научиться применять защитные заклинания? — Вы кто у нас, мисс Грейнджер, эксперт Министерства по вопросам образования? — спросила профессор Амбридж все тем же фальшиво-ласковым тоном. — Нет, но... — Тогда, боюсь, ваша квалификация недостаточна, чтобы судить, в чем состоит «весь смысл» моих уроков. Новая учебная программа разработана волшебниками постарше и поумнее вас. Вы будете узнавать о защитных заклинаниях безопасным образом, без всякого риска... — Ну и какой же смысл тогда в ваших уроках? — не выдержав, перебила Луна, — Мы должны научиться противостоять темным искусствам, а не зубрить учебни.. Не договорила девушка, как ее прервала Амбридж: — Руку, мисс.. — Крауч, — ответила Луна, решительно глядя в глаза профессора, — Или, если на нас нападут, мы расскажем вызубренный параграф? Класс моментально хихикнул. — Минус десять очков Когтеврану, — ответила Амбридж, улыбаясь мерзкой улыбкой, — Я бы не хотела подвергать критике порядки, установленные в этой школе, но вы в этом классе испытали воздействие весьма безответственных волшебников. По мнению Министерства, теоретических знаний будет более чем достаточно для сдачи вами экзамена.. — Без всякой практики, без тренировки? — спросил Гарри Поттер с недоумением. — Повторяю: при хорошем владении теорией... — Какая польза от этой теории в реальном мире? — громко подал голос Гарри, вновь поднимая в воздух кулак. Профессор Амбридж взглянула на него. — Здесь у нас школа, мистер Поттер, а не реальный мир. Уверяю, ничего страшного и за пределами школы вас не ожидает. — Да неужели? — спросил Гарри. — Кто, скажите на милость, будет нападать на вас? — спросила профессор Амбридж отвратительным тонким голоском. — М-м-м, дайте сообразить... — произнес Гарри издевательски-задумчивым тоном, — Может быть... лорд Волан-де-Морт? Луна замерла, глядя на Поттера и Амбридж по очереди. — Минус десять очков Гриффиндору, мистер Поттер. Вам внушали, будто некий темный волшебник возродился из мертвых... — Он не был мертвым, — сердито возразил Гарри, — Но что возродился — это правда! — Мистер-Поттер-вы-уже-отобрали-у-вашего-факультета-десять-очков-не-вредите-самому-себе, — произнесла профессор Амбридж единым духом, не глядя на него, — Повторяю: вам было сказано, что некий Темный волшебник опять гуляет на свободе. Это ложь. — Нет, это НЕ ЛОЖЬ! — крикнул Гарри, — Я видел его, я дрался с ним! — Гарри не врет! — вступилась Луна, — Я своими глазами видела живого Пожирателя смерти! Он был послан по приказу Волан-де-Морта! — Вы говорите о своём отце, верно? — торжествующе произнесла Амбридж, растягивая свою мерзкую улыбку все шире, — Кого остальным ученикам и стоит остерегаться, так это детей ныне живущих Пожирателей смерти. Сердце Луны на секунду остановилось и она почувствовала, что взгляды всего класса направлены на неё, в кабинете повисло гробовое молчание. — Вы будете наказаны, — удовлетворенным тоном добавила Амбридж, — Завтра после уроков, Поттер и Крауч, в моем кабинете. Гарри, сидящий на соседнем ряду, вдруг поднялся во весь рост. — Гарри, не надо! — предостерегающе прошептала Луна. — Значит, по-вашему, вы имеете право раскрывать такие вещи?! — совершено суровым тоном произнёс Гарри. Луне сразу подумалось — это от того, что он единственный знал о тайне ее происхождения, ведь слышал слова Крауча в день третьего испытания Турнира Трёх Волшебников. Даже по шокированным лицам Рона и Гермионы было ясно — они и помыслить не могли о подобном, и Поттер явно не делился этим даже с друзьями. — Это была вынужденная мера, мистер Поттер. Мисс Крауч, кажется, совершенно не понимает о чем говорит. Ее отец — Барти Крауч младший, по совместительству преданный Пожиратель смерти, наверняка, внушил ей несуществующие вещи, — ответила Амбридж, — Поттер, сядьте на место. — То есть, вы считаете, что Седрик Диггори умер сам!? — заговорила Луна срывающимся голосом, поднявшись со своего места вслед за Поттером. Общий судорожный вдох. Все перевели напряженные взгляды с Луны на Гарри, Амбридж, подняла глаза и уставилась на них уже без следа фальшивой улыбки на лице. — Смерть Седрика Диггори была результатом несчастного случая, — холодно сказала она. — Это было убийство, — возразил Гарри. Луна чувствовала, что вся дрожит, вспоминая ужасающие события, произошедшие на Турнире Трёх Волшебников. — Его убил Волан-де-Морт, и вы об этом знаете, — продолжил Поттер. На лице профессора Амбридж не выразилось ровно ничего. — Подойдите-ка сюда, мои милые, — проговорила Амбридж, обращаясь к Луне и Гарри. Луна на несгибаемых ногах прошла к преподавательскому столу, ловя на себе взгляды всех присутствующих в классе. Профессор Амбридж вынула из сумки два маленьких свитка розового пергамента, расправила их на столе, обмакнула перо в чернильницу и принялась писать записки, спиной закрывая их от подошедших. Все молчали. Спустя примерно минуту она скатала два пергамента и волшебной палочкой без шва запечатала свитки. — Сейчас же отнесите это профессору Макгонагалл, — сказала Амбридж, протягивая свиток Гарри, — А вы, мисс Крауч, отнесите пергамент профессору Флитвику. Не смотря на остальных учеников, Луна и Гарри двинулись к выходу из класса. Как только они покинули кабинет, друзья посмотрели друг на друга и Луна заметила, что Поттер злится нисколько не меньше ее самой. — Старая жаба, — рявкнул Поттер, — В министерство, похоже, берут совсем отмороженных. — Кроме мистера Уизли, — слабо улыбнулась Луна. — Мне жаль, что она рассказала об этом. — Ничего страшного, остальные ученики должны понимать, что ошибки моих родителей не распространяются на меня. Тем более, я даже не знаю своих отца и мать, — отмахнулась Луна, пытаясь скрыть истинные чувства. Ведь после объявления о настоящих родителях при всем классе, девушка прекрасно понимала, что отношение к ней может измениться. Однако больше всего ее пугала реакция Фреда и Джорджа на данную новость и главным вопросом оставалось: «Откуда в Министерстве знают о ее настоящих родителях?» — Верно, — сказал Поттер, глядя себе под ноги, — Ну ладно, я иду к МакГонагалл, встретимся позже. Луна кивнула, и направилась к кабинету профессора Флитвика. В одном из коридоров, она на секунду остановилась, заметив вдалеке приближающегося Малфоя. Сейчас ей меньше всего хотелось разговаривать с кем-то, поэтому она как можно скорее свернула в проход, ведущий в башню Когтеврана. — Крауч! — закричал Драко, — Подожди! Луна остановилась, ожидая, когда Драко ее нагонит. Как только он подошёл, когтевранка увидела насколько он встревожен: серые глаза оглядывали коридор, будто пытаясь проверить нет ли кого поблизости, брови нахмурены, а бледное и без того лицо, стало совсем неживым. — Смотри, — сказал встревоженный слизеринец, дрожащими руками протягивая газету. Луна взяла «Ежедневный пророк» и в полголоса прочитала заголовок: — «Массовый побег из Азкабана. На сегодняшний день сбежали следующие Пожиратели смерти: Антонин Долохов, Беллатриса Лестрейндж, Августус Руквуд и Барти Крауч младший..» Девушка несколько секунд пялилась в заголовок, пытаясь обнаружить в прочитанном какую-то ошибку, затем взглянула на Драко и заговорила: — Зачем ты мне это показываешь? — От того, что ты все знаешь, — еле слышно сказал Драко, в то время как его серые глаза до сих пор оглядывались вокруг, — И я знаю о Крауче младшем. Они сбежали уже давно, а «Ежедневный пророк» только сейчас удосужился напечатать об этом статью. — Откуда ты знаешь? — ужаснулась Луна. — Поверь, между нами намного больше общего, чем ты думаешь, — сказал Малфой, выхватив газету из рук девушки, и быстрыми шагами направился дальше по коридору.