Ходячий секс и Чон Чонгук

      — Чонгук, я дома, — Тэхён кричит с порога, оповещая о своём приходе. — Сегодня были такие противные выскочки, что я чуть не сорвался на них во время урока. Сколько можно меня перебивать своими тупыми вопросами, я не могу понять? Малыш, ты меня слышишь? — Ким заходит в гостиную, попутно снимая галстук и пиджак. Очки оставил ещё в прихожей. Однако, Чонгук не откликается. Он же сам сказал, что останется сегодня у него дома, так почему такая тишина?       На кухне накрыт стол, осталось только подогреть еду и можно приступать к трапезе. Бутылка красного вина стоит уже открытой, так и манит к себе, хотя Тэхён не особый любитель алкоголя. Он всё же наливает себе бокал алой жидкости, делает несколько глотков расслабляющего напитка и направляется на поиски своего парня.       Выйдя в коридор, слышит лёгкие напевы какой-то незамысловатой песни, и яркая полоса света льётся сквозь щель ванной комнаты. Толкнув дверь вперёд, Тэ обнаруживает своего мальчика, погружённого в воду до самой шеи, с прикрыми веками, наушниками в ушах. Тот двигает в такт музыке пальцами, которыми держится за бортики.       Чон на подсознательном уровне чувствует присутствие кого-то ещё и открывает глаза. Его улыбка становится шире.       — Хён, ты вернулся? Как твои дела?       — После того, что было в школе, ты спрашиваешь «Как у меня дела»? Это что вообще было то? Что за показуха? Ты хочешь реально к директору сгонять? Давно там не был? — Ким вспоминает утренний инцидент и решает выяснить, что это было за представление малого драмтеатра.       — Хён, ну чего ты начинаешь? Я не ожидал, что ты будешь у меня на уроке. Ты же меня не предупредил. Я был очень удивлён. К тому же, я так соскучился по тебе. Мы не виделись неделю, — Чонгук улыбается своей милой, детской улыбкой, строит глазки как у зайчика и хлопает ресницами, смотря на своего сонсеннима.       — Любимый, во-первых, ты же помнишь, что мне нужно было уехать в Тэгу. Во-вторых, это не даёт тебе права так вести себя на уроке. В первую очередь, я твой непосредственный учитель. Или ты хочешь моего увольнения и заодно, твоего отчисления из школы?       — Ты наверное очень устал. Иди ко мне в ванну. Я тебе массаж сделаю, — Чон, благополучно прослушал абсолютно всё, что говорил ему возлюбленный, но манит пальчиком к себе, хитро улыбаясь.       Тэхён только сильнее хмурит брови и подносит бокал к губам, осушая его за один глоток.       — За такое поведение, я даже в одной комнате с тобой не хочу находиться. Ты мог меня подставить! Разве ты этого не понимаешь? — Ким неприступен. Он приподнимает брови в вопросительном жесте.       — Хён, ну чего ты на меня злишься? — Чонгук встаёт, выставляя своё голое, стройное, мокрое тело на показ. Протягивает руку вперёд, призывая того подойти поближе.       Слишком вкусное зрелище. Если бы не стальная выдержка, Тэхён впился бы уже в эти прекрасные губы с небольшим колечком. Руками обвил узкую талию, медленно перемещая их на роскошные ягодицы, придавливая к себе, чтобы тот прочувствовал весь масштаб его влияния на простого учителя изобразительного искусства.       — Ты закончил? Значит выходи. Я тоже хочу отдохнуть. Без тебя. И да, ты наказан. Неделю без секса, — Ким разворачивается и выходит из комнаты, с довольной улыбкой на лице, точно зная, что последует дальше.       — Ты не можешь так со мной поступить! Это нечестно! Я ничего такого не сделал! — глаза чуть не выпадают из орбит от широты взора парня. Такого он не ожидал. Ну, пошутил, по бесил, но наказывать отсутствием секса — это же чистой воды кощунство.       — Ещё одно слово, и две недели будешь без секса, — Тэхён скала, никак иначе.       — А знаешь что? Ты сам первый сломаешься. Я тебе это гарантирую! — недовольный зайчонок топает ножками в воде, расплёскивая её на пол. Затем вылезает и начинает агрессивно, фыркая носом, вытираться махровым полотенцем.       — Уже боюсь, — задорный смех раздаётся где-то за дверью. Это Чонгука ещё больше злит. С психами и бухтением, он надевает халат и выходит из ванной, предварительно грозно хлопая дверью.       — Ох, Господи, дай мне сил, — Тэхён наспех принимает контрастный душ и идёт в кухню, ибо желудок уже воет громче волка на луну.       Внимание, картина маслом. Чонгук сидит в объемной футболке до бёдер и боксёрах. В одной руке палочки с кимчи, в другой — телефон. Сидит в позе зю и поглощает еду, запивая вином. Мясо он только себе подогрел на сковороде, сразу после разговора с Тэхёном.       — А мне ты подогрел мясо? — Ким хочет поцеловать младшего в макушку, но тот уворачивается от прикосновений.       — Раз уж неделю без секса, то никаких поцелуев и прикосновений! Чтобы неповадно было! И нет, теперь у нас самообслуживание, во всех смыслах этого слова! — зайчонок морщит свой нос и отворачивается от Кима, продолжая недовольно бухтеть что-то невразумительное себе под нос.       — Ну раз самообслуживание, то и домашнее задание ты также будешь выполнять самостоятельно, без моей помощи, — Тэхён, распаренный горячей водой, достаёт из холодильника свою порцию и подогревает в микроволновке. У него с ней всё в порядке, в отличие от Чонгука.       — Ах так! То есть ты не собираешься извиняться и мириться со мной?       — Я ни в чём не виноват. Почему это я должен просить прощения? К тому же, это ты продолжаешь выставлять ультиматумы, — Ким наливает себе ещё один бокал, потому что чует, что на трезвую голову будет скандал.       — Хорошо, Ким Тэхён. Война, так война. Ты ко мне на коленях приползешь и будешь просить пощады, а я буду непреклонен, — с этими словами, Чонгук подрывается со своего места, кидает грязную тарелку в раковину, разворачиваясь к выходу, но крепкая мужская рука притягивает его за талию к себе.       — Малыш, а ты точно парень? А то истеришь как девчонка подросткового возраста, — Ким смеётся со своей же весьма остроумной шутки и начинает нежно целовать от шеи к затылку парня. Пальцы рук выводят незамысловатые узоры по его прессу.       — Хён, ты нарываешься? Я ведь и ударить могу, — Чон совершает попытку выпутаться из крепкой хватки, но безрезультатно, а поцелуи начинают успокаивать возмущенного таким хамским утверждением со стороны партнёра, мальчика.       — Давай закончим этот бессмысленный спор и договоримся, что больше ты так в школе делать не будешь. Тем более, во время моего урока, — поцелуи-бабочки опускаются на изгиб шеи и плеча Руки всё также держат крепко, а пальцы слегка давят на тазобедренные косточки.       — Ладно, я больше так не буду, хён, — Чонгук разворачивается к Тэхёну лицом и тянется за поцелуем, на которые ему с удовольствием отвечают.       — Так намного лучше, — Ким клюёт парня в кончик носа и отходит от него в сторону гостиной, — Милый, помоешь посуду, хорошо?       — Эй, а продолжения не будет?       — Я же сказал, неделю без секса.       — Ты просто невыносим, хён! — Чонгук берёт полотенце лежащее на стуле и кидает его в Кима.       — И я тебя люблю, малыш!