Фургон с оркестром

Берлин. Великая Германия. Через некоторое время Альберт вернулся в Берлин, а на следующий день после этого Швейцария капитулировала, не в силах больше противостоять военной мощи половины Европы и доброй части Африки. Правда золота Швейцарских банков войска Вермахта так и не обнаружили. По слухам, его успели увезти то ли в Англию, то ли в Исландию. Мэри было приятно осознавать, что всё её пережитое было не напрасным. Но про себя она всё же думала, что намного больше ей бы хотелось этого и вовсе не переживать. Общество Альберта, обычно приятное и ненавязчивое, сейчас тяготило Мэри. По неизвестной причине его улыбчивое и добродушное лицо казалось теперь каким-то фальшивым и наигранным, а сам он становился от этого противным и занудным. Причину столь резкой перемены она не могла понять, сколько не пыталась этого сделать. - Ты о чём-то задумалась, дорогая? - С "неподдельным интересом" спросил Альберт, протирая свои очки. Какая я тебе дорогая? - хотелось ему ответить. - Даже в глаза боится посмотреть, делает вид что очки протирает. - Да, нет. - Ладно. Я уж думал... - Этот немец Мэри порядком осточертел. Она его уже не слушала, и ей было до глубины души неинтересно о чём он там думал. Она оглядела собравшихся в зале, сам зал, ламбрекены, лепнину на потолке - лишь бы хоть на время забыть об этом очкарике. Тут её внимание привлекла уже знакомая старая шляпа, которую она заметила краем глаза и теперь так неудачно потеряла из виду. Неужели показалось? Но тут Альберт тоже кого-то увидел. - О, хочешь я тебя кое с кем познакомлю? Искренне надеясь что Альберт увидел ту же самую шляпу, Мэри с ярым энтузиазмом ответила - Да, думаю это будет интересно. - Вот и отлично! Альберт повёл свою спутницу куда-то вглубь всей этой серой массы дам и кавалеров. - Знакомься, дорогая. Ветеран захвата Польши, Чехословакии и Греции, один из самых лучших офицеров Германии и просто хороший человек - мой друг, штандартенфюрер Райнхардт Шрёдер. У Мэри ком встал в горле - перед ней, миловидно улыбаясь, стоял тот самый офицер, что передал ей то злополучное письмо, а потом на недельку другую засадил в концлагерь. Возникло непреодолимое желание запихать ему вилку в глаз по самые гланды. Райнхардт, похоже, не заметил этого или, скорее всего не предавал этому какого-то значения. Он, также учтиво как и во время первой встречи, продолжил свой разговор "о дамах и их собачках", не выражая при этом совершенно никаких эмоций. - Мадам Лемонже, Альберт, очень приятно. Я точно вас негде не мог раньше видеть? - Не думаю. Я бы вас запомнила - вы выделяетесь. - Благодарю за комплимент. Мэри усердно искала предлог чтобы скрыться отсюда, уйти как можно дальше и, если потребуется, даже провалиться под землю, лишь бы избавиться от "столь приятного знакомства". И она бы это в конце концов сделала бы, если в этот момент не показалась бы та самая шляпа, быстрыми шагами приближавшаяся к этой маленькой компании. -Ну, если считать свои странности достоинством, то почему нет. Мадам Лемонже, моё почтение. Как это не странно, но появлению этого незнакомца возмутился не Райнхардт, в чей адрес тот высказался 5 минут назад, а Альберт, этот миловидный очкарик, которого никто даже не заметил. - Извините, но я не имею чести вас знать. - Что же, аналогично. Рудольф Лагерлеф - Альберт. Очень приятно. - Да, глядя на вас я начинаю понимать кто у вас настоящий глава семьи. Мэри усмехнулась, явно оценив столь необычный комплимент. Даже Райнхардт не сдержал на своём лице скромной улыбки. - Мадмуазель, разрешите похитить вас на один танец? - С превеликим удовольствием. - совершенно искренне ответила Мэри, которой её новый знакомый нравился намного больше мужа и тем более Райнхардта. Она даже поймала себя на мысли что уже сама не верит в корыстность его мотивов, и старается не допускать даже мыслей об этом. Неужели он ей нравится? Звучит как бред. - Ну господа, я вынужден откланяться. Ауфидерзейн, Гуд бай, Аревуар, короче говоря, Чао! - театрально раскланялся Рудольф. Отойдя в сторону, Лагерлеф усмехнулся - Хорошие у тебя друзья, ничего не скажешь. - Если можно назвать другом того, кто приставляет к твоему виску пистолет, то лучше и сыскать нельзя. - Что же поделать? В наше время дружба перестала быть взаимовыгодным соглашением. С такими товарищами я бы и сам застрелился, не дожидаясь момента когда те спустят курок. И хотя ваш муж не вызывает у меня никакого доверия, он не проблема. А вот ваше знакомство с "серым кардиналом СС", думаю, принесёт массу неприятностей. - И что ты предлагаешь делать? - Я предлагаю просто потанцевать. Тем более вы сами выразились, что не против. С этими словами он подхватил её талию, и они вместе закружились в вальсе, равного которому Мэри не знала не по красоте, не по полученному удовольствию