Как это - делить баскетбол?

— Да? Серёжа, это ты? — Смеялась в непонятках, так как на том конце слышался только громкий спор, сути которого не могла уловить. — Алло! Это я! Еле как разрешили позвонить тебе, — вздыхал тот. Разговоры на заднем фоне оказались на английском языке, так как они уже прилетели в Соединенные Штаты, так что неудивительно, что Алтуша ничего не поняла. Сама была еще в Праге. — Чуть не забыл бумажку с твоим номером в Москве, представляешь? — Улыбался довольный. Но теперь она была с ним, да и путь проделала через полмира. Жалко, что с ним не было Её. — Ты сейчас где? — Спрашивала спустя пару минут разговора. — Мы идём в бар, — вздыхал. — Парни нашли где-то в переулке кольцо и несколько америкосов их раскатали, — очень безнадежно звучало. — Теперь идём отмечать наше фиаско. По их рассказам, на матчах нас разорвут. Девушка посмеялась, не поверив, что это не сценарий фильма. Чемпионов из СССР обыграла простая шпана? Может, ещё Брежнев теперь балерина? Ну, это слишком, да… В общем, Белов рассказал всё подробнее, а потом его позвал Модя. Всё-таки, стоял с телефоном он прям на ресепшене их отеля уже «при параде». Пожелал ей удачи в последнем матче перед отправкой домой, а она приказала смотреть за их общим товарищем. Кстати, о нём. В ту ночь Тина всё рассказала комсоргу, попросив его сильно не злиться на Паулаускаса. Да, совершил ошибку, но как пожалел о ней потом! Сама, понятное дело, не сердилась. Почему-то знала, что он учится на своих «просчетах». И Сергей не мог не послушать её вкрадчивые объяснения и убедительные аргументы в защиту друга. На следующий же день, к всеобщему удивлению, провожать её пришли все! Кроме Нади и Миши, к счастью. Там Паша извинился перед литовцем, а тот, в свою очередь, перед ними всеми за то, что по его вине они попали в такую неприятную ситуацию. Все стало вроде нормально. Потом та странная парочка вышла на связь, видимо, придя в себя. Попросили никому не говорить о том, что они «такие». Сказали, что все равно останутся в столице. Никуда уезжать не собираются, поэтому были бы рады «забыть всё плохое». Но теперь их будут обходить десятой дорогой. Не дай бог кто-то узнает! Даже думать не хотелось о таком. В мужской сборной к Моде будет ещё больше вопросов. Так что, нет. Они без таких друзей точно обойдутся. Пару дней спустя Паша снова уехал. Отпуск его закончился. Теперь придется работать! А следующий звонок Белова был уже в Москву. Рассказывал, как Саша упал в обморок на игре. Заметила, что он волновался за него. Это хороший знак. Значит, что команда становится больше походить на ту, что сможет взять первое место на Играх! Жаль только, что с бывшим Свешниковой так вышло. Надеялась, что ничего серьёзного. Может, переутомился? Но ей ничего не говорила. Расстались, так расстались! Правда, он разбил ей сердце прямо считай у алтаря… Долго не могли её успокоить в тот день. Так плакала, что сердце кровью обливалось. Лидия Алексеевна о них не знала, но, если бы знала, то Алтуше бы многозначительным своим взглядом дала понять, что её баскетболист сотворит то же самое. В такое верить не хотелось. У них всё было замечательно. Разве что трудно было расставаться на такой долгий срок… — Когда ты уже прилетишь?.. — Хныкая, спрашивала. — Скоро, — фыркал тот. — Как только Гаранжин поймет, что мы наунижались уже, так сразу. Ужасно надоело проигрывать этим америкосам… И это только студенты, представляешь? — Наполовину спокойно, наполовину эмоционально говорил. — В Мюнхене нас точно растопчут. Томно вздыхал, оглядываясь по сторонам. Девушка на ресепшене ему вежливо улыбнулась, а коллега, проследив за её взглядом, немного посмеялась, шепча что-то. Та качала головой, снова ему улыбаясь. Тогда Сергей наконец перевел взгляд обратно к бару, продолжая слушать Алтушу. Она что-то говорила о том, что без хотя бы одной победы они могут не возвращаться. Он усмехался её наглости. — Я серьёзно! — Восклицала. — Неудачники мне тут не нужны. Молодой человек прямо залился смехом, соглашаясь с ней. Без боя сдаваться не хотелось! Но их лучший игрок в лазарете! Куда они без Сашки-то? — Боже! Ну в «ЦСКА» как-то же играете без него, — закатывала глаза. — И не говори, что это совсем другое. Я и так знаю. Улыбка прямо не сходила с его губ. Такая она была забавная. — Excuse me, — возникла рядом вдруг неожиданно хостес. — Do you speak English? Голубыми огромными глазами на него смотрела сногсшибательной красоты блондинка, что еще пару минут назад ему просто «вежливо» строила глазки, как оказалось! — Милая, прости, пожалуйста, тут ко мне девушка подошла. Одну минуту, — сказал в трубку, не убирая её от лица. — Sorry, but I have a wife, — с явным русским акцентом отвечал тот. Пригодились эти непрогуленные школьные уроки! — But where is the ring? — Искренне посмеялась своими белоснежными зубами. На другом конце света в светлой квартире возле тумбы сидела девушка, ничего абсолютно не понимая в их разговоре, но уже раздраженная этим фактом. Да и кокетливый смех переводить не нужно было, чтобы знать, что к нему кто-то там подкатывал. — I forgot it in my room, — еле поняв её вопрос, отвечал. — And you are talking to your wife now, don't you? — Указала на телефон, а тот медленно кивнул, до конца не осознавая. — Does she understand us? Ему уже надоел этот разговор, хотя попрактиковаться хотелось. Наконец в ответ отрицательно помотал головой, а далее почувствовав руку девушки на своём предплечье. — So, she will not know anything, — прямо промурлыкала, подойдя чуть-чуть ближе. — No-no, I don't want, — окончательно запутавшись в словах, объявил, убирая её руку и отходя. Та разочарованно вскинула брови и ушла, виляя бедрами и бросая какую-то фразу напоследок. Он не понял её. — Ты закончил там? — Недовольно послышалось в трубке. — Куда она так настырно, — в шоке произносил. Начал всё объяснять по порядку, но её интересовать начала только одна маленькая деталь. — Ты же не злишься? — В конце спрашивал. — Нет, только зачем ты ей сказал, что у тебя есть жена? Ну, в школе словам по типу: «подружка» или «девушка» их, к сожалению, не учили. А она успела помечтать, что это значит нечто большее… — Давай мне пять баксов, — говорила напарница за стойкой регистрации. — Я же говорила, что эти русские не такие. Блондинка закатила глаза, вручая купюру. Заприметила она его ещё с первого дня, но чего-то похожего на симпатию не было. Так, спортивный интерес. А вот Тина у нас доверяла ему полностью. И в мыслях не было, что он сейчас сможет положить трубку и уйти куда-то с той девушкой. Знала, что он пойдет в бар, даже не будет пить, поболтает с парнями, а потом через какое-то время вернется в отель. В том месте не светит ни одной девушке, как и в любом другом. Насчет Моди же, наоборот. Хотелось чтобы он уже нашёл себе хорошую и милую. Зимой, кажется, его с кем-то видели, но лишь единожды. Даже отказался знакомить их, ведь это было «несерьёзно». Белов с Алтушей только пожали плечами. Ну, раз так… Время летело для всех безумно быстро. Каждое утро начиналось с отсчета до Олимпиады. Кого-то будоражило, кто-то был уверен в своих силах, а некоторые по типу нашей баскетболистки боялись до дрожи. Тренировки с каждым разом становились всё усиленнее и увиливать уже не мог никто. В раздевалках все разговоры только об этом. Очень давил груз ответственности. Пока не приехал Сергей, она еле могла засыпать по ночам. Накручивала себя на постоянной основе, думая, что облажается. И только он смог направить её на верный путь. По приезде отдыха у мужской сборной, безусловно, никакого не было. Все работали на пределе. Так что времени видеться со своими половинками не было. Алтынай видела эти долгие поцелуи каких-то парочек на автобусных остановках, когда спортсмен или спортсменка с сумкой наперевес не хотели, но прощались. Кто-то подумает, что это утрирование, но каждый тренировался с понедельника по воскресенье. Может, не только практика, а ещё и теория, но дома бывали только ночью. И везло, если мог упасть на кровать без сил, чтобы сразу уснуть, а у кого-то ещё дети… В общем, было тяжело. Видеться друг с другом они могли только на каком-нибудь случайном обеде, да и то на полчаса, так что она переехала на всё лето к нему. Ложиться в кровать и просыпаться вместе было максимальным их времяпрепровождением. Ещё дорога до Дворца Спорта, но это было в шаговой доступности. Так что её беспокойный сон комсорг заметил сразу, а для поддержания формы нет ничего важнее хорошего режима. Пару дней он настраивал её, зная, как страшно ехать на первую Олимпиаду, поэтому делал всё, что мог. В ход шли всё обаяние и дар убеждения. Аргументы, доказывающие, что она хорошо играет и что со всем справится. Этого хватало ровно до момента, пока у неё что-то снова не получится на тренировке. В неудачный день могло не лететь от слова совсем. А установки в голове только способствовали этому, увы. — Милая, можешь помочь собрать мою сумку, мы улетаем первым же рейсом, — запыханно просил, залетая в квартиру. — Куда? — Испуганно. — В Грузию. Владимир Петрович сказал, что есть рейс на восемь. Он резкими движениями вытаскивал одежду из шифоньера, не обращая внимания на бардак вокруг. Девушка сама только пришла, думая, что он, как всегда, задержится. — А что случилось? — Пришлось даже сесть в ожидании плохих новостей. — Нет-нет, ничего не случилось, — начал успокаивать, понятное дело. — Один из наших грузинов решил, что свадьба его сестры важнее, чем тренировки, поэтому ушел из сборной, как мне объяснили. Говорил он это, будучи раздраженным до ужаса. Лететь никуда, ясное дело, не хотелось. Но было ли это единственной причиной его расстроенного настроения? — Насколько вы уезжаете? — Взволнованно спрашивала, помогая складывать вещи. — В том и дело, что минимум на неделю, точно не знаю, — остановился, посмотрев на неё. — Что-то не так? — Не понимала, тоже выпрямляясь над сумкой. — Мы только прилетели из Америки, — вздыхал. — Даже не успели дома побыть… — Всем разрешили взять с собой жен? — Догадалась та, поняв, что, если бы не этот факт, он бы так сильно не огорчался. Кивнул, обняв её. То, как он соскучился по ней за полтора месяца разлуки, не описать словами, а сейчас опять улетать! Ещё и смотреть там на всех, кто с семьей полетит. — Женской сборной там делать нечего, — хмыкала, — мы будем нормально готовиться. Сережа рассмеялся, после этого поцеловав её. Улыбка сошла с губ во время осознания, что у неё ведь проблемы со сном, как он её оставит? В такой момент, где любая поддержка будет важна и необходима? Да и рядом с ним ей автоматически лучше спалось. Этому точно ученые найдут причину, но им думалось, что это всё любовь. Да и переубеждать не хотелось, если быть честным. — Пойдем, чай попьем, — предложил, положив сумку на пол у входа. — Ты точно успеешь? А если пробки? — Отпускать его не хотелось вообще, но другого выбора не было. — Полечу следующим, ничего страшного, — отмахнулся. Денег хватит. Пришлось бы платить из своего кармана уже, но безумно хотелось ещё посидеть с ней. Посмотреть на её улыбку, послушать её смех. Сегодня впервые за всё время после их возвращения пришел пораньше, да и она сама была не насмерть уставшая, как обычно. Сидела веселая, крутила прядку волос на пальцах. Глазки строила ещё. — Будете на свадьбе, получается? — Хитро хмыкала. — Форму не растеряй свою, смотри. Белов гладил её по ноге, ухмыляясь. — Мало ли приедешь, даже штрафные не сможешь пробить. После недельной-то гулянки, — пожала плечами. — Как в прошлом году, когда «постоянно» мазал. Тут его пробило на смех, вспоминая тот вечер, когда он единожды промахнулся. — Ты играла нечестно, — возмущался, поднимая её на руках и целуя. — А ты сейчас опоздаешь! — Восклицала, пока он нёс её на кровать. Слушать свою возлюбленную не стал, аккуратно положив её. Ну, не мог уехать не расцеловав всю вдоль и поперек. — Опоздаешь! — Продолжала, пока он спускался ниже. Но это больше было как ненужное предупреждение. Ему уже точно было всё равно, а недопитый чай остывал на столе. Спустя какое-то время наконец-то проводила его. Зато какого довольного! Только с прической был кошмар, конечно, да и щеки красные. Надеялась, что до аэропорта доедет уже остывший. Полторы недели их не было. Звонил каждый день, рассказывая, как отмечали и как тренировались. Пообещал, что привезет её туда когда-нибудь. Горы, вино, чистый воздух! Боже, такое загляденье! А дома Тина с Алёной только вздыхали, желая тоже там оказаться. — Давай тост! — Громко сказал Модя, смотря на комсорга. Тот заколебался, но горящие глаза грузинских друзей точно бы не оценили отказа. Но он не знал даже, что говорить! Свои пожелания молодоженам сказал уже в первый день, да и во второй тоже пришлось. Сейчас что? Пришлось обращаться к команде. Для них подходящее что-то нашлось. Про мотивацию, про достижение целей, про то, что они всё смогут. Не каждый поверил в это, но бокалы свои подняли. — А где ваша жена, Сергей? — Спросила тут же супруга Алжана. Алтушу она помнила, разумеется. А вот остальные девушки вокруг с интересом на него уставились. — У неё тренировки, — вздохнул. — Она тоже едет на Олимпиаду? — Удивилась другая. — Да, она тоже баскетболистка, — коротко. — А что, она не могла с вами тут потренироваться? — Вмешалась уже третья. Модестас с ним виновато переглянулся. Не хотел, чтобы на него все накинулись. Тем более, с такими глупыми вопросами, на которые он сам даже не знал, как ответить. — Уже жена? — Спрашивал друг по пути домой. — Все так её называют, — пожал плечами Белов. — Ты тоже так её называешь, — подметил. — Когда уже предложение будет-то? Или вы втихую расписались? — Недоверчиво. — Нет-нет, — отвечал отрешенно, так как думал о ней, как раз таки. — А ты собираешься делать ей предложение вообще? — Вдруг остановился. Серёжа тоже встал, взглянув на товарища с нахмуренным выражением лица, не понимая, откуда сомнения. — Может, ещё рано? — Но спросил. Паулаускас сам теперь пожал плечами и продолжил свой путь: — Мне кажется, что вы подходите друг другу идеально. И тут уже всё равно: рано или нет. Не согласиться не мог. — Я тоже так думаю, но… Вдруг ещё не время? — Размышлял. — Вы уже стареете, попрошу вас, — рассмеялся тот. Сергей закатил глаза. Он старше всего на год, а какие разговоры! Но тут снова был прав. — Она сказала, что готова бросить карьеру ради семьи, — признался неожиданно. — Не ври, — хмыкнул тот. — Чтобы она рассталась с мячом ради поварёшки с кастрюлей? — Нет, ради детей, — возразил. Удивлению не было предела. Литовец вскинул брови, смотря под ноги. Даже шаг замедлился. Пока Белов не ушёл вперед, откуда потом развернулся к нему, остановившись. — Тогда она точно готова, — вздохнул. Как-то звучало это очень грустно. Будто… будто он не рад этому. Да и сам Сергей был не в восторге от такого, но, раз она сказала… Дальше шли молча. «Ну не может она закончить карьеру ради семьи и детей» — думал Модя, пиная камень по дороге. Или могла?