Чайный Дух

— Спи, дитя моё, усни, сладкий сон к себе мани. — Протяжная колыбель разливалась по опущенной в полумрак избе. — В няньки я тебе взяла Ветер, Солнце и Орла. Догорающая в блюдце на окошке свеча дрогнула кончиком огня. Воск на каёмочках скапливался всё больше. — Улетел Орёл давно; Солнце скрылось за горой, — большая рука в морщинках легонько подтолкнула люльку-зыбку. — Ветер после трёх ночей мчится к матери своей. В дверном проёме показалась тень, в небольшую комнатку прошла белокурая женщина в белоснежном сарафане. — Ветра спрашивает мать: «Где изволил пропадать? Али в звёзды воевал? Али волны всё гонял?» Женщина еле слышно опустилась на перина и с полюбовной тоской взглянула на малыша, что, сжав кулачки, тихо сопел. После чего вздохнула, прислонилась щекой к краю люльки и запела в унисон с матерью. — «Не гонял я волн морских, звёзд не трогал золотых, я дитя оберегал, колыбелечку качал!» Старушка приподнялась со скамьи и отошла к окну. — Димитрушке нашему времечко-то идёт, — старушка поправила плетёные шторы и обернулась к дочери. — И у нас кончается, уже как два года долг держим. — Что же поделать, маменька? — Женщина осторожно погладила младенца по голове. — С напёрсточек он ещё совсем. Но на месте матушки уже стоял золотой самовар с чёрным узором — птицами.

***

— Пока, Волче! — До встречи, Серый! — Усмехнулся Олег, сложив руки у груди и оперевшись плечом о дверной проём. Разумовский, друг детства, недавно вернулся из путешествия по другим странам, Олег тогда не смог с ним из-за работы поехать. Еле отговорил программиста начальника его не трогать. Зато теперь создатель знаменитой соцсети привёз гостинец в виде чайного сервиза. Особое внимание привлёк белый с васильками чайничек. — Отмыть бы тебя, — почесал щетину Волков, разглядывая подарок. Аккуратно отставив фарфоровое изделие на стол, Олег отошёл к раковине. Откопать не потрёпанную губку весьма не просто. — Сейчас тебя отмоем, сверкать будешь, — усмехнулся мужчина, поднимая крышку, однако, тут же шарахнулся от раковины из-за голубого дыма. Чайничек звякнул о столешницу, становясь каким-то боком ровёхонько. К стенке, в три погибели, прижимался белокурый паренёк, судорожно хватаясь за кран и поджимая ноги. Пряди отливали золотом, на макушке красовался венок из васильков, голубые глаза в изумлении бегали от угла в угол, белая рубаха заправлена в коричневые штаны, ноги босые, лишь оплетены берёзовыми веточками на щиколотках, будто браслеты. Олег был в шоке. — Ну, Серый… — пробормотал он и медленно поднял руки в успокаивающем жесте. — Здравствуй. Блондин дёрнулся, сконцентрировал внимание на Волкове и замер. Уголки губ дрогнули, осторожно, словно в замедленной съёмке, парнишка сполз с раковины. — Здравствуйте, — юноша замялся, явно думая, как обратиться, — хранитель… Волков сделал шажок навстречу. Кажется, он вчера перепил с Сергеем по скайпу. Определённо. — Скажу честно, я ни черта не понимаю, — выдохнул человек, опускаясь на пододвинутый им же стул. Паренёк, выглядевший, как сбежавший из музея в древнерусской стилистике, стушевался. — Долго тебе придётся слух напрягать, молодец, — прозвучало весьма виновато. — Но ответь для начала, как тебя величать да век какой на дворе. От такого Волче вообще в ступор впал. «Вот это речи…» — Олег Волков. Век двадцать первый. Технологии, демократия, конституция, президент, интернет. — Олег по глазам видел, что и половины-то слов собеседник не разобрал. — А ты сам кто? — Долго же я спал… — Пробормотал блондин себе под нос, непроизвольно поправляя венок одной рукой, а после уже обратился к мужчине. — Дмитрий я. Семья моя задолго до этого жила, силу великую хранила — исцеление и благодетель. Да только платить за всё надо. У каждого срок свой, замудренный. По его истечении мы становимся заточены в различных посудинах. Кто в самоварах, кто в чайничках, но обязательно с крышкой, дабы открыть её и пробудить нас смогли. Тот, кто это сделает, хранителем нашим становится. Дух я — Чайный. Олег натруженно выдохнул, постукивая себе по виску. — Я молодой ещё, — Дима потупился, — но постараюсь проблем не приносить. Маменька меня научила, как травы заваривать, как лечебные мази делать, заговорам обучила, пущай и не положено их родственникам передавать, — Дух легонько улыбнулся и тут же заверил. — Но ты не кручинься, они всё равно у меня получаются. Приплыли. — Хорошо, с этим разобрались, — Олег изучающе наклонил голову в бок. — Жить, я так понимаю, ты у меня собрался? — Положено так, Олеж… Будь кто другой крышку открыл да и в доме своём за порожек меня поставил, я б ему служил. А так.. не моя воля выбирать. Волков задумался. Получается, если бы Серёжа оставил сервиз себе и подарил Олегу что-нибудь другое — по-любому навороченное — то и Дух ему бы достался? В груди недобро стянуло. Что же с тобой сделалось, Волче? Иль чары голубоглазые окутали? — Так, понятно. — Олег поднялся. — А с чайником теперь что? Дмитрий обернулся, взял крышку и вернул её на положенное место. — Пить из него. — Совсем по-простому пожал плечами блондин. Олегу хватило сил и благоразумия лишь на то, чтобы согласиться. Остальное — потом.