Как тебя покорить?...

В палате номер 675 пахло таблетками, спиртом и ещё хлоркой. Видимо, недавно здесь всё протёрли, хотя палата довольно чистая… Около койки сидел парень, что держал за руку кудрявого. На правой руке стоит система, на лице, на груди бинты… Он как мумия, ведь совсем не двигается… После того как врачи его привезли, то сделали ему перевязку, быстро куда-то катали его на носилках, а Ваня сидел в коридоре, ожидая, когда вся эта суматоха закончится, ведь видеть, как на прекрасном лице появляются синяки, что были до этого заляпаны кровью. Его собственной кровью. Полиция. Она зашевелилась, потому что родители Сережи так просто это не оставят, да и Ваня так просто это не оставит. Сейчас у него нет сил и он лежит на его теплой руке, что даже не шевелится. Бледное тело совсем не подаёт признаков жизни, а Ваня пытается уснуть, чтобы хотя бы чуть-чуть отдохнуть. До нового года три дня, и он совсем не хотел, чтобы этот новый год кудряшка встретил в стенах больницы, да ещё и с переломанным ребром… — Вань?.. Иди поспи, я посижу с ним, если что наберу тебя, — мама Сережи зашла в палату, кладя апельсины на тумбу. Её глаза, полные сожаления и боли, были обращены на сына. Она знала о том, что в школе общение кудрявого парня не было такое большое, да и друзей он никогда не приводил, что уж там говорить о посиделках. Мать замечала, что что-то не то, но не придавала значения, объясняя тем, что возможно у парня переходный возраст, поэтому тот постоянно ходит молчаливый, изредка улыбаясь. Но потом как-то одним днем Серёжа пришел домой весь в синяках, точнее не пришел, а дополз. Тогда женщина поняла, что школу надо менять и хотела узнать, кто с ним такое сделал, но парень молчал в тряпочку. Прошло не так много времени, а точнее летние каникулы, и когда Серёжа пошел в новую школу, женщина стала замечать улыбку на лице, но потом ей пришлось уехать в командировку с отцом. Они долго болтали с сыном, и он светился. Правда светился, а вместе с ним и женщина. Она знала, что Ваня спас Серёжу, и не один раз хотела поблагодарить за семейным ужином, но тот убежал. Всё пошло как-то наперекосяк, совсем меняя планы, а то и вовсе руша их. И сейчас Ваня ни на секунду не хотел оставлять это чудо. Он уже допустил ошибку. Оставил его одного, а сам пошел на гребаную тренировку. Так не должно было быть. — Это я во всём виноват, это из-за меня, — Ваня прошептал это, когда на его плечо легла женская рука. — Нет, не ты, сынок. В этом виноват только тот, кто причинил ему зло, а не тот, кто спасал его… Не смей себя винить, слышишь? — женщина сжала плечо, а Ваня тихо кивнул. — Но я не спас его… Вы же знаете, я не спас его! — челка упала на глаза, но ему все равно. Парень сжимает руку Серёжи и смотрит на его лицо. Всё такой же неподвижный… Почему глаза не открывает? Почему просто лежит? Потому что ты его не спас. Разве после этого он будет с тобой хотя бы дружить?.. Гнилой червяк сел в груди, выковыривая дыру, заставляя уйти в себя. То, чего он так боялся произошло, и теперь он сидит рядом с избитым Серёжей. Даша дома. Он отправил её, считай, силком, потому что девушка на отрез отказалась покидать палату, поэтому парень позвонил её родителям, и девушку забрали. На сердце огромный ком, но он не двигается с места. Лейла понимает, что бесполезно ему что-то говорить, он всё равно останется при своём, поэтому ещё раз взглянув на сына уходит, дабы не расплакаться… Вадима нашли, и сейчас он находится в участке. Даша показала переписку с ним, а так же рассказала всё, что знает. Ваня выложил полицейскому всё, что от него требовалось, даже хотел добавить, чтобы этот шакал сел в тюрьму надолго, но нельзя. Дача ложных показаний не сулит ничему хорошему. Конечно, опросили и родителей. Теперь Серёжа в безопасности, осталось дождаться когда он проснется. *** Второй день. Серёжа всё ещё не открыл глаза. Дыхание тихое, размеренное. Теперь прислушивается, чтобы ни дай бог не потерять его. Сколько он уже не ел? Хотя нет, ел. Те апельсины или мандарины, которые принесла Лейла.

Убирая руку прочь Я не смог тебе помочь Солнце село на закате Потом наступила ночь, хочу измениться Никак не смог извиниться.

Возможно от него пахнет, да и волосы уже порядком стали грязные, но он только крепче сжимает слабую руку. Почему нельзя повернуть время вспять, чтобы еще при первой встрече убить этого гада?! Но так нельзя… Нельзя просто взять и избить. Нельзя просто взять и простить. А он никогда не простит его. Глаза закрыты. Ваня сидит в черном худи и его пробирает дрожью, когда он чувствует движение рядом. Поднимая голову, что лежала на руке, он взглянул на парня и увидел, как тот открывает рот, пытаясь что-то сказать. — В-вод-ы… — хрип, и Ваня подрывается со стула, бешено бегая взглядом по тумбочке, а после дрожащими руками протягивает стакан, осторожно придерживая голову. Очнулся. Он очнулся… Он жив и сейчас жадно пьет воду, хватаясь за неё, но после жмурится, видимо, от боли. Ребро… — Тише… Серёж, не торопись, всё хорошо, — Ваня ставит стакан на тумбу, а после целует того в лоб. Глаза Пешкова закрыты, но он двигает пальцами и находит руку Вани, что была совсем рядом. — Где я.? И что случилось? — парень облизал губы, а Ваня не мог поверить, что он очнулся. — Ты в больнице, и теперь ты в безопасности, — он погладил большим пальцем его костяшки и прикрыл глаза, чтобы не думать, что это сон. Серёжа замолчал. Глаза всё ещё закрыты, но он медленно шевелит пальцами, давая понять, что он не спит. Сейчас бы позвонить его родителям и сказать, что всё хорошо, но он не может. Отпускать руку совершенно не хочется, уходить куда-то тем более. Дайте ему насладиться этими минутами счастья. — Вань, а кто… Кхм, кто меня нашёл? — спросил с хрипотцой в голосе. — Даша, она позвонила мне, и я… Я прибежал, а дальше… — Не продолжай, — нежно, чтобы успокоить его. Иначе Ваня снова начнет загоняться по ерунде. Серёжа устал и его снова тянет в сон, но он не хочет уходить, пока рядом сидит Ваня. И сколько, кстати, он в отключке? Пять часов? Десять? — А сколько я уже здесь? — прочистил горло и спросил. — Я точно не знаю, но больше одного дня, — не переставал смотреть на него. — Ты ел? Он мог соврать, но врать не хотелось. Да и зачем? — Нет. Я… — Вань, я хочу отдохнуть, но пока ты сидишь здесь я не могу, потому что начну переживать за тебя, поэтому прошу тебя уйти и нормально поспать, а также покушать, — голос внезапно стал такой требовательный, что Ваня не смог противиться. Самому жутко хотелось спать, но, переживая за парня, он не мог глаз сомкнуть, ведь перед глазами на снегу лежал полумертвый Пешков, изо рта которого текла кровь, но уста растянулись в глупой улыбке, будто этого он и хотел. Умереть где-то в подворотне, от рук этого долбоеба или просто знал, что так будет… — Хорошо, я оповещу твоих родителей и завтра мы все придем к тебе, а сейчас отдыхай, — он чуть привстал со стула и наклонился ко лбу, даря маленький поцелуй. Осторожно взял куртку, вышел из комнаты, сообщил доктору, что пациент очнулся и с облегчением вышел из больницы. На улице светило солнце. Морозный день ясно улыбался ему, давая понять, что теперь всё будет хорошо, ведь через два дня новый год, и Серёжа очнулся. Около входа курили врачи или пациенты, а может оба, ведь все в белых одеждах с накинутыми куртками. Укутавшись в куртку теплее, Ваня пошел к автобусной остановке. *** На следующий день Ваня вместе с родителями шёл по коридорам уже до боли знакомой больницы. Лейла чуть ли не залетела в палату, сразу кидаясь к койке, а ведь Серёжа ещё спал. Время было уже двенадцать дня, поэтому Ваня думал, что тот уже поспал, а оно вон как оказывается. Послышался жалобный писк, и Лейла тут же отскочила, прося прощения сына. — Прости, я думала ты притворяешься, не хотела тебя будить, — она присела на край койки и погладила по волосам, всматриваясь в лицо, что было покрыто синяками. Губа разодрана, бровь тоже. Основные раны были в районе ребер, рук и ног, ведь шакал бил его в основном туда. Лейла, видимо, задела ребро, раз тот так жалобно проскулил и зажмурился. — Мам, всё хорошо, — он приподнял руку, что была свободна от капельницы и взял женщину за руку. После обвёл взглядом всех присутствующих, отмечая, что кого-то не хватает. Здесь не было Даши и он не мог понять где она. Она же приходила его навещать? Ведь именно она спасла его. Иначе он бы просто замерз там… Прямо около подъезда собственного дома. Он должен сказать ей самое банальное спасибо. — Привет, пап, — Серёжа улыбнулся отцу и тот кивнул в ответ, подходя ближе к школьнику. — Мы волновались, сын, — произнес отец, и Ваня согласно кивнул. — Простите, что заставил вас волноваться, — Пешков виновато улыбнулся, а Лейла хотела начать тираду о том, что сын ничего такого не сделал и вообще не стоит винить себя в этом. — Мам, не начинай. — Не стоит так говорить, потому что волноваться за своего ребенка нормально, — отец по-доброму улыбнулся и Ваня посмотрел на мужчину, понимая, что так и есть. Волноваться за ребёнка — это нормально. Вот только он никогда не узнает какого это, переживание родителей о нём, ведь всем всегда было плевать на него. Сжав кулаки, он обошел кровать и сел с другой стороны, чтобы перестать думать о такой ерунде. Сейчас ему нужно думать о своём парне, а не о том, какая у него хуёвая жизнь. — Вань, получается, теперь я буду праздновать новый год здесь? — Серёжа обратился к Ване и тот согласно кивнул. Да, здесь, потому что в таком состоянии ему нельзя даже двигаться, что уже там говорить о выписке? Пусть даже не заикается об этом. Новый год будет здесь, но даже это не сделает его хуже, потому что Ваня уже позаботился об этом. Подарок он ему подарит и сделает для него лучший праздник, что бы он запомнился Серёже надолго. — Да, ты не переживай об этом. Отметим праздник вместе, так что всё теперь будет хорошо, — мама улыбнулась ярче, и Серёжа отразил улыбку. Семья — это люди, которые с тобой в трудные минуты. Это те люди, которые готовы ради тебя на всё, и любят тебя просто за то, что ты есть. Если у вас есть семья, то я надеюсь, что вы любите её. Люди, что окружают вас прямо сейчас могут быть для вас очень близкими и думаю, стоит задуматься. Ведь они могут стать вам ближе, чем ваши родители, братья… Просто дарите им счастье и любовь. *** Всю ночь они украшали палату, пока медсестры увезли его в другую палату, под видом, что эту палату дезинфицируют. Ваня поставил посреди палаты искусственную ёлку и украсил её. Родителей отправил домой, чтобы те отдохнули и не заморачивались по пустякам. Сам приготовит для него праздник и пусть это немного эгоистично, но Ваня уже загорелся идеей и почти всё готово. Время полтретьего ночи и он ложится на кровать, где раньше спал Сережа. Пешкова поместили в отдельную палату, об этом позаботились родители, и сейчас Ваня был этому несказанно рад. Растрепав и без того лохматые волосы, он упал на койку звёздочкой, понимая, что послезавтра он сделает всё для того, чтобы Серёжа улыбался целый день. *** — Вань… Мой подарок остался в квартире, и я не смогу подарить тебе его, пока не выпишусь, — парень огорчённо вздохнул, и его темно-болотные глаза при солнечных лучах загорелись тоской. — Серёж, ничего страшного, но я точно подарю тебе кое-что, — хитро улыбнувшись, Ваня принялся чистить апельсин. Тридцать первое декабря. На улице идёт ленивый снег, что еле-еле оседает на ветках деревьев, серые тучи, что за секунду скрыли солнце. Но это никак не мешало Ване дарить новогоднее настроение больному. Сережа почти не морщится, когда встаёт в туалет с помощью Вани. Он почти не жалуется на боль в груди, когда глотает пищу, ведь каждый день ходит на какие-то уколы либо к нему ходят ставить капельницу. А зачем? Не знает, да и не нужно, главное, что раны заживают, правда синяки ещё не спали с лица. — Я до сих пор не могу поверить, что из-за меня ты справляешь новый год в больнице, — он поник, опуская голову, впиваясь взглядом в свои ладошки. Ваня тут же взял дольку и протянул её Пешкову. Тот приподнял голову, смотря то на неё, то на Ваню. — Мне не важно, где мы будем встречать новый год, важно лишь то, что я буду с тобой. Даже если это больница, то теперь в палате пахнет не таблетками, а мандаринками, а все потому что новый год уже здесь. Запомни раз и навсегда. Не вини себя за то, в чем ты не виноват. Хорошо? — кивнул на дольку, и Серёжа взял её в рот. — Мг, — кивнул, жуя вкусный фрукт. Ваня довольно улыбнулся. Час дня, а значит до полуночи ещё много времени. Ещё нужно будет съездить к Лейле, взять салаты и всё необходимое для праздника. Так же взять подарок, который пылится у Серёжи в шкафу уже несколько дней, а то и неделю. Сегодня точно будет самый лучший день…