Фургон с оркестром

Станция Любляна. Великая Германия. Погода вечером была особенно паршивая. Обходчику хотелось как можно скорее вернуться на стацию, а не бродить здесь, под дождём, по голым путям. Укутавшись в дождевик, немец судорожно искал место, где можно укрыться от дождя. В этот момент к нему подошёл мужчина в мокрой насквозь кепке и старой сербской шинели. Немец обернулся, но ничего сказать не успел и свалился лицом в лужу с торчащей из груди резной рукоятью. Вдвоём с подошедшим из кустов Вуком, Ян отнёс тело подальше от путей. - Вук, готовь тротил. Поезд приближается. Под оба рельса подложили по две, соединённые одним шнуром, шашки, чтоб наверняка. Вдалеке послышался гудок паровоза. - Поджигай. Шнур зашипел, искра быстро подбиралась к рельсам. Поезд, словно на перегонки с искрой, продолжал нестись вперёд. Искра разделилась на четыре, вот уже показался и сам состав. - Ян, мы ошиблись. Это обычный пассажирский поезд. - Нет, всё правильно. Райнхардт едет именно в нём. - Ты с ума сошёл? Там же ни в чём не повинные люди! Надо срочно остановить поезд… Вук опешил – на него, кроме Войцеха, смотрело ещё и дуло Маузера. - Ты его уже всё равно не остановишь, не делай глупости. Поезд всё равно не успеет затормозить. - Ты готов убить сотни невинных людей, чтобы просто отомстить? - Да, Вук. Я загоню эту падаль в преисподнюю, чего бы мне это не стоило и сколько бы жизней не унесла бы с собой эта тварь. У нас уже нет дороги назад. - И ты готов сейчас выстрелить? - Прости… - Ладно, я всё понял. Опусти пистолет. Поезд проехал над искрой, и через секунду паровоз превратился в фейверк. Вагоны слетели с рельс и, разваливаясь на отдельные куски металлолома, кубарем полетели в обрыв. На глазах Вука невольно проступили слёзы, на лице Войцеха – улыбка. Поезд горел внизу, Вук, сжав кулаки, захотел что-то сказать своему другу, но слова встали у него комом в горле, и он просто развернулся и ушёл. Войцех остался, он стоял и любовался на искорёженный внизу состав, где заваленный металлоломом горел его злейший враг.