Кукси

      Красная ковровая дорожка: вспышки фотокамер, крики журналистов с просьбами повернуться или улыбнуться, нескончаемые волны фанатских выкриков и восторженных писков. На таких мероприятиях всегда достаточно много звёзд, которых боготворят миллионы людей. Вот и сегодня на этой самой дорожке шествуют вольной походкой от бедра семеро шикарных мужчин. Где-то в середине движения их останавливает МС этого замечательного мероприятия, цель которого — задать несколько вопросов, затронуть личное и, возможно, раскрыть некую тайну. Лидер как обычно отвечает на все вопросы с серьезным выражением лица, по нему невозможно определить, какие мысли вертятся в его умной голове. Остальные мемберы, окружив своего путеводителя внимательно (а может и нет) слушают его речь и тайно радуются поддержке своего фандома. Кто-то пытается поддержать лидера в совместных темах, но есть среди этой семерки двое, живущих в своем мире. Вечно путешествующих по миру грез и неких бурных, возможно, фантазий. И все бы, как говорится, гладь, да тишь, но именно на них смотрят камеры, в то время как Намджун и несколько других мемберов отвечают на вопросы и активно кивают головой.       Именно эта парочка тигро — зайцев живут одним воздухом и специфическим поведением, которое так и кричит о их любви друг к другу. Это надо же было, именно их поставить спереди. Мистер Мускул и Мистер Совершенство — вот какое описание сейчас им подходит. Чон Чонгук, несмотря на свою позицию, как золотой макне группы, совершенно не походит на младшего. Он невероятно обаятелен во всех отношениях: рост, отработанная годами фигура, состоящая из мышц и пресса, сумасшедшая тяга к знаниям и умение схватывать все на лету. Да что там знания! То как на нем сидят костюмы — это то, от чего можно улететь в нирвану. Рубашки, облегающие до такой степени, что пуговицы грозятся оторваться ко всем чертям, только ткань их и держит своими цепкими петельками. Брюки — вот настоящее что-то с чем-то: облегают и подчёркивают все, что только можно (и, в какой-то степени, нельзя). Пиджак служит, так сказать, «плащом спасения» что-ли? Тяжёлая, однако, у него миссия — прикрывать всю эту красоту. А сколько на этом теле тату и пирсинга?!       И вот думается мне, многим хотелось бы потрогать, подергать или даже укусить за пирсинг?! Кажется, что и Тэхену очень даже сложно держать себя в руках. А ведь сам Тэ, как минимум, седьмое чудо света: обаятелен, умен, находчив, с особым чувством юмора и достаточно чувствителен к прикосновениям — мечта, а не мужчина. Но у идеальных мужчин тоже есть один секрет, скрывающийся годами за надёжной стеной. Как бы агентство не противостояло — все тщетно. Настоящие чувства невозможно скрыть. Тем более двое из ларца сами всегда дают далеко не прозрачные намеки, что всегда вместе и всегда рядом. Вот и сейчас, в прямом эфире, на миллионы глазеющих зрителей, между Тэхеном и Чонгуком не то, что стрелы, там настоящие раскаты грозы со всевозможными яркими отблесками. Им уже, видимо, похер, что агентство их отчитает как надо, что менеджеры получат и вообще, что фанаты в очередной раз увидели, то что не должны были видеть.

***

      Сейчас перед глазами Тэхена проплывают флешбеками горячие воспоминания прошлой ночи. То, как Чонгук делал ему массаж всего, чего только можно. То, как он руководил своими пальцами там, где никому больше не дозволено. Как затягивался этот чертов галстук на руках Тэхена, словно змея, доводя запястья до побеления и оставляя на них нечеткие линии. Если присмотреться к его запястьям, то явно станут заметны следы, оставленные этой чертовой тканью. От ярких картинок, по телу пролетает жар и непроизвольно пальцы тянутся к Чону, губы попадают в плен острых зубов, в глазах пляшут демоны, язык сам вытанцовывает демонический танец. А что Чонгук? Он видит возрастающее возбуждение старшего, чувствует, как у того учащается дыхание и музыкальные пальчики тянутся навстречу к младшему, но внезапно резко останавливаются и максимально медленно возвращаются назад. А что Чонгук? Эта зараза — тот ещё провокатор и засранец, умело пользуется моментом. В его памяти уж слишком живы воспоминания сладких стонов, прогибов поясницы и хриплых просьб о продолжении тягучего удовольствия. Все, что связано с его личным счастьем, всегда заставляет сердце биться чаще. Он, возможно, сам не замечает, как начинает теребить кольцо на указательном пальце, отчего у старшего, кажется, срывает последние тормозные канаты, так слабо в последнее время удерживающие его от решительных действий. Чон же начинает поправлять пиджак и оттягивать ворот рубашки, слегка оттягивая галстук. Ему немного душно от картинок, что рисует его развратное воображение, а Тэхену кажется, что его тут явно испытывают на прочность и терпение. Ох, если бы не эта чертова дорожка и сотни, а то и миллионы глаз, если бы не шоу и ставшая родной за эти годы группа… Скорее бы это все закончилось… «Интересно в этом месте имеется уединенный туалет или какая-то отдаленная комната? Я ж не доживу до вечера. Мне нужна разрядка! — единственное, о чем может думать его возбуждённый мозг — это разрядка, хотя бы своими музыкальными пальцами в гордом одиночестве.»       Знал бы парень, как не одинок он в своих мыслях и желаниях в эту минуту. Как бы Чонгук не старался казаться обычным и спокойно отвечать на вопросы МС, его организм посылал хозяину достаточно конкретные намеки и просьбы. Спасибо, хоть пиджак хорошо закрывает всё. Мозг — слишком уж темная лошадка. «Возможно тут найдется комната, где можно закрыться, и пару минут просто дать себе расслабиться… — мысли Чонгука явно не хотели находиться на этой дорожке.»       Только вот какие бы мысли не посещали, приходится стоять столбами на месте. Яркие улыбки, ответы на вопросы, смущение некоторых мемберов и явно возбужденные взгляды двух младших. Намджуну очень бы хотелось сейчас испариться, но увы. Он кладет руку на шею Тэхена, тем самым пытаясь привести в чувства. Слишком поздно. Слишком. Тэ хоть и отвечает точно и быстро на вопросы (опыт не пропьешь), но его руки, жесты тела, взгляды очень даже показывают, что, и как происходит.

***

      Церемония проходит успешно, кого-то награждают за успехи, за активность, за красоту и множество других наград. Парни уверенно забирают множество достойных наград. Официальная часть завершена, а дальше after-party. Большинство гостей прикладываются к алкоголю. Только участники бенда следят за количеством выпитого и сказанного. Ведь они, мать его, — пример для подражания. А это не дает расслабиться даже на таких закрытых вечеринках. Намджун обводит глазами помещение и понимает, что двоих уже не видно. Мысленно матеря парочку твикс, берет бокал шампанского и идёт с кем-то общаться. В это время где-то поодаль от посторонних глаз Чонгук затаскивает в комнату клининга такого же видного парня, как он сам. Их обоих связывает желание и любовь до глубины сердечной мышцы. Если Тэ не замечал, насколько возбуждён Чон, то вот этот как раз все видел и ждал очень долго этого момента. И все могло уже успокоиться, но Тэхен не давал такого шанса. Постоянно заигрывал, лез к младшему, трогал, что-то шептал. Дыхание опаляло чувствительное ухо Чонгука. Шаловливые ручки хена пытались залезть в запретные места. Благо, что Чон Чонгук обладает молниеносной реакцией и успевает защитить все самое необходимое.

***

      — Хен, ты не устал играться? Твои шепотки и интимные касания не давали мне возможности расслабиться и сделать выдох. Ты понимаешь, что мы практически спалились, выходя на сцену за наградой?!       — Не хочу ничего понимать. Ты начал дергать это грёбаное кольцо, чертов галстук и эти твои чертовски притягательные пальцы на шее. — Тэхен заталкивает младшего в комнату и пытается одновременно нащупать защёлку. Чонгук находит выключатель и им хватает нескольких секунд на ознакомление и закрытие двери. После чего свет выключается, но приглушенный свет остаётся, и двое перемещаются к какой-то горке тряпок или одежды. Их желание настолько велико, что неважно, будет ли удобно и на сколько это гигиенично, и гигиенично ли в принципе. Жаркие поцелуи с привкусом крови, блуждающие руки по телу, звук расстегивающихся брюк. Вот музыкальные пальцы аккуратно и ловко бегают по уже практически вставшему члену. Им безразлично на любые приличия. Несколько быстрых скольжений пальцев по длине и их заменяют губы и зубки. Тэхен берет сразу на всю длину, обхватывает крепко, иногда, случайно или же специально, кто ж его знает, цепляя кожу зубами. Завтра явно будут проблемы с голосом и горлом, но сейчас так фиолетово. Чонгук стонет почти в голос и это — счастье для ушей старшего. Он старается и темп постепенно нарастает. Когда Чонгук чувствует подступление разрядки, приходится отодвинуть голову старшего. Тэ моментально заменяет губы пальцами и смотря в глаза снизу вверх доводит младшего до пика наслаждения. После чего встаёт и попадает в руки своего парня. Чонгук целует жадно до боли в губах, до нехватки воздуха. Ему мало до боли в пальцах, всегда мало Тэхена. Сколько бы раз они не делали это, — всегда не хватает, словно они наркотик друг для друга. Чонгук садится на корточки и одним рывком снимает брюки и нижнее белье. Нехилых размеров член попадает в круг сильных пальцев и сразу даёт определенный ритм. Его взгляд прошибает насквозь, до мурашек. Опытные пальцы (во всех смыслах) доставляют неимоверное удовольствие, выбивая то ли всхлип, то ли стон. Тэхен на что-то опирается спиной и сжимает в руках волосы на затылке Чона. Именно такой разрядки требовал его организм с самого начала этой чертовой красной дорожки. Чонгук создаёт дополнительные вибрации голосом, проходясь одновременно языком по венкам и уздечке. Вторая рука осторожно, но с нажимом массирует каждое яичко. От всего этого у Тэ срывает тормоза и он сам насаживается по самые яйца. Он где-то в подсознании понимает, что Чонгук, как лидирующий вокалист завтра получит выговор от всех. Его голос в лучшем случае будет хрипеть, а в худшем — его вообще не будет. Но об этом они подумают потом. Обоим хочется отдаться чувствам с головой и телом, но это не то место. Тут неудобно и негигиенично. Лучше не рисковать. Ведь рано или поздно из пропажу заметят и Намджун в очередной раз даст обоим конкретных таких пиздюлей. Ведь тут весь бомонд Кореи. Только сейчас им пока ещё пофиг. Именно сейчас они во власти страсти и любви. Им слишком хорошо. Тэхен получает свою львиную долю наслаждения и его ноги подкашиваются. И вот он апогей, надо собираться и выходить. Они уже слишком долго в этой комнате. Только Тэ знает секрет, который его заставляет мучаться весь вечер. Именно эта маленькая деталь в купе с пошлыми мыслями и довела его до всего этого. Он готов скулить от осознания, что, придя домой, Чонгук увидит блестящую анальную пробку. Это проклятие и чудо, что она осталась сейчас незаметной. Или нет? Только не этот хищный взгляд Чонгука. Нет! Тэхен узнает этот прищур с горящим взглядом среди сотни взглядов. Кажется этот кролик давно заметил и все понял. Но ведь можно же дотянуть до ночи? Хочется Тэхену крикнуть что не надо, но не может. Чонгук затыкает рот поцелуем, видя попытки обходной. Не сейчас, Чон заметил странный блеск и понял, что старший явно ожидал от этого вечера что-то горячее. Кто он такой, чтобы отказать себе и своему парню в таком желании. И похер, что не удобно и не вовремя. Ровно несколько секунд на вдох и Тэ уже повернут спиной к нему. Чон по свойски проводит ладонью по спине и надавливает в районе поясницы. Тэхен прогибается и непонятно, во что упирается руками. Чонгук нащупывает предмет его мыслей и, слегка надавив на него, извлекает игрушку. Нарочито медленно и тягуче, играясь и заставляя тело содрогаться в желании и ожидании. Тэхен едва сдерживает полноценный стон, нельзя так палиться. Его губы истерзаны, не хватает кислорода и жутко хочется пить. А Чонгук, мать его, извращуга играется и мучает. Пальцы Тэхена сжимаются до побеления. Голос вырывается наружу.       — Сука, Чонгук! Достань уже ее! Хватит меня мучить! Я осознал и больше не буду так играться!       — Так я тебе и поверил Хён! Именно ты являешься заводилой секса в странных местах. Вот и сейчас эта пробка… А ведь я ещё дома увидел пропажу этой вещицы, когда мы собирались. Так что все мои действия на дорожке были для такого вот завершения. Ты же не думал, что я невзначай захотел устроить кипишь. Нет, Тэхен, вся эта игра была для тебя!       Произнося эти слова, Чонгук наконец извлекает игрушку и получает полноценный выдох с лёгким всхлипом. Тэхен же готов благодарить всех демонов, что это произошло. Не думая о растяжке, Чон входит до упора, по самые яйца так сказать. Тэхен тут же вытягивается струной, но уже через несколько секунд приходит в себя и, подаваясь назад, требует продолжения. И кто такой Чонгук, чтобы отказывать им обоим в такой игре? Правильно, никто. Его движения быстрые и глубокие. Он входит и выходит полностью. Как только головка члена проходится по простате, Тэ выгибается в пояснице и не стесняясь крика, выпускает долгожданный стон. Чонгук успевает вовремя заглушить его своими губами и языком. Поцелуй выходит рваный, с привкусом крови и стуком зубов. Создаётся впечатление, что макне пытается выбить душу из тела старшего. И сказать, у него это очень хорошо получается! Тэ задыхается от чувств и нехватки кислорода в лёгких. Чонгук стонет, выдавая самые низкие ноты. Их голоса сливаются в один. Их любовь, страсть и привязанность сливаются воедино. Этот порыв и жажда страсти выбивают последние капли воздуха и кажется, что в помещение не осталось вообще кислорода. После их пребывания, кажется придется наводить порядок. Но им фиолетово. Одно лишь их приводит к нервозу: лидерним похуже кого другого на пальцах покажет и расскажет как можно себя вести, а как нельзя. Им даже иногда кажется, что однажды Намджун сам их отымеет по полной. И вот Чонгук делает последние толчки и изливаясь на спину парня. Несколько секунд приводит дыхание в порядок. Поднимает свои брюки и извлекает из них влажные салфетки. Сначала обтирает Тэхена, не забывая оставить пару засосов вдоль позвоночника. Потом сам вытирается и включив свет на ощупь, выбрасывает салфетки в урну. Помогает привести себя в порядок Тэхену. Оба с красными щеками, затуманенными, но счастливыми глазами, не без пары десятков засосов, которые заметны из-под рубашек. Два до безобразия счастливых человека выходят в свет. Их не смущают опущенные взгляды персонала по уборке, взгляды одногруппников, завидующие вздохи некоторых девушек. Они настолько счастливы, что им банально пофиг!