Осколки-иглы

      На самом деле Камило не ненавидел своего дядю. Вовсе нет. Но вы спросите, почему тогда он его избегает? Вот тут уже сложнее... Или же наоборот намного проще? Скорее, второе, чем первое. Камило просто-напросто побаивается своего tio. Всё никак не может избавиться от детской страшилки, думаете вы? Нет, Мило боялся Бруно уже не так сильно, как в детстве, но всё же иногда состояние его транса пугало. В эти моменты вид провидца был довольно мрачен: растрепанные волосы, серьезное выражение лица, на котором читалось непонимание происходящего, и эти жуткие глаза, светящиеся токсично-зелёным цветом. Любой ребёнок на первой секунде такого зрелища был бы за тысячу километров от дома четы Мадригаль. Но Камило-то уже не малыш, да и дядя при свете дня не так страшен. Скорее, парня пугала возможность сказать что-то не то, ненароком обидеть несчастного человека, который и так натерпелся унижений за всю свою жизнь с момента получения его дара. Ужасный дар. Проклятый дар. Жуткий дар. Лицедею было жалко Бруно, он и так уже многовато наговорил, точнее напел. Два метра рост? Да какой там... Крысы на спине? Ну вот это бывало, но не свора же их там была, максимум одна или две... В общем, парню было стыдно немного. «Как вообще можно бояться этого миловидного мужчину?!» — думал Мило, смотря на tio и его кузину Мирабель со второго этажа примерно минут двадцать точно. Мира показывала Бруно свои вышивки. Да, его дядя был определённо милым. У него были красивые кудри примерно по плечи с еле заметной сединой, мягкие округлые черты лица, да и вел он себя довольно умилительно по мнению парня: постоянно извинялся непонятно за что, заикался и краснел, когда переживал или смущался. А как он улыбался, вы бы видели! Лёгкая ухмылка, довольно изящно. Камило разомлел и расплылся по перекладине лестницы, словно довольный кот, продолжая наблюдение. Но в ту же минуту странное чувство охватило кудрявого, и он дернулся от края с такой силой, что чуть не повалил близ стоящий цветок бабушки.       — Эй, Камило! Спускайся к нам, — радостно прокричала Мира с такой силой, что даже Бруно повернулся в его строну, смотря на племянника довольно настороженно.       Родственники заметили парня, который старался особо не привлекать внимание к своей персоне, что выглядело весьма странно для такой "звезды", по мнению парня, как он.       — О, эм... привет, — Камило все же пришлось спуститься. Невежливо игнорировать просьбы людей, так учила Альма. — К-как дела? — мальчишка натянул на лицо улыбку и оперся о перила, делая свой вид более беспечным.       — К-Камило, у тебя всё в порядке? — подал голос Бруно, он выглядел немного обеспокоенно. — Такое чувство будто ты...       — Именно! — кузина перебила дядю и продолжила за него. — Чего это ты прячешься от нас? Ты ж не вор какой-то... Или ты успел стащить арепы и теперь стараешься не привлекать внимание? — Мира состроила задумчивое лицо и мило улыбнулась.       — Что? Нет! Вовсе нет! Я даже ещё не успел зайти на кухню... — возразил Камило. — Я... Просто... — парень старался придумать какое-то оправдание, но почему-то плохо получалось. — Я шёл в город, чтобы помочь одному знакомому, — в принципе, неплохая отмазка.       — Понятно. Оу, вы только гляньте, уже шесть часов! Похоже, матушке нужна помощь с приготовлением ужина, — Мирабель решила, что оставить этих двоих наедине будет прекрасным решением, пусть найдут общий язык, может, и Бруно захочет прогуляться в город. — Ну-у-у, что ж, так не хочется уходить от вас, но я должна помочь, — девушка быстро убежала в сторону кухни, напоследок окидывая взглядом своих родственников.       Паренёк поник и опустил голову, смотря на плитку у себя под ногами... «Красивая», — про себя отметил Мило, но из мыслей его вырвал мужской мягкий голос.       — Камило, дорогой, всё хорошо? — спросил осторожно Бруно, аккуратно кладя свою руку на плечо тому.       — Да, — твердо ответил лицедей, отбросив кисть провидца. — Всё как обычно...       — Ну, х-хорошо тогда.       — Ага. Ладно, мне пора, — теперь из-за своего неудачного оправдания придется всё же идти в город.       — Камило, постой! — крикнул зеленоглазый, смотря вслед уходящему племяннику. — Я только хотел сказать, что если тебя что-то беспокоит, то ты всегда можешь рассказать мне! — дверь закрылась.       Мило сделал вид, что не обратил внимания на слова дяди, чтобы казаться более хладнокровным. Он вышел на улицу и прислонился к двери, произнося тихое «спасибо». Сейчас ему было грустно... Грустно оттого, что он совершенно запутался в своих чувствах. Как же было неловко вот так пялиться на собственного дядю. «Я точно неправильный! — с горестью думал Мадригаль. — Нельзя показывать себя настоящего... Никогда. Никому. Ни в коем случае. Лучше и дальше носить эту маску почти прилежного мальчика».